Глава 13. Маргарита

Ох…

Я часто-часто заморгала, обнимая Мефистофеля. Только разрыдаться не хватало, ну пожалуйста, не надо-о-о… Фак! Поздно.

Я громко всхлипнула, и Матвей мигом взвился.

- Ты плачешь? Больно? Плохо? Маргарита!

А я что? Разрыдалась еще сильнее от этой заботы. Что-то не к добру я так расчувствовалась.

Матвей аккуратно, прямо бережно вышел, стянул презерватив и лег рядом, прижимаясь всем телом.

- Так больно? - повторил он хрипло.

Я покачала головой.

- Не в этом дело, просто… Это было волшебно.

Он аж приподнялся на локте, озадачено глядя на меня.

- Даже не пытайся меня понять, Матвей, - проскулила я, утыкаясь лицом в его грудь. - Это не объяснить словами.

- Это я уже понял, - кивнул он, снова обнимая меня. Поглаживая спину, плечи. Волосы. Даже дотянулся до пледа и набросил сверху.

Вот так бы и лежала, голая и вместе с ним… О нет, нет! Слезы полились с новой силой.

- И сейчас тоже все по-прежнему хорошо? - медленно уточнил Мефистофель.

- Угу, - покивала я, вытирая слезы ладонью. - Очень хорошо, поэтому и вот. Дай мне пять минут, и потом я сбегаю в душ, ладно?

- Хоть десять, - отозвался он, прижимая меня к себе. - Тебе когда нужно вернуться домой?… Черт, Марго, стой! Я не выпроваживаю тебя!

Ну конечно, так я и поверила.

- Ночевать сегодня мне лучше дома, - кивнула я.

- Ладно… Прости, у меня просто давно не было нормальной девушки, я забыл, как это делается.

Я подобралась и, подперев щеку кулаком, спросила:

- Девушки?

Матвей закатил глаза.

- А ты думала, мне хватит первого и единственного раза, а потом я буду делать вид, что знать тебя не знаю?

- А ты не будешь так делать?

- Что я за монстр в твои глазах, Марго? - возмутился он. - Я совсем не такой! К тому же… - он очертил пальцами мои голые бедра. - Все самое интересное только начинается.

- Ох, да?… Ну, в первый раз все тоже было неплохо.

- Неплохо? Нарываетесь, Левицкая?

- О, с возвращением, профессор Мефистофель! А то я уж было решила, что мне вас подменили на плюшевого мишку.

Мы долго еще трепались, не затыкаясь ни на минуту. Удивительно, я могла быть рядом с ним самой собой. Говорить, что думаю, отвечать, как считаю нужным. Он мигом подхватывал, отвечал, целовал и продолжал гладить, хотя все, что я слышала от более опытных подруг, что мужчины не созданы для обнимашек после секса.

Мефистофель сломал шаблон. И даже первый раз с таким, как он, вышел незабываемым и с оргазмом, вот же чудо-расчудесное. Юлька обзавидуется. Это вам не по грибы сходить, опасаясь как бы муравьи куда не залезли…

Черт!

А я ведь не смогу сказать Юльке ни слова. Вообще никому ни слова! Прямо вижу, как прихожу в понедельник на первую пару и говорю: «Всем привет, я сплю со своим профессором, и он душка. Кстати, это Мефистофель».

Фак, фак, фак! И что теперь делать?

К тому времени, как меня озарило, я уже выбралась из душа, натянула подсохшие трусики и платье. Посмотрела на себя в зеркале: губы опухли от поцелуев, щеки горят, а глаза какие-то до безумия счастливые. Что ж, хорошо, что мама сегодня работает. Она не слепая и сложно не понять, что со мной происходит.

И как мне скрыть это от Юльки?

Озадаченная, я вернулась на кухню и застала неожиданную картину: Матвей за работой.

Оказывается, он носит очки в черной оправе, когда читает или пишет. Хорошо, что он ни разу не надевал их в университете. А то этот взгляд поверх оправы… Ох.

- Прости, увлекся, - улыбнулся он, убирая ручку и ежедневник. - Давно там стоишь?

Его рука потянулась к дужкам, а я тут же сказала:

- Очки оставь.

