Глава 9. Моё сердце – твоё!
Лейсан сгорала от любопытства, как проходит вечер. Тётя Зифа почти не спускалась с террасы, а если и спускалась, то отдать срочные распоряжения и вновь подняться, чтобы быть наготове. Зато девушки, что носились туда-сюда, доставляя наверх новые закуски и напитки, и спуская подносы с грязной посудой, не успевали сливать любопытной Лейсан сплетни.
Кто что ел, пил, о чем говорили, кто с кем сидит, кто кого отвел подальше от столов «показать город».
Лейсан из всех новостей очень внимательно выхватывала про Кадира. Он ел мало, улыбался много, но как-то натянуто. Почти не разговаривал и постоянно оглядывался на девушек с кухни. Попросил чай. После чая перестал улыбаться, наверное, потому что отец увлек его беседой о бизнесе.
Ох, ты не знала, что господин Доган хочет помочь с новым делом нашему хозяину? Теперь то они точно породнятся! Что может стать лучшим залогом, как объединение семьи?
Лейсан кивала, но настроение портилось. Если она до помолвки не успеет привязать к себе Кадира, потом за такие попытки, за его знаки внимания она дорого заплатит. Невеста, а позже молодая госпожа такого в своем доме не потерпит, а мужчина еще не будет готов потратится на покупку дома для девушки, к которой не привязан.
Что же делать?..
Лейсан мыла посуду, когда гости и хозяева разошлись по комнатам. Девушки еще бегали по особняку, убирали со столов, разносили по комнатам кувшины с водой, чистые стаканы, полотенца и все, что запросят господа и женщины.
А Лейсан была рада, что не приходится носится по дому, обслуживать гостей, а можно спокойно домыть таз посуды после ужина и подумать.
Её прервал Эмир, тихо зашедший на кухню и пристроившийся на топчан у окна.
- Суматошный день, - начал он.
- Очень, - лаконично согласилась Лейсан.
- Приготовишь мне чая?
Девушка на секунду замерла, но решила подколоть:
- Господин, вы не напились?!
- Ах, да…
Эмир смутился, но больше не просил. Значит, все еще в роли. По своей воле, или по приказу Кадира?
Лейсан уже закончила, и убирала посуду на верхние полки подвесных шкафов, когда табурет под её ногами качнулся, она вскрикнула, взмахнула руками и полетела вниз.
Эмир мгновенно оказался рядом, перехватил её и прижал к себе, давая им обоим прийти в себя от испуга. Вместо благодарности, Лейсан вдруг спрятала лицо на его плече и заплакала.
Она так устала быть маленькой бессильной девочкой. Устала защищать свою жизнь и любовь от тех, кто одним движением пальца способен стереть ее. Теперь, столкнувшись с трудностями, она лучше понимала те или иные решения отца и матери. Нет, не снимала с них вину, но понимала, что обстоятельства могут вынудить прогнуться и отступить.
Вот как сейчас, когда Лейсан прижималась к Эмиру и осознавала, что если бы влюбилась в него, то обрела бы счастье с равным. Но вместо этого обрастает проблемами с отношениями к Кадиру и его семьей.
Лейсан всхлипнула в последний раз и отстранилась.
- Извини…
- Ничего.
Во взгляде Эмира что-то скользнуло, но Лейсан отвернулась, стирая слезы и пряча заплаканное лицо. Мужчина помог поставить последние тарелки на полку, пожелал спокойной ночи и ушел.
Девушка дождалась тётю Зифу, пока та обошла весь особняк и проверила все помещения. Вместе они вышли во внутренний дворик. Лейсан поставила перед тётей поднос с легкими закусками и чай, расслабляющий, успокаивающий.
- Расскажешь, как там прошло? – закинула удочку Лейсан.
- Хорошо прошло. Хозяйка довольна.
Лейсан ждала, когда будет продолжение. Понятно, что тётушка устала, но любопытство жгло. Она даже стала настукивать ноготками по столешнице.
