Глава 31

Мы почти добрались до Ланвира, когда кучер был вынужден остановить карету. К этому моменту стемнело, и он, не разглядев, наехал на какое-то препятствие.

Охрана попросила меня посидеть в экипаже, но вскоре стало ясно, что это не какая-нибудь засада, и я вышла наружу — осмотреться и немного размять ноги после долгого пути. Я привыкла к тому, что в академии приходилось подолгу сидеть на лекциях, однако провести больше десяти часов в дороге, почти не разгибаясь, — такое было свыше моих сил.

Окружавшая нас роща во мраке ночи казалась густой лесной чащей. Чем дольше я в нее всматривалась, тем больше становилось не по себе. Того и гляди, выскочит какое-нибудь неведомое чудище…

Поежившись, я закуталась в плащ и подошла поближе к слугам, которые разбирали мешавший проехать завал. По разговорам я отчего-то решила, что тракт преградило упавшее дерево, но в тусклом свете фонаря виднелась груда досок. За ними торчало колесо, которое слабо крутилось на ветру.

— Повозка? — удивилась я.

— Тележка какого-то селянина, — хмуро ответил один из слуг. — Разбитая. То ли он ее пустую бросил посреди дороги, то ли ее уже обчистили.

Услышь я это вчера, удивилась бы, отчего у него такой мрачный тон. Сегодня я огляделась, проверяя, загорается ли огненный шар в ладони.

Деревенские жители никогда не оставляют свои повозки посреди дороги, даже если у тех сломалось колесо. Жизнь в селе и так не сахар, чтобы разбрасываться имуществом. А чтобы тележка превратилась в такое месиво обломков, нужно что-то большее, чем пара разбойников, которые могли бы напасть на путников в мирное время.

Как бы я ни напрягала глаза, вглядываясь во тьму между голых древесных стволов, оттуда ничего не появлялось. Стояла привычная лесная тишина — шум ветра, слабое перекликивание ночных птиц. Решив, что прямо сейчас на нас никто не накинется, я склонилась над разбитой тележкой, чтобы помочь слугам оттащить обломки на обочину.

Мужчина, только что разговаривавший со мной, выхватил доску прямо у меня из-под носа.

— Не ваш это труд, леди. Занозу еще засадите. Посидите лучше в карете.

— Чем быстрее мы разберем этот завал, тем быстрее окажемся под защитой замковых стен,

— возразила я. — Так что давайте работать поживее.

Мой довод был принят. Однако не успел мужчина вернуться к разбору завала, как охнул, отдернув руку. Второй страж поднес к нему фонарь, пытаясь понять, что произошло.

— Ударился? Поранился?

— Вляпался во что-то, — пробормотал тот. — Жжется, зараза.

— А дело-то дрянь, — протянул второй, приблизив фонарь к его пальцам.

Кожу покрывала слизь цвета болотной ряски. Она почти полностью покрывала то место, где должен был сидеть возчик, и оборванные ремни упряжки. Мул, впряженный в телегу, либо вырвался и убежал, либо его утащили в когтях.

Мы несколько мгновений таращились на зеленоватую субстанцию, сначала соображая, что это значит, а потом отказываясь верить.

— Яд виверны, — пожевав губу, сообщил второй охранник.

— Уверен? — нервно спросил первый.

— Перед богами клянусь. Я во время предыдущего Сопряжения на эту дрянь достаточно насмотрелся. Возле Неймира виверны успели свить гнездо и жрали скот окрестных деревень. Наш отряд как раз отправили с этим разобраться.

— Яд, говоришь? — голос мужчины на долю мгновения дал петуха, но он быстро с этим справился, хотя руку отставил от себя так, словно она могла против его воли на кого-нибудь наброситься. — Это что, я умру теперь?

— Если в кровь не попадет, не умрешь, — ответила я. — Фляга с водой есть? Смывай скорее. Кожа онемеет немного, но жить будешь. Особенно если мы скорее вернемся в Ланвир!

Больше никому объяснять, что нужно работать быстрее, не пришлось. Пока кучер сторожил лошадей — и нас заодно, мы торопливо расчистили дорогу и бегом вернулись в экипаж. Кажется, и лошади после этого поскакали резвее, как будто поняли, о чем мы толкуем.

Ну, или почуяли хищника поблизости.

Подскакивая на жестком сиденье кареты, я перебирала в уме все, что знала о вивернах. Эти крылатые чешуйчатые твари немногим отличались от своих более крупных родственников

— драконов, только плевались не огнем, а ядом. Пламени они, наоборот, боялись. А это означало, что я могу дать им отпор.

