Глава 18. Матвей

Она убежала, черт подери. Просто удрала. Что услышала? Какие выводы сделала? Потеряв Марго из виду, я вернулся в кабинет ректора, чтобы продолжить доказывать, что мы не верблюды. Сил на это совсем не осталось. Предчувствие чего-то очень плохого высасывало из меня справедливый пыл. Расхотелось оправдываться и вникать в детали обвинений.

- Что вы от меня хотите? Уволить? Я напишу заявление прямо сейчас.

- Это было бы идеально, Матвей Александрович. Только что мне делать с Левицкой? - парировал ректор. - Отчислить за неподобающее поведение?

Я взглянул на Семена Георгиевича. Он не шутил. Смутно припомнилось, что такая статья в уставе ВУЗа имелась.

- Маргарита, насколько я знаю, уже подала документы на перевод в другой институт.

- Без сессии? Как это?

- Она закрыла ее автоматом.

Ректор дернул бровями.

- Действительно, способная девушка. Жаль, что нам не по пути. Я поспособствую ее переводу, завтра же переговорю с секретарем и все подпишу. В любом случае ей не стоит оставаться на факультете. Декан и завкафедрой зарубежной литературы тоже в курсе вашей темной истории.

- Прекрасно, - выдохнул я. - Просто потрясающе. Значит, распрощаться - идеальный вариант.

- Очевидно, да, для всех.

На этом я закончил беседу и вышел из кабинета, не прощаясь. Наивная надежда найти Марго в машине улетучилась. Я сел в пустой салон и запрокинул голову, прикрыв глаза.

Беспомощность и апатия накатили удушливой волной.

- Что ты натворил, Тойфель? - добавил радости Андрей, который бесцеремонно присоединился ко мне в машине. - Я же велел тебе писать, а ты… Ну ладно бы трахнул девку, а это все…

- Пошел вон, - выдохнул я устало, не открывая глаза.

- Матвей, да забей ты на нее!…

- Я сказал, выйди из машины.

- Ты не можешь…

- На хрен пошел! - заорал я на него и завел мотор.

- Пожалеешь, Тойфель. Я тебе устрою…

- Угу. Жду.

Бруштейн сверкнул глазами, давая понять, что тираж мой вряд ли разойдется в полном объеме. А мне было все равно. Абсолютно. Я жалел только, что прогулял львиную долю гонорара и не было возможности откупиться от него и его паршивого издательства.

Я звонил Марго всю дорогу до ее дома, а потом трясся, набирая домофон. Ее отец ответил, что Маргариты дома нет. Я брякнул дебильное «спасибо, простите» и вернулся в машину. Мобильный все так же молчал. Всю неделю, что ушла у меня на формальности с увольнением. Я снова и снова пытался караулить ее у дома и звонить в дверь. Мне открыла ее мама, сказав, что Маргарита готовится с подружкой у нее дома. На вопрос, кто я такой, ответа у меня не было. Передать я тоже ничего не решился.

У меня оставалась одна единственная возможность увидеться с ней. Экзамен по английскому. Ей не поставили автоматом только его. Я бдил, сторожил половину дня, как цепной верный пес, видел всех ее одногруппников, но не Марго. Как, черт подери? Ну почему ее нет? Отчаяние перемешалось со злостью. Неужели оставит из-за меня хвост до осени и не будет никакого журфака?

День клонился к вечеру, у корпуса РГФ практически не осталось студентов. Мне стало душно в салоне машины. Я вышел вдохнуть смога с духотой на улицу. Вдруг поможет.

Присев под деревом на скамейку, глазел на двери университета, думал о Марго, даже не заметил, что уже не один.

- Не придет она, Матвей Саныч.

Я вздрогнул от неожиданности, едва ли веря своим глазам. Со мной рядом сидел Марат.

- Ну что смотришь? Будешь говорить, что мимо шел? - ухмыльнулся он, приложившись к фляжке.

Я тут же почувствовал резкий запах крепкого алкоголя и еще большую злость.

