Глава 43_Лиза

Припарковавшись у старенькой пятиэтажки, я нервно поглядываю на Демьяна. Он спокоен и чересчур уверен в себе.

– Ты выглядишь спокойным.

– А нужно нервничать?

– Ну не знаю… Я переживала, когда ты привёз меня знакомиться с родителями.

– И зря.

– Да, но моя бабуля старой закалки. Она может не одобрить.

– А что тут одобрять? – повернувшись ко мне, он облокачивается спиной о дверь. – Мы только встречаемся. Ходим на свидания. Переезжать ко мне ты категорически отказываешься. Всё в рамках приличия. Так что твоей бабушке я понравлюсь. Меня другое беспокоит.

– Что?

– Ты так и не ответила на моё признание.

– Признание в том, что ты не умеешь сдерживать обещания? Может, мне вообще стоит задуматься, можно ли тебе верить?

– Лиза, – резким движением он подаётся вперёд, обхватывает ладонью мой затылок и притягивает к себе.

Я знаю, что играю с огнём. Но мне нужно больше. Хочу чётко услышать, что он меня любит. И желательно каждый день.

– Ты меня испытываешь? Или, может, наказываешь?

– Нет.

– Тогда что? – его взгляд опускается на мои губы.

– Я просто не поняла тогда, что ты имел в виду, – облизываю губы.

– Не поняла, – он вскидывает бровь, и уголок его губ вздёргивается в усмешке. – Тогда слушай внимательно. Я. Тебя. Люблю.

Он смотрит на меня так, словно я – смысл его жизни. Мои губы расплываются в улыбке. Это так приятно, так сладко. Я тону в его глазах орехового цвета с головой и не могу вымолвить ни слова.

– Лиза… – опасливо тянет моё имя.

– Я тоже тебя люблю, – произношу на выдохе.

Улыбнувшись, Демьян припадает к моим губам. Жадно, властно, словно клеймя. Я поддаюсь его напору, приоткрываю рот. Он пользуется этим, и его язык скользит внутрь.

– Ммм… .

Одним движением Демьян отодвигает кресло, перетягивает меня к себе на колени. Расстёгивает мой пуховик, забирается руками под блузку и обхватывает талию. От прикосновения по телу пробегает волна жара, дышать становится тяжело.

Он прижимает меня так близко, что сквозь тонкую ткань блузки я чувствую каждый мускул его тела.

Когда он отпускает мои губы, чтобы перевести дух, я, запыхавшаяся, прижимаюсь лбом к его лбу. Голова кружится, а пальцы впились в его рубашку.

– Вот и разобрались, – хрипло шепчет он, а у меня мурашки бегут по спине.

Я киваю, не в силах говорить. Он тихо смеётся, довольный, и проводит большим пальцем по моей разгоряченной щеке. В этом смехе, в этом жесте – нежность, от которой внутри всё переворачивается.

–Пойдём? – спрашивает он, но не торопится меня отпускать. – Покажем твоей бабуле, за кого её внучка собирается замуж.

Он произносит это так просто и уверенно, будто вопрос уже решён. Я откидываюсь назад, чтобы взглянуть ему в лицо.

– Кто сказал, что я собираюсь?

– Я, – парирует он, и в его глазах вспыхивает знакомый озорной огонёк. – И мой вопрос считай риторическим. Это лишь вопрос времени.

– Конечно. Сначала диплом. Потом работа. Добиться определённых высот в карьере. А уж потом я подумаю над твоим предложением.

– Отличный план. А детей когда рожать будем?

– Детей? Я об этом ещё не думала.

– Понятно, – хмыкает он, осторожно пересаживает меня обратно на пассажирское сиденье.

– Мне нужно немного остыть.

Он тянется за курткой на заднем сиденье и выходит.

Я застёгиваю пуховик, надеваю шапку и выбираюсь из машины. Открываю багажник, достаю пакеты с гостинцами.

– Всё забрала? – Демьян заглядывает в багажник, подхватывает спортивную сумку, затем забирает из моих рук пакеты. – Машину закрой.

Он поворачивается ко мне боком, чтобы я достала из кармана его куртки ключ. Делаю, как он просит.

Поднимаемся по лестнице на второй этаж. Остановившись у двадцать первой квартиры, я нажимаю на звонок. Из-за двери тут же послышались быстрые шаги.

Сердце ёкает.

