Annotation

Счастливые три года брака закончились для бывшего мужа сотрясением мозга и расшатанными нервами. А для меня разбитым сердцем, увольнением с подработки и посещением отделения полиции. Да и кто знал, что заместитель следственного комитета, который рассказывал мне о вреде метания цветочных горшков в человека, станет моим куратором практики! И уж тем более я не ожидала, что он – Оборотень в погонах... Иначе как объяснить, что куратор умеет обрастать шерстью и выть на луну…

Оборотень в погонах, или вашу Машу!

Пролог

Глава 2. Здравствуйте, я ваш куратор!

Глава 3. Женская гордость, мужские слёзы

Глава 4. Давай заключим договор!

Глава 5. Бывший муж, свекровь и прочие неприятности…

Глава 6. Практика начинается, или понедельник день тяжёлый...

Глава 7. На руках у меня засыпай…

Глава 8. Шокирующие подробности личной жизни босса

Глава 9. Хвост, зубы и… ревность!

Глава 10. Разговоры не о чём или разговоры о важном

Глава 11. Я ему всё расскажу!

Глава 12. Дружеское плечо

Глава 13. Откровенный разговор

Глава 14. Театр двух актёров

Глава 15. Дорога в деревню.

Глава 16. Сейчас накроет лавина!

Глава 17. Может я всё это придумала себе?

Глава 18. Свобода!

Эпилог

Оборотень в погонах, или вашу Машу!

Пролог

– Филатова, зачем вы нанесли телесные повреждения средней тяжести гражданину Филатову? – напротив меня сидел высокий мужчина. Ширина плеч поражала воображение, а вот хмурый взгляд вгонял в ступор. Или это от стресса…

– Заслужил! – зло буркнула в ответ и уставилась в окно. Там ярко светило солнце, что совсем нехарактерно для такой поздней осени. Где дождь? Слякоть? Грязь, в конце-то концов? Всё то, что так соответствовало бы моему настроению.

– Чем же он заслужил сотрясение мозга? – скептически выгнутая бровь не предвещала ничего хорошего. И что он на меня так разозлился?! Как будто я ему, а не теперь уже будущему бывшему мужу подарила сотрясение мозга…

– Было бы что сотрясать! – признаваться в истинной причине не было никакого желания. Эмоции ещё не улеглись и грозились перерасти в настоящую бурю. Да и стыдно признаваться в таком!

– Вы ещё и хамите! – чуть повысил тон голоса мужчина. Прозвучало грозно и внушительно, отчего у меня вырвался нервный «Ик!». Скосив глаза на табличку с именем, что стояла на столе, внимательно всмотрелась в написанные буквы.

– Цветочек Герман Натанович? – фамилия не только удивила, но и слегка подняла настроение.

– Так точно, – кивнул в ответ и недобро прищурился.

– Герман Натанович, даже не думала вам хамить. Просто день с утра не задался, – с заминкой тихо промямлила в ответ, размышляя, как бы придумать ответ подостойнее. Только сейчас стресс начал отпускать, и я поняла, что натворила.

– Именно поэтому вы вместо томных взглядов и махания белым платочком, кидали с балкона в своего мужа цветочные горшки? – беседа начала утомлять его в первую очередь. Вижу, что хочет спать. Может, с ночного дежурства, как и я?

– Ночью была моя смена в кафе, – решила зайти издалека. Может он проникнется моей ситуацией и не станет строго судить. – На втором курсе я вышла замуж. Вы не подумайте, у нас любовь. Была…

– Уже ближе к делу! – смягчился мужской тон, а я приободрённая продолжила рассказ.

– С вечера, уходя на смену, забыла предупредить мужа, что вернусь раньше. Последний экзамен перед очень ответственной практикой надо сдать на отлично. К тому же будет присутствовать один из тех, у кого буду проходить практику. А вернувшись домой, застала мужа с какой-то девушкой, – голос дрогнул, но эмоции под контроль взять получилось. Взгляд Германа стал немного сочувствующим.

– Теперь понятно, – он устало поскрёб ручкой в густой шевелюре. – Советую вам урегулировать конфликт непосредственно с вашим мужем… Иначе в будущем это может принести немало хлопот. Травма серьёзная.

– Я с ним поговорю, он заберёт заявление, – хлопнула ресницами пару раз, смаргивая набежавшие слёзы.

– Боюсь, второй горшок его голова не выдержит, – предупреждающе рыкнул мужчина.

– У меня только один был, – резонно добавила в ответ, как будто это могло поменять ход дела в корне.

– Язвите, Мария! – Герман погрозил мне пальцем и указал взглядом на дверь. – А ну, брысь отсюда!

– Спасибо! – кивнула благодарно и подорвалась со своего места вон из кабинета. Теперь надо сдать экзамен, к которому я хотела подготовиться с утра. В этот момент в кабинете как раз раздался телефонный звонок.

Цветочек рублено отвечал на вопросы звонящего, а дверь за моей спиной закрылась. Наверное, какое-то важное дело. Путь дальше лежал через лифт, а значит, на секундочку можно достать конспекты и попробовать хоть что-то запомнить. Жаль, что в голове гуляет далеко не учёба. Вот говорила мне мама, что раннее замужество ни к чему хорошему не приведёт...

Но зайдя в вожделенную кабинку и нажав на кнопку первого этажа, как в почти закрывшиеся двери протиснулась огромная мужская ладонь. Всё тот же Цветочек, всё тоже отделение полиции… Да что за кары на мою голову! Стоило только Герману зайти внутрь, как в кабинке стало мало места. Кто придумал их сделать здесь такими маленькими?!

– Видимо, нам с вами по пути, – скованно улыбнулся мужчина и строгие черты лица на мгновение разгладились.

– Тоже на экзамен? – в шутку произнесла в ответ и убрала тетрадь обратно в сумку. Не судьба…

– Угадали, – уже более открыто протянул Герман и, мимолётным взглядом, мазнул по моему лицу.

