*** 51 ***

Молодая женщина смотрела не веря, не понимая. Облизнула пересохшие губы.

— Что?..

— Вы позволите? — колдун протянул открытую ладонь. — Не бойтесь, это не причинит вреда ребенку.

— Да, мы позволяем. Что угодно, если это сохранит ей жизнь! — ответил за жену Гаррет.

Надежда, пусть даже слабая, хрупкая, окрылила его, давая возможность вновь почувствовать себя мужчиной, защитником, тем, кто принимает решения.

Вики осторожно придвинулась навстречу, однако, когда кончики пальцев коснулись живота, зажмурилась, будто готовилась к самому страшному, но ничего не произошло, кроме того, что колдун прислушался к чему-то, слышимому только ему, и мимолетно улыбнулся.

— Это девочка…

И следом подхватил Вики на руки и понес без всякого труда, едва ощущая вес.

— Нам нужно дождаться рассвета, — объяснял он по дороге нахохлившемуся Гаррету. — На свету твари слабеют. Если выгоним, я уничтожу его без труда.

Колдун приостановился, коротко глянул на восток, где небо было еще темным и лишь понизу начинало лиловеть.

— Еще пара часов…

Он занес Вики в дом, уложил на диван в каминном зале. Молодой стражник зашел следом, озираясь, стараясь не показывать смятения. Они первые за много лет, кто побывал в доме колдуна-отшельника. Каких только слухов не ходило о его обиталище. Что это мрачная берлога, заваленная костями и шкурами… Что это пещера дракона, скрывающая сундуки золота и драгоценных камней… Поговаривали, что дома-то на самом деле нет, а есть дыра в преисподнюю. Но дом был, и это было обычное холостяцкое жилище: чувствовалось отсутствие руки хозяйки.

Вики трясло от холода все сильнее. Колдун щелкнул пальцами, и поленца, сложенные горкой в камине, запылали. Он принес одеяла, укрыл гостью, провел ладонью по ее лбу, покрытому ледяной испариной. Гаррет стиснул зубы: ему было неприятно, что его жены касается чужой человек. Да не человек вовсе. Колдун. Что он потребует в оплату своих услуг? Душу? Гаррет был готов заплатить эту цену.

Молча ждали рассвета. Вики впала в забытье, Гаррет сидел на полу рядом с женой и держал ее за руку, гладил пальцы. Шептал что-то. Колдун старался не слушать, но все равно слышал все те обещания, которые в минуты отчаяния любящие раздают близким. «Никогда не оставлю… Буду любить до конца своих дней… И доченьку нашу… Доченьку…»

Колдун тряхнул головой. Доченьку… Они еще не знали, на что им придется согласиться.

За высоким окном занимался огненный рассвет. Облака из лиловых сделались багряными, налились алым соком, вот-вот брызнут солнцем.

Колдун взял с каминной полки узкий серебряный кинжал.

— Вики, Гаррет…

Вики, вздрогнув, приоткрыла воспаленные глаза. Радужка их уже начала светлеть. Испуганно вскинулась, увидев сверкнувшее в отсветах наступающего утра лезвие. Гаррет вскочил на ноги. Колдун успокаивающе поднял ладонь.

— Больше нельзя терять время, его и так мало. Прежде чем мы приступим, вы должны пообещать…

— Что угодно! — воскликнул молодой стражник.

«Душу, да? Мою душу? Годы моей жизни? Не жаль, колдун, забирай!» — ясно читалось на его лице.

— Вашего первенца.

— Что? — тихонько, слабо, не веря тому, что слышит, пробормотала Вики, пытаясь приподняться на подушках. — Да что же?.. Как?

В глазах Гаррета, обращенных к нему, колдун увидел ненависть и презрение. Не будь его помощь сейчас так необходима, будущий отец кинулся бы на негодяя, сдавил горло… Вики беззвучно плакала, не закрывая глаз. По щекам, белым, точно снег, тянулись дорожки слез.

— Я… не могу… — прошептала она.

