Глава 5

Реакция короля показалась мне странной. Если бы я до того не приняла ванну, вполне могла бы решить, что от мня несет хуже, чем от свинарки. И все же, это было не важно. Луис справился, и подтвердил свою принадлежность к роду. как и право не главенство. Что касается маленького сына Розетты, то в его провале я так же не сомневалась.

Все окончательно встало на свои места, когда вечером того же дня нам пришло приглашение во дворец. Луис клевал носом, его и утомило, и немного напугало произошедшее, так что мальчик был просто без сил, но мы не могли отказать.

Пришлось заново обряжаться в неудобные платья, брать экипаж и ехать к королю. Благо, в кошельке осталось еще достаточно денег, чтобы мы могли без сложностей вернуться домой, в наши земли.

Нас провели мимо больших дверей тронного зала, мимо зала заседаний и бальных комнат, дальше, в самое сердце дворца. Вверх по лестницам, куда-то туда, где проживала правящая семья.

Резные двери распахнулись, впуская меня и Луиса в большой кабинет. Моей дуэнье и дядьке брата пришлось остаться снаружи.

Всех этих людей, помимо короля, я знала только по слухам, которые доходили до нашей провинции с запозданием. Сам монарх сидел за столом, перебирая бумаги. По правую руку стояла невысока дева в голубом. Тонкие черты лица, но внимательные цепкие глаза. Более нежная и изящная версия самого короля. Его сестра, принцесса Арианна, получившая какую-то особую силу от матери и держащая в страхе весь двор.

Чуть позади, в тени, облаченный в пурпур, глава тайной канцелярии. Мне не было видно лицо. Только руки в перчатках и отблески свечей в темных глазах. И еще один, которого я не знала. Мужчина в возрасте, но еще крепкий. Седина на висках и умный, внимательны взгляд, направленный на моего брата.

Медленно присев в реверансе, не решаясь без позволения подняться в такой высокородной компании, я ждала, пока на нас обратят внимание.

— Встаньте, — подала голос принцесса, чуть склонив голову на бок и рассматривая меня, как редкую букашку. Затем, кивнув каким-то собственным мыслям, ее высочество нагнулась, быстро чмокнув в щеку царственного брата и громко объявила. — Хорошо!

Почти что насвистывая под нос, весьма довольная чем-то, принцесса направилась к внутренней двери кабинета, больше не глядя ни на кого:

— Идем, Филипп. Ты мне нужен, — уже у самых дверей Арианна подняла ладонь, поманив за собой кузена. Из темного угла раздался смешок, и стремительная пурпурная тень пронеслась вдоль стены. Дверь за парочкой захлопнулась, заставляя меня сглотнуть. Это семейство определенно внушало трепет одним своим присутствием, явно не осознавая, как самые привычные, на их взгляд, действия, влияют на остальных.

— Дью, — король кивнул пожилому мужчине, и отложив бумаги, смотрел на нас.

— Сиятельный Луис, — мужчина подошел к брату, кивнув, словно приветствовал равного, — мое имя Дью Харнет, и с этого дня я назначен опекуном и вашим наставником. Моей первостепенной задачей является научить вас управлять собственными землями, сохранить их целостность и приумножить богатства. А так же позаботиться о вашем здоровье и благополучие вашей матушки.

— Спасибо, — похоже, брату понравилось такое отношение, сдержанное и в то же время уважительное. Кажется, даже его дядька так с ним не разговаривал, воспринимая как ребенка. И все же, у Луиса имелись и возражения: — А как же Лита? Она меня всему учит.

— Ваша сестра очень сильно постаралась, — включился в разговор король, рассматривая меня. — Однако, она женщина и обучать вас — не ее задача. Кроме того, как дочь благородного дома, она обязана выйти замуж. Согласно моему указу.

Мне показалось, что перед глазами все померкло. Я была помолвлена когда-то, но жених умер. А потом не стало отца и никому не было дела до моей помолвки. Здоровье матери, новая невестка…

— Ваше величество… — голос стал каким-то слабым, похожим на писк.

— Мы обсудим это с вами. Но лучше пусть господин Харнет доставит вашего брата в отведенные покои. Ребенку, даже если он князь, пора спать. Вы же не против?