– Кому-то явно повезло! – бедные студенты, если он сделает хмурое лицо, то ответы забудешь даже те, которые знал назубок.

В этот момент створки лифта разъехались и, Герман посторонился, пропуская меня вперёд. Джентльмен! Благодарно кивнув, стала выходи́ть и случайно задела своей рукой его ладонь. От соприкосновения по телу пронёсся удар током. Да такой сильный, что я остановилась и перевела удивлённый взгляд на мужчину.

– До свидания! – снова улыбнулся он, но голос прозвучал как-то хрипло. Ломано!

– Да, до свидания, – спрятав руку за спину, как будто он может её украсть, поспешила в сторону выхода.

Что это сейчас было?! Пристальный взгляд сверлил мою спину между лопаток. Ощущение приближающихся неприятностей холодило кожу. Но списав всё на проблемы с мужем и предстоящим разводом, мотнула головой, сбрасывая зародившееся напряжение. Главное сейчас — экзамен! И где здесь автобусная остановка? Так и на экзамен опоздать немудрено! Глава 1. За 10 часов до полёта горшка...

– Витя, мне пора на работу! – громко произнесла в ответ, шнуруя кроссовки у порога. Любимый муж что–то буркнул из–за закрытой двери комнаты. Наверное, его посетила очередная муза…

– Уже бегу, – впервые за последние семь дней на его губах красовалась довольная улыбка.

– Твой проект выкупили? – выпрямляясь, спросила, скептично смотря на супруга. В груди теплилась надежда, что время парня не проходит впустую и однажды он сможет хоть что–то принести в семейный бюджет. Пока удачно у него получалось только уносить!

– Лучше, мне предложили место разработчика дизайнов в одной очень супер–мега–крутой фирме! – он подбежал ближе и, обняв ладонями мои щёки, чмокнул в кончик носа.

– Просила же так не делать, – доверять парню не спешила. Таких приглашений мне поступает пачками на почту. – Ты всё проверил?

– Конечно, злюка! Сегодня в восемь вечера назначили встречу для урегулирования деловых моментов, – спрятав руки в карманы, произнёс Витя и посмотрел без былой радости.

– Лучше сто раз проверить, чем отдать пятнадцать тысяч за то, что тебя трудоустроят, – само вырвалось против воли. Не хотела, но снова напомнила, как недавно он попался на такую же уловку.

– Маш! – со стоном услышала в ответ. – Ты обещала!

– Да, прости, – понимая, что уже замучила его тем случаем, послушно умолкла. Сколько можно пилить его за это… – Мне пора!

Быстро чмокнув в щеку мужа, выбежала на лестничную клетку. Сегодня удача была на моей стороне, раз я не встретила болтливую соседку, благодаря которой я уже третий год благополучно хожу беременной. Жаль, что сегодня выпала моя смена на работе… Прямо перед важным экзаменом!

Днём подготовиться по–хорошему не вышло потому, что пришлось готовить ужин. Холодильник снова оказался пуст. А вечером не успела сесть, как время вышло и пришла пора мчаться сломя голову на работу. Вот окончу универ и уйду из кафе. Работать официанткой не предел моих мечтаний.

– Маш, садись. Подвезу, – во дворе друг детства – Димка как раз откуда–то приехал. Мы долго дружили и часто дрались лопатками в песочнице, стараясь найти сокровище.

– Ты только что сам приехал, – неуверенно протянула в ответ. С одной стороны, воспользоваться предложением было заманчиво, с другой — очень неудобно напрягать парня.

Мы познакомились с ним благодаря моей бабуле. Она когда–то жила в этом доме, но с моим совершеннолетием отправилась на дачу, а мне оставила квартиру. Сейчас бабуля сажает помидоры на огороде, заваливает меня солениями и активно кормит комаров. В детстве я любила проводить у неё лето, но сейчас с этим стало сложнее. Время играет против меня, заставляя забыть о, наверное, самом важном в мире. О близких!

– Не говори ерунды, – отмахнулся Димка и плюхнулся на водительское сидение. Машина у него хоть и была старенькая, но никогда не подводила.

– Не расплачусь же с тобой! – в шутку произнесла в ответ. А друг в ответ весело расхохотался.

– Борщом своим накормишь, когда этот уедет к матери, – муж и друг с первого взгляда не переносили друг друга. Димка говорил, что он ленивый и мерзкий. А Витя, что друг слишком неровно дышит и хочет меня отнять у него.

– Дим, прекрати, – всегда приходится его одёргивать за такие тональности, но глубоко в душе я начинаю думать так же. Ленивый и часто врёт. Но, надеюсь, он исправиться… Я очень над этим стараюсь!

– Опять? – хмурый взгляд в мою сторону заставил отвести взгляд в сторону. А как ещё?

– Он сегодня идёт на собеседование, – в защиту мужа выдавила в ответ.

– Какое собеседование? Ты время видела? – и в доказательство своих слов пихнул мне под нос часы.

– Он не виноват, что назначили в такое время, – пожала плечами, старательно делая равнодушный вид. Хотя на самом деле, высказывание друга нехорошо царапнуло душу.

– Ну и дура, – злобно бросил в ответ.

– Дим? – ругаться с парнем совсем не хотелось. Сколько лет дружим, а все ссоры только из–за Вити. Он неожиданно стал камнем раздора в наших дружеских отношениях.

– Молчу, – шикнул парень и, посмотрев в мою сторону, смягчил взгляд. – Когда бабуля в гости приедет? Умереть–не встать, как хочу её пирожков с малинкой.

– Обжора! – обвинительно ткнула пальцем без всякого намёка на маникюр Диме в плечо.

– Эх, Маша! Да за такие пирожки и душу продать не жалко, – смеясь, произнёс он в ответ и припарковался напротив моего кафе.

– Спасибо, – тёплая улыбка расцвела на губах. Как всегда.