— Зачем… тебе? — выдавил Гаррет; казалось, его сейчас стошнит.

Он должен был сделать страшный выбор… Хотя выбора-то и не было. Либо одна спасенная жизнь и одна обещанная, либо ни одной.

— Станет моей ученицей, — последовал холодный ответ.

Слишком долго объяснять все, что он задумал. Слишком сложно, а времени нет. Пусть так — ученица. И родителям легче смириться с тем, что он не предоставил им выбора. Потребовал плату за услугу. Проклятый, презренный… Колдун усмехнулся. Этих эпитетов по отношению к себе он слышал много за последние годы.

Как объяснить тем, кто ни разу не сталкивался с магией, что обещание первенца — это, по сути, его спасение. Что прежде к этому методу прибегали отчаявшиеся матери, видя дитя на пороге смерти. Бежали к магу и умоляли забрать младенца, и если маг соглашался, то выросший ребенок действительно становился учеником. Магия — мощная сила, стихия, противостоять которой не могла даже смерть. Если магу обещали первенца, то он его получал вопреки всему.

— Согласен! — прошипел сквозь зубы Гаррет.

Вот только договора на первенца будет мало. Мало… Колдун чувствовал это. Но если соединить два сильнейших магических заклятия, то… Возможно… Но пока рано…

— Я заберу ее лишь тогда, когда ей исполнится восемнадцать. А пока прошу не говорить дочери ни о чем.

Он не собирался пользоваться своим правом. Когда придет время, он сможет противостоять магии. Он-то да не сможет! Все задуманное всегда удавалось ему! Казалось, что сама магия послушно идет в поводу, как нашкодивший щенок.

Колдун порезал указательный палец, на нем выступила капля крови.

— Ладонь, — обратился он к мужчине.

Гаррет протянул ладонь, морщась, смотрел, как колдун рисует на ней крест своей кровью.

— Ты согласен отдать мне первенца, свою дочь, когда ей исполнится восемнадцать лет, в обмен на услугу?

— Согласен, — выдохнул Гаррет, буравя колдуна глазами, полными отвращения.

Кровь, зашипев, впиталась в кожу.

Колдун взглядом показал Вики, что ей следует сделать то же самое. Женщина, дрожа, протянула ладонь.

— Ты согласна отдать мне первенца, свою дочь, когда ей исполнится восемнадцать лет, в обмен на услугу?

— Я…

Из глаз Вики катились слезы, губы кривились в судороге.

— Н-не…

— Вики, у вас еще будут дети, — мягко сказал колдун. — У вас будет жизнь. И ваша дочь тоже будет жива.

Гаррет упал на колени перед женой, взял в руки ее лицо.

— Умоляю, умоляю тебя, родная…

— Согласна, — прошептала несчастная чуть слышно, и кровь колдуна растворилась в ее крови.

— Что теперь?

Гаррет оглядывался, словно надеялся, что чудо уже произошло, жена вне опасности и можно отправляться домой. Но Вики по-прежнему дрожала и бледнела с каждой секундой все сильнее.

— Это только начало, — ответил колдун.

Он уже чувствовал густеющую в атмосфере силу. Магия приступила к действию, искала пути и способы доставить колдуну обещанного ему первенца в целости и сохранности. Вырвать из рук смерти ту, что еще не рождена. Вот только этого обещания мало, мало, слишком мало… Гибель уже нависла над ней, она была неминуема, неумолима…

Колдун дернул плечом и прижал пальцы к ключице — почувствовал, что кожу будто прижгли угольком. Смотреть не стал, он знал, что сейчас на его ключице появилась Астра Фелицис — счастливая звезда, призванная охранять первенца. И такая же, только крошечная, появилась на плече не рожденной еще девочки.

