Глава 11. Жених и невесты
Атмосфера в доме изменилась. Семью сковывали гости и семейные проблемы. После праздничного ужина на террасе, на которую семью Ахмеда с сыном Хаканом не пригласили, ссылаясь на то, что им нужно отдохнуть после дороги, на завтрак собралась вся большая семья вместе с приехавшими девушками.
Лейсан была удивлена, что прибывшие с невестами помощницы, вовсе не собирались помогать девушкам в доме, а ждали за отдельно накрытым на кухне столом, когда их накормят, а после за ними уберут.
Девушки же особняка явно не справлялись. Тётя Зифа привлекла еще и Лейсан, хотя до этого всегда старалась избегать посылать ее пред очи хозяйки. Зато теперь Лейсан могла видеть своего любимого в привычной ему обстановке.
- Держишь салфетки наготове и чистые тарелки. Как видишь знак от господина, госпожи или гостей, сразу подходишь и меняешь. Специи и напитки подаю я, но ты поглядывай, запоминай, кто что любит, чтобы не ошибиться, пока я бегаю на кухню.
Лейсан кивала и действительно старалась запоминать, но внимание постоянно сбивалось, то на Кадира и его мягкую улыбку, адресованную не ей, то на разговор молодого господина с братьями или гостьями, то на окрик госпожи Азры, когда Лейсан пропускала чей-то знак и не бежала поменять салфетку или тарелку.
В общем, ей было сложно и интересно. Не засматриваться на Кадира невозможно, особенно после двух дней разлуки, особенно, когда рядом с ним крутились две нацеленные на его сердце пираньи.
Девушки, подобранные ему в невесты были красавицами, но Лейсан их невзлюбила. Не за что было ей любить соперниц, с недавнего времени она сама метила на их место.
Ночью Кадир не пришел, хотя Лейсан ждала почти до утра. За завтракам не обращал внимания, словно она пустым местом для него стала, и от этого радость встречи смешивалась с горечью продолжающейся разлуки.
Может за эти два дня что-то изменилось? Может Кадир за это время остыл к ней, или вообще никогда не испытывал чувств?
Господи, как права была тётя Зифа, что предупредила глупую Лейсан о коварстве и вероломстве мужчин! Ведь девушка несколько раз была в шаге, чтобы потерять честь с этим мужчиной. Хотя для нее это звучало совсем иначе, речь шла не об утрате чести, а о слиянии, о подарке, о разделении сокровенного на двоих.
После завтрака каждой девушке нужно было пройтись по комнатам и вычистить практически весь трехэтажный дом сверху до низу. Вот тут тётушка взялась за приезжих помощниц, велев убирать свои и комнаты двух молодых госпожей самим.
Те явно были недовольны, но авторитету тётушки возразить было сложно. Зато помощницы особняка вздохнули с облегчением.
- Девушки, что вы предпочтете, нанять на две недели дополнительный персонал, или получить прибавку к своей зарплате за это время?
Девушки переглянулись и заулыбались. Ни одна из них не боялась работы, а до денег каждая имела нужду. Поэтому следующие две недели обещали быть горячими, вот что поняла Лейсан, перестилая постели господина Ахмеда и госпожи Алтын. Следом ей предстояла уборка в комнатах братьев.
- Хакан не станет приставать к тебе. Думаю, ему сейчас не до девушек, - напутствовала ее тётя, хотя Лейсан не хотела ходить в те спальни и по другой причине.
Совесть, как ее не заталкивай поглубже, давила…
В спальне Яшара девушка прибрала быстро, до обеда оставалось еще три с половиной часа, но заставить себя идти в комнату Хакана она не могла.
- Давай я любую другую комнату вычищу? – взмолилась она тётушке.
- Нельзя их избегать, надо делать все как обычно.
- Обычно я не убираю их комнаты.
Тётя Зифа кивнула:
- Теперь будешь. Мало ли чего услышишь, или найдешь подозрительное. Лучше ты, чем кто-то из девчонок. Так?
