Глава 3

Царь.

Господин Луганский терпеть не мог всякие выступления на массовых мероприятиях. К его прискорбию, публичность была неотъемлемой частью обязанностей главы администрации. И поскольку у района должно быть в представителях интеллигентное лицо приятной наружности, то Васе, хоть умри, но нужно выглядеть было бодрячком.

И как он не плескал в лицо холодной водой, красные глаза и помятый вид с головой выдавали его состояние.

Да, видать старость пришла. Они вчера и выпили-то всего ничего. Каких-то три бутылки, а башка трещит так, словно их было шесть.

Похмельный синдром не мог не сказаться на его настроении. Уже с утра его стало все бесить до чертиков и подчиненные, те которые имели возможность слиться с окружающим пространством, рассосались по углам, оставляя Стасика единолично отдуваться за всех.

Пока ехали в детский садик попали в небольшой затор из-за дорожных работ. Стас привычно вырулил на встречку и хотел снова влиться в ряд, прижав чей-то отечественный тазик, но не тут-то было. Баба за рулем развалюшки гневно посигналила и одарила Стаса презрительным взглядом.

— Ах ты, мартышка упертая, — буркнул Стас и снова попытался выставить нос, но блондинка и тут среагировала быстрее.

Приоткрыв окно эта поганка показала охреневшим от такой борзости мужчинам средний палец и, ударив по газам обогнула асфальтоукладчик, оставив их ждать своей очереди.

— Во бабы наглые пошли, — почти с восхищением пробормотал Стас, но Луганский не был бы Царем, если бы не имел на все свое особое мнение.

Вторым неприятным моментом стало то, что Мила все же сподобилась доставить костюм, но чужой, размера на три меньше того, что носит Луганский.

Тихо матерясь сквозь зубы Царь выставил трясущуюся Милку из провонявшей краской подсобки и хлопнул дверью под сопровождение злобного рыка:

— Еще хоть раз накосячишь! Уволю, к чертям собачьим!

Чтобы хоть как-то успокоить нервы достал сигарету и, открыв окно, прикурил, услаждая свой эстетический глаз, аккуратными клумбами.

Внезапно сбоку послышался какой-то подозрительный шум и чье-то тихое пыхтение.

Вася повернул голову, и сигарета выпала из шокировано приоткрытого рта.

На отливе соседнего окна висел огромный плюшевый заяц и активно дрыгал несоразмерно большим задом в попытке сползти еще пониже.

«Допился, бля» — подумал Царь и в следующую секунду заяц с тихим писком полетел вниз и исчез в густых зарослях сирени.

Луганский потянулся за пачкой сигарет и понял, что та упавшая была последней.

Вот, черт! А курить-то хочется…

Что за дурной день?

Послать Стаса до магазина? А это мысль.

Луганский торопливо вышел из подсобки и свернул за угол, пытаясь припомнить с какой стороны тут выход, как на него налетело нечто с огромными ушами и раскатало по глянцевому кафелю коридора, послав практически в жесткий нокаут.

Придя в себя от удара, он сначала не поверил своим глазам — нечто оказалось тем самый плюшевым зайцем, вернее миловидной особой с бездонными голубыми очами, которые сейчас пылали гневом в ответ на его нелестное замечание.

Заинтересованный мужской взгляд скользнул ниже, да так и застыл при виде двух шикарных в своей полноте округлостей четвертого размера в обрамлении соблазнительного кружевного белья, которые так неосторожно открыл, порванный ворот заячьего костюма.

Мужчина глухо сглотнул, когда обладательница этого великолепия быстро прикрыла безобразие и укоризненно уставилась на него со словами:

— Вы мне костюм испортили.

Но Луганский не был бы собой, если не знал, как лучше повернуть ситуацию в свою сторону и уже вскоре обладательница роскошного бюста с легкостью согласилась на встречу после праздника. Белоснежная зайка подарила ему о-о-очень многообещающую улыбку и упорхнула за кулисы сцены.

Глядя ей вслед, Вася подумал, что зря грешил на сегодняшний день. Да утро не заладилось, но вечер обещал быть интересным и быть может даже жарким.

С этими мыслями глава района заметно приободрившись, поспешил переодеваться. Настроение поднялось до нужной отметки. Даже курить перехотелось, и оставшееся время до обещанной встречи, подогреваемый видениями аппетитных округлостей в своих ладонях, он с энтузиазмом отработал обязательную программу.

