Глава 19. Жестокие обвинения
Лейсан вся была на нервах. Тётя сказала, что не разбирается в украшениях, чтобы сказать, хватит ли подарка на оплату расходов по помолвке. Потом еще отца прогнали из ломбарда, пригрозив сдать в полицию за воровство.
Продать дорогое ожерелье в их городе оказалось не так просто, но и тут помогла тётя, проводившая отца в одну ювелирную мастерскую и поручившись за него.
Денег за проданное украшение хватило!
Лейсан с гордостью отнесла сумму госпоже Азре и положила на столик перед ней, рядом с подносом утреннего чая. Лицо той переклинило от злости! Но она промолчала, сказав только, что немедленно начнет приготовления.
С этого дня жизнь Лейсан завертелась по другому. До этого она откровенно скучала и не знала, чем себя занять. Под руководством тётушки будучи прислугой у нее свободной минуточки не было, а теперь она оказалась предоставлена только себе на весь день, пока Кадир работал в офисе.
- Иди в библиотеку, почитай, - отправляла ее от себя тётя Зифа, чтобы она не мешалась под ногами.
- Я плохо читаю.
- Вот и учись! Все равно выучиться надо.
Зато теперь не было ни одной свободной минуты. Лейсан с госпожой ездила по ресторанам и кафе, смотрела площадки и изучала меню, выбирала ткани, фасоны, снимала мерки, часами стояла перед портнихой. С Эсмой ездила по дорогим магазинам, выбирала подарки родне. Её же попросила помочь с подписанием пригласительных открыток, мотивируя, что звать будут преимущественно родню Кадира, госпожу с ее зрением озадачивать подписанием не стоит, а у Эсмы хороший почерк, не в пример Лейсан.
А вечером…
Вечером Лейсан растворялась во внимании Кадира, в его ласках. Он не забывал одаривать ее каждый день новым подарком, требуя немного интимной ласки. Подарки копились, ласки становились все откровеннее, но Лейсан никогда не позволяла заходить дальше положенного.
До помолвки честь важная часть сделки. В конце концов Лейсан вся без остатка будет принадлежать Кадиру.
Всё полетело под откос, когда в один из дней приехал врач и прошел в комнату Мирай.
- Я забираю ее в клинику. Необходимо срочно сделать обследование сердца.
Мирай вынесли на носилках, бледную, с посиневшими губами и задыхающуюся.
- Что с ней? - Лейсан цеплялась за локоть Кадира, видя как все с беспокойством провожают Мирай, Эсма плачет, Азра утешает ее и собирается ехать в больницу.
- Надо было раньше вызвать врача, - жестко отозвался Кадир, осуждающе поглядывая на Эсму. - Мама собирайся, едем вместе.
- Можно, я с вами? - Лейсан просительно посмотрела на Кадира.
- Нет. Там только родных пускают, - вмешалась госпожа. - Нечего в больнице толкотню создавать. Поехали, сынок.
Мужчины уехали в офис, домашние разошлись по комнатам, и только Лейсан металась и не находила себе места. Она поймала странные переглядывающиеся взгляды Азры и Эсмы, поджатые губы Алтын и откровенно ненавидящий взгляд Хакана.
Почему они так смотрели на нее? Она же готовила укрепляющие заварки для Мирай, а не пыталась подорвать ее сердечное здоровье. Для сердца она готовила отдельный чайник для госпожи. Только однажды что-то напутала, но опять же, Мирай ничего не относила.
Но сердце тревожно колотилось, словно предчувствуя удар. Ведь с момента ее недомогания укрепляющий чай не помогал, а словно подтачивал здоровье Мирай.
Кадир с матерью и Эсмой вернулись только к обеду. Кадир был хмур и неразговорчив, не пожелал рассказать Лейсан о новостях и состоянии Мирай, а женщины вообще прошли как мимо пустого места.
***
- Боюсь, я не смогу выписать госпожу Доган, пока мы не укрепим ее здоровье. Тахикардия - меньшее из зол. Здоровье подорвано, и им надо заниматься серьезно.
- Все что угодно, доктор, - ответил Кадир. - Выписывайте все необходимые лекарства, назначайте обследование, мы все купим и оплатим. Нам важно ее здоровье.
