Эпилог

– Дорогая, нельзя же быть такой отшельницей, – выговаривала Инесс. – Ты должна дать хотя бы несколько интервью, сфотографироваться. К твоим картинам появился интерес, уже нашлись покупатели. Но этот интерес нужно подогреть. Придумаем тебе подходящую легенду, пообщаешься с прессой… Я отошла от мольберта и села рядом с ней на сухой тёплый песок. На сегодня работа закончена. Не думала, что после посвящения Граргу буду рисовать с таким же удовольствием и вдохновением. – Инесс, я не хочу светить лицо на весь мир, – сказала я. – Давай оставим всё, как есть. Я – таинственная художница-отшельница, с журналистами не общаюсь, место проживания неизвестно, настоящее имя скрываю. Разве это не подогревает интерес к работам? – Такая же упрямая, как и Анорм, – проворчала она. – Звучит как комплимент, – я рассмеялась. – Глядя на тебя, никто не сказал бы, что ты – судья, – задумчиво заметила Инесс. – Слишком живая, и взгляд как у обычного человека. То ли творчество на тебя влияет, то ли Анорм. А может, и то, и другое. Больше года в ордене, твоё кольцо судьи давно уже перестало менять цвета, а ты почти не изменилась. Я пожала плечами. Ей-то какая разница? Служу я так же, как и все, и заслуги для чёрного кольца заработала за первые два месяца. Могла бы и быстрее, но спешить особо было некуда. Машину с вырученных служениями денег я купила через десять дней после посвящения. С основной историей ордена Грарга ознакомилась месяца за три. Даже на совете судей побывала, когда идиот-новичок послужил без разрешения на чужой территории и привлёк к городу внимание врагов. Кольцо на моём пальце немного нагрелось. – Кристина, я освободился. Одевайся по погоде и приходи, – отчётливо донёсся из красного камня голос Анорма. – Буду через пятнадцать минут, – пообещала я. – У вас запланировано служение? – заинтересовалась Инесс. – Да, давно запланировано. Извини, мне нужно собираться, я вынуждена тебя покинуть. Останешься здесь? – из вежливости спросила я. Разумеется, Инесс не осталась бы одна на вилле Анорма, но по этикету я должна была ей это предложить. Вскоре я в джинсах и тёплой куртке вышла недалеко от заранее намеченной гостиницы. Анорм должен был снять номер. Мою квартиру слишком хорошо знают, и я для стража города – особая головная боль. Не удивлюсь, если за домом присматривает кто-нибудь из врагов: мы с Анормом периодически там бываем. Кстати, надо будет сдать квартиру, чтобы не стояла просто так. Или лучше продать? Анорм встретил меня около гостиницы и сразу повёл в номер. – Я подумал, что тебя надо спасать от Инесс, – с улыбкой сказал он. – Правильно подумал, – я улыбнулась в ответ. – Страховать меня кто-нибудь будет? – Меня для страховки вполне достаточно, – Анорм открыл дверь номера. – Я с тобой не пойду, останусь здесь и буду на всякий случай наблюдать через кольцо. Даю тебе разрешение на любые действия с объектом. Вскоре я уже двигалась по безликому коридору, вдоль стены, когда-то давно покрашенной зелёной краской. Краска облупилась, с потолка сыпалась побелка. Хорошо, что я вне тела не чувствую запахов. Что-то подсказывает, что они в этом заведении должны быть кошмарными. Я привычно прошла сквозь дверь. Человек, лежавший на койке в грязноватой пижаме, был совсем не похож на моего отца. Тощий, давно небритый, с ввалившимися глазами, с многочисленными следами ожогов на лице и руках. Пожалуй, глаза – единственное, чем он может управлять. Я коснулась его ладони и тут же его глазами увидела обшарпанный потолок. – Привет, – мысленно сказала я. – Явилась, – мрачно отозвался отец. – Когда же ты уймёшься? Этот твой Анорм давно не появляется, а ты