Дверь распахивается, и в проёме возникает бабушка в ярком вязаном кардигане и с сияющими глазами.

– Лизонька, родная моя! – Она широко раскрывает объятия, и я тону в знакомом запахе ванили и лаванды. – Заждалась уже!

Обняв меня крепко, она тут же переводит взгляд на Демьяна. Улыбка на её лице не исчезает, но будто застывает, становится чуть более официальной. Её острый, проницательный взгляд скользит от его лица к спортивной фигуре, к дорогой куртке и обратно к его спокойным глазам.

– Заходите, заходите, не стойте на пороге. Морозно нынче, – говорит она, отступая вглубь прихожей.

Демьян вежливо здоровается, переступая порог. Я наблюдаю, как бабушка оценивающе смотрит на его уверенные движения.

– Валентина Петровна. Меня зовут Демьян.

– Здравствуй. Наслышана я про тебя.

Демьян на секунду каменеет и переводит взгляд на меня. Я лишь пожимаю плечами. Пусть немного понервничает.

– Ну чего застыли? Пойдёмте чай пить, с пирогами, – бабушка кивает в сторону кухни.

Я забираю у Демьяна пакеты и иду следом за бабушкой. Сразу убираю все продукты в холодильник.

– Садитесь, милый, – бабушка указывает Демьяну на табуретку. – Лизанька, поставь чайник.

– Хорошо, – украдкой поглядываю на Демьяна. Он садится за стол и, улыбаясь, смотрит на бабушку.

Пока завариваю чай, бабушка решает устроить допрос.

– Так чем занимаешься, Демьян? – её голос звучит приветливо, но в нём есть стальная нотка.

– Учусь с Лизой на одном курсе. Работаю.

– Кем работаешь?

– Помогаю дедушке руководить его фирмой.

– Дедушкиной, – недовольно тянет бабушка. – А самому-то с нуля чего-нибудь добиться не желаешь?

– Ба, перестань, – встреваю я.

– Ты не встревай. Заваривай чай.

– Дело в том, что мне близко дело деда, – спокойно отвечает Демьян. – У него крупная компания. Её тоже нужно держать на плаву.

Ставлю на стол чашки с чаем и сажусь рядом с Демьяном. Бабушка снимает с тарелки полотенце и придвигает пироги к нам.

– Угощайтесь. Вот эти с мясом, – показывает на круглые. – А эти с яблоком, – указывает на треугольные.

– Спасибо, – Демьян берёт круглый пирожок.

– Родители чем занимаются?

– У мамы цветочный бизнес. У папы – охранное агентство.

– А-а… ты из этих, – произносит она так, будто ставит диагноз, и хмуро смотрит на меня.

– Ба, ну что значит «из этих»?

– Богатеев.

– Это не плохо, – спокойно возражает Демьян, откусывая пирожок. – Просто факт. Мои родители много работали, чтобы построить своё дело. Я уважаю их труд и стараюсь перенять их опыт.

Бабушка прищуривается, медленно помешивая ложечкой чай.

– Опыт, говоришь… А какой у тебя опыт с девушками? – она отпивает чай, не сводя с него глаз. – У таких, как ты, обычно ветер в голове и длинный список побед.

Я закашлялась, чуть не подавившись крошкой. Демьян лишь усмехается, кладёт недоеденный пирожок на тарелку и вытирает пальцы салфеткой.

– Валентина Петровна, будь у меня длинный список, я бы не сидел сейчас здесь. Не тратил время на что-то серьёзное. А с Лизой всё серьёзно. Поэтому я здесь.

Бабушка отставила чашку. Её взгляд смягчился на градус, но проверка ещё не была закончена.

– Серьёзно… – тянет она. – А что ты можешь предложить моей внучке, кроме денег? Она девочка умная, самостоятельная. Карьеру хочет строить. Не будет она сидеть у тебя на шее.

– Я и не предлагаю ей сидеть. Я предлагаю быть рядом. Поддерживать её во всём. Если захочет строить карьеру – буду помогать. Если захочет своё дело открыть – буду помогать советом и ресурсами. Если захочет на Северный полюс – куплю самый тёплый пуховик.

Он говорит это так искренне, что я невольно улыбаюсь. Его рука под столом находит мою и сжимает.

– Ладно, – вздыхает она. – Говоришь складно. Посмотрим, что на деле будет.

– Я вас не разочарую, – Демьян притягивает меня за плечи и целует в висок. – Я очень люблю вашу внучку.