Странно, но, думая о том, что на меня в ближайшие мгновения может напасть тварь величиной с экипаж, в котором я ехала, я не боялась.

Я злилась.

Если бы Эйр не решил сплавить меня подальше от академии, я бы не попала в такую ситуацию! Этот дурак ведь знал, должен был знать, что я ни за что не поеду ни к родителям, ни куда-то еще, пока он подвергает себя опасности! Как он вообще мог так со мной поступить? Да, я новичок в магии, ну и что! Я училась для того, чтобы сейчас стоять рядом с ним и вместе отражать атаки чудовищ!

Никакая тварь из Запределья меня не остановит. Наоборот — пусть она попадется мне на пути, чтобы я могла ее спалить к темным духам и выместить на ней обиду на одного рогатого демонюку!

Не знаю, кому из нас с виверной повезло больше, однако оставшийся путь до Ланвира прошел спокойно.

Когда мы приблизились к городу, я едва узнала его крепостные стены. Огней стало вдвое, нет, даже втрое больше, как и дозорных. На подъезде мы с трудом разъехались с несколькими богатыми экипажами, следовавшими прочь из Ланвира. Очевидно, аристократы тоже отправляли свои семьи в безопасные земли.

Увы, среди гербов не было принадлежащего роду Шенбис. Мне не хотелось и просто вспоминать о них, но, учитывая нашу вчерашнюю ссору, я бы предпочла, чтобы в смутное время они находились как можно дальше от меня и дорогих мне людей.

Городские ворота были уже закрыты на ночь. Прежде чем впустить нас внутрь, стражники проверили карету и убедились, что никого из Запределья мы с собой не пытаемся протащить. Только после этого офицер дал знак поднять решетку и поклонился мне, принося извинения.

— И все же, леди, — напоследок сказал он. — Вы уверены, что хотите вернуться, а не отъехать подальше от Ланвира? Судя по новостям, порталы больше нигде в провинции не появились, только в холмах недалеко от города.

— У меня тут дела. А сколько открылось порталов?

— Два, — офицер оглянулся на со скрипом раздвигающиеся створки ворот. — Первый ведет к даньяри. Оттуда вывалились несколько демонов-простолюдинов, удивились не меньше нашего. Зато из второго хлынули дракониды, но мы их сдержали. Никого при этом не потеряв, — с гордостью добавил он.

— Тогда у меня для вас плохие вести, капитан. Либо ваши люди кого-то пропустили, либо открылся третий портал. По округе бродит виверна. Мы столкнулись в роще на Западном тракте с повозкой, забрызганной ее ядом. Возчика мы не нашли. Боюсь, он погиб.

Загорелое лицо офицера потемнело.

— Спасибо за предупреждение, леди. Мы отправим туда патруль.

Кучер тронул поводья, и лошади зацокали копытами по городской мостовой, увозя меня от ворот и общительного капитана стражи. А я продолжала с изумлением глядеть в окно на улицы, которые менялись прямо на глазах.

Хотя тьма опустилась около двух часов назад, город не спал. Такое бывало и раньше, только в этот раз шум создавали не неугомонные студенты, отмечающие очередной праздник и не желающие так рано возвращаться в постели. Кто-то плюнул на покой соседей и забивал досками окна и двери своих домов и лавок. Кто-то собирал вещи, чтобы завтра с первым светом уехать в безопасные земли, подальше монстров и опасности. Горели огни у госпиталя, который принял первых раненых и спешно освобождал пространство, чтобы в последующие дни все пострадавшие могли разместиться под крышей и получить лечение. Вовсю дымили трубы гильдии алхимиков — ученые и маги создавали зелья и оружие для воинов, которым предстояло давать отпор монстрам.

В воздухе молоком из разбитой крынки было разлиты беспокойство и страх. Несмотря на это, я не ощущала паники — в большей степени сосредоточенность, стремление подготовиться как следует и дать врагам отпор.

Может, прав был король, что решил не предупреждать о Сопряжении заранее? Простой народ не успел толком испугаться, как был приставлен к делу. Пока голова занята работой, не до паники.

С другой стороны, Ланвир — город университетский. Многие его жители либо сами когда-то учились в академии, либо были связаны с ней. А чудовища из Запределья здесь новостью не были. И в самой академии, и в питомниках рядом с ней их разводили намеренно — чтобы студенты могли проходить боевую практику и чтобы ученые получали ценные ингредиенты. Вполне возможно, если бы жителям загодя сообщили об опасности, они могли подготовиться лучше.

