Глава 22

Ну, хотя бы с посланниками от леди Гвер удалось разрешить дело быстро. Они пришли с извинениями – после происшествия на улицах девушке стало дурно и она решила отказаться от участия в отборе.

На их лицах я читал правду: внезапная болезнь здесь ни при чем. Бедняжка не думала, что ее жениха могут убить так быстро.

Мне же лучше, решил я по здравом размышлении. Гвер, несмотря на свою сочную, южную красоту, в любом случае не была фавориткой. Такую девушку приятно иметь в любовницах, но никак не в женах, и хорошо, что она сама сочинила благовидный предлог уехать, не дожидаясь моего отказа.

Не хотелось признаваться, что меня это все-таки задело. На ум даже пришло нелестное для Гвер сравнение с крысами, бегущими с корабля. Любит меня мой народ, ничего не скажешь…

Общение с генералом тоже принесло немного приятных минут.

Дель Ларди шагал по коридору рядом со мной. Было непривычно видеть этого высокого сухощавого человека неуверенным, мнущимся и не знающим, как начать разговор. Наверняка, касайся дело армии, генерал выложил бы все сразу и четко. Но провинилась его дочь, и ее проступок затрагивал материи, о которых во дворце старались даже не упоминать во избежание слухов и подозрений.

Я уже устал ждать, когда генерал наконец-то заговорит. Уже несколько минут он донимал меня малозначащими вопросами, которые можно было решить и позже, когда эта клятая рана на боку перестанет жечь, словно в нее ткнули факелом. А сзади еще шли иинайцы, которым тоже требовалось уделить время, прежде чем меня окончательно не покинут силы.

Пришлось мне слегка подтолкнуть дель Ларди.

– Генерал, вы ведь на самом деле не за этим ко мне пришли прямо сейчас?

Он отвел карие глаза – такие же глубокие, томные, как у его дочери. Но если юному девичьему личику эта выразительность только шла, то на лице генерала она казалась неуместной и создавала впечатление излишней мягкости, неподобающей человеку, который управляет армией. Не будь дель Ларди одним из моих самых верных сторонников, я бы задумался, на своем ли месте он находится. Однако солдаты его любили, а генерал ни разу не дал повода в себе засомневаться.

Я долго гадал, почему он сам не пожелал захватить трон, когда ослаб мой отец, но это так и осталось для меня загадкой. Единственное, что я заметил, так это то, что дель Ларди оставался довольно равнодушен к государственным делам – его больше интересовали изобретения военных инженеров: новые пушки, форты и все остальное.

А еще он когда-то сильно разругался с Рованом и теперь на дух его не выносил, что нас и объединяло сильнее прочего.

– Как всегда, вы зрите в корень, ваша светлость. Я хотел извиниться за поведение своей дочери. Лерия… – он замялся, подыскивая подходящие слова. – Она еще юна и не всегда понимает, где у дозволенного границы.

Энжи такого же нежного возраста, однако она не растерялась и не только ударила по убийце заклинанием одновременно со мной и Бреном, но и вызвала для меня лекаря. Сообщать об этом отцу Лерии я не стал. Незачем подстегивать соперничество между участницами.

Вспомнив о заклинании Энжи, я нахмурился. Говорила она, что умеет колдовать, или нет? За кучей забот это напрочь вылетело из головы. Надо будет вечером вызвать девушку к себе и обсудить это. Маги редки, и я должен знать, какой у нее дар.

Хотя бы для того, чтобы просто ее поблагодарить за помощь.

– Лерия слишком увлеклась испытанием и не заметила, что ушла с правильной дороги, – продолжал генерал, не замечая, что я едва слежу за его речью. – Клянусь, она не желала вам ничего плохого. Понимаю, как это могло выглядеть с вашей стороны, но уверяю вас: это обычная девичья неосмотрительность, а не свидетельство участия в каком-либо заговоре.

Он почти выплюнул это, словно его оскорбляла одна мысль о предательстве. Я остановился и доверительно положил ладонь ему на плечо.

– Не бойтесь, генерал. Разумеется, я вас ни в чем таком не подозреваю.

– Спасибо, – его темные глаза признательно посмотрели на меня. Он помедлил и негромко добавил: – Вы ведь наверняка понимаете, что если бы я хотел смены власти, то добился бы этого еще до вашего появления. Я поддерживал вашего отца, несмотря на все его недостатки, и не собираюсь себе изменять, выступая против вас. Тем более настолько подло, руками подосланного убийцы.

В его рассуждениях было зерно истины. Лерия – одна из фавориток отбора, если она станет моей женой, то внук генерала дель Ларди сядет на трон. Нужно быть полным идиотом, чтобы испортить самому себе такой прекрасный ход.