– Беги уже! – натянув шапку на мой нос, потрепал по голове. – И не забудь мне позвонить, встречу с работы.

– Не надо, я сама, – выйдя из машины, показала Диме язык и быстрее побежала внутрь. Хоть Дима и заметно сэкономил время до работы, но лучше быть в боевой готовности, когда Аллочка выйдет с инспекцией из своего кабинета.

– Маш, привет! – Нина уже сидела за столом в раздевалке и завязывала фирменный фартук с логотипом кафе.

– Привет! Как с народом? Успела оценить? – скидывая на ходу вещи и влетая в униформу, закидала вопросами напарницу.

– Народа мала, но публика так себе, – девушка смешно сморщила нос и тяжело вздохнула. Характер у неё кроткий, не обидит и мухи поэтому, когда к нам заглядывает золотая молодёжь, и наглеет, Нина теряется.

– Возьму их на себя, – подмигнула ей, чтобы хоть чуть–чуть приободрить.

– Спасибо, – она давно со мной не спорит. Как я решила сделать, так и сделаю. Невзирая на обстоятельства и её согласие.

– Отлично, – проведя рукой по идеально отглаженному, белому фартуку с кружевными оборочками, весело посмотрела в сторону девушки.

Коротко кивнув в ответ, Нина вышла в зал, ныряя с головой в привычную атмосферу веселья. Ну, кому–то было весело, кому–то не очень. А нам безразлично. Именно так мы научились за два года работы в кафе воспринимать и пропускать через себя чужие эмоции.

Когда на часах стукнуло девять, решила позвонить Вите. Ноги гудели от постоянной беготни, но сейчас случилось небольшое затишье. Необходимо убедиться, как там любимый муж. Слова Димки немного смутили и поселили беспокойство в душе. Но набрав три раза, ответа так и не дождалась. Девушка механическим голосом вещала из динамика, что абонент ответить сейчас не может.

– Филатова, ты чего ноги тянешь? Клиенты сами себя не обслужат! – в каморку заглянула Аллочка и, как впрочем всегда, злобно зарычала, увидев чужое безделье.

– Иду, – сдержанно произнесла в ответ. Спорить с ней желание пропало. Где Витя? Неужели до сих пор на собеседовании?

– Алла Владимировна, я сегодня по сокращённой схеме, у меня важный экзамен, – в заведении скидывали на то, что мы студенты. Делали нам такие поблажки, что перед экзаменом можно было уйти домой пораньше.

– Договорилась о замене? – согласно покивала в ответ, строго глядя в глаза.

– Конечно, – изображая китайский болванчик, произнесла, прикидывая примерное время до конца смены. – Саша придёт заменять меня через четыре часа.

– Хорошо, Филатова, иди! – сделав пометку в своём блокноте, пошла в кабинет, а я поплелась в зал, то и дело поглядывая на телефон.

Последние четыре часа тянулись со скоростью черепахи. Витя выключил телефон. Или, может, у него батарейка села. Не знаю, но под конец смены я начала сходить с ума от беспокойства.

– Филатова, замена пришла, – в зал вошла Аллочка. – Ни пуха тебе!

– К чёрту! – на выдохе проговорила заветную фразу и бегом помчалась в сторону каморки. Сердце не на месте. С Витей могло что–то случиться.

На ходу вытащила из кармана телефон и позвонила в такси. Но к моему огорчению, свободной машины не было. Вот же гадство! Прикусив губу и взвесив все «за» и «против», со вздохом начала искать в телефоне Димин номер.

– Алло, – сонный голос друга вызвал волну тепла. Вот кто всегда берёт трубку и мчится ко мне на помощь, когда бы ни позвонила.

– Доброе утро! – протараторила в ответ. – Дим, можешь забрать меня с работы? Такси все заняты, а Витя с вечера трубку не берёт. Вдруг что–то случилось.

– Дай мне десять минут, буду у тебя. И зайди в кафе, ещё темно на улице, – со сна хриплым голосом проговорил друг и сразу сбросил вызов.

Несмотря на настояния Димы, осталась стоять на месте и нервно сжимать телефон. Телефон мужа так и не появился в сети. А когда я уже совсем довела себя до ручки, рядом остановилась машина. За рулём сидел друг, взъерошенный и кое–как одетый.

– Прыгай, – открыв окно, скомандовал мне. Да! Что–то мозг начал притормаживать со всеми этими событиями.

– Извини, – я чувствовала себя неуютно из–за того, что вытащила его из постели, и заставила переться хрен знает куда.

– Не дури! Мне несложно, – и коротко зевнув, завёл машину и тронулся с места. – Что случилось у вас опять?

– Витя со вчерашнего вечера так и не взял трубку, а телефон выключен, – на мою фразу он криво улыбнулся.

– Я тебе говорил, что так поздно на собеседования не ходят? – то ли вопрос, то утверждение, но отвечать на него желания не было. Ведь Дима тысячу раз прав. Меня и саму это всё смущало.

Остаток пути мы провели в молчании. Я все губы искусала от беспокойства, а Дима просто боялся сказать что–то лишнее, чтобы ещё больше меня не завести. Наверное…

– Приехали, – встав на своё парковочное место, произнёс друг, чем вывел меня из лёгкого ступора.

– Спасибо, я позвоню тебе потом, – и, не дожидаясь ответа, выскочила из машины.

Сердце грохотало в груди как ненормальное, заглушая все посторонние шумы. Как назло, лифт оказался сломан и пришлось подниматься по лестнице. В голове роились мысли оттого, что могло случиться с мужем, до того, где его искать, если его нет дома. Но стоило только оказаться напротив двери в свою квартиру, как в голове образовался вакуум. Тишина! Оглушительная тишина и ничего больше…

На негнущихся ногах подошла ближе. С третьей попытки попала ключом в замок. И повернув вниз ручку, открыла дверь. В коридоре горит свет. Висит ветровка мужа и лёгкое, женское пальто. Внизу ботинки мужа. А рядом, как что–то инородное, женские туфли на высоком каблуке. В доме посторонний. И непросто посторонний, а девушка. Не веря, что всё это происходит со мной и что Витя может мне изменить, прошла в сторону спальни.