Лейсан огорченно кивнула, отвела взгляд и увидела Эмира.
- Ой, а если Эмир свободен, можно он пойдет со мной? Мало ли господину Хакану встать помочь надо будет? Я сама не смогу.
Эмир кивнул, выражая согласие проводить Лейсан, да и тётя не возражала, с улыбкой отпустила молодых.
На втором этаже, в переходе в крыло старшей семьи Килик, Эмир остановил Лейсан и протянул пластиковую коробочку.
- Это тебе.
- М-мне? – Лейсан запнулась, принимая прозрачную коробочку из рук Эмира.
Внутри оказался живой экзотический цветок орхидеи. Такие Лейсан видела только в сериалах по телевизору, когда они смотрели в зимние вечера вместе с матерью.
- Ты уже знаешь, что я не господин, - смущенно продолжал Эмир, - но думаю, как раз это делает нас ближе, не создает дополнительных дистанций.
Лейсан смутилась и попробовала вернуть подарок.
- Пожалуйста, возьми. Это ни к чему не обязывает, но мне будет приятно. Прими как извинение за вынужденную ложь.
Она прижала к себе коробочку и опустила голову. Приятно получать подарки, жаль не от того, от которого их действительно ждешь.
- Спасибо. Я принимаю.
- Не держишь обиду на меня?
- Нет, Эмир.
- Тогда пойдем к господину Хакану.
Эмир себе не изменял, за весь этот разговор он так ни разу и не улыбнулся. Лейсан спустилась в свою комнату и положила коробочку на тумбочку, только после поднялась к ожидавшему Эмиру, и они вместе вошли в спальню господина Хакана.
Без перерыва после уборки, Лейсан вернулась на кухню, готовить обед. Свое подавленное настроение можно было не скрывать, все, как и она, были по уши в работе, носились туда-сюда под приказы тётушки. Работы нашлось всем, а день ведь только начался!
Лейсан перебирала фасоль, замачивала, размешивала тесто и думала о сломленной судьбе молодого человека, мужчины, которому её руками нанесен непоправимый ущерб. Господин Хакан больше никогда не встанет на ноги, не сможет стать хозяином особняка, не будет чьим-то мужем и отцом детей.
Пусть вина Лейсан частична, но ведь это она сделала! Госпожа Азра воспользовалась ее наивностью, и теперь покалеченный Хакан станет постоянным напоминанием о содеянном.
Во время обеда тётя снова взяла Лейсан наверх помогать. И снова она смотрела на Кадира, который только мельком мазнул по ней взглядом, уделяя все свое внимание гостьям, матери и отцу.
Это было обидно до слез!
Нет, Лейсан не ждала, что он бросит обедать и при всех подойдет к ней, обнимет, спросит, как у нее дела. Но ведь раньше он забегал на кухню, находил минутку, чтобы взять ее за руку и просто подержать. Почему сейчас он отстраняется?
После обеда тётушка не дала времени на отдых:
- Вы сами выбрали прибавку к зарплате! Так нечего лейтяничать. Двое в прачечную, двое в кладовую и на рынок, пополнять запасы. Выпишете мне все, что осталось в кладовке и в холодной. Проверите ящики на кухне, составите список, чтобы я дописала, что купить. И чтоб до ужина успели. А вы, как с бельем разберетесь, сразу в кухню, готовить угощения к чаю. Вечером снимите высушенное и погладите.
Помощницы разбежались, каждая получив свои задачи, а тётя помчалась по господам и гостьям, получать новые задания и приказы.
К ужину у Лейсан уже не было сил и желаний. Только одно – как можно скорее добраться до постели и рухнуть.
Ужин на террасе прошел без нее, тётя оставила девушку внизу готовить кофе и чай, выпекать сладости. Пожалела. Но Лейсан чувствовала, что с удовольствием бы переголосовала за найм дополнительных помощниц. Это только первый день! А впереди две недели без выходных. Тётя теперь домой не отпустит, пока гости не разъедутся.