Не то что бы Василий Михайлович испытывал недостаток в женском внимании. Наоборот, женщин всегда было слишком много в его жизни. Сначала их привлекала его высокая широкоплечая фигура, после, когда возраст стал сказываться на внешности, положение в обществе. Но после развода мужчина все чаще ловил себя на мысли, что ему скучно. Дамы в его окружении внезапно стали как-то однообразно пресными. И если раньше Луганского вполне устраивали меняющиеся как перчатки любовницы, то в последнее время все это набило оскомину. Пожалуй, он наконец дожил до того возраста, когда нужно остепениться.

Прав был Санч, когда говорил, что Васе нужна нормальная баба.

Да, где ж их нормальных найдешь!

Была одна нормальная Женька Яковлева и ту по своей глупости упустил. Думал, с женой наладится, а оно вон как все обернулось…

Тряхнув головой, отгоняя невеселые мысли и посмотрел на часы.

А Зайка опаздывает. Спектакль уже давным-давно закончился. Сколько ей нужно было времени чтобы переодеться?

Помниться бывшая могла часами вертеться перед зеркалом. Женщины, что с них взять?

Луганский тоскливо вздохнул и любовно погладил блестящий капот своего «БВМ», не забывая поглядывать на калитку садика. Не хватало еще пропустить появление Зайки.

Интересно, а она светленькая или темненькая? Под плотно обегающим капюшоном было не видно, какие у Зайки волосы.

Луганский всегда предпочитал брюнеток. Причем стройных, с едва заметными округлостями. Чего его в этот раз переклинило?

А черт его знает.

Правильно говорят: седина в бороду, бес в ребро.

Понравилась. Вся такая беленькая, пухленькая, с этими огромными глазищами. Но с характером. Это Луганский понял сразу.

И сейчас в пятый раз поглядывая на часы стал думать, что этот ее характер мог самым гадским образом заставить его специально нервничать.

А еще через полчаса до Васи стало доходить, что эта вредная характерная Зайчиха самым подлым образом продинамила его.

Продинамила! Его!

Да его со школы не кидали подобным образом.

Злость клокотала и требовала выхода. Как назло рядом не оказалось верного Стасика, который с присущим только ему хладнокровием, всегда пропускал мимо ушей вспышки руководства.

Потоптавшись еще минут двадцать на опустевшей площади, нарезав для упокоения нервов семь кругов вокруг своей крутой отполированной тачки, Луганский грязно выругался и поехал домой.

Заехал в продуктовый магазин, накупил вредных и невкусных полуфабрикатов. Готовить-то дома некому! Покосился на бутылку водки.

Брать? Не брать?

Взял две и поехал домой.

Дом встретил все той же могильной тишиной.

Может кота завести?

Сварил пельменей, опрокинул стопку водки, закусил, давясь картонным вкусом мяса. Пора на боковую к телевизору?

А он все никак не может успокоиться.

Зайчиха, чтоб ее!

Ну, как так можно! А?!

Он же ждал. Надеялся. Витал в сладких грезах. Думал приятно и самое главное продуктивно, провести вечер.

А что вышло?

Диван, телевизор и водка.

Кстати о последней…

Луганский снова хлопнул стопочку, закусил пельменчиком и побрел искать пульт, сделав из сегодняшнего дня один единственный вывод: все бабы стервы. А Зайчиха в особенности.

Вот и женись на них после этого.

Зайка.

Бегство из садика было похоже на секретную шпионскую операцию. Я попросила у Людмилы Васильевны красивую соломенную шляпу с широкими полями, которую женщина обычно носила, когда гуляла с детьми на солнце и напялила ее.

То, что лось ожидал меня возле главного входа, я даже и не сомневалась, поэтому пройти мимо него нужно было, не привлекая лишнего внимания. Конечно, можно было воспользоваться запасной калиткой, но с учетом того, что моя старушка стояла на одной парковке с его черным монстром, то это маневр в принципе терял смысл.

Быстро собрала детей, поправила шляпу и, стараясь двигаться, как можно естественнее, поспешила к машине.

Лось обнаружился, подпирающий локтем капот своей буржуйской тачки.

И зря я переживала.

Он даже ухом не повел, когда мимо него прошла женщина в шляпе с тремя детьми и начала с шумным ворчанием пристегивать нежелающих сидеть смирно близнецов.

Что и требовалось доказать. У мужиков все мозги в одном месте и отношения к голове оно не имеет никакого отношения.

Уселась на свое место, пристегнулась и в последний раз бросила взгляд на мужчину.