Я только кивнула. Все верно. Луис устал, а разговор предполагался не самый приятный. Если король надавит, то я буду вынуждена согласиться, но попытаться выкрутиться все же стоит. Меня более чем устраивало мое положение, да и для брачного рынка я считалась стара. Было бы большое приданое, может оно бы и могло компенсировать эту изрядную оплошность, но к сожалению…

**Роан Лимейский

Я едва дождался, когда Дью с мальчишкой покинут кабинет. То, что Арианна одобрила девушку, конечно, радовало, но особой роли не играло. Я все решил еще днем, когда первый шок отступил. Осталось заявить свои права и получить желаемое.

— И так, — я медленно поднялся с кресла, подходя к девушке, и рассматривая ее темные волосы, что в неярком теплом свете казались еще необычнее. — Вам двадцать пять, и вы умудрились избежать брака.

— В этом нет моей вины, — девушка тянула спину, стараясь не смотреть на меня, хотя я чувствовала запах тревоги, исходящий от нее. Нет, после того, как объявили, что титул останется Луису, она почти успокоилась. Даже назначение Дью ее не удивило. Но сейчас, чем ближе я подходил, тем больше она волновалась, и я не мог понять природу подобного переживания. Но это не было главным.

Главным могло считаться только то, что мое тело реагировало на нее! С расстояния в десять шагов я почувствовал, как начинает разгораться пламя внутри, как зудят пальцы от желаний пройтись по этой нежной коже, разорвать жуткое закрытое платье, стягивающее шею, и впиться в эти губы, оттенка вишни.

— Это так. Вы были помолвлены. Но почему-то не подали новое прошение о рассмотрении вашего брака после несчастья, постигшего прежнего жениха, — я медленно обходил ее по спирали, всматриваясь в позу, подмечая различные мелочи во внешности.

И почему я решил, что она бледная и невзрачная? Княжна вполне неплохо обводила всех вокруг пальца таким унылым видом и строгим выражением лица. Но я был уверен, что в ней предостаточно огня. Думаю, мне бы понравилось то, как покраснеют ее щеки от страсти и как исказятся черты от удовольствия, стоит ей немного дать себе волю.

Подстегиваемый воображением, я подходил все ближе, пока брюк не коснулся подол ее мрачного платья.

— Этот вопрос не казался таким уж важным, — Лита, княжна Хоонская судорожно сглотнула, все еще глядя в стену, куда-то мимо меня. Чертовка. Так не пойдет.

Я, стараясь не зацепить тонкую кожу выступившими когтями, приподнял острый подбородок девушки, чуть поворачивая голову, заставляя посмотреть прямо в глаза:

— Вы же знаете, что брачные союзы высшей знати — дело государственное.

— Да, — темные брови нахмурились, но попытки вырваться она не делала.

Я, едва ли не задыхаясь от аромата, ударившего в нос, усмехнулся.

— Вот и хорошо, — мне казалось, что все решено и очевидно, и не желая больше ждать, резко наклонился к этим сжатым губам.

По телу прошлась такая вспышка, что поясницу невольно скрутило спазмом. Руки сами собой обвились вокруг тонкого тела, сминая юбки, не давай Лите отстраниться. Сладкая, жгучая, как тулонский перец. И упрямая.

Я покусывал нижнюю губу, легко, осторожно провел ногтем по шее, заставляя кожу девушки покрыться мурашками, но ответа так и не получил. Возбуждение достигало опасных высот. Чувствовал, как трещит защита кабинета, не рассчитанная на такие всплески хозяина, и ничего не мог с собой поделать. Лучше бы я привел ее в спальню…

Прошло всего несколько мгновений, и меня, уперевшись обеими ладошками в грудь, оттолкнули.

Лита Хоонская смотрела на меня с удивлением, словно не предполагала подобного. Тонкие пальцы коснулись губ и девушка посмотрела на руку, словно ожидала увидеть там кровь. Глупая. Я не вампир и все еще себя контролирую.

— Что вы? — голос княжны сорвался. Что, больше не удается удержать свою маску невозмутимости и безразличия? Я все слышал. До сих пор слышу, как в груди грохочет маленькое сердце. — Как вы посмели?!

Маленькая гордая княжна вспылила. Кажется, ее оскорбило мое внимание. По моим венам, полным неудовлетворенного желания, жажды обладания и чего-то еще, пока неясного, волной поднялся гнев. Злость, холодная и едкая, делала меня куда более опасным.