Где правда, я не знала. Оставалось лишь надеяться, что расчет короля оправдан, а Эйр сделал все возможное, чтобы люди были готовы к битве, невзирая на внезапность происходящего.

По меньшей мере, охрана была начеку. Хотя официально академия ночью закрывалась и за редким исключением никто не мог пройти за ворота, обычно привратники то дремали, то просто закрывали глаза на проскальзывающих внутрь и наружу студентов. Теперь же повсюду было полно дозорных. Пушки и гигантские арбалеты на стенах, предназначавшиеся для драконидов, были заряжены, рядом с каждой стояло по воину. У внешнего кольца стен мою карету осмотрели едва ли не строже, чем на въезде в Ланвир, а когда пропустили, то предупредили, что лорд Иррет в данный момент находится на военном совете.

Ах да, госпожу поздравляют с венчанием, которое так незаметно и неожиданно для всех случилось вчера. Возможно, она желает, чтобы хозяину о ней доложили сразу после совета?

Нет, госпожа ничего такого не желает. Она, прямо как и ее новоиспеченный муж, очень любит сюрпризы.

Я думала, что гнев за часы поездки утих, но опрометчивое упоминание привратников о несуществующей свадебной церемонии заставило его заполыхать с новыми силами. Эйр не просто всех обманул, включая меня. Он распустил слух о том, что мы теперь муж и жена! Плакали все мои наивные девичьи мечты о белом платье и волнительном моменте у алтаря богини Алморы! Как теперь провести настоящую церемонию, если все уверены, что она уже случилась?

Я выскочила из экипажа, стоило ему достигнуть вершины горы, и помчалась к главной башне. Судя по тому, что оттуда выходили ректор, командир стражи и несколько чиновников, занимавшихся управлением Ланвира, военный совет уже закончился.

Жаль. Я бы предпочла, чтобы у фейерверка, который грозит Эйру за ложь, были свидетели. Возможно, кто-то еще усвоил бы, что врать невестам опасно для жизни.

Подъема по крученой лестнице, которая месяц назад казалась бесконечной, я почти не заметила. Только влетела в двери башни — и вот уже перед глазами кабинет женишка. Побледневший секретарь что-то там залепетал, но я не слышала. Наверное, распереживался, почему у меня горят руки.

Схватившись за деревянную дверную ручку, я поняла, почему демон-хантарец, когда просил не бить жениха, говорил о сковородке, а не о скалке, например.

Сковородка не могла загореться в ладонях. И, что не менее важно, она была достаточно увесистой!

Дернув дверь на себя, я ворвалась в кабинет. Эйр задумчиво склонился над столом с разложенными картами и деревянными фигурками, обозначившими врагов и их расположение. Ярко горевший огонь в камине обрисовывал каждую очаровательную, нежно любимую мной черточку жениха-мужа: отросшую со вчерашнего дня щетину; золотые глаза; как всегда, распахнутый камзол и расстегнутые верхние пуговицы рубашки, обнажавшие мускулистую грудь. Черная грива, с трудом укрощенная кожаным шнурком и завязанная в хвост, ложилась на плечи и спускалась до самых бумаг на столе, чиркая по ним кончиками волос.

На миг я умилилась, вновь увидев возлюбленного. А затем зажгла в ладони такой огненный шар, от вида которого профессор Хейзен прослезилась бы и сразу поставила зачет по боевой практике.

Эйр вздрогнул, когда мимо него пролетел сгусток пламени и разбился о стену, разлетевшись яркими брызгами и оставив после себя черное пятно сажи. Когда жених обернулся, глаза у него стали круглыми-круглыми, а на лице появилось непривычное выражение.

Страх или замешательство? Меня устраивали оба!

— Э-э, здравствуй, Талли, — немного нервно улыбнулся Эйр. — Не ожидал, что ты так быстро вернешься.

— Надо было вливать в меня больше зелья! — прорычала я, отправляя следом еще один полыхающий шар.

На сей раз демон взмахом руки погасил пламя еще на подлете, но я не собиралась сдаваться. Услышав «Талли, Талли, я все могу объяснить», я швырнула ему на стол скомканное брачное свидетельство. Спустя миг оно заполыхало пламенем. Синим.

Хотя вот это, если честно, вышло уже случайно.

— Ты в самом деле думал, что от меня можно избавиться обманом, да еще таким?!