- Что?

Подошла к нему и поцеловала, а потом опять посмотрела на него.

- Почему я никогда не видела тебя в очках?

- Потому что они нужны мне для работы, чтобы разобрать свой мелкий почерк. Дурацкая привычка делать черновики от руки, а только после набивать их на компе.

- Благослови Господь твоего окулиста.

- Марго, - расхохотался он. - Хватит смотреть на меня так. Тебе нужно еще день-два, чтобы сначала прийти в себя.

Я сразу сникла.

- Как раз к понедельнику?

- Получается, так. Эй, ты ведь не собираешься снова рыдать?

- Нет, просто… Как мне вести себя теперь? На лекциях? В жизни?

- Как обычно. Ты по-прежнему будешь забивать на учебу, а я - на тебя злиться. Только теперь у меня есть действенный метод, как заставить тебя учиться.

- О да-а-а… А если серьезно?

Матвей нахмурился и стащил очки, швырнув их на исписанные страницы ежедневника.

- Не знаю, - честно ответил он. - Будем вместе после пар. Буду привозить тебя к себе. Наверное, мне даже придется познакомиться с твоими родителями, чтобы тебе не пришлось им постоянно врать о подруге.

- Мама будет в шоке. Она у меня… сторонник консервативных взглядов на жизнь.

- Ладно, - медленно кивнул Мефистофель. - Сделаю все, что смогу, главное ты учись, Марго.

Наша песня хороша - начинай сначала.

- Не закатывай глаза, - пресек Мефистофель. - Серьезно, ты говорила, что хочешь перевестись на журфак. Сейчас самое время напрячься, сдать хвосты и все будет в твоих руках. Если переведешься, нам даже не нужно будет скрываться.

- А ты вообще надолго на филфаке? - кивнула я на его черновики. - Ты разве не завязал с книгами?

- Почти завязал. На филфак меня сослал издатель, когда я за год шароебства не выдал ничего путного. Только и делал, что тусовался по клубам и… много пил, короче.

Я сузила глаза. Воспоминания о вчерашней силиконовой блондинке промелькнули перед глазами, меняя вектор настроения с плюса на минус.

- Ах, вот кем была та силиконовая уточка, которая тебя чуть не проглотила. Твой привет из прошлого?

Матвей скривился, как от зубной боли.

- Забудь, Марго. Это не стоит твоих нервов. Если бы я хотел, я бы уехал из клуба с ней, а не бегал вокруг тебя с ведром.

- Спасибо, что напомнил про ведро. Я только почувствовала себя человеком.

Матвей опять хохотнул и притянул меня к себе.

- Невыносимая девчонка, просто не-вы-но-си-ма-я!

- Я вас тоже…

Ой. Хотела пошутить, называется. Кляп мне в зубы!

- Я вас тоже не-на-ви-жу, да.

Хреново выкрутилась, но это я дала, конечно, жару. Признаваться сразу в любви, Мефистофель аж опешил. Я - не меньше.

- Побудешь у меня еще или едем? - прошептал он.

- А ты наденешь свои очки?

- Вообще да, я хотел добить план первой главы. Кажется, у меня снова появилось вдохновение.

- Действительно будешь писать академку? - удивилась я. - Прости, что подслушала. Ты громко говорил.

- Это будет самая мрачная академка из всех, Марго, вот увидишь.

- Окей, я останусь на час-два. Никогда не видела писателей в их естественной среде обитания.

А еще очки опять же. Интересно, а я смогу заставить его ходить голым и в очках?

- Спасибо, а потом сразу едем.

- Конечно, мне же еще высылать план курсовой на почту одному надоедливому профессору. Черт, как я могла забыть!

Матвей зарычал и развернул меня спиной к себе, а лицом к книжному шкафу во всю стену.

- Ни в чем себе не отказывай, - пробормотал он, вжимаясь в мои ягодицы.

Я выгнулась сильнее, ощутив, как твердеет его член в штанах. С губ Матвея сорвался сдавленный стон.

- Нам надо работать, Марго.

- О да-а-а, - протянула я, шевельнув бедрами. - Удачи.

И отправилась выбирать книжки.