Врач кивнул и снова ушел в палату к Мирай, куда их не пустили.
- Это все она! - зарыдала Эсма, а Азра бросив укоризненный взгляд на сына, тут же привлекла к себе, успокаивая.
- Ну, что ты, что… Кто же знал, что она так поступит… Мы доверяли ей…
- Про кого вы?
- Кадир, ты расстроишься, - виновато заговорила мать. - Может и прав ты был, настаивая на отправке сестер домой к родителям, но я же не знала, что твоя невеста окажется такой мстительной!
- О чем ты? - Кадир нахмурился.
Мать укоризненно на него посмотрела и проводила Эсму в женскую комнату. Вернулась. Тяжело села возле Кадира и прислонилась к стене.
- Ты как ослеп, - начала она уставшим голосом, - ничего от любви не видишь, а она тобой вертит и крутит, сметая все на своем пути.
- Эсма?
- Причем тут эта девочка? Лейсан твоя!
- Мам, я не понимаю. Вроде мы уже все обговорили про Лейсан.
- Обговорили, - согласилась Азра. - И все бы так осталось, не начни она опять строить козни.
- Какие козни, мама? Ты можешь не плести интриги на ровном месте? Не в больнице, когда младшая дочь нашего будущего партнера на грани жизни и смерти?
- Вот о том я и говорю! - резче, чем хотела, отозвалась Азра. - Я ее просила о помощи, а она решила воспользоваться положением и извести соперниц.
- Каких соперниц? У нее нет соперниц, она моя невеста! Я сделал ей предложение.
- Значит она не уверена в тебе, раз избавляется от предыдущих.
- Мам…
- Стой, Кадир, я скажу тебе о подозрениях, а ты уж сам решай. Я приняла ее в дом, попросила о помощи. Это мне нужен был чай для сердца. Но Эсма попросила за сестру, та же слабая, ей чего укрепляющего.
- Так и было, - еле слышным голосом подтвердила подошедшая Эсма. а Азра продолжала:
- Только мне от сердца не помогло, а Мирай с каждым днем все хуже и хуже становилось. Я же спрашивала Эсму…
- А я лично видела, как Лейсан ситечки перепутала… Нарочно или нет, не знаю, но видела, - добавила Эсма. - Где гарантия, что в другие дни она ничего не напутала.
Кадир сцепил зубы, боясь потерять контроль.
- А тут ко мне Алтын пришла, - продолжила Азра. - Пожаловалась на твою невесту, что она еще летом на Хакана глаз положила, а как с тобой закрутилась, опоила его и ее. Только Алтын то дома осталась, а бедный мальчик инвалидом стал…
- Что ты несешь?! - Кадир вскочил. - Что ты про нее несешь? Она бы никогда…
- Ты глупый и слепой, потому что влюблен в нее! Ну что бедной девчонке от тебя может быть нужно, кроме денег? Ведь она же пришла? Просила на платья, на помолвку? - вопрошала мать, удерживая сына за рукав.
- Нет. Она не просила.
- Нет? - Азра переглянулась с Эсмой. - Ты сам ей дал?
- Нет. А что за деньги, я не понимаю?
- Я просто показала её родителям бюджет на помолвку и свадьбу, конечно, планируя все заплатить сама, но ее родители настояли, что помолвка по правилам делается на деньги невесты. Туда же подарки жениху и родне жениха входят. Глупо было бы нам самим себе оплачивать подарки. Не находишь?
Кадир дернул плечом и нахмурил брови:
- И что ее родители?
- Настояли, что сами оплатят помолвку, - развела руками Азра.
- Но откуда у них деньги? - изумился Кадир.
- Вот и я удивилась, когда твоя невеста принесла и положила такую сумму передо мной. Откуда?! Думала, ты дал.
- Я не давал.
- Но откуда-то она их принесла…
Слова повисли в воздухе. Кадир извинился и вышел.
- Не поверил, - с горечью проговорила Эсма.
- Сразу такое и не делается, - глядя сын в след, проговорила Азра. - Домой придет и проверять начнет. Позвоню я Хакану, предупрежу.
- И Алтын предупреди.
- Конечно, Эсма, конечно.