- Повежлевее можно, Азаров? - рявкнул я по привычке.

- А с какой стати? Ты мне не препод больше, Матвей.

Да, действительно. Крыть было нечем.

- Эх, инглиш я тоже завалил. Но хоть по своей воле, а не благодаря тебе, Мефистофель.

- Ой, Азаров, ты хоть сам себе не ври, - не спустил я ему. - Твой курсовой проект не тянул и на тройку жалкую. И это не только мое решение.

- Да я переписал уже. Тройбан влепили. Степухи не видать.

Не выдержав, я расхохотался.

- Марат, ты бы хоть не отчислился, ей-богу. Какая степуха с твоим разгильдяйством?

- Жестокий ты человек, Тойфель, - ухмыльнулся Азаров почему-то совсем не зло. - Хочешь?

Он предложил мне глотнуть из фляжки. Я поморщился.

- На машине, - буркнул я. - Да и не люблю. И тебе не советую.

- Пф… ЗОЖник. Вот и Ритка с тобой правильная стала до тошноты. Испортил девчонку своим занудством. Ну чо смотришь? Разве нет? Где она теперь? А могла со мной бухать и трахаться.

- Мечтатель, твою ма-ать! - воскликнул я, возмущаясь и радуясь одновременно. - Где Марго? Ты знаешь? Почему она не на экзамене сегодня?

- Так сдала заранее с РГФщиками. Занималась в общаге безвылазно. У нее там подружка какая-то.

- Твою ж… - я рассек кулаком воздух с досады. - А сейчас она где, тоже знаешь?

- Уехала на практику. Типа в газету, что ли? Точно не знаю, но в жопу мира.

- Мара-а-а-ат! - протянул я радостно. - Ты просто сейчас лучшие новости за неделю мне сообщил.

- Вот тебе еще одна в копилку: ты мудак, профессор.

Я искренне рассмеялся, чувствуя невероятное счастье и облегчение.

- Да это не новость, Азаров. Не надирайся и учись хорошо. Спасибо тебе огромное, - выпалил я, и помчался к машине.

- Сам не сдохни, - усмехнулся мне вслед парень.

Я погнал к дому Маргариты, опять терзал домофон и напросился у ее отца поговорить. Он открыл сразу и ждал меня на лестнице у двери. Мне не пришло в голову ничего умнее, как вывалить ему всю правду. Только так я мог попытаться получить сведения о местонахождении Маргариты.

Впрочем, мою откровенность папа Марго не оценил. Я получил только удар в лицо и обещание закопать меня за домом, если я еще раз сунусь сюда или окажусь рядом с его дочерью. Возможно, он прибил бы меня сейчас, но спасла мама, которая тоже не особенно доброжелательно на меня посмотрела.

- Не стоит вам сюда приходить, молодой человек, - строго выдала она.

На этом и закончилось знакомство с родителями.

Что мне оставалось во всем этом хаосе? Только писать.

Телефон Марго не отвечал. В соцсетях она тоже не появлялась. Когда я уже лез на стены от желания вернуть ее, меня озарило. Она должна узнать, что я люблю ее. Должна понять, что мы важнее всего. Должна вернуться и быть моей. Без всех этих глупостей.

И я сел писать. Книга - единственная связь, которая осталась между нами.

Не знаю, сколько времени я не выходил из дома. Завтракал консервами ближе к трем часам дня, зубы чистил к шести вечера и то не всегда, спал плохо, не бегал, телек не включал, новости не читал, только писал, как псих, без остановки. Я хотел скорее. Я гнал окрыленный вдохновением и надеждой. Она прочитает и поймет. Должна. Обязана. Если любит меня… Она ведь любит, я знаю.

Едва я поставил точку, отправил рукопись не в редакцию, а первым делом ей на почту.

«Марго, ты хотела прочесть. Я только что закончил. Надеюсь, тебе понравится. Знай, я не смог бы это сделать без моей Гретхен. Пожалуйста, возвращайся. Ты нужна мне.

Твой Мефисто».