- Прекрати. Голова и так разрывается.
- Давление? Ох. Давай, я тонометр принесу? – Лейсан привстала, чтобы сбегать в прихожую, где лежали аптечка и приборы, но тётя остановила её.
- Сиди. Сейчас поем и отдохну, пройдет.
Они посидели в тишине дворика, под шелестящей листвой, под бледным светом луны и каждая думала о своем.
- Госпожа приметила старшенькую. Банкир отдаст, он как клешнями вцепился в бизнес Киликов, - произнесла наконец тётка, - но младшенькая похоже влюбилась в господина. Хоть хозяйка и улыбается, словно дело решенное, кажется мне, будет еще спор.
- Так пусть Кадир решит, - вставила Лейсан, хмурясь, что никаких отсрочек не будет.
- Все не так просто, доченька… Есть желание матери, есть мнение отца и решение будущего свата. Если их выбор не совпадет, на голову мальчику обрушатся большие проблемы, ведь он то не сердцем выбирает, а чужими интересами. А если интересы разные?
- Как же они разные? – не поняла Лейсан. – Им нужно породниться, чтобы бизнес поделить, и какая разница, на ком женится господин?
Тётя хмуро на нее посмотрела и зашептала, словно ветерку не доверяя:
- Бизнес разделить? Ты даже не знаешь, какой разлад это принесет в дом Киликов, где старший брат еще не смирился с потерей наследства! Азра не смириться с выбором младшей дочери, та не сможет удержать особняк, а это подточит влияние Кадира. Банкиром же будет управлять жалость к дочери, он отдаст ту, которая ранимей. Угадай, которую?
Лейсан промолчала, не до конца понимая внутренних интриг, но сердцем чувствуя, что крайнему здесь будет несладко. А именно Кадиру.
Вот тебе и свадьбы богатых… А ведь Лейсан искренне считала, что в личной жизни не везет только бедным северянам!
- Тогда как поможет ему любовь? – задала мучивший ее вопрос.
- Никто не смог бы стать преградой сердцу любящего. Тогда бы господин выбрал сердцем и все приняли бы его выбор. Судьба.
- Судьба, - эхом прошелестела Лейсан.
- Пойдем спать.
- Нет, оставь поднос. Я помою посуду и приду. А ты ложись.
- Только недолго! Завтра подниму раньше. Народу много, готовить и прибираться дольше.
- Хорошо, тётушка, - улыбнулась девушка, провожая взглядом тётю Зифу.
Сама осталась во дворике, задумчиво разглядывая тусклую луну и закусывая губы от вины, что только добавит Кадиру проблем со своими желаниями и интригами.
Ведь она как хотела, стать его любимой женщиной, занять место при доме, как тётя, экономкой, или съехать в купленный домик в городе, чтобы Кадир навещал ее. Она осмеливалась мечтать о ребеночке, и может даже не одном. Но сейчас, почуяв какой непростой период в жизни любимого, сердце сжималось от вины и тревоги. Нужны ли ему проблемы еще и с Лейсан? Захочет ли он обременять себя ею?
Она подхватила поднос, вставая из-за стола, тяжело вздохнула и тут же остановилась, заметив мужскую фигуру, отделившуюся от дома и сделавшую шаг к ней.
- Оставь поднос. Пойдем в сад поговорим.
Кадир.
У Лейсан вырвался вздох облегчения, но она и виду не подала, поставив поднос обратно. Мужчина взял ее за руку и повел в сад, подальше от дома. Только когда они совсем затерялись в тени деревьев, он выпустил ее руку и повернулся лицом, встав от нее в двух шагах.
- Как же я устал…
Он и выглядел уставшим. Улыбка совсем не появлялась, голос был приглушенным и словно надтреснутым. Кадир взлохматил пятерней до этого уложенные волосы и снова повернулся к Лейсан, пугая ее странным блеском в глазах.