Кадир больше не позволял женщинам поднимать тему невесты и отравления, но при этом оставался молчалив и угрюм. Азра тихо переговаривалась с Эсмой, утешала ее и косилась на сына. Все что она знала, что его нельзя торопить, он должен сам все проверить и прийти к заключению. Но как же Азре хотелось побыстрее закрыть этот чертов вопрос с безродной.
По возвращению в особняк Азра первым делом поднялась к себе, игнорируя вопросительные взгляды родственников, и выпила таблетки. Если так пойдет дальше, то она потеряет свое здоровье до настоящей помолвки сына.
- Где мой сын? - спросила вошедшую Зифу.
- В кабинете отца.
- Что он там делает?
- Позвал Хакана. Разговаривают.
Азра удовлетворенно улыбнулась. Отлично. Хакан завистливый и не особо умный парень, он скормит Кадиру заранее подготовленную версию, как девка отшила его и устранила. Попыталась. А потом должна подключиться Алтын.
- Зифа, позови Алтын ко мне. А когда Кадир будет искать ее, пошли тоже ко мне.
Сын пришел через полчаса. С настороженностью посмотрел на мать, но обратился к тёте Алтын.
- Я случайно узнал историю Хакана, он уверяет, что Лейсан в день аварии опоила его и вас.
- Всех нас! - с горячностью ответила Алтын.
- Но зачем всех?
Сердце Азры застучало, срываясь в бешеный ритм.
- А Хакан рассказал тебе, зачем она это сделала? - спросила Азра, хватаясь за сердце.
- Да, мама. Он уверен, что она боялась потерять мое расположение, если я узнал бы о ее планах на Хакана. Но это полная ерунда! В то время она считала господином Эмира…
- Что? - охнула Азра.
- Да, Лейсан думала, что господин в этом доме Эмир, а я всего лишь рабочий. И даже если допустить, что она хотела разорвать отношения с Хаканом, зачем было поить тем отваром всю семью? Не понимаю.
Так вот почему эта гадина связалась с Эмиром! Азра словно прозрела. Значит, девка действительно охотилась за ее сыном, но перепутала их, а Эмир воспользовался ее глупостью и стал шантажировать.
- Она… Она могла просто заварить чай, чтобы Хакан не отказался. А ему влила большую дозу. Вот и все, - проговорила Азра.
- Да-да, а нас опоила, чтобы мы не могли его остановить! Я крепко заснул после ее чая и не слышала, как встал и сел за руль Хакан. А теперь она то же провернула и с Мирай, змея.
- Мирай? - Кадир вскинулся. - Почему вы с мамой обвиняете ее еще в болезни Мирай?
- Потому что я знала про ее черное сердце! - зашипела Алтын. - Я приглядывала за ней. Я видела, как каждое утро она носила чайник в комнату твоей бывшей невесты!
- У меня не было прежде невесты, - глухо проговорил Кадир.
- Эсма - слишком умная и осторожная девушка для твой Лейсан, - проговорила Азра, - вот она и взялась за более слабую. Наверняка рассчитывала, что потеря сестры подкосит силу духа Эсмы, тогда она и от нее избавится.
- Не говорите так про Лейсан!
- Кадир, сынок, я твоя мать! Я хочу для тебя только счастья. Но когда я вижу алчную змею, обвивающую твою шею, травящую твое сердце, я не могу молчать! Пойми!
- У вас косвенные доказательства. Я поговорю с Лейсан и мы все выясним.
- Поговори, поговори, - согласилась Азра. - Но прежде узнай, где она нашла деньги на помолвку. Прежде чем в лицо бросать ей обвинения, надо отмести очевидные. Исключить, что она вцепилась в тебя из-за жадности.
Кадир кивнул и вышел.
- Алтын, ступай. И позови мне Эсму. Её нельзя оставлять одну в такое время.
Эсма пришла почти сразу, плотно прикрыв за собой дверь.
- Он очень упрямый мальчик, - вздохнула Азра. - Но упорный. Пока не выяснит всю правду о невесте, не закроет на это глаза.
- Что мы еще можем сделать? У нас же есть фотографии. Давай покажем ему, мама?
- Нет, я выяснила, что Эмир и Лейсан сообщники. Они найдут оправдание этому фото и опровергнут все обвинения. Нужно что-то еще. Более сильное.