Но стоило сделать пару шагов вперёд, как в сторону увидела сброшенное в спешке красное платье и Витину рубашку. Не отдавая себе отчёта, подняла одежду и пошла дальше. Собрала всю одежду, что лежала на моём пути, включая нижнее бельё.

Дверь в спальню приоткрыта. Потянув за ручку на себя, шагнула внутрь и включила свет. Я должна видеть всё своими глазами. Чтобы потом не дать себе шансов найти тысячу оправданий для него. И открыв дверь, увидела то, чего так боялась. Тонкая женская рука покоилась на груди моего будущего бывшего мужа.

– Доброе утро! – произнесла громко и с напускным весельем. Мыслей в голове не было совсем. Шок и только…

Видя, что на кровати началось шевеление, прошла на балкон. Нужно срочно холодного воздуха, чтобы проветрить нашу супружескую спальню от чужого, женского запаха. А выйдя на свежий воздух, заметила, что вещи с силой продолжала сжимать в руках. Первым порывом было выкинуть всё это вниз, как ядовитую змею. И я ему поддалась. Смотрела, как красиво парит красное платье, как живописно висит чёрный, кружевной бюстгальтер на ветках берёзы. И даже семейники мужа так гармонично сочетались с осенней грязью.

– Маша, почему ты так рано? – криво натянув на себя штаны, сзади стоял Витя и чесал затылок.

– Освободи квартиру, – указав рукой на дверь, вежливо попросила мужа удалиться.

– Маш, я всё объясню, и ты поймёшь, – попытался он протянуть при этом ко мне свои руки, но запнулась о предупреждающий взгляд.

– Витя, где моя одежда? – на балкон, в нашу дружную компанию выскочила блондин в одной лишь рубашке моего мужа.

– Там, – указав вниз, посмотрела прямо ей в глаза. – Попрошу покинуть квартиру вас обоих.

– Да как ты смеешь? – взвизгнула блонди и возмущённо посмотрела на мужа, но не увидела реакции оттого, кинулась ко мне с желанием расцарапать.

Это она зря! Отработанным движением, заломила руку девушки назад и прижала лицом к холодной стене. И решив, что больше шансы на мирный выход давать не намерена, заломив руку чуть сильнее, чтобы корпус наклонился вперёд, повела на выход из квартиры. Девушка визжала и угрожала всеми карами, но однозначно была выставлена за дверь.

– Теперь твоя очередь! – развернувшись всем корпусом к мужу, указала пальцем на дверь.

– Маш, я же для нас старался. Она взяла меня на работу, предложила неплохие деньги, – он тараторил какую–то ерунду, но слушать желания не было. Поэтому подойдя к нему легонько толкнула в плечо. – Дура, ты всё испортила!

Но больше не слушая, снова закрыла дверь, теперь уже перед мужем. Воздуха катастрофически не хватало. Удушливый запах духов сводил с ума. На балкон и всё проветрить! Но выйдя на свежий воздух, увидела мужа, который выяснял отношения с любовницей.

– Светочка, перестань, – он бегал вокруг неё, а она нервно собирала и натягивала грязные вещи.

– Отвали, уволен! – тонко взвизгнула в ответ, пытаясь допрыгнуть до бюстгальтера.

– Не горячись, Светочка! – прыгая рядом с ней, прямо под балконом, лебезил Витя.

Подавшись чуть вперёд, задела локтем цветочный горшок, который собиралась выкинуть. Удаляющуюся чёрную точку, провожала испуганным взглядом. Не зря! Поскольку горшок по касательной приземлился на голову Вити. Девушка завизжала на всю округу, к нему подбежали прохожие. А я просто стояла и с ужасом смотрела на творящийся беспредел. Я не специально!

– Убила! Эта бешеная овца его убила! – визжала на всю улицу блонди и нервно тыкала пальцем в мой балкон.

Глава 2. Здравствуйте, я ваш куратор!

За секунду до экзамена…

– Ленка, Ленка! – я бежала по коридору на всех парах. – Ещё не началось?!

– Нет, – она отрицательно покачала головой в знак подтверждения. А я стояла запыхавшаяся, пытаясь привести в порядок сбившееся дыхание. Надо ведь было автобусу попасть в пробку!

– А Левитанов пришёл? – аккуратно опустилась на лавку рядом с нашей старостой, не веря сама себе, что можно выдохнуть. Не опоздала! Да и повторить материал успела.

– Да. Он и ещё какой–то мужчина уже зашли в аудиторию. Совещаются, как лучше провести экзамен. Наверняка придумали жуть какую–то, – поправив пальцем очки, что съехали на нос, снова открыла тетрадь.

– Не переживай, ты всё знаешь! – решила подбодрить, хоть и у самой ноги дрожали от страха. Даже измена мужа казалась пустяком по сравнению с надвигающимся армагеддоном.

– Я понимаю, но всё равно лишним не будет, – Ленка у нас заучка. Но кроме её бесконечной тяги к знаниям, была ещё и бесконечная самоуверенность. Нашла кого подбодрить!

– Манюнь, привет! – рядом плюхнулась на лавку Наташка. Моя подруга и одногруппница по совместительству. Вот кто точно не переживал о своей успеваемости. Из обеспеченной семьи, красивая… И всего скорее, пришла здесь найти мужа, а не стать следователем.

– Привет, Нат! Ты готова? – этот вопрос сегодня самый востребованный в нашей группе. И каждый, конечно, кроме Ленки, говорит твёрдое "нет" на него.

– Неа, даже тетрадь не открывала. Завалю, так завалю, – она махнула рукой и перевела взгляд на парней с нашей группы. Все поголовно были увлечены конспектами.