- Как было бы просто, не становись мы заложниками положения, да, Русалка? Тогда бы между нами не стояли деньги, родословная, обязательства перед чужими людьми…
Кадир снова взял Лейсан за руку и притянул к себе:
- Тогда бы я не сомневался в выборе, в чувствах той, к которой меня так тянет…
- А сейчас сомневаешься? – тихо спросила девушка, уловив только, что её любимый все же сделал предпочтение, выбрал одну из сестер.
- Сомневаюсь. Потому что ей от меня нужны богатство и влияние, а не чувства.
- Может, она ошибается? – нахмурилась Лейсан, чувствуя, что либо сейчас, либо никогда. – Как ошибалась я, думая, что смогу забыть того, кого люблю, если выберу господина с деньгами и положением.
Кадир замер, неосознанно сильно сдавливая ее пальцы.
- Так кого ты выбираешь?
- Тебя, если ты простишь мне неуверенность. Я не смогу принадлежать господину, когда всем сердцем тянусь к тебе.
- Русалка, - выдохнул Кадир, резко привлекая ее к себе и сжимая в сильных объятиях. – Лейсан… Ты не представляешь. Ты даже представить не можешь…
Больше он не говорил и не дал спросить ей. Они долго и иступлено целовались в саду, скрытые деревьями от случайных взглядов.
Но один все же разглядел парочку влюбленных.
Эмир не мог понять, какие чувства его обуревают. Он отвернулся и забрал со стола поднос с посудой, оставленный здесь тётушкой. Отнес на кухню и только потом спустился в цокольный этаж в свою маленькую узкую и всегда прохладную комнату.
Он не мог понять игры хозяина, когда тот потребовал стать для Лейсан господином. Эмир не спрашивал, просто вел себя как обычно, тщательнее следя за словами, чтобы не проговориться. Удивлялся, замечая аккуратные поползновения Кадира к служанке. Обычно хозяин более напорист и прямолинеен, а тут с простой девчонкой так много осторожности и чуткости. С чего бы?
Эмир непроизвольно стал присматриваться к Лейсан. Бледная, тихая, скромная. Чем она могла зацепить господина?
Потом был их поцелуй и бессонная ночь, полная непристойных фантазий. Эмир так и не смог заснуть, выбежав из комнаты и проведя всю ту ночь во дворе. А сегодня он поймал ее, как птицу в силки, но забилось в сетях его сердце…
Что с ним?
***
Жизнь Лейсан изменилась. Для других незаметно, но совершенно волшебно для нее. Она уставала, как и прежде, но теперь спала меньше, а чувствовала себя живее всех живых. Все потому, что позволила себе не думать о своем будущем, о неравном положении с любимым.
Лейсан просто отдавалась любви самому замечательному мужчине на свете!
С той памятной ночи, Кадир не упускал случая, чтобы приблизиться к Лейсан, тайком коснуться её щеки губами, взять за руку и ласково погладить тонкие пальчики.
Все это наполняло ее какой-то магией, любые трудности казались по плечу, чай получался вкуснее, лепешки воздушнее, даже придирчивая хозяйка особняка и та заметила особый вкус приготовляемых Лейсан блюд.
Но мужчина все еще не открывал свою тайну, все еще притворялся служащем в этом доме. Лейсан не торопила, Кадиру хотелось убедиться в искренности ее чувств? Так они искренни, пусть убеждается сколько угодно.
- Холодно становится, - заговорила над ухом тётушка. – Одна девушка приболела, я отпустила ее домой. Заменишь. Поможешь при уборке спален и комнат.
- Хорошо, тётушка, - широко улыбнулась Лейсан, приобнимая экономку и от души целуя ту в щеку.
- Что-то ты слишком довольная, - нахмурилась тётя Зифа, разглядывая племянницу. – Случилось то, чего я не знаю?
Но Лейсан только рассмеялась, рассчитывая, что тётя все спишет на шутку и побежала наверх, перестлать хозяйские постели.
После обеда, когда тётя Зифа отпустила помощниц отдохнуть, вернулся Кадир и увел Лейсан из особняка.
