Глава 8

Римми

Нейр Мортестиг внимательно выслушал сбивчивый рассказ Римми, задал несколько уточняющих вопросов. Девушка сидела у камина в просторной гостиной замка, всё так же кутаясь в пиджак нейра, и у неё зуб на зуб не попадал. Но не от холода – здесь было даже жарко – а от запоздалого осознания, какую глупость она совершила.

Позволила демону себя заметить, необдуманно атаковала его, причём совсем уж по-дилетантски – просто влив сдуру весь резерв в простейшее заклинание. Разрушила их адскую машинерию, привлекла внимание других демонов… Для мага первой категории – просто позор.

Но нейр не стал ни осуждать, ни ругать её действия, продиктованные исключительно эмоциями, а не здравым смыслом. И она ещё мечтала заниматься именно защитной и боевой магией…

– Хватит себя поедом есть, Аримантис вей Дьечи, – нейр неожиданно взял её за руки. – Вы сделали, что смогли. Тем более что прежде вам в боях участвовать не доводилось. Если хотите, разберём подробно, что и как можно было сделать по-другому. Попрактикуетесь заодно.

– Хочу, – жалобно пискнула Римми, снедаемая чувством собственной некомпетентности.

– Завтра, – мягко улыбнулся мужчина. – Надо же, какая честь: буду давать уроки самой госпоже магу первой категории аж из Эбендорфа. Боги, да перестаньте вы отворачиваться и снова заниматься самобичеванием! Чем вас отвлечь? Налить вам вина? Поцеловать? Раздеть и уложить спать? Вы, надеюсь, уже смирились с мыслью, что сегодня останетесь у меня? И не только сегодня.

– А… – его спокойный ироничный тон отрезвил Римми, и она взглянула на это по-своему. – Мои вещи? Одежда… Всё ведь осталось там!

– Что-то более-менее ценное вы наверняка хранили в спальне. Ваш нехитрый гардероб тоже. Так вот: той спальни больше нет, Аримантис вей Дьечи. Смиритесь. Кстати, от этого платья я тоже с удовольствием избавлюсь, как только вы заснёте. Оно пропахло гарью.

– Но… Что же мне тогда носить? – растерялась Римми.

– Будете разгуливать по замку голышом, – пожал плечами нейр. – Что вам ещё остаётся? Или в иллюзии из этого платочка.

Он потеребил неизменную алую тряпочку на своей шее. Для Римми она уже стала раздражителем похуже красной тряпки для быка, так что девушка вмиг забыла о недавнем страшном происшествии и потихоньку начала закипать.

– О, да вы наконец ожили! – засмеялся нейр. – Даже трястись перестали. Ну, можете ещё в моём пиджаке ходить. Все ваши стратегические местечки он вполне прикрывает.

– Куплю себе новые платья, – буркнула Римми. – Не дождётесь.

– А пока вы только зарабатываете на них, надеюсь, воспользуетесь теми, что найдёте в своей новой спальне. Мне говорили, я не обделён вкусом.

– Я отдам вам за них деньги, – вскинулась девушка. – И за проживание тоже. Не думайте, что можете сделать из меня содержанку.

– Боги, Аримантис вей Дьечи, вы прекрасны, – всё смеялся нейр. – Маг первой категории, которая ещё и сама платит за то, чтобы работать в нашей глуши… Пожалуй, я сделаю вам предложение ещё раньше. Лет через пятнадцать.

На это Римми отвечать не стала, а вновь заговорила о прорыве.

– Знаете, когда я шла в спальню, дверь ещё была на месте. А после взрыва… – она вновь смутилась от своей нелогичной выходки. – После взрыва исчезла. Как у вас тогда стёкла на кухне.

– Я размышлял об этом, – кивнул нейр Мортестиг. – И думаю, что это признак стабильности разлома. Будто бы сам портал не приемлет больше никаких преград. Я завтра вернусь в ваш дом и проверю. Но я уже почти уверен, что этот портал больше не исчезнет.

– Почему вы так думаете? – похолодела Римми.

– Потому что тот, что в кухне моего замка, сегодня тоже окончательно стабилизировался. Ни рамы, ни стекла в окне. Проём больше не желает исчезать. По крайней мере, когда я заглядывал туда полчаса назад, он был на месте. Но там хотя бы до сих пор тихо. Мой дворецкий сегодня попытался забить его досками – бесполезно. Гвозди не держатся, дерево превращается в труху.