Ночью, сквозь глубокий сон, Лейсан чудилось, словно скребут в окно, но она так устала и так крепко спала, что решила, что всего лишь чудится желаемое. А утром чехарда началась заново!
После обеда, перемыв посуду, Лейсан всего лишь сложила руки на столе и положила голову, чтобы чуть-чуть отдохнуть, так и уснула.
Проснулась, когда чья-то осторожная рука тронула ее за плечо. Она поспешно вскочила, не успев открыть глаз, ударилась темечком о мужской подбородок вскрикнула, заваливаясь в бок, и повисла в крепких мужских руках.
- Господин Эмир! – выдохнула Лейсан, цепляясь в лацканы мужского костюма, чтобы выровняться. – Я случайно, простите.
- Ничего, - как всегда серьезно ответил Эмир. – Тётушка велела доехать до почты, а после в супермаркет вот с этим списком. Я решил взять тебя с собой. Поедешь?
- Ой, я не знаю… Тётя отпустит?
- Уже отпустила, а в машине можешь поспать, пока я хожу на почту и отправляю посылку родне госпожи Азры.
Лейсан облегченно кивнула, меняя фартук на чистый для выхода. И только тогда бросила случайный взгляд на дверь, увидев удаляющийся силуэт Кадира.
Он заходил? Зачем? Что он подумал про нее и Эмира?!
***
Эсма отдыхала после обеда в отведенной ей комнате. Сейчас отложила телефон, по которому отчиталась матери о первом дне пребывания в гостях, и посмотрела в зеркало на свое отражение.
Что в ней не так? Она всегда и по праву считалась красавицей юга. Волосы длинные, черные с отливом, ресницы окаймляют черные восточные глаза как драгоценные камни, овал лица с точеными скулами выдает породу и благородность кровей.
Она красива, идеальна, к ее ногам падали сотни мужчин, надеясь добиться благосклонности, и только этот смотрит на Эсму также, как на любую другую женщину в доме, как на сестру, Мирай, которая непонятно зачем увязалась за сестрой. Ясно же, как погожий день, что сначала замуж следует выйти старшей сестре!
Эсма закусила губу и надулась. Опять же, мило надулась, она вообще все делает красиво, даже плачет, а точнее, роняет слезинки, пробивая любое мужское сердце.
Так что не так с этим Кадиром?
Да, мать ее предупредила, что мужчина избалован женским вниманием, что периодически появляется в публикациях не только местной, но и западной прессы, каждый раз с новой женщиной. Богат, красив, влиятелен. С большим потенциалом, как сказал отец, и огромными перспективами.
Семья не просто одобрила Кадира в качестве зятя, семья вцепилась в потенциального жениха, унизительно предлагая бесценных своих дочерей на выбор.
И Эсма отказалась бы от сомнительной сделки, она собственно так и хотела поступить, очаровать и сказать твердое «нет», но… Когда она увидела Кадира в тот первый вечер на ужине, когда услышала его голос и впервые вложила ладошку в его большую горячую ладонь, её сердце дрогнуло. Впервые. Эсма пропала, сраженная его обаянием.
Она была уверена, что тоже оставила неизгладимый след в его душе, но…
Снова но! Как же раздражает, что нельзя получить желаемое открытым путем!
Но он не выделяет ее среди других! Это немыслимо, но это случилось.
Эсма раздраженно вздохнула и подошла к большому витражному окну.
На юге не принято устанавливать в доме такие большие окна. Летом в жару через них жарило солнце, а все спасались от зноя. Зимой, в неотапливаемых помещениях, стекло промерзало, пожирая тепло комнаты и покрываясь корочкой льда.
Особняк Киликов был старый, наверняка здесь тоже стояли два узеньких окна, но в стремлении следовать моде запада, стену переделали, вставив огромное витражное окно.
Задумчиво поглядывая сквозь него на внутренний сад, который встречал и провожал всех входящих и выходящих, Эсма увидела в тени пожелтевшего дерева силуэт Кадира. Пригляделась. Он прятался. Точнее не прятался, а скрывался за кроной дерева от пары, покидающей особняк.