Но всю эту идиллию прервал скрип открывшейся двери. Левитанов стоял на пороге и окидывал нас цепким взглядом, словно пытался в чём–то уличить.

– Мы с моим сегодняшним помощником посовещались и приняли решение принять вас сегодня всех вместе. Заходите внутрь по одному, тяните билет и проходите на своё место, – Василий Иванович покашлял в кулак. – И чтобы никаких шпаргалок! На подготовку по билету ровно тридцать минут, время на ерунду прошу не тратить. Заходим!

Больше слова никто не проронил. Народ потянулся дружным ручейком, друг за другом. Я шла за Наташкой, а сзади меня Ленка. Пройдя внутрь, не сразу получилось увидеть того, кто сидит за преподавательским столом. Но как только получилось разглядеть, кто наш второй экзаменатор, поперхнулась воздухом.

– Ты чего? – обеспокоенно повернулась в мою сторону.

– Цветочек! – нервно выдохнула в ответ. Совсем забыла, что рассказать о своих приключениях Наташке не успела.

– Филатова, ты бредишь?! – Натка извернулась и приложила руку к моему лбу. – вроде негорячая. Тогда о каких цветочках мечтаешь?

– Скоро узнаешь, – тихо буркнула в ответ, аккуратно отодвигая руку девушки в сторону. Преподаватели начали коситься в нашу сторону.

– Не задерживаем очередь, – Василий Иванович призвал всех к порядку, а я постаралась спрятаться за спиной Наташки.

Когда подошла моя очередь тянуть билет, в ушах от напряжения стоял гул. Я подняла опущенный взгляд на экзаменаторов и сглотнула вязкий ком. Цветочек смотрел прямо на меня. Очень внимательно!

– Какая скорая встреча, Филатова! – поднял брови Герман Натанович и, улыбнулся.

– И вам, здрасте! – смущённо кивнула в ответ. И схватив бумажку, метнулась опрометью на своё место. Всё! Экзамен я точно завалю!

Перевести дыхание получилось только сидя на привычном месте. Знакомая обстановка немного успокаивала и придавала уверенности. Я совсем справлюсь! Сделав глубокий вдох, развернула бумажку с двумя цифрами. Фух! Ответы на них я знаю.

– Маш, – сзади меня кто–то подёргал за кофту, начинается. Но повернувшись назад увидела Натку.

– Чего? – пользуясь тем, что в аудитории творился хаос с рассаживанием, спросила у подруги.

– Откуда ты его знаешь? – надежды на то, что девушка сейчас вдруг задумалась об учёбе и попросит помочь, растаяла как дым. Что может Наташу интересовать кроме парней? Ничего!

– Нат, давай после экзамена, – раздражённо дёрнула плечами. И как раз в этот момент мой затылок обожгло чужим взглядом. Резко повернувшись, интуитивно поняла, куда надо смотреть.

Стол преподавателей… А за ним Цветочек, не отрываясь, смотрит на меня! Внимание мужчины немного нервировала. К тому же для него не составит труда рассказать моему преподавателю об утреннем инциденте с цветочным горшком.

– Филатова, хватит в облаках витать! Спуститесь к нам, на грешную землю, и подумайте над ответами, – Левитанов выдернул меня из подобия транса.

Оказывается, все уже начали работать, а я всё сидела и играла в гляделки с одним из экзаменаторов. Стыд–то какой! Вспыхнув как спичка, схватила ручку и начала писать ответ на первый вопрос. Благо ответ я знала отлично. И даже могла ответить на любые каверзные вопросы. А вот со вторым было не так всё хорошо. Ответ знала только в общих чертах. Просто не успела сегодня по–хорошему его почитать. Но ладно, что вообще в глаза его видела!

– Мария, прошу отвечать, – низкий, мужской голос неожиданно прошёлся тёплой волной по телу. Почему снова я?!

– Уже? – не скрыла своего изумления. Мне бы ещё немного времени, чтобы подготовиться ко второму вопросу. Ответ приходилось буквально высасывать из пальца.

– Тридцать минут прошли, – согласно кивнул Цветочек. Так! Хорошо! Я всё смогу…

– Итак, первый вопрос, – нервно кашлянула в кулак, сев с идеально ровной спиной перед двумя мужчинами. – История возникновения Уголовного кодекса. Основные понятия «уголовная ответственность».

– Хороший вопрос, – покивал головой Василий Иванович. И выжидательно посмотрел в мою сторону.

Я не стала тянуть кота за хвост и, заученными предложениями начала излагать. Левитанов довольно кивал и всё время поправлял бороду, а Цветочек, кажется, совсем не слушал то, что я говорю. Он скучающе смотрел в окно, что–то чертил на листочке и, даже зевал.

– Хорошо, Машенька. Теперь второй вопрос, – ура, по первому отстрелялась. Но вот как быть со вторым…

– Да, – нервно бросила в ответ и повернула исписанный листочек другой стороной. Надо собрать в кучу то, что я так упорно выискивала на задворках памяти.

– Я думаю, такого блестящего ответа достаточно, чтобы поставить Марии пятёрку, – неожиданно мне на помощь пришёл сам Цветочек. Он, не спрашивая решения моего преподавателя, забрал у меня зачётку и написал отлично. – Здесь требуется ваша подпись.

– Но как же… – немного растерялся Левитанов, смешно хлопая глазами.

– Вы со мной не согласны? – смешно выгнул бровь Герман.

– Нет, нет! Что вы, – поспешно запротестовал преподаватель и, потянув на себя зачётку, поставил размашистую подпись.

– Спасибо, – не сдержав широкой улыбки, произнесла благодарно обоим мужчинам и вышла из аудитории.

Сегодня был слишком насыщенный день. Поэтому выйдя в коридор, села на ближайшую лавку и протянула ноги. Неужели по этому экзамену у меня отлично?! Не верю! Заглянув в зачётку, убедилась ещё раз.