Он продолжал стоять, изредка посматривая на часы и хмурясь.

Что за мужики пошли?

Даже цветов купить не додумался.

Типа я и сам как подарок.

Ненавижу такой тип мужчин. Красиво снаружи, но слишком пусто внутри. Они считают, что если у них есть деньги, связи и положение в обществе, то женщина на которую упадет их божественный взгляд должна пасть ниц и желательно сразу на постель уже готовая, доступная и делать все сама ради его удовольствия.

Тьфу, как подумала, аж, противно стало.

С какой-то совершенно не объяснимой злостью я завела старушку и помчала домой, решив что на ужин нужно сделать отбивные.

А что?

Знаете, как хорошо помогает спустить пар.

Пока ехали, близнецы безумолку обсуждали новую компьютерную игру, Настя пересказывала новую серию «Винке», а я слушала их всех в пол уха и, призывая остатки терпения, планировала бюджет на следующий месяц. По моим прикидкам снова выходило, что расходов больше чем доходов. В этом месяце я сильно потратилась, чтобы привести нашу дачу в божеский вид. После зимовки и сурового половодья в двух комнатах отлетели обои. Вот и пришлось переклеивать, перекрашивать. Опять же каждый сезон приходится тратиться на семена, рассаду, садовую утварь. Хотя, казалось бы, у меня огород обхохочешься. У соседки в пять раз больше.

Подсчитывая в уме затраты, сделала неутешительный вывод, что содержание дачи я не тяну, но с другой стороны, жить летом в двухкомнатной квартире с четырьмя детьми это смертоубийство.

А еще нужно детям обновить летний гардероб.

Боже, лучше бы я об этом не думала…

По пути мы заехали в сельский магазин за хлебом и молоком. Вот, за что люблю деревенскую жизнь: здесь хлеб всегда свежий, ароматный и хрустящей корочкой. А уж как он пошел с отбивными!

М-м-м…

У детей только за ушами трещало.

Да-да.

В большой семье дети не промах — едят все без капризов.

Помнится, первых год я вообще не отходила от плиты, стараясь всем угодить, особенно мужу, перед которым испытывала сильное чувство вины за сложившуюся ситуацию. Шутки ли это — наготовь, учитывая все вкусовые предпочтения. Уставала я тогда невероятно.

После ухода Егора, перед самым выходом на работу, однажды я сварила большую кастрюлю борща, а эти спиногрызы отказались есть со словами:

— Фу, я не люблю лук.

— Бе, здесь помидоры.

— Я не буду есть суп!

Я тогда тихо опустилась на табуретку и заплакала от охватившего меня отчаяния. Маленькая Настя заревела следом, а мальчишки растерянно хлопали глазами, не понимая, что произошло.

А я никак не могла успокоиться. Силы уходили вместе со слезами и, почувствовав себя совершенно опустошенной, дрожащими руками подняла Настю на руки и ушла в спальную.

Через полчаса, успокоившись и уложив девочку в кроватку, заглянула к мальчишкам. Близнецы смотрели мультики, Данил не отрывал глаз от ноутбука.

Вздохнула и поплелась на кухню, чтобы приступить к готовке любимых котлет Данила и замерла на входе нашей микроскопической кухни.

Три полных тарелки с борщом были совершенно пустыми. Шесть кусков хлеба так же исчезли.

Не веря своим глазам, заглянула в кастрюлю. Была у близнецов такая манера выливать суп обратно.

Да, нет. Все как было. Даже показалось, что на пару половников в кастрюле меньше стало.

Со странным щемящим чувством в области груди вернулась в комнату. Остановилась в дверях и, облокотившись о косяк, посмотрела на самого старшего.

— Спасибо, ма, — не отрывая глаз от монитора, сказал Даня. — Вкусный был суп. Ты завтра еще такой вари.

Близнецы с умным видом покивали в знак согласия, а мне снова захотелось плакать, а еще зацеловать этих маленьких проказников, что я собственно и попыталась сделать, приобняв Данила, так как он сидел ближе всех.

— Э-э-э, меня сейчас зомби сожрут, — возмутился он, отбиваясь от меня. — Иди, уже посуду мой.

Я еще пару раз потрепала его по темноволосой голове и абсолютно счастливая пошла мыть пустые тарелки.

Сейчас воспоминания уже слегка притупились, но оставили от себя легкий флер грусти. Детки растут, и мне становится легче в бытовом плане.