- Что?
- Её ложь. Её алчность. Её распутство. Что-то, что Кадир увидит собственными глазами. Вот тогда он не станет слушать оправдания, а выставит девку вон!
Эсма притихла. У нее уже созрел план, что она может сделать.
***
Лейсан надела красивое элегантное платье и сверху накинула шаль. Кадир подошел сзади и огладил ее плечи, вместе с ней вглядываясь в отражение их фигур в зеркале.
- Ты прекрасна.
- Спасибо, любимый. Я очень переживала сегодня весь день, но теперь мне спокойнее.
- Переживала? Почему?
- Ну как же… За Мирай, за ее здоровье… За тебя. Ты вернулся очень хмурым. На тебе лица не было.
- Все верно. Внезапно стали всплывать странные необъяснимые факты, в которые я не хочу верить. Но пока не опровергну их, не смогу успокоиться.
- Я понимаю, любимый.
Лейсан развернулась, поднимая руки и обнимая Кадира за шею.
- А сейчас ты спокойна? Почему? Ведь состояние Мирай все еще тяжелое, а мое настроение все еще не улучшилось.
- Зато ты рядом, со мной. И мне спокойно, Кадир. Я в диком напряжении, что в любой момент моя сказка может разбиться на тысячу осколков, и я потеряю тебя. А я не могу потерять. Я так тебя люблю.
- Только меня? - глухо уточнил Кадир.
- Одного тебя. Всегда!
- Но было время, были и другие господа. Хакан, Эмир…
Лейсан вздрогнула и внимательнее посмотрела в глаза Кадиру:
- Причем тут Эмир? Он даже не господин.
- Нет, не господин… Лейсан, если ты готова, надень то ожерелье, что я подарил тебе первым и браслет к нему. Я хочу, чтобы ты сегодня вечером сияла.
И снова Лейсан дернулась. Прижала руку к шее, к тому месту, где могло висеть невидимое ожерелье.
- Ты же сделаешь это для меня? - напряженно переспросил Кадир.
- К-конечно…
- Наденешь украшения? Я хочу, чтобы на ужине ты выглядела достойно и уверенно. Чтобы одним своим видом разбила подозрения насчет тебя.
На ужине Лейсан сидела рядом с ним в украшениях, но Кадир хмурился. Его невеста надела браслет, серьги и подвеску, но проигнорировала главное украшение - ожерелье.
Ужин проходил в мрачной атмосфере. Азра не хотела поддерживать непринужденную беседу, Эсма периодически всхлипывала и прикладывала к глазам платок, Хакан неназойливо утешал ее. Алтын сверкала глазами в сторону Лейсан. Ахмет хмуро прогнозировал реакцию банкира Доган на новость о своей дочери.
После второй смены блюд Кадир не выдержал, подхватил Лейсан за руку и вывел из-за стола на террасу.
- Накинь шаль, - отрывисто распорядился он и отошел к перилам, опираясь на поручни и подставляя лицо легкому, почти весеннему ветерку. - И скажи, почему не надела мой подарок. Ты знаешь, что мать обвиняет тебя в корысти? Что ты лживыми увертками охомутала меня ради денег? Что никакой любви нет, есть только голый расчет!
- Нет, это не так… Я люблю тебя!
- Тогда почему другие думают о тебе иначе? - сорвался Кадир. - Я был уверен, что если полюблю, то самую чистую и непорочную девушку. Жемчужину! Которую примет моя семья и мои родители. Будут рады за меня за обретенное мной счастье.
Лейсан молчала.
- Да, возможно я идеалист, - признался Кадир. - Верю, что именно к моим чувствам общество отнесется иначе. Потому что я сам снисходительно отношусь к порокам других. Я жду любви от матери и отца, потому что я их единственный сын. И я повидал слишком много женщин, чтобы отличить настоящие чувства от расчета. Эсма - это расчет. Но ты?.. Я верю тебе, тогда почему больше никто тебе не верит? Кто ошибается, Лейсан, я или все остальные?
Лейсан сжалась. Она поняла главное из слов Кадира, что он хочет самую чистую и искреннюю девушку себе в невесты, неспособную плести интриги и строить козни, держать за спиной нож и врать в глаза.