– Так у вас тут теперь…

– Боитесь? У вас там, если что, теперь тоже. Но я предпочитаю, чтобы вы боялись здесь. В комфорте и под моим присмотром. Или всё же хотите вернуться?

Римми недолго думала над этим и ответила, как есть:

– Я не доверяю вам как мужчине, господин нейр. Зато как магу – полностью. И… наверное, спасибо. За то, что пригласили к себе. С вами мне действительно будет спокойнее.

– Поразительный прогресс, – ухмыльнулся маг. – В том, что вы девушка разумная, я, впрочем, не сомневался.

– Но это всё равно не даёт вам права…

– Вести себя так, чтобы вы наконец почувствовали себя желанной женщиной, а не ломовой лошадью? Ну, извините, Аримантис вей Дьечи. Мне, может, тоже в новинку такое половодье чувств, что я аж не могу сдержаться, – внаглую ухмылялся нейр.

Римми только покачала головой, всем своим видом показывая, где она видела такие дешёвые подкаты.

– Я сегодня была у мэра Кнокписа. И у одной подруги.

– Видели что-то необычное? Особенно когда теперь знаете, на что обращать внимание?

– Нет… Вчера был один инцидент, но он не относится… Так, городская сплетня, – внезапно улыбнулась Римми: история Бериниты её очень повеселила.

– Расскажете?

– Ну… Судя по всему, джентльмены из сигарного клуба вчера ночью вызвали девиц лёгкого поведения, а жёны их случайно застукали. В общем, вышел весьма пикантный скандал…

– А, знаю, – невозмутимо ответил нейр. – Я тоже там был.

От неожиданности Римми разинула рот. И тут же захлопнула.

– Не сомневаюсь, что это была ваша затея, – презрительно фыркнула она. – Действительно, кто бы ещё такое додумался предложить…

– М-мм, да вы ханжа, Аримантис вей Дьечи? Эти девушки зарабатывают себе на хлеб гораздо более тяжким трудом, чем многие другие.

– Вы их оправдываете?!

– Да. Удивлены? Вот только, видите ли, моя внезапная поборница нравственности, эти девушки были вовсе не из заведения госпожи Хемиш. Понял по их необычному акценту.

– А тех вы, конечно же, знаете наперечёт, – съехидничала Римми, уязвлённая этой неразборчивостью нейра в связях.

– Вы даже к этим несчастным будете меня ревновать? Да, я их знаю, Аримантис вей Дьечи. И эти девушки были не оттуда. Более того: их не вызывали. Ни я, ни кто-либо другой.

Римми нахмурилась.

– Это я внушил тем господам и их жёнам мысль, что девицы были от мадам Хемиш. А после отправил чужачек обратно в тот разлом, что возник в клубе. Хотя некоторые из них были чертовски горячи, так что если бы я не был очарован одной неприступной девицей, что мнит себя боевым магом первой категории…

– Погодите! Вы – что… Так они… Новый разлом? Был контакт? И вы только сейчас так спокойно об этом говорите?!

– А должен был сразу вывалить на вас новость, что вчера чуть не стал жертвой похотливых демониц? Римми…

Это его простое и спокойное «Римми», произнесённое уже во второй раз, снова заставило девушку умолкнуть. Как он это делает, чёрт возьми?

– Ложитесь спать, – мягко улыбнулся он. – У вас был тяжёлый день. А завтра будет ещё хуже – ведь вас снова разбужу я. И сделаю это ещё не один раз. Я взял на себя смелость подобрать вам сорочку на ночь взамен того ужаса, что мне пришлось развоплотить, но если вам понравилось спать без всего, как в тот раз, то уважу любой ваш выбор.

На самом деле ничего пугающего в том, что нейр снова разбудит её завтраком, Римми не видела. Даже наоборот…

Но Александр Мортестиг как в воду глядел: новый день не принёс ничего хорошего.

Михель

К девице-магу Михель пока поостерёгся обращаться, а Кирен и вовсе была против этого. Действительно, может, это была случайность – тот портал в чулане. Мало ли где водятся такие странные рыжие твари, способные охотиться на дракков. Может, эта тварь вообще магическая – сама портал и открыла. Ведь он сразу за ней закрылся, а никаких преследователей из него так и не появилось.

Иначе взяли бы Кири тёпленькой – одна ведь была, когда он вернулся в развалюху.