- Куда мы пойдем? – её охватило предвкушение.
- Мы поедем, - улыбался Кадир, демонстрируя заговорщицкий вид.
- Куда? Далеко? Мне к четырем нужно вернуться. Тётя шкуру спустит, если я ей не помогу приготовить чай и ужин.
- Мы успеем, русалка. Запрыгивай.
Лейсан сразу же пошла к заднему сидению, помня, что господин не любит, чтобы кто-то ездил спереди, но Кадир перехватил ее за локоть и распахнул переднюю дверь, помогая взобраться в высокую машину.
На такой машине Лейсан ездить еще не доводилось. Это была гордость и личный автомобиль Кадира. Эмир водил более классическую модель, удобную для передвижения пожилой хозяйки особняка и господина Чинара. А их сын, Кадир, любил риск, быструю езду и экстремальное вождение.
С одной стороны, девушке польстило, что он взял ее прокатиться на таком дорогом автомобиле. С другой, она встревожилась, что Кадир захочет порисоваться перед ней и обязательно покорить какую-нибудь неприступную горную гряду.
В отличие от мужчины, Лейсан не готова была к экстриму. Более того, ей лучше бы вернуться к четырем на кухню!
Кадир повез ее к морю. Остановил свою большую машину на широкой площадке самой высокой горы, с которой можно было увидеть все побережье и плантации Киликов, взял ее за руку, подошел к обрыву, к перилам, установленным специально, чтобы оградить площадку и ее посетителей от высоты.
Лейсан стояла лицом к морю и яркому осеннему солнцу, держалась за перила руками и чувствовала, как сзади к ее спине прижимается Кадир, интимно зажав ее своим телом и расставив руки по сторонам от нее.
Она чувствовала его дыхание на виске, и ниже, по щеке и шее, но мужчина сдерживался, а потом заговорил:
- Как ты думаешь, что чувствует человек владея этим берегом? Этой землей и все что растет на ней, и этим морем и все что плодится в нем?
Лейсан растерялась. Никто никогда не задавал ей таких вопросов, она даже не задумывалась, что может чувствовать такой человек. Но девушка знала, что Кадир говорит о себе! И для нее разговор был важен.
Она снова окинула взглядом побережье. Пришлось сделать полный поворот головой слева на право, чтобы увидеть всё богатство Киликов, но она не могла бы представить, что значит владеть всем этим.
- Я думаю, у него совсем не было бы времени. Он постоянно бы работал, работал. Без отдыха и спокойного сна.
Стоя за ее спиной Кадир тяжело вздохнул:
- А еще? Сравни его с простыми людьми, что ты увидишь?
- Сравнить? Ты хочешь, чтобы я сравнила господина с простым человеком? С таким как мой отец? – удивилась Лейсан.
- Да, хочу. Скажи мне, если господин обладает всеми этими дарами – разве он перестает быть простым человеком?
Лейсан изогнулась, чтобы заглянуть в лицо Кадиру и поразилась, как сверкали его глаза. Но он ждал ответа. Её ответа.
- Я не знаю… Мне кажется господин рад, что ему досталось все это богатство. Но вот сейчас ты спросил, и я поняла, что на самом деле господин трудится не меньше моего отца. Только он ныряет, чистит раковины устриц, собирает жемчуг, разбрасывает корм, а господин с утра до ночи сидит в офисе, считает, продает, делит заработанное между рабочими.
- Все верно, русалка. Богатство не спасает от работы. Ленивый человек не смог бы сохранить и тем более приумножить наследство. Но я о другом. Счастлив ли твой отец? Как он проводит время после работы? Куда водит развлекаться твою мать? Я о другом хочу знать. О свободе простого человека.
- О свободе? – горько хмыкнула Лейсан. – Ты правда думаешь, что у простого человека есть свобода?
- А разве нет?
Лейсан слепо уставилась на дальнюю точку горизонта, моментально теряя ориентацию в пространстве и погружаясь в ужас простых людей.