Молодой мужчина, определенно южанин, если судить по комплекции и черным волосам, и северная девочка. Бесцветная, безликая, тоненькая, угловатая.
Вот за ними Кадир и наблюдал, не выдавая своего присутствия.
Впрочем, южанин и северянка всегда наводили на определенные мысли. Нехорошие мысли. Значит, Кадир волнуется небезосновательно. Может этот молодой человек его брат? Госпожа Азра что-то такое говорила, что у Кадира двое кузенов, один инвалид после несчастного случай, второй младший сын старшего брата хозяина дома.
Вот, наверное, это он. И если сложить все, что успела Эсма узнать о семье Киликов, младший кузен рискует повторить ошибку своего отца, связавшись с недостойной женщиной.
А значит Эсма может найти еще одну лазейку к Кадиру. Первая, это дизайн ювелирных украшений. Они будут часто проводить время вместе, обсуждая, прорисовывая эскизы моделей. Вторая, это общая семейная проблема. Эсма умеет внимательно слушать, и она достаточно умна, чтобы подсказать верное решение, нужно только вызвать Кадира на откровенный разговор.
Эсма закусила губы снова. Она слишком торопится, слишком нетерпелива. Для них двоих нужно время. Если влюбленность не пришла сразу, то глаза Кадира рано или поздно откроются, он поймет, насколько ценна для его сердца Эсма, и полюбит ее. Не может не полюбить!
Накинув платок на волосы, она спустилась в сад. Конечно, она даст ему время, но сама его терять не будет. Постарается подготовить почву для их сближения.
- Кадир! – окликнула она его, улыбаясь. – Увидела тебя в саду и решила составить компанию. Ты обещал прокатить по городу, может сейчас?
- Сейчас? – расстроенный мужчина мельком посмотрел на часы на запястье и покачал головой. – Нет, сейчас я поеду в офис.
- Тогда может быть вечером?
Он кивнул, но опять рассеяно, словно еще не знал, какие у него будут планы на вечер и не придется ли отменить прогулку.
- Я бы поужинала где-нибудь в городе, - не отступала Эсма.
- Да, наверное это можно устроить. Я скажу матери…
- Нет-нет-нет! – снова улыбнулась Эсма. – Предлагаю наоборот никому не говорить, а уехать вдвоем. На прогулку. А после поужинать без большой компании, чтобы можно было поговорить.
Мужчина наконец-то сосредоточился на ней:
- Да. Это хорошая идея. Тогда вечером я покажу тебе город и площадь фонтанов, а потом отвезу в мой любимый ресторанчик. Там замечательная кухня морепродуктов. Ты любишь морепродукты?
- Обожаю!
- Тогда до вечера.
Не оглядываясь, Кадир поспешил к выходу, торопясь и доставая ключи из заднего кармана джинсов. Эсма готова была поклясться, что он хочет поехать за своим кузеном и проследить. Возможно даже помешать тайному свиданию мужчины с северянкой.
Сердце Эсмы снова забилось, понимая, насколько благородный мужчина ей достался.
И если не сразу, то обязательно достанется!
Во время дневного чаепития, Эсма подняла тему перед госпожой Азрой об украшениях, и не запланировать ли им на завтра поездку по местным магазинам с украшениями.
- Зачем куда-то ездить? – возмутилась женщина. – Я позвоню, все что нужно привезут сюда, в особняк!
Эсма восхитилась решением, зная, как госпожа Азра падка на лесть, зато Мирай расстроилась, уговаривая все же съездить и прогуляться, пока стоит такая великолепная погода.
- Деточка, а что если завтра пойдет дождь? Если хочешь прогуляться, давай я попрошу моего племянника Яшара прогулять вас вечером до набережной?
- Ой, я, к сожалению, не смогу, - сразу опустила глаза Эсма, - у меня уже есть планы на вечер.
- Какие у тебя могут быть планы, дочка? – совсем другим тоном, нежели с Мирай, заговорила с ней хозяйка.