А Лейсан врала. С самого начала врала, чтобы отгородить и защитить свои чувства к Кадиру. Она просто никогда не верила в прочность его чувств к себе. Потому оберегала.
- Я скажу тебе правду.
Она плотнее закуталась в шаль, встала рядом, чтобы видеть лицо любимого.
- Я продала твое ожерелье, чтобы получить деньги на помолвку. И я должна была Эмиру. С этих денег и еще от продажи двух золотых браслетов я отдала ему долг.
- Продала, - констатировал Кадир.
- Твоя мать всеми силами стремилась сорвать помолвку, я должна была найти способ и найти деньги!
- Зачем моей матери вредить, если она приняла тебя и помогает с подготовкой к свадьбе?
- Потому что ей нравится Эсма. Ты же видишь!
- Почему ты не пришла ко мне? Не попросила денег у меня?
- Разве ты не посчитал бы меня охотницей за деньгами? Госпожа Азра недвусмысленно дала понять, что именно так ты и отнесешься.
Кадир нервно тряхнул головой:
- Не приплетай мать к каждой ситуации. Она срывает, она запретила просить… Но она же приняла тебя, купила тебе одежду…
- За которую выставила чек, - горько усмехнулась Лейсан.
- Это был подарок, - холодно уточнил Кадир.
- Она не с меня деньги требовала, а с моих родителей.
- Ты могла прийти ко мне.
- А ты, как сейчас, уверял бы меня, что это подарок, и матери твоей деньги не нужны?
- А что с Мирай?
- Что с ней?
- Мне сказали, ты опоила ее.
Лейсан испугано вздернула руки к сердцу, глаза наполнились слезам и жалобным голосом она заголосила:
- Кадир, я не хотела! Я один раз возможно перепутала, но я…
- Ты поила ее не тем чаем?
- Нет, я заваривала все по правилам, но как-то раз перепутала ситечки, но я…
- И Хакан твоих рук дело? - с лица Кадира сошли все эмоции, оно словно окаменело.
Как он узнал? Почему спрашивает сейчас?!
- Хакан… Это твоя мать велела…
- За-мол-чи!
Рыдания прорвались сквозь губы Лейсан.
- Не смей обвинять мою мать в бедах Мирай и Хакана!
Кадир резко развернулся и ушел с террасы. Лейсан завыла в голос, сползая по перилам на пол террасы. Ведь она была уверена, что Кадир сам встанет на ее защиту от матери, а получилось совсем наоборот.
Почему? За что?
***
- Ты обещал дать мне пистолет.
Эсма без предупреждения вошла в спальню Хакана. Он улыбнулся, разглядывая девушку.
- Обещал. Если сам получу что-то полезное.
- Получишь! - не задумываясь, пообещала Эсма.
- Что именно?
- Когда я стану женой Кадира, я многое смогу сделать для тебя.
Хакан усмехнулся.
- Ты предлагаешь деньги? Мне? Они мне не нужны. Здоровье ты мне дать не можешь. Жену… Если ты будешь его женой - значит и это желание не выполнишь.
- Тогда что ты хочешь? Только не проси стать твоей женой снова, - губы Эсмы исказила презрительная усмешка. - Я стану только женой Килика!
Теперь ее улыбку скопировал Хакан.
- Так тебе нужно оружие?
- Да.
- Тогда мое желание: я своего хочу наследника от тебя. Первого!
Эсма натянуто улыбнулась. Похоже братец Кадира повредил не только спину, но и голову. Только ей очень нужен пистолет! Прямо сейчас. Она чувствует, что сейчас самое время.
За ужином Кадир был на грани, он почти не смотрел на невесту и цедил слова сквозь зубы. Он слышал разговор господина Чинара и Ахмета о партнерстве с ее отцом, и что папа будет обеспокоен состоянием дочери. А что если добавить ему беспокойство за двух дочерей?
Кадира надо только чуть-чуть подтолкнуть, и дело будет решенное.
- Ладно, согласна. Давай пистолет. Заряженный.
- Нет, красавица. Сначала ты дашь мне клятву.
Эсма закатила глаза.
- Может мне еще кровью ее скрепить?
- Я не шучу. Мне нужны гарантии, что ты не кинешь меня, когда я предъявлю требование в части наследника.