Сегодня Михелю даже удалось подзаработать. Мелочь, тридцать сортингов, но на них он смог купить Кири свежего молока. На рынке всегда можно найти, кому подсобить за небольшую денежку, но лишний раз мелькать на виду у горожан ему не хотелось. На рынке ведь всякие сплетни гуляют, ещё донесётся от какого-нибудь заезжего торговца, что разыскивается вот такой же юноша, а с ним девица…

Ещё и местный нейр уже третий день что-то разнюхивал в городе. Высокого лощёного красавца Михель обходил за три улицы. Это было несложно – все передвижения нейра неизменно сопровождались хлопаньем ставней, восторженными девичьими вздохами и их же беготнёй.

Силён ли нейр как маг, Михель не знал. Достаточно уже того, что он патрон Рате-Скуоля, а потому двум пришлым чужакам мелькать перед хозяином этих земель не стоит. Ведь если доберутся до этой глуши их преследователи, то не к торговкам же они пойдут, а отправятся прямиком к нейру, просить содействия в поимке беглецов.

Вернувшись с рынка, Михель пожалел, что не обратился к той магичке. Новый портал возник на том же месте – в проёме чулана – прямо при них с Кирен. И снова в нём виднелся тот же кабинет, тот же мундир с незнакомыми нашивками. Но вновь никто не торопился выскакивать оттуда и хватать преступников.

Подростки, ошеломлённые и напуганные, вглядывались в незнакомое место. Михеля охватило фатальное безразличие. Всё же нашли. Просто играют с ними. Не торопятся. И он ничего не может с этим сделать. Кири била мелкая дрожь.

Может, портал снова открылся случайно? Бывает же, что пространственные артефакты сбоят и срабатывают сами по себе. Или то рыжее чудище снова решило поохотиться именно здесь, будто в других местах ей дракков мало…

Нет. Не случайно, обречённо понял Михель, когда в кабинет на той стороне бесшумно вошёл старик и тихо щёлкнул рычажком странного вида оружия. Вроде пистоль, но какой-то маленький, несуразный и совсем простой.

– Выходите медленно, по одному и с поднятыми руками, – прокаркал старик. – Тогда я вас не трону.

И Кири не выдержала, неумело стрельнув сырой магией в старика… Промазала. Яркий свет в кабинете моргнул и погас, зажёгся другой – тёплый и тусклый. Старик немедленно выстрелил в потолок, предупреждая их дальнейшие действия.

– Выходите по одному, – ещё раз резкими рваными словами выплюнул старик.

А после заговорил на непонятном языке. Заставил Кири показать Тойтс. Артефакт, вот что его интересовало. Заберёт, как пить дать. Саму Кири вернёт домой. Родителям, сам сейчас сказал. А его, Михеля, наверняка положит здесь же… Кто будет разбираться, от чего парень внезапно помер? Хотя нет, вроде бы пока только тюрьмой угрожает. Говорил старик понятно, только выговор у него был странный – резкий, быстрый.

А дальше старик повёл себя странно. Семейную реликвию не отобрал. На Кири смотрел с жалостью. А потом и вовсе опустил свой маленький чёрный пистоль и спросил нечто совсем уж невообразимое:

– Давно ели?

Еда была вкусная, но тоже странная. И кухня. Да и всё остальное жилище. Кухарки тут, по-видимому, не водилось, либо та взяла выходной, потому что старик сам подавал еду. Собственноручно взял кастрюлю из одного шкафа, разлил по тарелкам суп, переложил их в другой шкаф, а подал еду уже горячей. И не скис же суп; а кто знает, когда его кухарка варево затевала?

– Ну, долго в гляделки играть будем? – каркнул он. – Ешьте.

Кирен незаметно поднесла артефакт к густой похлёбке, но Тойтс опасности не увидел. Травить вроде не собирается. Суп был вкусный, наваристый.

– А теперь, деточки, я буду спрашивать, – взгляд у старика снова стал цепким, суровым. – Соврёте – мигом пойму. У меня глаз намётанный. Так как вас угораздило туда забраться?

Михель сразу ему поверил, что он способен распознать ложь: один глаз у старика был подёрнут мутной белёсой плёнкой. Дознаватель, как пить дать. Те специальные линзы-артефакты в глаз вставляют, Михель о таких слышал. И ответил как есть.