Нерожденная девочка. За те секунды, что пальцы колдуна касались живота несчастной женщины, он успел почувствовать ее. Крошечный комочек жизни. Она спала, уютно свернувшись в самом надежном на свете убежище. Но тьма уже подступала, уже протягивала к ней свои щупальца. Кто знает, как далеко мираж, заполнивший тело Виктории, успел продвинуться? Может быть, стал частью девочки? Будет ли она человеком, когда родится?

Для сомнений не оставалось времени, его хватало только на то, чтобы заключить второй договор. Но уже не с родителями девочки, а с ней самой.

Что я делаю? Это ведь на всю жизнь… Колдун на короткий миг удивился тому, что он, похоже, действительно готов провести обряд, самый важный в жизни каждого мага. Связать себя с той, что еще даже не родилась. Поделиться с нею магией, подарить вечную молодость и долгую жизнь. Почему? Зачем?

Он застыл, глядя перед собой. Зачем? Просто потому, что мог. Он знал, что сумеет спасти жизнь этой женщине и этому ребенку, пусть даже такой ценой. Но разве оно того не стоит?

Обряд вызовет настолько мощный всплеск магии, что мираж просто не удержится в теле Вики, покинет его при свете дня, и тогда колдун немедленно его уничтожит. А потом… Впереди столько лет до совершеннолетия девочки, что он обязательно что-нибудь придумает.

— Как вы ее назовете? — хрипло спросил он.

Ему нужно было имя. Имя — важная часть души. Знающий имя получает власть над его носителем. Потому и сам колдун… Нет, не время отвлекаться!

Будущие родители переглянулись. Конечно, они не задумывались над именем, они до сегодняшнего дня даже не знали, что их первенец — дочь.

— Ну же!

Колдун оглянулся, скользнул взглядом по корешкам книг, надеясь дать подсказку. На полке лежали четки из черных агатовых бусин. Иногда, пытаясь сосредоточиться, колдун перебирал их в пальцах.

— Агата? — предложил он.

— Агата! — воскликнула Вики. — Какое красивое имя! Да!

Колдун опустился на колени перед женщиной. На самом деле перед не рожденной еще девочкой. Так глупо… Не сработает, не сможет… Магия не терпит насмешек. Но что же тогда? Отправить их восвояси после всего? Поманить надеждой, а потом лишить ее? Качнул головой и заговорил.

Он говорил тихо, неразборчиво. Не хотел, чтобы его слова услышали. Сам ужасался творимому. Взять в жены ту, кого даже ни разу не видел?

Хотя нет, видел один раз. Чувствовал. Крошечный комочек жизни, что доверчиво устроился под его ладонью, когда он положил ее на живот матери.

— Агата… Я данной мне властью наделяю магией ту… Чтобы разделить… жизнь… защищать… любить… до конца моих дней…

Ни Вики, ни Гаррет не понимали произносимых им слов. Обряд был длинным и сложным. Слова, которые вначале были только словами, теперь звучали, как колокол, электризуя воздух, так что даже люди, не обладающие магическими умениями, чувствовали исходящую от них силу. Воздух вокруг колдуна и Виктории закручивался в плотный кокон, в котором посверкивали огненные нити. Нити сплетались в жгут, который уперся одним концом в середину груди колдуна, а другой протянул к животу Виктории. Она, вздрогнув, отбила его ладонью.

— Нет, не трогай, — слова колдуна звучали, как приказы, но иначе он не мог: нельзя прерывать обряд.

Вики всхлипнула, зажмурилась, вцепилась в протянутую руку мужа. Нити снова собрались в жгут и на этот раз проникли в живот женщины. Она выгнулась назад, сотрясаемая силой. Гаррет вскрикнул.

— Не бойтесь. Все хорошо.

Тело Вики захлестнуло сияние, расходившееся волнами от точки на животе, куда ударил жгут света. Точка пульсировала и билась, как сердце. Мощная сила заполняла сейчас крошечную Агату. Делая ее магом. Делая ее почти бессмертной. Связывая ее на веки вечные с колдуном, проводившим обряд.

Стихия лучами била из тела Вики. Если это не сможет вытащить миража из ее тела, то… ничто не сможет.