— А чего вы ждали, милая моя? Вы же не решили, что благополучие вашего брата дастся вам просто так? Или вы подумали, что мне есть дело до вашего мелкого и слабого рода?

Слова, которые слетали с языка… я знал, что потом пожалею, что потом буду долго и с трудом вбираться из ямы, в которую сам себя загоняю, но не мог остановиться. Я ее не звал. Не просил этого странного ощущения внутренней пустоты, что образовалась в груди после нашей встречи. И уж точно, мне не нужно было это сейчас!

Все планы могли рухнуть только из-за того, что я не могу контролировать свои желания!

Рот княжны открылся в немом удивлении. Не ожидала? Да, обо мне говорят, как о справедливом и терпеливом правителе, но кажется, в любой задаче есть исключения.

— Вы…Вот как? — голос тихий сиплый. Страх резкой волной горечи бьет в нос, заставляя кривиться. Лита Хоонская боится меня. Это не то, чего я хотел добиться, но жалеть бесполезно.

Девушка вдруг побледнела, в одно мгновение став словно каменной. Подобрав подол платья, вздернув нос и не глядя на меня, она подошла к небольшому дивану.

Меня пробрала дрожь. Кажется, глубина ошибки, которую я только что совершил, куда основательнее, чем я мог представить.

Лита Хоонская медленно, стараясь унять дрожь, что сотрясала ее хрупкое тело, опустилась на диван, откинувшись на подушки… и задрала подол платья до колен! Отвернув голову, глядя в стену, девушка так и замерла, тихо, безжизненно проговорив:

— Я готова отплатить за вашу милость.

Скрип моих зубов, раздавшийся в тишине кабинета, заставил ее вздрогнуть всем телом и резко обернуться в мою сторону. Сдерживаясь из последних сил, чтобы не разнести здесь все, я сквозь зубы прошипел:

— Уходи. Уходи немедленно!

— Мой король?! — Непонимание. Запах страха становится просто невыносим, вызывая тошноту и желание рвать собственную кожу, чтобы избавиться от него.

— Вон отсюда!

Лита подскочила, и все еще глядя на меня со смесью страха и недоумения, бросилась к двери.

Я медленно и коротко дышал ртом, пытаясь избавиться от этого наваждения. Кажется, появилась новая вещь в этом мире, которую я ненавижу больше всего. Запах страха княжны Хоонской, моей будущей жены и королевы, будь она неладна.

— Ну ты и кретин, братец.

Вот и моя совесть явилась. Чувствуя всю степень собственного бессилия, вдыхая свежий воздух из распахнутого сестрой окна, я тихо застонал, сползая в кресло.

** Лита Хоонская

Я ожидала чего угодно. Того, что меня и мать тут же отправят в монастырь, чтобы мы не мешали воспитывать Луиса так, как хотелось королю. Что мне тут же объявят имя мужа, к которому надлежит отправиться поутру. Но не этого.

Когда король, медленно обходил меня, словно гончая, встретившая ежа, по телу прошла первая волна дрожи. Я не понимала, чего он медлит. Пытается загнать меня в какую-то ловушку? Я и без того не могу ничего противопоставить монарху и обязана безропотно исполнить высочайшую волю. Так зачем медлить?

Дью Харнета я не знала лично, но была наслышана об этом честном и справедливом человеке, так что за судьбу рода и брата переживать больше не стоило.

Розетта? Я не знала, что станет с невесткой и ее отпрыском, но судя по ее уверенному виду в тронном зале, ребенка есть кому защитить. Не от конюха же она его нагуляла, слишком много в малыше силы. Пусть ее суть пока мне неясна, но придворные клирики вполне способны разобраться, кому на попечение отдать бастарда.

Но во всех этих расчетах не было больше меня.

Король неожиданно оказался прямо передо мной, глядя потемневшими глазами. Кожу покалывало. Я чувствовала его силу, хотя не видела ее внешних проявлений. Стало не по себе.

Один из родов, пришедших из погибшего столетия назад Трианона, запершийся в собственных владениях больше пятидесяти лет назад и неожиданно явившийся молодым поколением, свергнувшим прежнюю династию… О них знали немного, но Роан, получивший корону в обход старшего брата, наводил порядки в расползающемся и погрязшем в коррупции государстве с такой уверенностью и ленивой улыбкой, словно был рожден для этой роли.