- Кадир пригласил меня на ужин и показать вечерний город, - смущенно произнесла Эсма.
- Я с вами! – тут же вмешалась Мирай.
- Нет.
- Нет!
Госпожа Азра одновременно с Эсмой воскликнули в ответ Мирай.
Эсма потупила взгляд. Вечно сестра лезет ей наперекор! Но самой отказать Мирай причин не было. Хорошо, что мать Кадира оказалась на ее стороне.
- Не обижайся, деточка, но им нужно настроиться на совместную работу, проговорить детали. А когда их лучше всего обговаривать, как не за ужином? Потому они и сбегают. За общим столом не поговоришь, - понимающе улыбнулась госпожа. – Не будем им мешать. Лучше я поговорю с Яшаром, он покажет тебе набережную, а завтра, как мы и договорились, поедем по магазинам. Зайдем не только в ювелирные, но и посмотрим, что привезли новенького из одежды, какой парфюм в моде, зайдем в кафе с отличным кофе.
Эсма отвела взгляд, чтобы никто не заметил, как ее развеселило предложение госпожи Азры. Ведь договаривались они, что ювелирные украшения привезут в особняк, а теперь ради свидания Эсмы и Кадира, на завтра запланирован большой шопинг. И Эсма не против, лишь бы ее оставили наедине с Кадиром!
До ужина она прошлась по большому саду с госпожой Азрой. Мирай все же надулась и ушла в библиотеку, подыскать себе подходящую книгу для чтения. Зато прогулка с госпожой в одиночестве оказалась весьма полезной.
Мать Кадира напомнила, какая большая ответственность будет лежать на жене Кадира. Намекнула на сложные отношения с семьей брата господина Чинара. Подробно повторила весь свод правил примерной жены Османской империи, про уважение и почитание мужа, про очаг и сердце дома, про продолжение рода и правильный выбор спутников для своих детей.
Дальше пошла занимательная история про ошибку господина Ахмета, такие истории Эсма любила больше всего. Уже не сплетни, а история рода! Живая, которая уже свершилась и от нее пошли корни.
Эта история была печальная, с гнилыми корнями, несмотря на то, что Ахмет избавился от неподходящей партии и выбрал правильную жену. Решение о наследстве уже было принято, отец не простил старшего сына за слабость, за предательство рода.
По словам госпожи Азры, Ахмет совершил самое ужасное злодеяние, которое будут носить еще четыре поколения его потомков. В то время как на детях господина Чинара теперь лежит искупление чужих грехов и вымаливание прощения.
Эсма считала, что Азра преувеличивает. Ну, подумаешь, одна ветвь рода отвалилась, но другая-то здоровая, с хорошими корнями, крепко держащимися за питательную землю. На ком бы не женился Кадир, он сделает избранницу счастливой, чистой перед Богом и людьми. Он всеобщий любимчик, Эсма не могла не отметить этого. Она видела, что люди любят его, они сразу проникаются к нему доверием, а девушки…
Тут Эсма вздохнула, она по себе и сестре видела очевидную правду. Все девушки без исключения влюбляются в господина Кадира. Ревность станет постоянной подругой жены Кадира.
- Ты правильно поступила, что на вечер согласилась прогуляться с ним, - напутствовала хозяйка. – В доме слишком людно, вам почти не удается словом обменяться, не то, чтобы поближе узнать друг друга. И став его женой, ты будешь навсегда привязана к дому, к этим людям.
Азра остановилась, поворачиваясь к Эсме. Поморщилась, словно самой это было в тягость, и продолжила:
- Это нам, старым, уже не нужны романтические ужины и прогулки под луной, а молодым важно скрепить чувства, стать ближе. Ты не пугайся цирка в нашем доме. Понятно, все мы обросли проблемами и обидами, требуем жалости или ждем почитания. Первое время я освобожу тебя от всех проблем, доченька. У нас по уезду есть семь уединенных резиденций и две квартиры выкуплены в столице. Не думаю, что Кадир захочет надолго оставить дела, но знаю, что, если сердце его тронешь, он сделает для тебя невозможное. И медовый месяц можете провести в Стамбуле, и жить первое время переедете в удобный дом, в любой, какой тебе приглянется.