– Мария, не ожидал вас здесь увидеть, – от его голоса вздрогнула всем телом и неверующе посмотрела в сторону говорящего. Цветочек! Что он здесь делает? Почему не остался принимать экзамен у других?!

– Герман Натанович, – подскочив со своего места, опустила глаза в пол. Смотреть на мужчину отчего–то стало стыдно.

– Мария, мы посовещались с Василием Ивановичем, и я решил отпустить вас домой. Вам сейчас необходимо урегулировать внутрисемейные конфликты, чтобы с понедельника выйти в отдел на работу, – спокойным голосом, как бы между прочим, проговорил Цветочек. А у меня от его голоса душа в пятки ушла.

– Вы что? С кем поговорили? – голос отказывался меня слушаться. Неужели он всё–таки обсудил причину нашего знакомства с преподавателем.

– С Василием Ивановичем, – не понимая, в чём подвох, уверенно повторил мужчина.

– Зачем вы ему рассказали о…, – на этом моменте немного запнулась. Не знала, как назвать культурно то, что моему мужу сегодня прилетело.

– Нет! – резкий ответ неожиданно вырвал из правильного подбора слов. – О таком ничего не говорил. Просто поставил перед фактом, что вы работаете в моём отделе на стажировке. Теперь я ваш личный куратор!

– Спасибо, – пискнула в ответ. И не совсем поняла, откуда взялось это вязкое чувство проблем.

– Тогда идите, – он кивком указал куда–то вглубь коридора. – Выходные проведите с пользой.

– До свидания! – махнув в подтверждение робко рукой, на негнущихся ногах пошла на выход. Лопатки сверлил внимательный взгляд.

Но стоило только сделать пару шагов, как поняла, что в руках чего–то не хватает. Стукнув по бедру, обнаружила пропажу. Сумка так и осталась лежать на лавке. Остановившись на месте, чертыхнулась и поплелась обратно. Герман стоял на том же месте и усмехался.

– Что–то забыли? – сарказм сквозил в каждом слове. Вот наглец! Пользуется тем, что знает обо мне неудобную информацию.

– Извините, – смущённо и натянуто улыбнулась в ответ. Подняв сумку с лавки, развернулась на пятках в сторону выхода.

Чувство чужого взгляда перестало жечь лопатки только после поворота за угол. Там смогла вздохнуть спокойно и перевести дыхание. Фух! Энергетика этого мужчины просто подавляет. А мне ещё с ним работать! Из тяжёлых раздумий меня вырвал мелодия вызова. Покопавшись в сумке, нашла телефон и посмотрела на входящий. Надпись на телефоне «Любимый муж» и совместная фотка сейчас смотрелись как насмешка судьбы. Сначала палец потянулся для того, чтобы завершить вызов. Но потом, вспомнив слова Цветочка, пришла к выводу о необходимости ответить.

– Алло, – на удивление, голос звучал равнодушно. Словно события прошедшего утра напрочь убили во мне какие–либо эмоции.

– Маш, привет! – смущённо кашлянув в трубку, проговорил Виктор. Видимо, он не ожидал, что я ему отвечу.

– Привет ещё раз, – ответила ему взаимностью и сразу решила взять быка за рога. Нечего откладывать на потом, что надо сделать именно сегодня. – Надо встретиться и обсудить сложившуюся ситуацию.

– Машунь, я надеялся, что ты меня поймёшь. Да, я готов поговорить. Приедешь ко мне в больницу? – сложилось впечатление, что Витя неправильно меня понял. Я не собиралась ставить под вопрос предстоящий развод. Мне необходимо, чтобы он забрал заявление. И рычаги давления за три года брака поднакопила.

– Да, Вить. Диктуй адрес, – старательно изобразила дружелюбный тон. Ещё не хватало, чтобы он потом от меня до суда бегал.

– У тебя есть на чём записать? – воодушевлённо продолжил муж. Даже не верится, что у него сотрясение мозга. Хотя, может, оно так проявляется…

– Есть Вить, есть, – приготовилась внимательно слушать. И так запомню.

Глава 3. Женская гордость, мужские слёзы

Больницу получилось найти с грехом пополам. Всё–таки не стоило надеяться сильно на память. Но поспрашивав у прохожих быстро нашла нужное здание. Ладно хоть название улицы не забыла.

– Здравствуйте! Мне бы увидеть Виктора Филатова, – подойдя к медсестре крайне сурового вида, вежливо улыбнулась. Взгляд на меня поднял цербер! Не меньше…

– Кто такая? – ощущение, что больница не та усиливалось с каждой секундой. Женщина огромных форм, грозно смотрела в мою сторону из–под опущенных ресниц.

– Я, пока ещё, супруга, – коротко кивнув, она посмотрела в лежащую перед ней тетрадь. Послюнявив палец, она провела им от самой верхней строчки до нижней, а после перевернула страницу.

– Палата шестнадцать. Прямо по коридору до угла, затем налево, – произнеся информацию, медсестра напрочь потеряла ко мне интерес, включив телевизор, что висел на стене.

– Спасибо, – ещё одна короткая улыбка и уверенный шаг вперёд. Но меня остановил грозный крик цербера.

– Куда без бахил попёрлась! – лицо медсестры сделалось очень довольным, словно она специально сидела и ждала момента для своего звёздного часа.

– Извините, – обыскав взглядом пространство, наткнулась на урну с чистыми и грязными бахилами. – Просто вы не сказали и…

– Всем говорить язык сломается, не на вечеринку пришли! – поднявшись с места и уперев руки в бока, женщина определённо выглядела внушительнее. – Что за молодёжь пошла…

Быстро надев бахилы, двинулась в указанном направлении. Не хотелось больше слушать причитаний злобной женщины. Но благодаря её подсказкам, палату удалось быстро отыскать. Правда, возле самой двери, остановилась. Вот сейчас будет всё! Три перечёркнутых года…

– Тук–тук, можно? – прежде чем заглянуть в палату, постучалась. Всё–таки она мужская и мало ли что может происходить в её застенках.