– В Нетте нам взломщик подсобил, – тихо ответил Михель, поняв, что нет смысла отпираться. Пистоль, что старик держал напоказ на столе, бил быстрее и точнее, чем его и Кири магия. – Так Кирен смогла забрать Тойтс. Потом бежали. Через Эбендорф. Чёрт, мы же были так осторожны… Потом через Эттсен. И через другие места… Я не понимаю, как вы смогли нас обнаружить. Но раз уж смогли…

– Так, по порядку, – оборвал старик. – Взломщик в нете – в сети, то есть? В общей? В местной? «Тойтс» – это что? Я ваш молодёжный жаргон не понимаю.

– Ключ, – обречённо добавила Кири.

– Ключ… Toets? – нахмурился старик. – Кто-то ещё пользуется староэрманским? Вот же затейники-шифровальщики… Сумели же подобрать, будто заранее знали… Ладно, «Абендорф» понятно – отмычка номер один у хакеров, от неё защита имеется. А Этсин – что такое?

Старик говорил непонятно, а спрашивал совсем уж очевидные вещи.

– Так город же… – удивлённо ответил Михель.

– Виртуальный? Облачный? Сервер чей?

– Северный, – не понимая его вопросов, осторожно согласился Михель. – Облаков там всегда хватает…

– Ладно, неважно, как вы смогли и кто вам помог… Чей заказ выполняли? Кто вас ко мне послал? – продолжал наседать старик.

– Мы сами по себе, – всхлипнула опять Кирен. – Никто нас не посылал.

– Что конкретно искали, раз сумели мою защиту взломать и аж в такие дебри забраться? – тон у старика становился всё резче, слова всё рубленее.

– Мы ничего не искали! – срывающимся голосом крикнула Кири и заревела. – Мы… Мы просто хотим жить спокойно! Вдвоём! Одни! Хоть где-нибудь! А в Рате-Скуоль нас случайно занесло!

Кири начало трясти, ещё немного – и снова не сможет себя сдерживать, а она и так уже истощена донельзя… Михель никогда и ни перед кем не унижался, но этот странный старик, хоть и напирал, вроде бы не собирался забирать Кирен или арестовывать самого Михеля. И парень сделал то, чего раньше никогда не делал: прижал Кири к себе и сложил ладони в позорном просящем жесте.

– Прекратите, ради всех богов! – взмолился он. – Вы разве не видите, что ей плохо? Она больше не выдержит такого!

Старик, хоть и вёл себя до этого агрессивно и уверенно, нахмурился. А после засунул пистоль себе за пазуху.

– Да чёрт с вами, пранкеры мамкины, – зло выплюнул он. – Понял уже, что не я был целью. Уния бы таких сопляков ко мне не послала. Вы просто побаловаться решили, а лучшей защиты, чем в моём доме, для взлома не смогли найти… Хакеры-любители хреновы… И ведь даже датчики движения смогли обмануть, ни одна камера вас не засекла… Всё, наигрались, и хватит. Заявлять не буду, так и быть. Забирай свою юную возлюбленную, парень, да и валите отсюда. И чтоб в радиусе километра от моего дома я больше вас не видел… Вырядились-то ещё, как не знаю кто…

Половины слов Михель не понял, а последние вовсе не разобрал, так как в висках уже зазвенела литаврами чистая ярость.

– Кирен – моя сестра! – он оскорблённо вскочил из-за стола. – Да как вы посмели даже предположить такое!!

Старик на секунду оторопел. Кажется, ждал другой реакции на свои слова. Но быстро собрался, вновь нахмурился и ответил резко и недовольно.

– Вот и заботься о ней как брат! А не втягивай в разные неприятности!

А Михель, можно подумать, как-то иначе поступает!

Несколько секунд они яростно смотрели друг другу в глаза: Михель – в холодные старческие, прямо в мутную линзу правды; старик следователь – в его молодые, горящие гневом, уверенные в своей правоте.

Михель отвёл взгляд первым. «Поступки, а не слова», вспомнил он строку из Кодекса Чести. Поступка – плохого; того, чего ожидал от него поначалу парень – старик так и не сделал. Не убил. Не отобрал. Не сдал. Больше того: кажется, собирался их отпустить. Как бы ни пылал в нём сейчас буйный огонь молодости, а быстро оценивать ситуацию Михель тоже умел.

– Так мы свободны? – не веря, переспросил он у старика.

Тот лишь раздражённо кивнул.