Госпожа ласково улыбалась, гладя Эсму по щеке, и той всё нравилось! Нравилось, что на нее не собираются сваливать все хозяйство особняка, что богатство семьи Киликов куда больше, чем представляла себе Эсма. Вот только проводить медовый месяц под контролем родителей она не хотела. Лучше поехать за границу. На запад в большие каменные города, или на острова с изумрудной растительностью и обезьянками.
- Спасибо, мама, за ваше благословение, - Эсма по традиции взяла руку госпожи в свои руки и поцеловала с тыльной стороны.
Она чувствовала, что от матери Кадира получит полную поддержку. Теперь у Эсмы появился сильный союзник.
Азра отпустила девушку освежиться перед ужином и подобрать подходящий наряд. Эсма с удовольствием понежилась в ванне, провела любимым маслом по коже, зная, что теперь будет источать нежный аромат.
Подобрала платье, аксессуары, с неудовольствием приготовила платок. Все же в столице девушек больше не заставляли прикрывать голову, это касалось только нищенок и северянок. В толпе по платку всегда можно было понять, когда идет девушка из приличного рода, а когда служанка. Но в уезде все еще оставались верны многовековым традициям.
Эсма уже собиралась, когда в ее комнату влетела Мирай, тоже одетая для прогулки.
- Ты разве не поняла, что с нами не идешь? – возмущенно встретила ее Эсма.
- Успокойся! Если я одета, обязательно собираюсь испортить тебе свидание? Ничего подобного. Если ты не забыла, после ужина я тоже иду смотреть набережную.
Мирай лучилась самодовольством, только язык оставалось высунуть и показать сестре. Эсма этого ненавидела!
- Могла бы и одеться после ужина, - недовольно проговорила она.
- Могла бы, но я книгу нашла интересную, хотела побольше времени почитать.
- Читала бы, зачем пришла?
- Сказать тебе, что первое свидание еще ничего не значит. Не считай, что ты уже положила его в карман, сестрица.
- Пошла вон! – зло оборвала ее Эсма. – Еще посмотрим, вспомнит ли он о тебе после нашего ужина.
Мирай, хохоча, убежала, а настроение Эсмы испортилось. Ну надо же, подлая!
Эсма отбросила гребень, заколола волосы, все равно под платком никто не увидит ее прически, и накинула платок. Нужно, наверное, предупредить госпожу Азру, что как только придет Кадир, чтоб послала за ней.
Прошел час, потом еще один… Эсма нервничала и поглядывала на часы. Он же не забыл? Он же помнит, что они договорились поужинать в его любимом кафе?
Эсма слышала голос экономки Зифы, когда она позвала девушек накрывать ужин, а Кадир все не шел. Будет глупо сидеть и ждать его в своей комнате и остаться без ужина и без свидания. Да что же это такое?!
Она вышла и направилась в обеденный зал на втором этаже. Госпожа Азра уже сидела во главе стола, господин Чинар стоял у окна, другие из семьи собирались, а Кадира не было.
- Эсма? – удивленно воскликнула хозяйка. – Эсма, доченька, разве вы с Кадиром еще не ушли?
- С Кадиром? – удивилась Эсма. – Он пришел?
- Да… Да, и сказал, что сам зайдет за тобой.
- Может быть еще в своей комнате? – предположила Эсма.
- Подожди, я сама схожу, узнаю.
Госпожа Азра проворно поднялась, прошла вдоль стола жестом откладывая любые вопросы, а Эсма пошла за ней, чтобы не остаться под перекрестными взглядами родни.
Они миновали арку, перешли в восточное крыло, там Азра велела Эсме остаться, а сама углубилась по коридору в апартаменты сына. Эсма огляделась, не зная, как поступить. Ждать как дурочке здесь? Кадир забыл про нее, и она отправила его мать напомнить о свидении?
