Глава 19

Лила

– Уверен, что они будут в порядке? – все ещё сомневаюсь я.

– Уж поверь мне. Лучше так, чем взять их с собой и наблюдать за очередным их концертом,– отвечает Аслан, кладя нашу сумку с вещами на заднее сиденье машины. Багажник забит подарками и сладостями.

– Они расстроились после того, как поняли, что их мама не вернётся. Вполне естественно, что…

– Хватит их защищать! Не моя вина, что Мина такая упёртая. Я сделал все, что мог, – говорит мужчина, обходя машину и занимая водительское сидение.

Я понимаю, что он прав, но вина из-за разрушенного брака просто убивает меня! Аслан ездил к отцу жены, но тот посоветовал ему дать дочери время. Мина обижена и не хочет слушать доводы разума. Она наотрез отказалась возвращаться, даже ради дочерей, которые за эти дни просто вынесли мне мозг своими придирками и истериками.

– Садись впереди, я не твой водитель, – требует Аслан, когда я открываю заднюю дверь авто. Я лишь закатываю на это глаза, но послушно сажусь рядом с ним.

– Готов к издевательствам моих кузин? – завожу разговор после того, как мы выехали на большую дорогу. – Все уже собрались и предвкушают первый визит жениха.

– Хуже, чем в первый раз по любому не будет, – усмехается он, а я чувствую внезапный укол в груди.

– И как же это было? – пытаясь стряхнуть неприятное ощущение, спрашиваю я.

– Меня заставили раздевать вместо одной целых три курицы, а потом нахальные пигалицы не могли их поделить, требуя каждая крылышко, которых было всего шесть, – говорит он, вызывая мою невольную улыбку.

– Что ж, готовься раздеть еще одну. Милана уже прислала мне фото, – хихикаю я, представляю все то, что он описал.

Кузины и сестры собирались на первый приезд жениха после свадьбы, чтобы получить от него подарки и помучить его разными способами, будь то запеченная целиком и наряженная в одежду из овощей и подручных средств курица, которую нужно было сначала освободить от «одежды», а потом разделать и раздать девушкам, или заставить станцевать с каждой.

– Жду не дождусь, – буркает он, держась позади машины своего дяди, выступающего в роли его родителей, ведь старшие на этом мероприятии тоже должны присутствовать.

– Быстрее бы увидеть моего Пушистика! – вздыхаю я.

Целая неделя без любимого зверька была невыносимой. Я так привыкла к своему малышу, что только и делала, что звонила маме по видеосвязи, чтобы он меня не забыл.

– Поверить не могу, что эта животина будет жить со мной в одном доме, – качает головой Аслан.

– Сам ты животина! – привычно возмущаюсь я. – В чем твоя проблема? Как можно не любить животных?

– Он меня преследует, – говорит он, хмурясь.

– Ты ему нравишься, хоть я и не понимаю почему, – фыркаю я.

– Жаль, что я не нравлюсь его хозяйке, – игриво говорит он, смущая меня.

Ну что за невыносимый человек! Лучше бы он все еще вел себя, как привычный мне хам. Эти странные высказывания и намеки ставят меня в тупик, слышать такое от Умарова странно… и волнующе. Из-за чего я чувствую себя просто ужасно! Все это неправильно, нельзя реагировать на его флирт! Он ведь женат, а я еще неделю назад собиралась замуж за его брата!

– Ты чего притихла?

– Ничего, – вздыхаю я, пытаясь не смотреть в его сторону, хотя взгляд так и цепляется за сильные мужские руки, обхватывающие руль машины.

Кажется, я начинаю понимать, о чем мне талдычила Милана, говоря о суровом мужском начале Умарова. Я словно перешла какой-то барьер после того, как осознала, что Саид в прошлом и больше мне не доступен. Сама себя не понимаю, ведь не собиралась признавать наш брак, но контролировать свои реакции нелегко поле того, как всю последнюю неделю Аслан то и дело находил поводы втянуть меня в разговор или под поводом того, что проголодался, то и дело задерживал на кухне, настаивая, что ненавидит есть один. Мое отношение к нему начало меняться, но я оправдываю все это пережитым потрясением и стрессом. Вероятнее всего, это просто самовнушение и попытка отвлечься от того, кто предал и бросил меня, потому что думать о Саиде все еще больно.

– Не говори родителям о своих планах на развод, – просит меня Аслан, через некоторое время. – Твой отец может и не покажет тебе, но он очень переживает из-за случившегося.

– Почему он тебе так нравится? – не понимаю я. Аслан очень сблизился с моим отцом за то короткое время, что они знакомы, что удивительно для меня. Ведь Умаров довольно-таки замкнутый человеком.

– Он напоминает мне моего отца, – говорит Аслан, удивляя меня.

– Правда?

– Да, такой же спокойный и мудрый, – грустно улыбается он.

– А когда он умер? – решаю проявить любопытство.

– Эх, уже давно. Саид тогда был подростком, а я только недавно женился. Помню, Мину убивала необходимость жить в одном доме с моим братом, а он был не самым спокойным подростком.

– От него все еще нет новостей? – спрашиваю впервые за много дней.