– Вы не дали ни единого повода в вас сомневаться, генерал, – успокоил я. – Убийца сейчас в подземелье, его допрашивают и как только выяснят, кто его подослал, то за виновником отправится стража. Я прослежу, чтобы заговорщик ответил еще и за то, что бросил тень на вас с дочерью.

Жесткие складки на лице дель Ларди смягчились.

– И еще раз спасибо, ваша светлость.

Он едва успел договорить. Все это время Алард шел сзади с двумя иинайскими дипломатами, которые дожидались своей очереди поговорить со мной. Но теперь иинайцы догнали нас и, похоже, решили, что имеют право встрять в разговор. Старший из них, черноволосый, всегда одетый с иголочки Йорс дан Зарен, довольно бесцеремонно встал рядом с генералом и спросил:

– Простите, ваша светлость, я услышал, что вы говорите об убийце. Он уже признался в чем-нибудь?

Я натянуто улыбнулся. Дан Зарен был жестким и очень религиозным человеком, с которым крайне сложно вести переговоры. С другой стороны, бесцеремонность и чересчур внимательное отношение к религии всегда были характерными иинайскими чертами. Как у простолюдинов, так и у власть имущих.

– Его допрашивают, лорд дан Зарен. Извините, что не могу сообщить вам последние новости – как видите, я был слегка занят тем, что чуть не умер.

Алард за спиной иинайца закатил глаза. Но я ничего не мог с собой поделать – дан Зарен на переговорах выпил у меня немало крови.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Он слабо улыбнулся моему сарказму.

– Хорошо, что покушение не отобрало у вас способность к шуткам. Но вы должны понимать, что появление оборотней в вашей стране – это проблема настолько серьезная, что Маравия к ней может быть не готова.

Сразу несколько слуг, шедших мимо по коридору по своим делам, вдруг стали шагать гораздо медленнее. У них как будто даже вытянулись шеи в нашу сторону.

Я взмахом руки пригласил собеседников двигаться дальше и не останавливаться. Во-первых, если многочисленная дворцовая прислуга услышит что-нибудь не то или неверно это истолкует, мне придется ломать голову еще и над тем, как искоренить нелепые слухи. Сведения о том, что мифические твари всегда существовали рядом с нами, нужно преподносить аккуратнее. А во-вторых, мне действительно хотелось поскорее добраться до кровати.

– И почему вы думаете, что Маравия с двуликими не справится? – поинтересовался я у посла.

– Потому что у вас эта зараза раньше не появлялась и вы даже не верили в ее существование, – дан Зарен прищурился. – Мне хорошо известна ходящая среди простолюдинов шутка о том, что если нужно увидеть то, чего нет, то пора звать иинайца.

– Вы же понимаете, что я не могу всему герцогству запретить шутить?

– Речь не о том, ваша светлость. А о том, что вы и ваш народ столкнетесь с неизведанным.

– Я не думаю, что оборотни – такое уж «неизведанное», – заметил Алард. – Во втором обличии они люди, которые ничем не отличаются от нас.

Дан Зарен позволил себе коротко усмехнуться и провел рукой по коротким усикам.

– Об этом я и говорю. Вы даже отдаленно не представляете себе, насколько это коварное и злобное племя. Если такую ошибку совершает опытный боевой маг, что говорить о молодом правителе, который только-только сел на трон?

Мы с Алардом, кажется, одновременно сверкнули на посла глазами. Дель Ларди украдкой покачал головой, осуждая его слова.

Знал бы дан Зарен, зачем на самом деле возле Фаэртона поставлен ледяной барьер… Но делегации было объявлено, что это вынужденная мера из-за лютующих разбойников. Сейчас я, пожалуй, уже начал об этом жалеть. В том числе о том, что с послом более крупного и могущественного соседа лучше не ссориться.

– И что же, у вас есть советы, которыми вам не жалко поделиться с молодым правителем, о том, как обращаться с оборотнями? – насколько мог вежливо спросил я.

– Конечно, – ответил дан Зарен. Кажется, ему и в голову не пришло, что я могу интересоваться этим неискренне, но все же он спохватился и вспомнил напоследок о приличиях: – Если вы позволите, ваша светлость.

– Разумеется. Мне очень хочется узнать, как бы поступил на моем месте настоящий иинаец.

– В первую очередь устройте публичную казнь на главной площади Гернборга, – совершенно серьезно начал посол. – Смерть демона, который посмел поднять на вас руку, должно увидеть как можно больше людей. Нельзя приглашать священника на последнюю исповедь – тварь не имеет права получить прощение у Единого.

Удивился даже дель Ларди.

– Разве церковь учит не любви и всепрощению?

– Демоны не достойны любви и прощения, – нахмурился дан Зарен. – Двуликие – это не люди, разве вы не понимаете? Они враги Единого и нас, Его детей. Об этом четко сказано в Писании, вы разве не помните? Все, кто проявляет к демонам жалость, обмануты их лживыми языками и должны покаяться. А те, кто вступил с ними в сговор, сами предали род человеческий и должны быть покараны вместе с демонами. Я прав, Жуар?