Вдруг со стороны полуприкрытой двери раздался смех сестра. А что она тут делает? Так близко от комнаты Кадира?
Не успела Эсма сделать и двух шагов к двери, как раздался голос мужчины:
- И если тебя интересует османская поэзия, то я очень советую прочитать этот сборник стихов.
Спокойный улыбчивый голос, неторопливый, обаятельный, обращающийся к ее сестре, пока она меряет спальню шагами!
Эсма широко распахнула дверь, неприязненно смотря на Мирай. Нарочно все подстроила, гадина?
- Ох, Эсма, добрый вечер, - Кадир смутился. – Я шел к тебе, когда увидел Мирай с книгой в библиотеке…
- Я вижу, - отрезала Эсма.
- Хорошо… Если ты готова, мы можем ехать?
Как же ей хотелось наорать на него, отказаться, показать, что с ней так обращаться, так пренебрегать нельзя! Но не время. Она по хитрым насмешливым глазам сестры видела, что та воспользуется любым заскоком сестры.
- Да, я готова. Едем.
Ничего, она потом выскажет ему свою обиду. Не позволит ему так с собой поступать!
***
Несмотря на суету и нескончаемые задания тёти, Лейсан все еще пребывала в легком шоке от поведения Кадира. Где и когда она проявила неуважение к нему? Когда успела нанести оскорбление, что он так повел себя с ней на улице, на главной площади города?
Днем, когда Эмир поехал на почту и захватил с собой Лейсан выполнить пару мелких поручений тёти, он с несвойственным ему смехом, не просо посадил девушку назад, но и передал продолговатую подушку под шею, чтобы она действительно могла поспать.
Только когда автомобиль тряхнуло, Лейсан подскочила, обнаружив, что заботливо укрыта чужой шалью, машина стоит на площади перед почтой, а Эмира нет.
Автомобиль тряхнуло снова, и только тогда Лейсан увидела рассерженного Кадира, пытающегося рывками открыть заблокированную дверь.
Девушка помогла со своей стороны отомкнуть запор, Кадир распахнул дверцу настеж и выволок Лейсан из машины под визгливый вой сигнализации.
- Нашла мне замену? И двух дней не могла потерпеть? – зло выдавил Кадир, в то время, как на площади стали собираться зеваки и с интересом смотреть в их сторону.
- Кадир, я не понимаю… Какую замену? – тихо ответила Лейсан, оказавшись зажатой мужчиной у машины.
- Господин Кадир! – от почты к ним спешил Эмир, на ходу отключая сигнализацию.
- Явился, подонок! – развернулся Кадир навстречу Эмиру и со всей силы ударил того в лицо.
Лейсан всплеснула руками и завизжала.
Сто́ит ли говорить, что скандал на центральной площади с участием господина Килика, станет главной новостью завтрашней прессы? А Лейсан нельзя, никак нельзя сейчас свою связь с Кадиром делать публичной.
Она беспомощно огляделась, видя, как собирается толпа зевак, как многие достают телефоны, но пока все их внимание сосредоточено на дерущихся мужчинах. Девушка незаметно скользнула обратно в автомобиль и прикрыла дверь, с беспокойством следя в тонированное стекло за дракой мужчин.
После первого неожиданного удара Кадира Эмир сгруппировался и отразил удар. Лейсан часто в детстве видела дерущихся мальчишек, чтобы понять, Эмир больше обороняется, уходит от ударов и пытается сковать Кадира, надеясь, что тот одумается, перестанет кидаться. В то время, как её любимый дрался ожесточенно, пытаясь разбить Эмиру лицо, сделать сопернику больно.
Толпа прирастала быстро, Эмиру удалось обхватить Кадира сзади и прижать руки к туловищу, крепко сцепляя его в хватке. Кадир рычал, ругался, грозился ни одной косточки целой не оставить Эмиру, но тот держал, пока господин не сдался.
Помятые и выжатые дракой мужчины вернулись в машину и сели спереди, не обращая на Лейсан внимание.
- Ты не должен приближаться к ней, - сквозь зубы цедил все еще злой Кадир.