Как только Эйр рассмотрел, что я подпалила, то, ругнувшись, кинулся гасить пламя. А меня в это время заставил резко развернуться неестественный кашель в углу кабинета — такой, будто кто-то скромно пытается обратить на себя внимание.

Новый огненный шар появился в руке сам собой. Я мрачно смотрела на сидящего в кресле мужчину, который с интересом следил за нами с Эйром.

Не требовалось видеть его родословную, чтобы понять: передо мной чистокровный даньяри. Над ежиком черных с обильной проседью волос поднимались два недлинных крученых рога. Немолодое лицо с желтыми глазами и квадратной челюстью рассекали два застарелых шрама. Одежда на незнакомце была незнакомого покроя — более свободная, почти вся из кожи, украшенной набитым на ней рисунком из сложных символов.

— Лорд Иррет, кто эта девушка, нравом напоминающая драконицу? — с улыбкой поинтересовался мужчина. Хотя он неплохо говорил на нашем языке, в речи чувствовался сильный иноземный акцент.

— Она хуже драконицы, — ответил Эйр, с опаской поглядывая на меня. — Это моя невеста. Жена, вернее.

— Если я твоя жена, где мои свадьба и консуммация брака?! — возмутилась я, разворачиваясь обратно к нему.

Тут же спохватившись, я прикусила язык, но было уже поздно. Сзади раздался смех.

— Справедливые вопросы, лорд Иррет, — я сердито уставилась на незнакомца, но он только еще шире улыбнулся и поднялся с кресла. — Если вы не против, оставлю вас вдвоем выяснять эти деликатные вопросы. Мы вроде бы все решили, а я по опыту знаю, что это такое — испытать на себе гнев жены. Будьте осторожны, лорд Иррет, не позволяйте ей добраться до сковородки. В руках женщин-даньяри это страшное оружие. Уж поверьте старику.

Мужчина потер шрам над бровью, чему-то усмехнувшись.

— Простите, что не заметила вас, но я не даньяри, — возразила я.

— Вы женщина, а каждая женщина — немного демоница, — многозначительно произнес тот и поклонился на прощание. — Доброй вам ночи.

— Доброй, — поморщился Эйр, наверняка уже представив в красках, что его ждет после того, как уйдет незнакомец. — Я распоряжусь насчет эскорта. Надеюсь, мы еще увидимся на рассвете.

Мужчина спрятал очередную ухмылку, еще раз поклонился и вышел, плотно затворив за собой двери. Эйр сразу же одарил меня хмурым взглядом.

— Ну спасибо, дорогая. Показала меня во всей красе перед союзниками. Это, между прочим, офицер из мира даньяри, воевавший на нашей стороне еще в прошлом Сопряжении и обещавший привести подмогу!

— А нечего было обманом выдворять меня из Ланвира, — огрызнулась я. — Получил то, что заслужил!

— Я заботился о тебе!

— Опоить меня зельем, сунуть поддельное брачное свидетельство — это забота?!

— А что это, по-твоему? Я должен был подстраховаться, чтобы в случае чего наследство досталось тебе, а не какой-нибудь Керри Шенбис!

— Я должна быть твоей подстраховкой! Зачем, по-твоему, я училась в академии и записывалась в отряд атакующей магии?

— Нет, Талли, — твердо произнес Эйр. Прямые черные брови сдвинулись над переносицей. — Мы оба отлично знаем, что изначально ты приехала в Ланвир не ради сражений с монстрами Запределья. Зато я был поставлен сюда королем защищать эти земли, поэтому уберечь и тебя, и весь город с академией — моя обязанность. Поэтому можешь сколько угодно позорить меня перед союзниками, а я бы повторил все то же самое, что уже сделал, лишь бы ты оказалась в безопасном месте.

— Самое безопасное для меня место — рядом с тобой. И не пытайся спорить! Я вернулась, хотя мы уже почти добрались до твоего поместья. Вернусь откуда угодно, хоть в темнице меня запри.

— Еще не хватало, — Эйр вздохнул и тяжело опустился в кресло. — Это ты пока не встретилась с тварями Запределья. Как увидишь мелкого жаберника — не ручную зверушку, выращенную кианами, а настоящую, зубастую, сама к родителям попросишься.

— Тогда ты удивишься, что по пути мы наткнулись на повозку, разломанную виверной. Я сама помогала освободить дорогу от обломков. И все равно я здесь!

Демон застонал, закрыв глаза ладонью.

— Проклятье…

— А то ты не знал, кого берешь замуж, — едко ответила я.