всё приходишь, дрянь. – Ты хотел пообщаться с Анормом? – насмешливо спросила я. – Так ему с тобой говорить неинтересно. – Оставьте меня в покое. Ты своё получила, упрятала родного отца в эту богадельню. Из какого ада ты вылезла, исчадье? – Из того, в который ты меня отправил, – бесстрастно напомнила я. – Я была там чуть больше года. После пожара тоже прошло больше года. Долг уплачен. – Нежить! Нелюдь! Чур меня! – мысленно заорал отец. – Когда же ты от меня отстанешь? Похоже, он сходит с ума. И мне совсем его не жаль. – Умереть хочешь? – спокойно спросила я. – Думай хорошо, предлагаю только один раз. Если я сейчас уйду, больше здесь не появлюсь. И вряд ли кто-то ещё предложит остановить твоё сердце. – Ты действительно можешь это сделать? – в мысленном голосе отца прозвучала надежда. "Я всё это время мечтаю о смерти, а эта тварь предлагает мне это только сейчас", – отчётливо услышала я мимолётную мысль. – Могу, – хладнокровно ответила я. "Почему она медлит? Издевается? Эта гадина приходит сюда только для того, чтобы издеваться надо мной. Если бы я только мог, я бы свернул ей шею. Мало Кривой её учил…" – Кривой очень хорошо научил меня не жалеть всех подряд, – вклинилась я в его мысли. – Ещё раз посмеешь меня оскорбить, оставлю гнить здесь заживо. – Останови моё сердце, – после короткой паузы обратился ко мне отец. – Я никогда тебя ни о чём не просил. Теперь прошу. "Приходится просить. Только бы не ушла, только бы не остаться здесь на несколько лет. От неё всего можно ожидать…" Анорм прав, шваль остаётся швалью. За год отец ни разу не спросил у меня, что произошло и кем я стала. И даже в мыслях, в самых глубинах подсознания не признал своей вины в том, что происходило со мной в доме Кривого. Впрочем, к чёрту Кривого, и отца туда же. Я и так здесь задержалась. Я собирала воспоминания по кусочкам – всё, пережитое в ночь посвящения в пещере Грарга. Боль от двенадцати смертей и боль, направленная на меня Анормом в последние минуты двенадцатого часа. Такого потока боли не выдержит ни один человек. Я не обещала отцу тихую и безболезненную кончину и не смогла бы дать её, даже если бы захотела. Его смерть будет мучительной, но быстрой. Я сосредоточилась на потоке боли, не вслушиваясь в мысленные вопли отца. Десять секунд, двенадцать, пятнадцать, восемнадцать… Я ощущала, как медленно, неохотно останавливается его сердце – слишком здоровое, готовое биться годами. Двадцать две секунды… – Выходи, – резко потребовал Анорм. Да, я знаю, что не стоит оставаться в теле, когда из объекта выходит душа. Впрочем, такую душу вряд ли встретят светлые силы, а тёмные мне не страшны. Я сама далеко не ангел. Я вышла на двадцать четвертой секунде, с последним, слабым биением сердца. И в следующее мгновение ощутила резкий толчок. Глаза открылись. Я снова лежала на жестковатой кровати в гостиничном номере. Анорм сидел рядом, положив руку мне на плечо. – Я немного ускорил твоё возвращение, – сказал он. – Благодарю, – я с улыбкой сжала его руку. *** Анорм улыбнулся в ответ. Судя по блеску в глазах Кристины, это служение было удачным. Надо будет закрыть всем доступ на виллу сразу после возвращения. Ночь предстоит долгая и бурная. Рядом с Кристиной жизнь снова играла яркими красками. Анорм нащупал в кармане пиджака коробочку из ювелирного салона. Он никогда не дарил кольца никому, кроме Лили. Но Лили не вернётся, а Кристина рядом. Анорм не раз слышал, что в ордене её называют Королевой. Сегодня на вилле он подарит Кристине кольцо. Её статус гостьи давно устарел и изжил себя. Пора сменить его на более достойный и подходящий к ситуации. Супруга второго рыцаря Грарга.