– Выход там, – он указал взглядом на лёгкую белую дверь со стеклянным оконцем. Из странной кухни та, похоже, вела в сад.

– Мы вернёмся в Рате-Скуоль, – напряжённо возразил Михель, прижимая к себе младшую сестру. – Если вы не возражаете.

И кивнул головой в обратную сторону: туда, где была спальня, а за ней кабинет с порталом.

Старик недоумённо дёрнул бровью.

– А тут вам что, не Рэтскволл? – недовольно спросил он.

Название городка, где они с Кирен прятались уже полтора месяца, от него прозвучало в сильно искажённом виде.

– Так… Вы тоже в Рате-Скуоле? – не понял Михель. – Я думал, вы открыли портал аж из самого Эбендорфа, специально за нами.

– Парень, – устало произнёс старик. – Не знаю, что за наркота у вас сейчас в моде…

Его фразу оборвала уже знакомая Михелю рыжая тварь в чёрном ошейнике, бесшумно вскочившая на стол с новой добычей.

– Боги, опять эта мангаста, Михель… – со священным трепетом прошептала Кирен, зачарованно наблюдая, как зверь ластится к старику. – Она действительно умеет их убивать…

Мерзкого паразита чужеземная мангаста, довольно урча, положила перед хозяином. Старик – ох и крепкий у него слух, не только магическое зрение! – так и вперился взглядом в Кири.

– Вы уже видели этих существ раньше? – медленно произнёс старик, а его единственный цветной левый глаз – карий, но тоже порядком выцветший – нехорошо сощурился. – Я про этих крылатых.

– Дракков-то? – поморщился Михель. – Лучше назовите место, где этих крыс помойных не видели, туда мы и поедем.

– Рэтскволл. В Рэтскволле их раньше не видели. А вот на ваш Рате-Скуоль, – старик наконец-то правильно выговорил название городка, очень чётко и старательно, – я бы не отказался взглянуть. Так в какой он, говорите, стороне?

Буквально через минуту Михель по реакции старика на портал и их убогое жилище, выглядывающее из проёма, вдруг понял, что тот не открывал проход. Более того, смотрел на него так, будто вообще впервые видел порталы. Поморщился и схватился за сердце. Но до этого Михелю уже не было дела: портал задрожал, расплываясь, и юноша в самую последнюю секунду успел проскочить обратно, схватив сестру. Старик остался на той стороне. А портал схлопнулся, вновь став дверью чулана.

Кэл

Кэл ещё не успел обдумать тревожный звонок полковника, как вдалеке раздался взрыв, а после электричество вырубилось во всём районе.

– Айрис, детка, запусти генератор, – попросил он. И чертыхнулся, сообразив, что голосовая помощница тоже работает от сети. Придётся подключать вручную, из гаража.

Подсвечивая себе смартфоном, Кэл вышел из своего двухэтажного дома на улицу, ругая архитектора за то, что тот не додумался соединить жилище с гаражом общей дверью. Слова полковника до сих пор крутились в голове: «Как в двадцать седьмом…». Сейчас-то совсем другое время. Паранойя у старика? Не исключено. Именно у таких – крепких, волевых, причастных в прошлом к делам явно непростым и тайным – крыша и едет на старости лет. А если нет? Если Орша Вейстлен знает что-то такое, чем с Кэлом даже после обнаружения невозможной твари не стал делиться? Болтать попусту он не любит, это уж точно…

Авария, опять же, какая-то. Небо грозовое, вдалеке посверкивает, может, это молния куда-то неудачно угодила, вот и громыхнуло. Угодила в линии электропередач, вот и закоротило систему. В любом случае нужно выяснить. Странно, что в местном чате до сих пор молчат: обычно соседям дай только повод сцепиться языками. Кэл мельком взглянул на гаджет и обнаружил, что сеть пропала. Ну, приехали. Через час ему ночной марафон начинать в поддержку кошачьего приюта, и так уже на три дня канал забросил…

От размышлений оторвал резкий визг тормозов, и Кэл в последнюю секунду отскочил в сторону – какая-то дамочка проехала прямо по его газону, решив так оригинально срезать путь. Пьяная, что ли? Даже фары не включила! Ругнувшись, Кэл оседлал миник, стоявший у крыльца, и помчал за ней следом. Собьёт ещё дамочка кого ненароком, хотя бы номер надо запомнить да сообщить охране на выезде из посёлка.