— Да уж догадывался, только не думал, что ты будешь настолько упорной. Слушай, я уже не знаю, как тебя уберечь от опасности. Я надеялся, что хотя бы третья моя невеста доживет до свадьбы целой и невредимой, но, похоже, боги не предусмотрели для меня такую возможность.

Мне хотелось съязвить на тему того, что теперь понятно, почему мы стали мужем и женой без церемонии и клятв. Однако голос Эйра звучал так печально, что у меня не повернулся язык.

Он переживал. Правда переживал, изо всех сил, и заботился, как умел. Кто же мог объяснить ему, что это совсем не то, что сделает меня счастливой?

Я подошла ближе к нему и положила ладонь на плечо. Эйр рассеянно погладил ее, глядя в огонь камина.

— Ты никогда не рассказывал о предыдущих двух невестах. Может, наконец-то поделишься тем, что с ними произошло?

— Сомневаюсь, что тебе будет приятно это услышать. Мне, например, узнать о Джейсе было не очень радостно.

Справедливый упрек я проигнорировала. Узнавать о бывших всегда удовольствие маленькое, но иногда без этого никак.

— Расскажи. Мне нужно знать. Ты любил их?

Он помолчал.

— Первую. Ее — да, любил. Со всем юношеским пылом, примерно как ты Джейса. А она, как выяснилось, выходила замуж за деньги. Я застал ее в постели с другим мужчиной всего за несколько дней до свадьбы. Я не хотел, чтобы получилось то, что получилось, но сдержаться было выше моих сил.

— Вот почему против тебя не выдвигали никаких обвинений.

— Да. Ее родители предпочли замять дело. Истина в этой ситуации не красила никого.

— А вторая невеста?

— Это был уже чистый династический брак. Мне жаль, что я ранил Имиру, но на самом деле рад, что до свадьбы так и не дошло. На этом браке настаивал мой отец, а я согласился, так как думал, что девушке из моего народа огонь будет не страшен. Только ее происхождение не помогло наладить нам совместную жизнь. Мы не могли найти общий язык, постоянно ругались, и одна из наших ссор завершилась тем, что я в прямом смысле полыхнул от злости. Она меня так и не простила, зато ее родители удовлетворились круглой суммой и обо всем «забыли». Меня до сих пор не покидает ощущение, что Имиру мне подсунули только ради того, чтобы получить эти деньги, — пробормотал Эйр. — Сейчас она вполне счастливо живет с человеческим мужем в северных провинциях.

— Сочувствую, что истории с твоими предыдущими невестами закончились плохо, — я вышла вперед, опустилась на колени и загородила камин, ловя взгляд жениха. — Только ты должен понять: что бы тогда ни случилось, это не значит, что со мной будет точно так же.

Он провел подушечками пальцев по моей щеке.

— Не значит. Но это вполне возможно. Особенно если я не буду заботиться о твоей безопасности или на нее наплюешь ты сама. Я не могу допустить, чтобы с тобой случилось то же самое, понимаешь?

Я поймала его руку и прижала к себе.

— Кто тебе сказал, что со мной обязательно должно что-то случиться? — я пристально всмотрелась в золотые глаза демона. — Скажи честно, зачем ты на самом деле меня спровадил в отдаленное имение? Порталы открылись, но ситуация пока не выглядит такой уж плохой.

— Это пока. Мы не знаем, что еще может свалиться на наши головы. Затмение до сих пор неполное — второй день подряд закрывается лишь краешек солнца. Летописи утверждают, что прошлое внеочередное Сопряжение было необычным, но в сохранившихся отрывках нет ни намека, чем оно отличалось от других. Может, когда солнце перекроется до конца, на нас спустится ядовитое облако, откуда мне знать… Я должен был тебя защитить от этого. Если с тобой что-то случится, я не переживу.

Я поднялась с колен и отряхнула ладони. Для своего возраста Эйр мог бы врать и получше. Золотые глаза. Они все-таки выдали правду.

— Я благодарна тебе за все, что ты делаешь. Желание спасти меня очень благородное. Но ты забываешь об одной вещи — я тоже тебя люблю, и мне точно так же хочется тебя спасти, как и тебе меня. А кроме тебя есть еще и те, кто вообще не может себя защитить. У меня есть хотя бы огонь, а что будет с Лессией, если все, кто может сражаться, будут прятаться в отдаленных имениях и твари доберутся туда? Ты подумал об этом? Не только ты один обязан быть защитником этих земель.