– Входи, Машенька! – со стороны дальней кровати раздался слабый голос умирающего, будущего, бывшего мужа.

– Здравствуйте! Привет, Вить! – с ним в палате лежало ещё двое мужчин. Они приветственно покивали мне и отвернулись от нашей пары. – Как ты?

– Жить буду, – вопреки своему жалостному голосу ответил муж.

– Я вижу. Но давай обсудим то, как ты теперь будешь жить, – решив не расшаркиваться, сразу перешла к делу. Мужчины навострили уши, то и дело кося заинтересованным взглядом в нашу сторону. А ещё говорят, что женщины сплетницы!

– Маш, я больше никогда… – начал было он, но я прервала лёгким взмахом руки.

– Естественно, ты больше никогда мне не изменишь, я подаю на развод, – говорить пришлось тише, чтобы его соседи не услышали нас.

– Что? Но я думал…, – он всполошился и совершенно забыл, что необходимо изображать больного.

– В том–то и дело, Вить. Это ТЫ думал, – указав на него пальцем, с удивлением заметила, что в его глазах мелькнула злость. – Я много чего прощала, но это перебор.

– Если ты подашь на развод, то я не заберу заявление из полиции, – не думала, что он опустится до мелкого шантажа. – Дай мне ещё один шанс!

– Серьёзно? – усмехнулась в ответ, видя, как ловко Витя сменяет эмоции на лице.

– Я не хочу потерять тебя, – виноватый тон нисколько не смягчил моего решения.

– Ты заберёшь заявление и дашь мне развод в кратчайшие сроки! – твёрдо произнесла в ответ. – Иначе ты гораздо больше…

– О чём ты? – настороженно произнёс супруг.

– О маме и её мошеннических действиях, – помахав перед носом у мужчины чёрной флешкой, очаровательно улыбнулась. Не зря я хочу стать прокурором!

– Ты не посмеешь навредить маме, – отбросив всякое притворство, он сел на кровати и начал зло сверлить меня.

– А ты попробуй! Не заберёшь своё заявление, я прямо в отделении и расскажу обо всём, – растянув улыбку ещё шире и поднявшись с места, пошла на выход.

Он обожает свою мамочку и не посмеет ей навредить. К тому же не я первая начала использовать шантаж. Он первый! Но так на руку. Видит Бог, я хотела договориться по–хорошему, хоть особо и не рассчитывала на благоприятный исход дела.

– Договорились, Филатова! – крикнул мен в спину муж. Кто бы сомневался! Конечно, ничего серьёзного на его мать у меня не было, но нервы потрепали бы ей знатно. А может, ещё и нарвалась на штраф… Но будем надеяться на лучшее!

Выйдя из больницы, вдохнула прохладный воздух. В небе закружились первые снежинки. Может, это и есть знак свыше о том, что сейчас тот самый момент, когда пора начать всё с чистого листа?!

– Какая встреча! – сбоку раздался знакомый голос. Но что он здесь делает?

– Герман Натанович, – поперхнувшись тем самым воздухом, с запинкой произнесла в ответ. – Здравствуйте!

– Привет–привет! – он глубоко вдохнул, чуть прикрыв глаза. Словно пытался принюхаться. – Вы от супружника?

– Да, ходила договариваться насчёт заявления, – согласно кивнула и спрятала руки в карманы. Всё–таки сегодня стало прохладнее.

– И как, получилось? Он у вас редкостный бара… упрямец, – явно сдерживая ругательные нотки, произнёс мужчина.

– Именно баран, но у меня есть рычаги давления. Вроде урегулировали вопрос, – неуверенно протянула в ответ. Поскольку за три года брака считала, что смогла полностью изучить его, но он подкинул мне новые сюрпризы. И кто знает, может и сейчас он решится на нечто подобное.

– Сейчас проверим, – он кивнул, поднимая голову и глядя на окна палат. Наверное, где–то здесь находится временное пристанище мужа.

– Только бахилы наденьте, а то покусают, – решила сразу предупредить, чтобы она сегодня двойную порцию удовольствия не отхватила.

– Кто? – с удивлением спросил мужчина уже с опаской, косясь в сторону входа. Если бы я раньше знала про цербера, то бахилы ещё около крылечка надела.

– Сейчас узнаете, – его изумление меня порадовала, отчего губы тронула лёгкая улыбка.

– Уже страшно, – показательно передёрнул плечами Герман и, махнув рукой, пошёл в сторону здания.

Я же, борясь между желанием вернуться и послушать, что скажет благоверный и всё–так вернуться в квартиру металась недолго. Только сделав шаг к двери, отступила два назад. Из здания вылетела женщина–цербер, кажется, открывая дверь с ноги. Ноздри её раздувались от злости, а сальные завитушки рыжих волос торчали в разные стороны. Медсестра грозно упёрла руки в бока и начала расхаживать вперёд–назад.

– Мамочки, – с испуга приложила руку к сердцу и замерла каменным изваянием. Но, видимо, слишком громко я вздохнула потому, что женщина тут же уставилась в мою сторону немигающим взглядом. Битва продолжалась пару секунд, медсестра решив, что одержала победу, грозно двинулась в мою сторону.

– Филатова, – свою фамилию начинала тихо ненавидеть. Всегда, когда хотят сказать что–то не очень приятное, говорят её. Сделав вид, что не услышала женщину, быстро крутанулась на пятках и пошла прочь от больницы. – Филатова!

– Это вы мне? – нервно сглотнула ком в горле, оборачиваясь и улыбаясь медсестре. Что поделать, пришлось изображать, что я у мамы дурочка.

– А кому ещё? – для достоверности она просканировала взглядом местность. – Там мужика твоего обижают!

– Кого? – оторопело произнесла в ответ. Она серьёзно из–за этого выбежала такая злая на крыльцо? Витя, видимо, и с ней «поработал», раз такая забота.

