12 глава. Ухаживания

— Риэль, пожалуйста! — жалобно всхлипнула Ималиаль извиваясь всем телом, — Я не могу больше!

Владыка смачно причмокнул, выпуская ее нежную припухшую бусинку на волю и снова прижал ее языком, наслаждаясь муками жены. За два месяца ухаживаний они опробовали все возможные позы во всех возможных и невозможных местах замка. Ималиаль перестала смущаться и с готовностью отвечала на его страсть. Галадриэлю теперь стоило только посмотреть на нее, как ее щеки краснели и жена нервно сжимала коленки. Верный признак, что, если он залезет ей под подол она будет уже влажная и горячая.

— Потерпи моя любимая, — проникновенно прошептал владыка, — я сегодня утром был нетерпелив и плохо поухаживал за тобой. Хочу исправиться.

Ималиаль разочарованно застонала. Она была дико возбуждена, а жестокий муж не спешил дать ей так необходимое сейчас удовольствие ощущать его глубоко внутри.

— Утром вы достаточно поухаживали за мной господин, — задыхаясь прошептала Ималиаль.

— Я не уверен, что ты успела прочувствовать всю степень моего обожания, — улыбаясь сказал Галадриэль, снова начиная старательно вылизывать нижние губки жены.

— Я прочувствовала! Прочувствовала! Риэль умоляю! — кричала Ималиаль, путаясь пальцами в волосах владыки.

Галадриэль сжалился и чмокнув Ималиаль в живот, собрал ее безвольные дрожащие ноги и с тягучим стоном вошёл в горячее гостеприимное лоно, несколькими сильными, глубокими толчками заставив ее кричать и биться под ним в сладких судорогах освобождения. Подождав, пока жена перестанет дрожать и всхлипывать, он закинул ее ноги себе на локти и отпустив контроль стал вколачиваться в нее, как ему хотелось. То медленно с оттяжечкой, то быстро и резко, так что яйца пошло шлепали по ее круглой попке. Кончив, Галадриэль закрыл глаза, чувствуя последние сладкие тянущие струи освобождения и рухнул на кровать рядом с женой.

— Я думаю нам стоит вернуться во дворец. Там гораздо больше простора для ухаживаний, — улыбнулся владыка и чмокну жену в плечико.

Ималиаль только смогла укоризненно посмотреть на него. Она и так с трудом могла ноги сдвинуть после его ухаживаний. Если их будет ещё больше, да ещё и во дворце, где полно народа, она ходить не сможет и ее точно заклеймят, как распутницу.

— Что скажешь любовь моя? Мальчики ужасно по тебе соскучились, — применил запрещённый прием владыка.

— А можно ухаживать не так рьяно? — с надеждой спросила Ималиаль. Просто во время его ухаживаний она себя не контролирует и от ее криков, наверняка, глохнет вся округа. Ей и так перед слугами стыдно до слез.

— Что бы вы вновь себя чувствовали обледенелой вниманием и нашли себе любовника? — надменно спросил владыка и подмял девушку под себя, — Нет уж.

Ималь закатила глаза и тяжко вздохнула. Помимо постоянного разврата они иногда даже разговаривали и успели выяснить почему она позволила себе принимать ухаживания музыканта. Владыка принял это очень близко к сердцу и клятвенно пообещал, что Ималиаль больше никогда не будет чувствовать себя одинокой и брошенной. Ей осталось только смириться с этим. Переубедить мужа, если он что-то вбил себе в голову было невозможно. Так же Галадриэль рассказал ей о расследовании и наказании всех обнаглевших эльфов. Ималиаль впечатлилась и перестала обижаться на мужа, поняв, что хоть он и владыка, но уследить за всем просто физически не может. Эти два месяца нужны были им обоим, чтобы узнать друг друга получше и разобраться со всеми обидами и разногласиями.

Галадриэль стал более внимательным к ее потребностям, а Ималиаль наконец осознала за кого вышла замуж и поняла, что ее детское представление о любви не имеет ничего общего с действительностью. Любовь — это не красивые слова и песни под луной. Любовь — это когда мужчина становится твоей стеной, а ты надёжно прикрываешь его спину и принимаешь его таким, какой он есть, как и он тебя.

Ималиаль вдруг смутилась, поняв, что владыка стал ей ближе, чем кто-либо. Она подняла на него глаза и крепко обняла за шею. Слезы навернулись на глаза и девушка засопела мужу в ухо, пытаясь сдержать рыдания.

— Кажется и правда пора возвращаться, — придушенно сказал Галадриэль, — Ты мне ничего сказать не хочешь?

Ималиаль замотала головой, возя сопливым носом ему по шее. Она не готова озвучить ему свои чувства. Ещё сама не привыкла.

— Скажи мне любовь моя, ты изучала целительство? — спросил владыка мягко отцепляя от шеи руки жены.