- Она помощница в доме, тётушка часто с поручениями посылает ее в город. Будет безопаснее, если ее отвезу я, чем она пойдет по городу одна.
Эмир говорил спокойно и разумно, но эмоциональный Кадир все никак не мог остыть.
- Я скажу тётке, чтобы никуда не посылала ее из дома.
- Будет разумней обдумать, прежде чем сгоряча действовать, - осторожно предупредил Эмир хозяина.
Кадир выругался, отвернувшись к окну. Минут пять все сидели молча, потом господин снова спросил Эмира:
- Что вы здесь делали?
- Я заходил на почту по поручению госпожи Азры.
- А она? – Кадир небрежно кивнул в сторону Лейсан.
- Она плохо себя чувствовала, а тётушка как раз спускалась, чтобы нагрузить работой. Вот я и взял ее с собой, чтобы немного подышала свежим воздухом.
- В машине?
- Я спала, - несмело влезла в разговор девушка. – Я действительно плохо себя чувствовала, потому что всю ночь не спала. Эмир заметил и предложил поехать с ним, поспать на заднем сидении, чтобы никто не узнал. Можете наказать меня, господин.
Губы Лейсан непроизвольно задрожали. Она не могла сказать ему, что не могла заснуть, потому что каждую минуту ждала, как Кадир поскребется в окно, боялась проспать. Не могла сказать, что от работы, которой прибавилось в разы с возвращением семьи Ахмета и приездом гостей, она валится с ног, но беспокойство за Кадира, волнение от его невнимания, ревность к привезенным невестам никуда не уходит, делая жизнь Лейсан невыносимой!
Но господин прав. Она сознательно сбежала с Эмиром, приняв его помощь, сочувствие и дружескую поддержку. Лейсан не смогла выдержать испытание, ей не хватило терпения, и за это Кадир должен ее наказать.
Он промолчал, отвернулся снова и приложил сжатую руку к губам, обдумывая ситуацию.
- Поезжайте дальше по делам на моей машине. Если дома будут спрашивать, скажем, что я рассердился, когда ты взял мою машину и ничего не сказал.
Кадир кинул Эмиру связку ключей и, не поворачиваясь к девушке, добавил:
- Её возьми с собой. Следи, чтобы ничего не случилось.
Эмир молча вышел из машины, открыл дверь для Лейсан, и повел к автомобилю господина.
- Ни себе – ни людям, - пробормотал Эмир, все же выдав досаду за сложившееся недоразумение.
Лейсан молчала. Она не знала, как расценивать поступок господина. Ведь все ночи всегда принадлежали и принадлежат лишь ему! Как он мог подумать, что Лейсан переметнулась к Эмиру?
Тётя Зифа с руганью встретила задержавшуюся парочку, тут же послав каждого с поручением. Лейсан снова облачилась в домашний фартук и встала у плиты.
Возращение Кадира из офиса она не пропустила, но он снова не замечал ее. Теперь она знала, что нарочно. Но почему? Наказание? Он знает, как ей больно его игнорирование, и специально продляет муки?
Лейсан расстроилась, решив найти господина после ужина и попросить прощения, пообещав не отлынивать от обязанностей, ссылаясь на недомогание, но за ужином Кадира не было.
Госпожа Азра вела себя как обычно, словно все на месте, тётушка спокойно обходила пустующее место Кадира, не проявляя волнения, и только тогда Лейсан присмотрелась и заметила, что отсутствует еще одна гостья, Эсма.
Конечно, Кадир быстро нашел утешение. Тогда зачем была эта сцена днем? Теперь их свидания закончены? Она будет спать в своей постели, а он ходить на свидания с невестами?
Лейсан еле достояла до конца ужина, помогая тётушке разливать чай и следить за столом. Сердце заволокла тоска, а глаза – невыплаканные слезы.
Стоило только получить отмашку после вымытой посуды, Лейсан убежала в темный сад, села на отдаленную скамейку под ветвистой яблоней и расплакалась.
Там и нашел ее Эмир.