- Нет никакой свободы. Мы с детства знаем, что жить могут только чистокровные и богатые. Ради денег у нас продают и убивают. Кто с деньгами, тот ноги вытирает об неудачников. Втоптать в грязь другого, чтобы самому не испачкаться – это считается нормальным. Мой отец…
Тут Лейсан не удержалась и скривила губы:
- Пил, играл в карты, занимал денег, а потом откупился, продав сестру. Что он делает после работы? Ты правда хочешь знать? Сейчас, когда нет денег на выпивку и карты, он поколачивает мать. Ведь ему как-то надо развлекаться!
- Я не знал…
- Ты не из моего мира, Кадир. Ты не у того человека спрашиваешь, чем отличается свобода господина от раба! У нас никогда не было и не будет свободы…
- Прости. Я дурак. Хотел подчеркнуть, насколько жизнь господина не легче жизни простого человека, но привел неудачный пример. Я думал у вас счастливая семья.
Лейсан дернула подбородком:
- Ради счастья семьи я не задумываясь продала бы себя. Но мама не бросит его. Не посмеет. Она боится, что женщина одна, да еще с дочерью на руках прожить не сможет.
- Она права. Тем более на юге, - серьезно подтвердил Кадир.
- Но ведь тётя Зифа смогла! – вскричала Лейсан. – Значит и я смогу. Смогу вытащить мать и сестру из лап этих грязных ублюдков!
Она выкрикнула ругательство и замолчала. И так сказала лишнего.
- Тётушка может здесь жить, только пока ее прикрывает наше родовое имя. Выгони ее мать на улицу, и с тётушкой случится беда. Она это понимает. Мать твоя понимает. А ты нет.
- Зачем ее выгонять? – испугалась Лейсан. – Она же хорошая экономка!
- Но она стареет. Время не щадит никого, русалка. Ни маму, ни тётю…
Лейсан покачала головой:
- Не верю… Не верю!
Мечты, которые она выстроила, рушились на глазах.
- Тебе тоже нужна защита, Лейсан. И пусть я не настолько свободный человек, каким мечтал быть, но я богат. И смогу дать тебе защиту и покровительство.
- Что? – она честно пыталась выглядеть изумленной, но из нее скорее уж сочилась радость.
Признание сделано!
- Кадир – господин?
- Ты злишься на меня?
- Что вы. Как я могу злиться на господина?!
- Не нужно тут же отдаляться, Лейсан, - Кадир встревоженно перехватил ее руку и сжал ее. – Ведь ничего по сути не изменилось. Я все тот же, ты все та же. Положение… Оно было и раньше, но не мешало нам, так?
Лейсан во все глаза смотрела на Кадира, не зная, что произнести в ответ:
- Как прежде уже не станет. Или нам придется прятаться от всех!
Мужчина нахмурился. За своим признанием он не думал о последствиях, но слова девушки заставили задуматься.
- Это мы обсудим позже, но я смогу чаще увозить тебя от чужих глаз, чтобы показать мой мир, мои богатства и все чудеса, которые ты не могла видеть на севере. Я не хотел, чтобы ты смущалась, переживала за нас, что поймают, поэтому признался. Но больше ничего не должно измениться. Обещай!
- Я не знаю, что обещать тебе, - улыбнулась Лейсан. – Обещаю, что буду продолжать называть тебя Кадиром и злиться на глупое поведение.
Он рассмеялся.
- Обещаю по утрам оставлять самую горячую и хрустящую булочку для тебя. Заваривать самый вкусный и ароматный чай. Выходить вечером во дворик, когда позовешь. Это я обещаю.
- Еще обещай любить меня не за мое положение. Любить как раньше, как простого человека.
Лейсан неуверенно кивнула. Кадир заметил и с досадой спросил:
- Значит, теперь, зная, что я господин, твои чувства ко мне изменились?
- Нет! Что ты, нет… Просто…
- Что же?