Второй посол, молчавший до этого, сразу кивнул.

– Двуликие демоны славятся невероятным коварством и живучестью. Поэтому настоятельно рекомендуем вам четвертовать и сжечь убийцу, ваша светлость. Он не должен к вам вернуться, чтобы закончить свое дело. И у нас есть просьба…

Младший посол замялся, бросив взгляд на старшего. Дан Зарен покровительственно ему улыбнулся и вновь повернулся ко мне.

– Да, мы просим разрешения присутствовать при казни и убедиться, что она проведена правильно. Прошу, не думайте, что мы пытаемся вмешиваться в ваши дела. Ваш предшественник на троне, ваш отец, – уточнил иинаец, – был сложным соседом. Вы гораздо более здравомыслящи, поэтому нам бы не хотелось, чтобы вы быстро потеряли трон. Тем более из-за двуликих. Если вы хоть раз проявите по отношению к ним мягкость, не избавитесь от них никогда. Это плохо и для вас, и для вашей страны.

– Какая… забота, – крякнул Алард.

Дан Зарен посмотрел на него с легким удивлением.

– Разумеется. Меня прислали сюда обсудить условия торговли, а не воевать с Маравией. Я не вижу иного способа выполнить клятву перед своим королем, кроме как помочь вам разобраться с этой проблемой. Кроме того, мы поклоняемся одному, Единому богу, а двуликие – Его извечные враги. Надеюсь, вы тоже понимаете, что мы с вами на одной стороне.

– Да-да, конечно, – поспешил заверить я. – Вы совершенно правы, посол. Мы тронуты вашей заботой.

Насколько тронуты, что не будем ставить в известность о телохранителе-оборотне, который спас меня сегодня от сородича. Я могу не любить двуликих и видеть в них угрозу, однако я не настолько слеп, чтобы считать весь их народ тварями из Преисподней и мечтать перебить всех до последнего.

Когда дан Зарен получил все уверения, что он обязательно получит приглашение на казнь (если та вообще состоится), и отправился в свои покои, а следом за ним ушел и дель Ларди, мы с Алардом молча посмотрели друг на друга. Я слишком хорошо знал старого друга и понимал, что мы думаем об одном и том же.

– Мне уже прямо хочется, чтобы палач нечаянно прикончил убийцу прямо в темнице, – пробормотал я. – Четвертовать и сжечь – ты слышал? А мне-то казалось, Маравия – просвещенное герцогство, которое давно преодолело дикие нравы Темных веков.

– Осторожнее, Исар, – предостерег Алард. – С Иинаем нельзя ссориться. Но, честно говоря, мне его меры тоже кажутся… кхм… излишними. Если мы поступим так, как он советует, то однозначно настроим против себя всех двуликих.

– И что тогда ты предлагаешь? – я пожал плечами. – Отпустить убийцу? Снять барьер? Этот стражник кричал: «За Фаэртон». Значит, он из тех сволочей, которых мы там не добили. Если я начну налево и направо распускать всех, кто строит против меня заговоры, пытается захватить мои земли или убить меня, я так в самом деле долго на троне не продержусь.

– Но теперь мы получили наглядное объяснение, почему оборотни из Ииная рискнули захватить Фаэртон, несмотря на свою малочисленность. Для них это шаг отчаяния, – густые, с проседью брови Аларда сошлись над переносицей. – Если иинайский посол настолько твердо и прямо предлагает подобные вещи в качестве официального совета, можно представить, что у них в стране творится в небольших городах и деревнях. Оборотни попросту затравлены.

– И мне теперь принимать их с распростертыми объятиями? Как того стражника, который сегодня меня чуть не заколол? Я тебя не узнаю, Алард.

– Может быть, я просто слишком много повоевал в жизни для того, чтобы рубить сплеча, – проворчал он.

– Я пока еще никого не рублю. Наоборот, чем дальше, тем сильнее у меня чувство, что мы воюем не с оборотнями, а с кем-то, кто сидит прямо у меня под носом и стравливает с ними, чтобы отвлечь внимание от себя.

– Имеешь в виду Рована? Он глуповат для такого.

– Это меня и беспокоит, – признался я. – Что-то тут не то…

Алард быстро взглянул на меня и положил на плечо ладонь.

– Отдохни, Исар. Хотя бы один вечер. Ты сегодня чудом выкарабкался, так что заслужил отдых целиком и полностью.

– Ладно. Но сначала еще кое-что.

Я подозвал ближайшего слугу.

– Найдите леди Авелину дель Гранде и пригласите ко мне, – улыбка сама тронула мои губы. – Мне под вечер не помешает немного созерцания красоты.