– Прислал сообщение, чтобы я перестал доставать его друзей и что он вернется, когда захочет. А потом снова меня заблокировал.

Мы снова замолкаем и весь долгий путь до моего отчего дома разговор больше не клеится, хотя в последнее время у нас не возникало такой проблемы. Может, все дело в нервах. Потому что я нервничаю и дико волнуюсь. Не знаю даже, как отреагирую на маму и папу. Может, вообще опозорюсь, начав реветь, потому что у меня такое чувство, что не виделись год и я была очень далека от них.

К сожалению, так и получается. Стоит нам войти в дом родителей, а мне попасть в любящие объятия мамы, как потом слез не остановить. Она тактично уводит меня в ванную, где долго успокаивает нежным голосом, не задавая никаких вопросов и не давя, а когда мы выходим, поправив мой макияж, оставляет на попечении кузин на кухне, сама присоединившись к гостям.

– Ты должна мне потом все-все рассказать, я остаюсь ночевать, – шепчет мне на ухо Милана, пробившись вперед всех.

Я на это лишь закатываю глаза, приветствуя своих младшеньких кузин, взбудораженных тем, что их допустили к этому мероприятию, а потом и старших, которые ведут себя более чинно. Чувствую, Милана меня сегодня доведет своим любопытством, потому что остальные замужем и вернутся вечером в собственные дома, а младших заберут их родители.

– Милана, никаких неуместных разговоров при девочках, – точно зная, что на уме у ее младшей сестры, строго говорит моя кузина Амина.

– Пфф… Самое интересное начнется, когда вы уже разойдетесь, – фыркает Милана. – Лила, я собираюсь хорошенько сегодня смутить своего зятя.

– На здоровье, – усмехаюсь я. – Только смотри, как бы он вас всех не смутил. Аслан, все-таки, не мальчик.

– У-у-у-у, как она заговорила! – присвистывает Милана. – Не мальчик, значит? Тебе лучше знать, мы ведь…

– Милана! – строго осекает ее Амина.

– Да иди ты, зануда. Я всего лишь пошутила.

– Держи свои шуточки при себе.

Между ними начинается перепалка и я пользуюсь моментом, чтобы стащить у сервирующей десерты Раисы крохотное пирожное, возбуждающее во мне дикий аппетит. Надеюсь, дядя Аслана не станет задерживаться и поев, быстро уедет, потому что мне уже не терпится сесть за стол. И посмотреть на попытки Аслана Умарова не упасть в грязь лицом при общении с моими кузинами. Душа требует хлеба и зрелищ.

Аслан

Вечер проходит не так плохо, как я представлял. Кузины Лилы хоть и «мучают» меня, но не переходят границы. Первый раз действительно был намного хуже.

Мы долго сидим, разговаривая и наслаждаясь едой, а потом девушки расходятся, поблагодарив меня за подарки и отпустив последние безобидные шуточки. Лила, к моему облегчению, ведёт себя вполне нормально и я в очередной раз поражаюсь ее зрелости и терпимости. Приятно оказаться в обществе такой рассудительной девушки.

– Аслан, – зовёт меня Муса, после того как последняя машина отъезжает от дома. – Прогуляемся, пока женщины убирают со стола?

– Конечно, – с готовностью киваю я, прекрасно понимая, о чем именно пойдёт речь.

Мужчина долго молчит, что-то обдумывая, и мы просто идём вдоль сада, наслаждаясь летней ночью.

– Я ещё не говорил с Лилой и, прежде чем я это сделаю, хочу знать твое мнение. Что ты собираешься делать дальше? – спрашивает он, наконец, присаживаясь на стоящую в гуще деревьев скамью.

– Я не хочу развода, – отвечаю прямо. – Ты знаешь, что на это нет причин. Что случилось – то случилось, нам остаётся лишь справиться с этим и жить дальше.

– А как же твоя первая жена? Она ведь ушла!

– Как ушла – так и вернётся, – говорю я тестю, чувствуя странную неловкость. – Я не собираюсь потакать незрелым капризам женщины, Муса. Мы взрослые люди и глупо вести себя таким образом. Ее отец обещал мне вразумить ее. Как только Мина вернётся, я поселю Далилу отдельно. Я уже занимаюсь покупкой дома.

– Но согласится ли Лила? – вздыхает он. – Моя дочь упряма. Наша семья не принимает и не понимает многоженства. Будь у меня выбор, я бы никогда не дал состояться этой свадьбе.

– Я бы и сам не взял вторую жену, Муса. Мне и одной головной боли хватало. Но раз это уже случилось, нам остаётся только смириться и попытаться сохранить мир в семье. Лиле нужно время, но она примет наш брак. Просто не подталкивай ее к разводу. Ты знаешь какой большой грех разводиться без серьезной причины.

– Для Лилы наличие первой жены и есть причина, – серьезно смотрит на меня тесть. – Но я понял тебя и вмешиваться не буду.

– Спасибо, Муса! Обещаю, я не дам твоей дочери повода для недовольства мной. Путь обратно в город не близкий, поэтому, с твоего позволения, я бы хотел уже выехать.