И вот, новый государь стоит напротив меня, и что-то говорит о свадьбах, женихах… я его не понимаю, потому что из-за шума крови в ушах почти не слышу. Я боюсь его…

Неожиданно крепкая рука поймала меня в объятия. Губы впились поцелуем, не давая дышать. Резким, грубым, каким-то карающим. Никогда не думала, что целовать можно так, словно наказывая. Это пугало еще больше.

Я с трудом смогла вырваться, оттолкнув мужчину. И все же нет, он отпустил. Силы были слишком уж неравны, чтобы я могла с ним справиться.

— Что вы? — я не знала, что сказать, как себя повести. Это не укладывалось в моей голове и противоречило всему, что произошло ранее. Всему, что я знала о нашем новом короле.

— А чего вы ждали, милая моя? Вы же не решили, что благополучие вашего брата дастся вам просто так? Или вы подумали, что мне есть дело до вашего мелкого и слабого рода?

И взгляд такой, злой, словно я его смертельно обидеть чем-то успела.

Можно было кричать, топать ногами, но кто я такая? Кто заступится за меня? Да и зачем. Король так пожелал. Сила их рода настолько велика, что даже клирики вынуждены считаться. Хотя им никто не указ. И я, осознавая собственную беспомощность, чувствуя себя замерзшей вмиг, направилась к дивану Не глядеть, не думать. Сделать вид, что это не я и не со мной, а там уже и разницы не будет. Сказал же, что замуж выдаст, так что и о позоре никто не узнает.

Но что-то пошло не так. Стоило мне только примоститься на край дивана, как король зарычал. Я сперва не разобрала слов, не поняла, что сделала неверно.

— Уходи. Уходи немедленно!

— Мой король?!

Рискнув посмотреть, едва не лишилась чувств. Он был похож на безумца. Темные глаза почти скрылись какой-то дымкой, из-под верхней губы торчали клыки. Трианонский лорд собственной персоной.**

Я выскочила из покоев, не чувствуя под собой ног. Понеслась в сторону лестницы, едва не сбив на ходу кого-то из лакеев. Запыхавшись, чувствуя, как начинает колоть в боку от нехватки воздуха, я налетела на пару дам, весьма внушительного вида. Обе устояли, а мне пришлось сбавить скорость, чтобы остановиться и извиниться:

— Простите, леди, я…

— Лита Хоонская, — кивнула одна из них, больше похожая на потомка троллей, чем на леди, — мы проводим вас в покои.

— Какие покои? — у меня кажется, едва не случился приступ от услышанного.

— В отведенные вам по приказу ее высочества.

— Нет-нет, — я подняла ладони, медленно отступая, — у меня комнаты в городе. Я вернусь туда.

— К сожалению, ворота дворца закрыты до рассвета. И вы же не хотите обидеть ее высочество своим отказом?

— Но как я могу… — приседая от страха, от осознания, что меня сегодня запросто могут придушить в постели, чтобы никому ничего не рассказала, я едва дышала.

— Никак не можете, — решили дамы, и неожиданно подхватили меня под локти, куда-то потащив почти волоком.

— Пустите меня.

Я шипела, но старалась не брыкаться. Уж очень много народу попадалось нам на пути. Лакеи, слуги, кто-то из придворных и членов королевского рода… Завтра весь двор будет осведомлен, что княжну Хоонскую тащили коридорами силком…

— Ее высочество навестит вас, как только освободится, — перед моим носом распахнулась резная дверь с табличкой, на которой мелом было выведено мое имя, и тут же захлопнулась за спиной. Меня попросту втолкнули в комнату. Достаточно осторожно, чтобы я не упала, но так, чтобы я не успела и вывернуться.

С трудом восстановив равновесие, я как можно быстрее обернулась, но дверь уже оказалась заперта на ключ, хотя звука я не услышала. Несколько раз дернув ручку, осознав всю безрезультатность действия, я громко выругалась теми словами, что пару раз слышала от кузнеца.

— Госпожа? — тихий, испуганный голос заставил подскочить на месте и резко обернуться. В центре богатых покоев стояла служанка, прижимая к себе что-то светлое, кружевное.

— Ты кто? — это было невежливо, но от испуга, от всего пережитого я как-то позабыла о манерах.

— Ваша служанка. Мне приказано подготовить вас ко сну и подать ужин.