— Нет, — всхлипнула Ималиаль, — Я помогала маме с братьями и мне некогда было учиться, а когда она умерла тем более.

— Ясно. Тогда я должен спросить, ты знаешь откуда дети берутся? — деликатно спросил владыка.

Ималиаль непонимающе хлопнула глазами, а потом покраснела, как маков цвет.

— Ты думаешь у... Да мы ведь женаты, — бессвязно пробормотала девушка. Галадриэль лег рядом с ней на бок и прижал руку к низу ее живота, — А как ты узнал?

— У тебя последнюю неделю глаза постоянно на мокром месте, — проворчал владыка, пуская волну магии, — То ты улыбаешься, а в следующую минуту уже рыдаешь не пойми от чего. У моей мамы так же было, — Галадриэль посмотрел на жену и солнечно улыбнулся, — мы в положении! — и с радостным воплем обнял Ималиаль, крепко поцеловав ее в губы.

— Планы меняются. Сначала едем к моим родителям знакомиться, потом возвращаемся в летнюю резиденцию. Никаких дворцов пока не родишь.

— А ты опять будешь пропадать там целыми днями? — жалобно спросила девушка.

— Нет. У меня куча новых советников, вот пусть и работают, а я буду ухаживать за своей беременной женой, — соблазнительно улыбнулся владыка.

— А мне можно? — испугалась Ималиаль.

— Можно, но для начала покажем тебя лекарю, — успокоил жену Галадриэль.

Встреча с родителями мужа прошла очень нервно и слезливо, с учётом того, что встретились две женщины в положении. В Данстале владыка с женой задержались на неделю, так как новоявленная свекровь распереживалась и решила родить раньше срока.

А когда детям показали новорожденную сестру Ималиаль поняла, что до ужаса хочет себе такую же малютку и проплакала от умиления весь вечер. Владыка, мужественно успокаивал сначала жену, потом отца и решил, что они достаточно погостили. Появление сестры на свет стало для него серьезным испытанием. Он вдруг понял, что и его ожидает это в скором будущем. Ималиаль будет рожать.

Сразу стало как-то боязно и когда они вернулись в летнюю резиденцию Галадриэль согнал туда лучших лекарей и целителей со всей столицы, чтобы они наблюдали его жену. Во дворец он ездил с утра на несколько часов, проследить как его министры и новый глава тайной стражи справляются. Лавериль Ночная фиалка сменил на посту своего дядю, который поставил Галадриэля перед фактом, что он уходит в отставку и вообще уезжает из Восточных лесов на Туманные острова. Его племянник был не в восторге от предложенной должности, но под давлением родственника вынужден был согласиться.

Закончив дела во дворце, владыка мчался в летнюю резиденцию, чтобы не пропустить момент пробуждения жены. Он обожал видеть ее сонной, теплой со сна. Особенно когда у нее начал расти живот и она аппетитно округлились во всех местах.

Галадриэль все возможное время проводил с женой, часто к ним присоединялись ее братья, ожидающие появление племянника с нетерпением.

Владыка с каждым днём всё сильнее влюблялся в свою жену и не переставал благодарить духов, что направили ее зажечь маяк, когда он попал в черную мглу. Галадриэль уже и не помнил, как жил без нее раньше. Единственное, что огорчало его счастье было молчание Ималиаль. Она ни разу так и не сказала ему, что любит его.

Как-то, когда Ималиаль с огромным животом лежала на диване обложенная подушками он решил спросить, что она у нему чувствует.

— А ты что чувствуешь? — насупилась она, — Ты мне ни разу не признался в любви! — предъявила она.

— Что? Да я каждый день признаюсь! — возмутился владыка.

— Ни разу не слышала, — фыркнула Ималиаль.

— Я называю тебя любимой, — набычился владыка, — любовь моя.

— Точно так же ты говоришь и своей матери, и сестре, и даже своей лошади. У тебя все твои любови, — насмешливо сказала жена, а владыка нахмурился. Да он часто использовал «любовь моя» не только по отношению к любимой жене. Это была просто фраза и он вкладывал в нее именно то, что чувствовал. Он любил жену, мать, сестру и даже свою лошадь, но видимо Ималиаль, так же, как и он ждала признания, а не просто общей фразы.

Он присел рядом с женой на пол и взяв ее за руку, улыбнулся.

— Прости меня свет очей моих, — владыка поцеловал нежные пальчики Ималиаль, — Я влюбился в тебя с первого взгляда, как увидел в том старом пальтишке, испуганную, но готовую защищать братьев любой ценой. Я не знаю более отважной и прекрасной женщины и люблю тебя с каждым днём всё сильнее, моя нежная девочка.

Ималиаль всхлипнула и сжала его руку.

— Я тоже люблю тебя Галадриэль, даже не смотря на то, что ты владыка. Ой! И кажется пора звать лекарей!