Но машина дамочки, вихляя на дороге, и сама устремилась туда же. Темень – хоть глаз выколи! Однако у КПП дамочка остановилась сама. Кэл не доехал до него метров сто и заглушил мотор. И то, что он успел услышать и даже немного увидеть в дёрганом свете фонариков, других вариантов не оставляло…

…Дамочка медленно опустилась обратно на сиденье. Дала задний ход, снова остановилась. Включила, наконец, ближний и габариты. Кэл услышал взревевшие обороты, а вместе с этим характерные звуки передёргиваемых затворов за шлагбаумом. И пока неопытная автолюбительница не сообразила, что прежде, чем газовать, стоило бы ещё переключить передачу с «нейтралки» на нужную, Кэл уже добежал до её машины и распахнул водительскую дверь:

– На пассажирское, живо!

И сам, склонившись, подхватил её под колени и спину, одним рывком переместив на другое сиденье. Сел за руль, дал заднюю, резко развернулся и рванул обратно в посёлок.

– Вы кто такой!.. Да что вы себе вообще… – голос у дамочки сильно дрожал, и от неё действительно пахло немного вином. – Мне надо выехать из Рэтскволла… срочно!

– И протаранить био́зов вы, видимо, сочли наилучшим вариантом, – жёстко бросил ей Кэл. – Отличный способ покончить с собой!

– Би… что?..

– Биозащита. Спецвойска. Вы вообще, что ли, не видели, с кем разговаривали?!

– Я… – всхлипнула дамочка. – Мне муж…

Нет, похоже, алкоголь тут ни при чём. Дамочка явно была на грани нервного срыва, её трясло, рваные слова ей давались с трудом.

– Я отвезу вас домой, – смягчился Кэл. – Вам нужно успокоиться. Если то, что я увидел… В общем, пока вам лучше побыть у себя. Где вы живёте? Улица, дом?

– Ря… Рябиновая… дом два, – ответила она на автомате, но тут что-то вспомнила и в ужасе вжалась в кресло, вцепившись в сидушку. – Нет! Нет, я туда не хочу! Куда угодно! Но не туда! Там… Вы не понимаете!..

Её неразборчивые всхлипы перешли в истеричные крики, и Кэл понял, что дело плохо. Он остановил машину посреди улицы.

– Послушайте… – он встряхнул её за плечи. – Как вас зовут?

– А-а… Анника… ди Монниц.

– Очень хорошо, Анника, – успокаивающим тоном произнёс Кэл и включил свет в салоне. – Я Келлинн Бертл. Давайте вы просто расскажете, что у вас…

Кэл не договорил, потому что наконец увидел свою пассажирку при свете. Брови его сначала удивлённо поднялись, затем недоверчиво сошлись на переносице. Но он быстро взял себя в руки.

– Так что у вас случилось? Давайте попробуем разобраться вместе.

Анника тоже посмотрела на молодого мужчину с узнаванием.

– Я… я вас знаю, – хлопнула она растерянно светлыми ресницами. – Вы ветеринар же, да? Доктор Кэл. Я видела несколько выпусков…

– Да. Вот и хорошо. Ветеринар – это почти как врач. Мне можно доверять. Так что вас так напугало? И лучше на «ты», хорошо, Анника?

– Да… – неуверенно кивнула она. И снова замотала головой. – Нет! Нет… Ты всё равно… Господи, да почему это со мной происходит?.. Нет… Нет, Кэл, всё хорошо, правда… Я просто всё равно не смогу объяснить… Я в порядке. Да. Со мной всё хорошо.

– Уверена? – усомнился Кэл. – Но за руль тебе точно не стоит садиться. И… Анника. Знаю, это всё очень странно… Я пока сам не понимаю, что происходит, но, как действуют биозы, нам, ветврачам, к сожалению, очень крепко вдалбливали… Не суйся туда, ради бога. И на другие дороги из Рэтскволла тоже. По крайней мере, до утра. Пообещай мне, ладно? Это не тот случай, когда тебя станут слушать…

– Я видела оружие, – бесцветным голосом произнесла девушка.

Это хорошо, подумал Кэл. Критическое мышление присутствует. Инстинкт самосохранения, надеюсь, тоже не отшибло из-за вина…

– Рад, что ты понимаешь. Я бы остался с тобой, но должен срочно повидаться с одним человеком. Надеюсь, он сможет хоть что-то… Давай я действительно отвезу тебя домой.