— Талли. — строго начал демон, вставая с кресла, однако я поднесла палец к его губам, прервав наверняка очень длинную и убедительную тираду о том, как я не права.

— Эйр, счастливого супружества не получится, если лгать друг другу и отгораживаться друг от друга стенами, пытаясь сделать все в одиночку. Не знаю, что ты не договариваешь, но учти: какой бы смертельный трюк ты ни задумал, я буду рядом. Может, наш брак будет коротким, зато честным, и мы будем вместе, даже если в желудке у саблезубого льва. Фальшивок, — я указала на горстку пепла, оставшуюся от брачного свидетельства, — мне не надо.

— Эта бумажка мне вообще-то денег стоила, — проворчал жених.

— Значит, жрец не будет возражать, если завтра мы проведем церемонию по-настоящему. Можно тоже тайную. Кстати, ты мог меня об этом просто попросить, вместо того чтобы опаивать и сгружать с вещами в карету.

— Не знаю, Талли. Не знаю.

— Зато я знаю.

Эйр задумчиво поворошил пепел и, наконец, смел его в камин.

— Ладно, будь по-твоему. Раз такое дело… — он вдруг хитро улыбнулся и притянул меня к себе. Мягкие губы любимого коснулись мочки уха, заставив мурашки забегать по спине. — Как насчет того, чтобы провести эту ночь у меня? Мне показалось, кое-кто требовал консуммации брака.

— Который еще не заключен!

Чтобы выскользнуть из его объятий, потребовались усилия, и не в последнюю очередь моральные. Весь день я злилась на Эйра, но в то же время не могла не думать о его сильных руках и лукавой улыбке, которые теперь были, пожалуй, чересчур близко, чтобы не потерять от них голову.

А я не могла сдаться так легко после того, как от меня чуть не избавились!

— Ты ответственен за жизни людей, киан и даньяри. Тебе нужно выспаться, чтобы не принимать ошибочные решения, — назидательно сказала я. — А мне еще нужно разместиться и все такое. И вообще, я сейчас должна быть в сотнях миль отсюда, так что не делай такое недовольное лицо! Сам виноват! Скажи спасибо, что я тебе хвост не укоротила!

Эйр рассмеялся.

— Ладно, ладно. На самом деле я страшно рад, что ты вернулась. Весь день был серым, печальным и тревожным. А тут вернулась ты — и все стало ярким. Мне тебя очень не хватало.

Он обнял меня так порывисто, что от неожиданности я издала глупый звук. Впрочем, он тут же потонул в мягкой ткани, когда я уткнулась лицом жениху в грудь и так же крепко его обняла.

И снова моя решимость провести эту ночь в другой спальне пошатнулась. Но я уже сказала свое слово.

— Может, передумаешь ночевать в другой спальне? — очень-очень хитро поинтересовался Эйр.

Я фыркнула, шутливо отпихнув его в сторону.

— Пусть у тебя будет стимул поскорее договориться со жрецом!

Демон притворно заломил руки.

— Как пожелаете, моя госпожа, хотя это заставляет мое сердце обливаться кровью. И все же… — он наклонился и нежно поцеловал меня в волосы. — Я действительно безумно рад тебя видеть, хотя и недоволен тем, что ты меня не послушалась.

Снаружи донесся тихий звон башенных часов. Мы оба повернулись в ту сторону, отсчитывая количество ударов колокола.

До рассвета оставалось не так уж много.

— Спокойной ночи, милый, — я тоже поцеловала его на прощание. — Буду молиться перед сном, чтобы завтрашний день не подарил нам неприятных сюрпризов.

— Хорошая мысль, — согласился Эйр. — Я тоже скоро пойду. Сначала надо закончить кое-какие документы.

Он с извиняющимся видом похлопал ладонью по стопке бумаг на столе. Она и правда выглядела внушительной, поэтому я, посочувствовав жениху, еще раз его обняла и только тогда направилась к выходу.

Уже у дверей, последний раз оглянувшись на любимого мужчину, я заметила каменную плиту, которая торчала из-под документов на столе. Однако мне это не показалось достаточно важным, чтобы возвращаться, поэтому я вышла в коридор.

С загадочными плитами еще успеется. А мне надо поскорее лечь спать, чтобы завтра встать пораньше и выяснить, где мой боевой отряд и чем я должна заниматься.

И самое главное — не спускать с Эйра глаз. Что бы он ни плел, что-то мой женишок задумал, и это что-то смертельно опасно, или я совсем не знаю мужчину, за которого собралась выходить замуж.