- Ты должен знать, что это неразумное желание. Я уверена, мы найдем компромисс.
- Значит, тебе не нужно оружие. Ты должна осознавать мой риск.
- В чем он, твой риск? - рассердилась Эсма. - Разве его сопоставить с изменой мужу и предательством рода? Ты в своем уме? Кажется я не с тем мужчиной связалась…
Эсма развернулась, чтобы выйти из комнаты Хакана, но тот удержал ее, крепко вцепившись в юбку ее вечернего наряда.
- Ты убьешь человека из моего ствола. Я готов своей свободой и жизнью прикрыть твою. Ты действительно считаешь, что я много прошу?
Она хотела убить, а если не убить, то обезобразить невесту Кадира. Он точно не женится на уродине с отстреленным носом, или с отстреленной рукой, или хромающая. Но Хакан, сам того не желая, подкинул ей совсем другой, немыслимый, но гениальный план, как избавиться не только от невесты Кадира, но и от Хакана!
- Согласна!
Эсма развернулась.
- Где подписать?
Хакан был поражен молниеносной сменой настроения, и Эсма поторопила его:
- Ну же, поторапливайся, время не ждет!
Хакан навел на нее свой телефон:
- Я сделаю видеозапись, где ты скажешь, что готова родить первенца от меня вне зависимости за кого ты выйдешь замуж.
Эсма усмехнулась. Какой же дурачок! Она не только избавится от него, но и от записи. Или всегда сможет перевернуть смысл сказанного. Он домогался, заставил, шантажировал. Нет, ее этими штучками не достанешь.
- Хорошо. Записывай, - склонила голову, чтобы выдать немного трагичную интонацию, с легким истеричным придыханием. - Я, Эсма Доган, даю обещание Хакану Килику, что рожу от него своего первенца, - тут она всхлипнула и отвела взгляд. - Всё.
- Нет, не все, - продолжал снимать Хакан. - Ты забыла уточнить про свое положение.
- Я… Я рожу ему ребенка будучи замужем за другим мужчиной.
- Клянись!
- Клянусь.
- Хорошо.
Хакан полностью купился на этот спектакль, откладывая телефон и открывая верхний ящик тумбочки. Эсма ринулась вперед, но мужчина остановил ее.
- Уж не думаешь ли ты, что я держу пистолет в тумбочке у кровати?
Он достал ключ, потом неловко докатил инвалидное кресло к шкафу, где был скрыт металлический сейф, и уже из него достал пистолет и магазин с патронами.
- Покажи как надо нажать, чтобы выстрелить, - Эсма приблизилась вплотную к Хакану, видя цель и переставая замечать препятствия.
- Как же сладко ты пахнешь, - вдруг тихим сиплым голосом проговорил Хакан.
- Не отвлекайся! Пистолет мне нужен прямо сейчас. Показывай.
Хакан вставил магазин, показал где предохранитель и как спускать курок.
- И всё?
- Все.
Эсма взяла из рук Хакана пистолет, спрятала в складках платья и понеслась из спальни мужчины наверх. К террасе, куда ушли Кадир с невестой поговорить.
- Мама, где они? - она обрадовалась, когда в гостиной застала Азру.
- Девка мерзнет на террасе. Если провидение видит ее грехи, то пошлет ей расплату!
- А Кадир?
- Расстроенный ушел к себе, но мне кажется, не останется он дома после ссоры. Уедет в зимний гостевой дом.
- Задержите его, мама. И минут через пять пошлите на террасу.
Азра прищурилась:
- Что ты задумала, доченька?
- Наше освобождение и скорейшую свадьбу, мама. Удержите Кадира и приведите на террасу, если хотите нашей с ним помолвки.
Эсма, не мешкая, прошла мимо госпожи и выскочила на террасу, мгновенно расценив положение Лейсан. Та цеплялась за решетку перил и рыдала. Ничтожная слабая дрянь! Как можно идти по головам и сломаться на первой ссоре с любимым мужчиной? Если бы Эсма была такой же слабой, она уже уехала к родителям, зализывать свои оскорбленные чувства. А она здесь! Она борется за свою любовь. Сама платит за ошибки своего любимого мужчины.
Кадир будет ей благодарен за то, что она избавит его от безродной девки.