— Ко сну? — сегодня определенно что-то случилось еще и с моим слухом. Приходилось переспрашивать по нескольку раз

— Да, ее высочество повелели. Сказали, что наведаются к вам что-то обсудить и вы не успеете покинуть дворец. Да вы и уже опоздали, ворота, поди, закрыли. Позвольте, я вам помогу переодеться.

— Нет, — я совершенно не была готова снимать свое платье. Да, оно было смехотворной защитой, но все же хоть какой-то. Куда лучше трех метров тонкого сатина ночной рубашки.

— Тогда может…

— Воды, — я медленно опустилась в кресло. Нужно было собраться с мыслями, хотя я весьма смутно предполагала, что от меня может понадобиться принцессе.**Роан

— Ты кретин. Вот честное слово, была бы тут матушка… — сестра медленно обошла комнату, рассматривая предметы на полках и проводя тонким пальцем по корешкам книг.

— Она бы нас заперла в спальне вместе со свои благословением в первые пять минут, — мрачно буркнул я, прикрыв глаза. Смотреть за кружением Ари не было сил. Осознание собственного скудоумия было для меня несколько новым ощущением. Не самым приятным, нужно сказать.

— Хм, может и так, — согласилась сестра, подумав. — Но раз ты решил, что не хочешь ее убивать…

— Арианна!

— Да пошутила я, пошутила, — видя, что я не настроен на веселье, фыркнула сестра. — В общем, я постараюсь все сгладить и поговорить с невесткой, а ты готовь приказ о свадьбе и… братец, попей лекарства, а? Нам будет очень сложно что-то объяснить, если ты разложишь невесту на праздничном столе.

— Это прозвучало весьма грубо в устах принцессы, должен заметить.

— Но совершенно верно в устах твоей сестры.

— Может и так, но Ари, я не буду терпеть до свадьбы. Даже на лекарствах, это невозможно.

— Неужто так сильно ломает? У тебя с терпением все было в порядке даже в переходном возрасте, — сестра вскинула бровь, явно сомневаясь в моей оценке собственного состояния.

— Тебе не передать, как.

**В дверь постучали, когда я почти задремала в кресле. Служанка так и осталась стоять посреди покоев, бросая взгляд то на меня, то на разложенную на постели сорочку.

— Войдите, — резким голосом вскрикнула я, не до конца опомнившись от дремы. Забыла, что дверь заперта с той стороны.

И все же, кто бы ни явился, ко мне проявили хотя бы видимые приличия.

В проеме появилось голубое платье, и я поспешила подняться с кресла, тут же опускаясь в книксен.

— Поднимись, не нужно этого, — принцесса отмахнулась от приветствия, словно это ее сердило. — Разговор будет серьезный и странный. Для нас обеих. Ты ужинала?

— Н-нет, — я запнулась, совсем растерявшись от такой простоты обращения принцессы, и от всего происходящего разом.

Ее высочество замерла у небольшого столика, где стоял кувшин разбавленного вина, и внимательно посмотрела на служанку. Арианна Лимейская молчала. Девушку, бледную как полотно, стало мелко потряхивать, но первой подать голос она не смела.

— Я не велела подавать, — чувствуя жалость к несчастной, и какой-то внутренний, животный страх перед хрупкой на вид сестрой короля, поспешила произнести.

— Напрасно. У нас неплохо кормят. Но если ты не против, я еще не ужинала. Ты же не откажешься составить мне компанию? — и принцесса обезоруживающе улыбнулась, что никак не шло в сравнение с ее тяжелым взглядом всего миг назад.

Через несколько минут мы сидели за столом перед большим блюдом с холодным мясом, сыром и парой свежих булочек. В прозрачной вазочке расплавленным золотом лежал персиковый джем.

— Опять кухня закрыта, — тяжело вздохнула принцесса, хватая пальцами кусочек сыра. — Нужно что-то делать: мясо по ночам не то, что нужно для здоровья. Угощайся. И не смотри на меня так, я не кинусь.

Я вздрогнула всем телом, отведя взгляд. На первый взгляд казалось, что Арианна смотрела только в тарелку, но нет, кажется, от нее не ускользало ни единого моего жеста.

— Гадаешь, зачем здесь? И даже есть не можешь? Эх, — принцесса откинулась на спинку кресла и вытерла руки тканой салфеткой. — Видно, сперва стоит поговорить, поесть ты мне не дашь.