По старой привычке убираю со стола остатки еды в холодильник, смахиваю хлебные крошки и завариваю густой черный чай.

Дети в кроватях, на кухне чистота. Наконец, настало мое личное время. Время, когда я могу немного расслабиться и не думать о проблемах и заботах хотя бы тридцать минут.

Наливаю себе большую кружку чая с молоком, прихватываю тарелку с печеньками и иду на улицу, где в тени большой вишни меня ждет уютный гамак, плед и роскошное в своем ночном мерцании звездное небо.

Пристраиваю свою попу на гамак, делаю глоток чая и, открыв на телефоне новую книжку любимого автора, собираюсь почитать. Но не тут-то было. Рано я расслабилась.

Телефон вибрирует и на экране высвечивается «Егор».

Вот, что ему от меня опять надо?

Впрочем, что надо и так понятно. Именно поэтому притворяюсь слепой, глухой, умалишенной и игнорирую звонок.

Вы думаете это гад отстал?

Только я заново вчиталась, как телефон снова начал вибрировать.

И так пять раз.

На шестой нервы мои не сдали, и я подняла трубку со словами:

— Вот чего тебе не спится. Ночь на дворе.

Благоверный не ожидавший, что я сподоблюсь с ним поговорить, немного растерянно здоровается:

— Привет, Ален.

— И тебе не хворать. Чем обязана в столь поздний час? Я вообще-то уже спать легла.

— Ален, нам нужно поговорить, — сухо говорит он.

И ни каких тебе Зая, Зайчик, Зайчонок. Значит его саблезубая фитоняшка рядом.

— Я тебя слушаю.

— Мы с тобой так и не договорились, когда пойдем подавать заявление в ЗАГС. У меня в среду окно. Давай сходим?

— Егор, мне казалось, что мы с тобой женаты. Боюсь, повторно наше заявление не примут, — меланхолично отзываюсь я.

— Не прикидывайся дурочкой, — начинает злиться он. — В среду подадим заявление на развод.

Ага, сейчас все дела бросила и побежала. Размечтался глупенький.

— Зачем же так нервничать, милый, — ласково мурлычу я. — Приезжай ко мне я тебе чайку мятного заварю. Массаж расслабляющий сделаю.

На заднем фоне стало слышно какое-то странное шипение и приглушенные ругательства.

— Милый ты куда-то пропадаешь?

— Ален, кончай этот балаган, — раздраженно рыкнул Егор. — Ты же понимаешь, что твои уловки тут не помогут. Нас могут развести и без твоего согласия по суду всего через месяц.

Как не знать? Все я прекрасно знаю. Но Егору не хочется ждать этот месяц, потому что Сонечке не терпеться выйти замуж именно летом.

— Какой суд, Егорушка? — захожусь в притворном ужасе. — А как же наш ребенок?

— К-какой ребенок?! — заикаясь, сипло спрашивает муж.

— Тот, которого мы с тобой сделали месяц назад. Я беременна, милый. Ты рад? Я очень, — мой голос льется ядовитой патокой прямо в трубку телефона.

На несколько мгновений Егор зависает, видимо, пытаясь сообразить, блефую я или нет, а я пользуюсь моментом и сладко шепчу:

— Ты был такой страстный в ту ночь, мой котик. Я хочу девочку, а ты?

Охреневший Егор злобно шипит в трубку:

— Ну, ты и с-с-стерва…

Слушать его я больше не собиралась. Тем более что у Егора благодаря мне появились другие более важные занятия. Зная Соню, которая сначала делает, а потом думает, у благоверного на ближайшую неделю теперь все распланировано по секундам. Более того, теперь он всю голову сломает, как доказать что мой мифический ребенок его быть ни как не может, поскольку сексом мы в последний раз занимались четыре года назад. Разумеется, на суде я блефовать не стану расскажу как есть, но муж-то об этом не знает.

Ты хотел развода? Ты его получишь, но перед этим пройдешь семь кругов ада, предатель!

Я не питала иллюзий. Все мои ужимки, это просто от безысходности. Конечно, Егор получит развод по суду. В моих силах лишь немного отсрочить этот момент, но не более. Следовательно, нужно было как-то серьезнее подойти к решению проблемы с опекой. Безвыходных ситуаций не бывает, а в моем случае самое главное с умом подойти к проблеме. Но об этом все же лучше подумать завтра.

Со вздохом закрыла книжку и пошла спать.

Завтра выходной. А значит, грядет большая уборка.