Эсма достала пистолет и направила его на Лейсан.
- Вставай. Пришло время просить прощение.
Всхлипы прекратились, Лейсан подняла заплаканные огромные глаза на Эсму, сразу заметив пистолет и осознав угрозу.
Медленно, цепляясь за спицы перил, поднялась и осталась стоять, боясь даже вздохнуть, не то что заговорить.
- Теперь ты понимаешь, что занимаешь не свое место? - нервно выговорила Эсма. - Такой мужчина не для тебя! Ты не на того пасть свою разинула. Связалась с водителем - вот с ним бы и оставалась, тварь. А теперь, по твоей воле, пострадали Хакан и Мирай. Кого ты выберешь следующей жертвой?
Последнее Эсма уже выкрикивала, чтобы быть услышанной в доме, если кто-то спешил на террасу. А она надеялась, что спешил.
- Ты змеей пробралась в его сердце, в его дом, отравила его разум, но знай, тебе не обмануть нас! Мы любим его и будем защищать.
Эсма спустила предохранитель, как учил Хакан, подошла почти вплотную к Лейсан, которая мелка задражала и заголосила:
- Не надо, прошу, не надо! Я люблю его! Я ничего не делала!
- Кого ты любишь? Хакана, которого отравила? Или водителя, которому отдалась? И тебе хватает совести ломать из себя невинность?
- Что здесь происходит? - раздался голос Кадира со спины, от входа на террасу.
Эсма резво развернула пистолет, не думая, приставила к внутренней стороне бедра и выстрелила, вскрикнув от адской жгучей боли, потонув в оглушающем звуке выстрела и криках Лейсан.
Падая, цепляясь за ее руки, Эсма сунула пистолет Лейсан и осела в руки подоспевшей госпожи.
- Что же это такое… Что же это…
- Мама, она в меня стреляла, - слабеющим голосом простонала Эсма, чувствуя сильную пульсацию на бедре.
Это неправильно, ведь она заранее продумала куда выстрелит, чтобы не было риска для жизни! Но почему так много крови? Почему она так быстро слабеет?!
- У нее пробита артерия, - раздался глухой голос Кадира. - Медицинскую помощь, живо.
- И полицию! - вставила Азра.
- Нет… Нет, мама, это потом, когда опасность для жизни минует.
***
Лейсан сидела в комнате тётушки и выла. Выла уже третий час. Ее заперли и не выпускали, не давали никаких объяснений, не позволили даже вымыть руки от крови.
Только под утро дверь распахнулась и ввалился уставший, осунувшийся Кадир.
- Как она? Что с ней? - Лейсан подлетела к нему и вцепилась засохшими в крови руками в отвороты его пиджака.
- Ты должна была об этом подумать до того, как взяла пистолет и выстрелила в нее, - глухо ответил Кадир. - Убирайся.
- Что?
Руки сами собой опустились и повисли как плети вдоль тела.
- Я не виновата! Она сама выстрелила в себя!
- Убирайся, я сказал! Сколько можно верить твоей лжи и отговоркам? Сначала ты травишь Мирай, потом обманом выкрадываешь у Хакана пистолет…
- Я не…
Лейсан замолчала, вдруг поняв, что Кадир глух. Ему рассказали замечательную сказочку, в которой все хорошо увязывалось, и главной злодейкой в этой сказке была Лейсан.
- Ты врала мне. С самого начала врала.
Кадир вытащил из внутреннего кармана мятую фотографию и кинул на постель тётушки.
- Только потому, что любовь так быстро из сердца не вытравишь, я отпускаю тебя. Уезжай, чтобы я о тебе больше никогда не слышал! Убирайся из моей жизни. Мама была права, ты змея, отравившая мой разум и чуть не погубившая жизнь. Ради тебя я готов был бросить вызов обществу, но… Ты предала меня первая.
Он развернулся и ушел, не оставив Лейсан даже шанса броситься за ним следом.
Дрожащими руками она подняла фотокарточку и попыталась разглядеть ослепшими от слез глазами изображение. Ничего не выходило, горе высасывала из нее жизнь, сотрясая в рыданиях тело, но она смогла разглядеть то, что порвало последнюю связь ее с Кадиром.
На фотографии она целовалась с Эмиром в летнем домике...