– Тебе все равно потом придется возвращаться за Лилой, поэтому, почему бы не остаться ночевать? – предлагает он, чем ставит меня в неловкое положение, ведь так не принято. – Не думай о приличиях, Аслан. Мы же одна семья, никто ничего не скажет.

– Хорошо, останусь, – после недолгих раздумий соглашаюсь я, потому что путь и правда неблизкий, а я дико устал.

***

– Ты что тут делаешь?! – вскрикивает Лила, заметив меня развалившимся на своей кровати.

– Собирался спать, но твоя зверушка поймала меня в плен, – ухмыляюсь я, оглядывая ее с ног до головы.

После затянувшегося разговора с Мусой, я поднялся на второй этаж и махнув на все рукой отправился прямиком в комнату жены, проигнорировав гостевую, в которой обычно останавливался. Поняв, что Лила в ванной, прилёг на кровать и тут-то меня и настиг ее зверёк, который с радостным писком заполз на кровать, а потом и на меня, удобно устроившись на моем животе и глядя прямо в глаза как тот гипнотизирующий кот из мультфильма.

– А почему это ты собрался спать здесь? Это вообще-то моя комната! – больше смутилась, чем возмутилась она, переминаясь с ноги на ногу.

– Где мне ещё спать, если не с женой? Хочешь, чтобы твои родители начали переживать? Я сказал твоему отцу, что у нас все нормально. Было бы странно идти после таких слов в гостевую, – хитрю я, чтобы остаться с ней. Упрямица ведь может и выгнать! – Только я собирался спать с тобой, а не с этим ужастиком.

– Сам ты ужастик! Пушистик, иди сюда! – хлопает по краю матраса глупышка, подойдя к кровати.

Я чувствую настоящее удовольствие от вида ее смущения и красивого румянца, расползающегося по нежным щечкам. Лила не смотрит мне в лицо, растерянная и пытающаяся скрыть неловкость за бравадой, но я в слишком хорошем настроении, чтобы упустить шанс поддразнить ее.

– Какая у тебя милая пижама, – усмехаюсь, поглаживая шерстку, даже не думающего слушаться хозяйку, зверя.

На самом деле это не так. Я предпочел бы увидеть Лилу в какой-нибудь сорочке, открывающей больше тела, но она надела шелковые штаны с рубашкой, прикрывающие все, кроме ступней и кистей рук. Зануда.

– Аслан, мы не можем ночевать вместе, – не отрывая взгляда от чертового кролика говорит она.

Черт возьми, вот ведь упрямица! За прошедшую с нашей свадьбы неделю я уже окончательно перестал искать оправдания своему счастью и признал, что я рад тому, что Лила стала моей женой. Конечно, чувство вины перед Миной все еще поднимает голову, но я глушу его, напоминая себе, что мало кто на моем месте вообще стал бы терпеть эту вздорную женщину.

Разве я ее бросил? Не бросил. Просил уйти? Не просил. Наоборот, приложил все усилия, чтобы вразумить сумасбродку, поговорил с ее отцом, а она ни в какую. Даже на дочерей наплевала и не вернулась.

А Лила…

Я безумно хочу ее. Не просто тело, даже простого присутствия рядом. Мне нравится разговаривать с ней, да что там, даже спорить нравится! Потому что даже наши споры в последнее время больше походят на флирт и дружеские поддразнивания. Никогда раньше у меня не было таких отношений с женщиной и мне это нравится.

– Почему не можем? – пытаясь не выдать своего напряжения, небрежно спрашиваю у нее. – Боишься, что буду приставать? Мне вроде удавалось держать себя в руках эту неделю.

– Конечно нет, я не об этом! – возмущается красавица, еще больше краснея. – Ты специально пытаешься смутить меня? Не знаю в чем причина твоего хорошего настроения сегодня, но перестань! Мне это не нравится и я не собираюсь слушать твои намеки и скабрезности.

– Скабрезности? – не могу сдержать недоверчивый смешок. – Боже, Лила, да я даже не начинал!

– И не надо! – пугается она, отступая на шаг, когда я решительно пересаживаю ее кролика на постель, прежде чем начать двигаться в ее сторону.

– Лила, – встав с кровати и становясь перед ней, беру девушку за плечи, отчего она напрягается. – Посмотри же на меня.

Наконец, упрямица поднимает на меня свои слегка испуганные большие глаза, и я успокаивающе поглаживаю ее предплечья.

– Я не собираюсь приставать к тебе, пользуясь положением, хорошо? Мы просто поспим рядом и все. А когда мы уедем домой, ты снова сможешь прятаться от меня в своей спальне.

– Я не прячусь, – считает своим долгом вставить слово поперек вредина. Она сбрасывает с себя мои руки и обойдя меня, берет на руки своего зверька. – Хорошо, ложись спать тогда. Я вернусь позже. Милана осталась у нас ночевать и мы хотели поболтать перед сном. Спокойной ночи!

Обломала все-таки! Я наблюдаю за ее покачивающимися бедрами, пока она идет к двери, и едва сдерживаю стон досады.

«Но ничего, Лила, я тебя дождусь»