– Нет, – решительно и уже почти спокойно произнесла Анника. – Домой я точно не вернусь. Пожалуйста, Кэл… Можно с тобой?

Келлинн ещё раз взглянул на неё, подавив в себе желание назвать девушку другим именем. А потом подумал, что одним нежданным гостем больше, одним меньше…

– Хорошо, Анника, – кивнул он. – Но поедем всё равно в твою сторону, не пугайся. Орша Вейстлен, кажется, и твой сосед.

Вот у полковника всё было сделано по уму. Автоматическое резервное питание включилось само, как и должно было, и тусклый свет в энергосберегающем режиме разливался по одноэтажному дому. От стука незапертая дверь отворилась сама.

Полковник обнаружился в кабинете сидящим на полу, причём по деревянной позе, затруднённому дыханию и прижатой к груди руке Кэл моментально составил для себя картину.

– Где у вас аптечка?

Полковник лишь отмахнулся от Кэла упаковкой нитроглицерина. А вот Анника молодец, тоже сообразила: сразу распахнула окна в спальне, впуская свежий ночной воздух. Словно не она сама ещё десять минут назад была не в состоянии двух слов связать. Полковник благодарно ей кивнул и неуклюже поднялся.

– Полагаю, выехать вы всё же не успели. Нас уже оцепили? – как ни в чём не бывало спросил старик. И, взглянув в растерянные лица Кэла и девушки, добавил. – М-да, поздно я спохватился… Старею. Ваш муж, полагаю, тоже припозднился со звонком?

– Что… Откуда вы!.. – снова разволновалась девушка.

– Да-да, извините, никаких манер… Мы ведь с вами даже ещё не знакомы. Орша Вейстлен. Анника… Анничка. Позволите вас так называть?

– Обычно так все и… Да, – и она окончательно растерялась, а на лице проступила масса вопросов.

– Давайте сейчас без лишней болтовни, хорошо? Ваш муж работает на правительство, если вы не знали. Само собой, что безопасники должны были сообщить ему заранее – такими разработчиками не разбрасываются. Но не думал, что всё произойдёт так быстро. Они, видимо, тоже. Мне жаль, честно. Ладно… Кэл. Кто там: Альянс, Уния, биозы?

– Последние, – кивнул Келлинн.

– Так и думал.

– Так вы объясните, что происходит?

– Раз биозы, то уже сами должны были догадаться, Кэл. Вон, ещё парочка вам в коллекцию, – полковник кивнул на кровать, где на подушке чернели бесформенные пятна. – На кухне четвёртый. В вашем-то благоразумии я не сомневался… Только поздно сообразил, что моя гулёна их мне не только оттуда таскала.

Полковник указал взглядом на стеллаж, и Кэл только сейчас заметил хорошо замаскированную в нём потайную дверь, сейчас едва приоткрытую.

– А значит, они и из других мест вылезали. Кто-нибудь заснял сдуру да и выложил в сеть, не подумав… А биозы разве станут разбираться – летучая мышь это или другая неведомая тварь? Позвонил вам. А потом… Потом у меня случились гости.

Кэл и так знал, что лежит на подушке, а вот Ай… Анничка, да. Ей так больше подходит. Анничка осторожно поддела чёрно-золотое крыло, и её голубые глаза округлились.

– Господи, что это? – прошептала она. – Это же… их же не бывает…

– Драконы, – тихо ответил Кэл. – Не бойся, никакую заразу не подцепишь. Даже у мёртвых особей кровь убивает все известные вирусы и бактерии. Я проверял.

Они оба уставились на полковника, но тот лишь покачал головой и глубоко вздохнул, готовясь к неминуемому разговору:

– Дракки. Не драконы. Там, где они водятся, их называют дракками. Анничка… А вот теперь расскажите мне, пожалуйста, что́ именно вы вчера видели на вашей кухне. И за три дня до этого тоже. Всё, без утайки. Я поверю всему, что вы скажете.

У молодой женщины вновь мелькнул страх в глазах, а Кэл вспомнил, что она почему-то панически боялась вернуться домой. Но тут она решительно тряхнула головой… До чего же родной жест! Сейчас ещё чуть наморщит носик, перекинет русую косу за спину…

Анничка наморщила носик, перекинула русую косу за спину и, глядя в глаза полковнику, коротко кивнула:

– Я всё расскажу.