— Ваше высочество, я не…

— Да-да. Хватит величать меня этим титулом. Просто Арианна. Теперь-то уж что. Оставь нас! — Принцесса не обернулась, а просто молча рассматривала меня, дожидаясь, пока служанка покинет комнаты. — Ты девушка умная, Лита, и говорить я с тобой буду прямо и серьезно. Без всяких ужимок и мишуры. Согласна?

Я медленно кивнула, чувствуя, как замирает сердце. Что-то было не так.

— Ты знаешь кто мы? Кто мой брат?

— Король, — тихо отозвалась я, сглатывая. Однако Арианна поморщилась. Не такого ответа она ждала.

— Это не самое важное. Мы потомки Трианонских лордов. Прямые потомки. Это накладывает определенные отпечатки.

— Я не понимаю, при чем здесь я, — воспользовавшись паузой в речи принцессы, тихо произнесла.

— Мой братец сделал на тебя стойку, — Арианна потерла лоб, словно мысли в голове путались. — Как гончие на охоте.

— Он хочет меня убить? — чем дальше, тем все это становилось непонятнее.

— Нет, — принцесса рассмеялась с каким-то облегчением, — он хочет тебя в свою постель.

Я фыркнула, не успев сдержать порыв. Но Арианна покачала головой, вновь став серьезной:

— Это не шутка и не обычное желание избалованного дворянина. Это Зов. Жажда обладания одним существом на всю жизнь до самой его смерти. Очень острое и непреодолимое чувство. Такого не случалось уже пару поколений, так что мы не были готовы. Никто из нас. Я бы не поверила, если бы не видела своими глазами. Зов не прервать, не отменить и не преодолеть. Ему можно только поддаться.

— И что же требуется от меня? Стать его любовницей? — я выплюнула это слово так, словно от него рот наполнился грязью, хотя многие считали такую связь незазорной. Тем более король…

— Зачем же? Роан потерян для остальных женщин, пока ты существуешь. Так что у тебя два варианта: покончить с жизнью, но тут надо заметить, братец будет вне себя, и это не устраивает Семью в целом и меня в частности. Или же стать его королевой. Во всех смыслах.

— Он пытался меня… — слова застряли в глотке, но Арианна скривилась, вновь покачав головой.

— Не преувеличивай. Да, поступил как кретин, но все же отпустил. А это, поверь, требовало немало сил. Завтра будет новый день и брат будет стараться. Он хороший, поверь. Просто это все… Зов, он сильнее.

— Я не умею быть королевой. Да и не хочу.

— Не умеешь сидеть на троне с короной на голове? Или улыбаться гостям? Двор я тебе все равно не отдам до рождения второго ребенка, ты просто не справишься. А там посмотрим, вдруг сама попросишь. От тебя не этого ждут.

Арианна поднялась, с недовольством посмотрев на блюда на столе.

— Совсем не то, чего мне хотелось бы на ночь.

Затем, словно оценивая и пытаясь найти в моей внешности что-то новое, сложила руки на груди, явно заканчивая разговор:

— Варианты я тебе обрисовала. На самом деле, здесь выбора-то и нет, но ты можешь либо брыкаться, тогда все пройдет крайне болезненно, включая твое присоединение к Семье. Либо можешь дать брату шанс, тогда у вас обоих есть возможность стать счастливыми. Думай. Утром я приглашаю тебя на семейный завтрак. И не бойся: здесь ты в безопасности.

Принцесса, хмурясь, вышла из комнат, оставив меня в задумчивости и растерянности. Я много раз прокручивала в голове, как будет происходить моя помолвка. Часто представляла себе, как к воротам замка подъедет прекрасный лорд на вороном коне и потребует выдать ему Литу Хоонскую, самую прекрасную из княжон… Или как меня заметит на балу красивый баронет, а потом будет слать цветы и разные мелочи, прежде чем решится пригласить на прогулку. В присутствии дуэньи, конечно. И будет ухаживать. А через три месяца мы объявим помолвку. Через год свадьба. Скромная, в часовне при княжеском доме…

Откинувшись на спинку кресла, я нервно рассмеялась. Как все в реальности отличается от фантазий. Вчера — княжна захудалого, загибающегося княжества, а сегодня королевская невеста. Если только мне не соврали…