- Я никому не смогу сказать, что мы любим друг друга. Никогда не буду мечтать, что мы сможем прожить жизнь вместе, - тут голос Лейсан дрогнул и стих почти до шепота. – Я не смогу даже мечтать прижать нашего ребенка к груди…
Кадир с рокотом то ли застонал, то ли зарычал, запрокидывая голову и издавая непонятный звук в небеса.
- Мы все решим. Постепенно, не сразу. Да, я не смогу дать всё! Но я буду любить тебя до конца своих дней, русалка! Я не могу изменить правила и отказаться от обязательств перед семьей, но имею право любить ту, от которой бешено бьется сердце. Только не предавай меня, слышишь? Никогда не отворачивайся от меня, не ври мне, будь верной до конца. Обещай быть со мной рядом!
Слезы ослепили Лейсан. От чувств она кинулась на шею Кадиру, обняла, прижалась всем телом, покрывая его лицо, щеки, губы поспешными поцелуями, приговаривая:
- Я с тобой. Я твоя. Я рядом, любимый!
Когда эмоции схлынули, Кадир с заговорщицкой улыбкой потянул Лейсан в сторону от площадки, по узкой, но утоптанной тропинке к утесу, возвышающемуся над морем. Лейсан узнала эту выступающую скалу, с которой каждый раз Кадир прыгал в море и выходил на берег к поджидающей его Лейсан.
- Ты будешь прыгать? – догадалась девушка.
- Нет, - засмеялся Кадир, - мы прыгнем вместе!
- Я? Нет! Я не буду прыгать! Я не умею плавать!
Лейсан закричала, напуганная решением господина, но он продолжал тянуть ее к обрыву.
- Пожалуйста… Пожалуйста, не надо, - задыхаясь от паники, повторяла девушка, сопротивляясь, пытаясь вырваться из хватки мужчины и убежать обратно, на безопасную обзорную площадку с перилами по краю.
Кадир дошел до самого края и остановился, обвивая руками Лейсан, прижимая ее к себе и посмеиваясь.
- Ты будешь со мной, я не выпущу тебя ни на секунду!
- Прошу тебя… Я боюсь!
- Ты правда не умеешь плавать, русалка? – теперь мужчина откровенно смеялся, обнимая дрожащую Лейсан.
- Не умею. На севере почти не купаются. Там нет моря.
- Точно, я и забыл. Но твой отец умеет плавать?
Лейсан кивнула.
- Он в молодости попал в южную армию. Там научился.
- Хорошо. Я сам научу тебя плавать, а сегодня прыгну один.
Кадир улыбался, когда отпустил Лейсан, стянул через голову рубашку и передал ей, снова посмеиваясь над ее смущением. Девушка отводила глаза и краснела. Они оба знали, насколько переступали сейчас законы приличия.
Но в этом была какая-то особенная изюминка, у них появилась общая тайна, которую ни один из них не выдаст.
Мужчина скинул легкие мокасины, передал их Лейсан:
- Встретишь меня на берегу?
Лейсан кивнула, хотела подойти и поцеловать перед прыжком, но снова смутилась, боясь прикасаться к его обнаженному телу.
- Можно я посмотрю, как ты прыгнешь, потом спущусь?
- Конечно.
Она любила Кадира. Любила всем сердцем. От его улыбки замирало сердце. От голоса по коже бежала дрожь. От близости собственное тело переставало слушаться и загоралось внутри жарким, неугасаемым пламенем.
- Чуть отойди, я разбегусь и прыгну.
Кадир отошел, потом в три мощных прыжка достиг края и полетел!
Сверху смотреть на этот полет было так же великолепно, только сердце обрывалось не от восторга, а от страха!
Мужчина легко вошел в воду, исчезнув на долгие две минуты. Лейсан рвалась вниз и не могла отойти от края, пока не увидит любимого. Но вот он показался далеко от скалы, закричал ей и замахал рукой.
От облегчения девушка чуть не расплакалась! Но тут же собралась и побежала вниз, на берег, встречать любимого и своего господина.