– Мужа, кого–кого, – размашистыми шагами она в мгновение ока преодолела разделявшее нас расстояние. – Иди спасай!

– Не пойду! – запротестовала в ответ и сделала пару шагов назад, стараясь увеличить расстояние, между нами. Но женщина была настолько огромна, что эти шажки казались маленькими.

– Как это не пойдёшь? Совсем стыд потеряла? – рассказывать про наличие или отсутствие совести не хотелось, но и идти желание отрезало на раз.

– Я развожусь с ним, – твёрдо произнесла в ответ, задирая подбородок повыше. Надо создать хоть маленькую видимость уверенности в своих силах, иначе она больше уговаривать не станет.

– Там пришёл злющий мужик, наорал на меня! – она словно не слышала моего ответа и продолжила разглагольствовать на своей волне. – Теперь в палате орёт!

– Ну и пускай себе орёт! – уже более возмущённо воскликнула я. И, для большей уверенности, тоже упёрла руки в бока. Правильно говорят – дурной пример заразителен.

– Так это… – с мысли от моего отпора она явно сбилась. И неуверенно поскребла голову рукой.

– Мне всё равно, – отвернувшись от женщины, оставила её стоять с открытым ртом. Будет знать, как на меня орать. И ладно ведь если бы за другого переживала, так нет! Обидно стала, что Герман на неё накричал…

Вышагивая по улице как можно дальше от больницы, понимала, что отпускает. Отпускает напряжение. И вся ситуация в целом… Дышать стало гораздо легче. Даже странно, что измена не коснулась меня так остро. Наоборот, словно камень с души свалился.

– Свобода, – довольно шепнула себе под нос, подходя к остановке. Сейчас сяду в автобус и уеду домой. Первый вечер за три года, когда мне можно повалять дурака. Просто смотреть сериал и не слышать чужой скулёж.

POV. Герман

Выйдя из больницы, вдохнул полную грудь воздуха. Столько выдержки, как сегодня, мне уже давно не требовалось. Как она могла связать свою жизнь с этим малахольным?! Ума приложить не могу! И это ведь ещё не конец… Хоть заявление он и согласился забрать, но по глазам вижу, так просто Маша не сможет избавиться от ненужного балласта.

– Уже уходите! – взглянув в сторону на говорившую женщину, сжал руки в кулак. Цербер! Более точного описания и придумать–то сложно. – Ещё вернётесь?

– Обязательно, – наклонив голову набок, послал медсестре хищный оскал. Пускай не расслабляется!

– Будем ждать! – сложив руки на груди, женщина практически начала кланяться. Но стоило только сделать пару шагов в сторону, как услышал злой шёпот в спину. – Чтоб тебя мужская сила покинула, ирод несчастный!

Улыбнувшись проклятиям, поднял повыше ворот и двинулся вперёд по улице. Маша, наверное, уже успела уехать домой, а мне предстояли ещё сутки дежурства. Коллеги пользуются тем, что холостой и часто просят подменить. Совсем на шею сели и ноги свесили. Эх! Распустил их…

– Алло, – в кармане раздался противный писк телефона. Специально поставил такую мелодию, чтобы не питать соблазна проигнорировать вызов.

– Герман Натанович, – дежурного узнал сразу, а в груди зародилось плохое предчувствие. – Вы просили лично вам докладывать о происшествиях на Речной улице.

– Всё верно. Что произошло? – на этой улице проживала моя новая подопечная. И я решил, что держать руку на пульсе будет неплохо. Особенно если учесть крайне меткие попадания горшка.

– Девушку пытались ограбить. Машину уже отправили, – парни–молодцы, сделали всё по инструкции. И судя по всему, даже оперативно. Последнее время они слишком загружены и часто выезжают не вовремя.

– Принято. Держите в курсе, – выругавшись себе под нос, подошёл к машине. Надеюсь, это не Маша. Но раз девушка смогла вызвать полицию, значит, с ней всё в порядке.

Решив, оставить решать проблемы на парней, двинулся прямым ходом на работу. Но после посещения больницы все вокруг начали ужасно выбешивать. На мосту образовалась пробка, два раза подрезали и, один раз даже пытались познакомиться. Блондинка за рулём активно жестикулировала, стоя в соседней полосе, чтобы я открыл окно. Но отвернувшись назад, проигнорировал просьбу девушки.

Уже подъезжая к отделу, думал о том, что сейчас в первую очередь необходимо сделать. Но в голову, как назло, лезли мысли о Филатовой. После того, как я ощутил её запах не могу найти покой. Поэтому резко развернувшись и едва не создав аварию, двинул в сторону Речной, попутно набирая дежурному.

– Денисов, скажи–ка мне точный адрес происшествия, – прижав плечом телефон, прислушался, как дежурный схватил журнал и, шурша страницами, ищет необходимые данные.

– В подворотне у универсама, дом тридцать два, – отрапортовал парень. А я, скинув вызов, выругался под нос. Это совсем рядом с домом Филатовой!

Проезжая на мигающий жёлтый на всех светофорах, помчался к Маше. Сомнений, что это именно она не осталась. И я очень надеюсь, что с ней ничего не случилось. Внутренняя натура требует убедиться, что всё в порядке. Подъехав к нужному адресу, бросил машину на первом попавшемся парковочном месте и двинул в подворотню. Маша сидела в скорой и горько плакала. Рядом на кушетке лежал мужчина средних лет. К голове ему прижимали стерильный бинт.

– Филатова, ты кого–то пыталась убить? Опять горшок?! – поражённо выдохнул, заставив тем самым встрепенуться перепуганную девушку.

POV. Маша

– Филатова, ты кого–то пыталась убить? Опять горшок?! – знакомый голос ворвался в перепуганное насмерть сознание и заставил вскинуть голову в сторону говорившего.

– Цветочек? – изумлённо выдохнула в ответ. Даже слёзы перестали течь нескончаемым потоком. – А как вы здесь?

– Приехал на место происшествия, – недовольство чувствовалось в каждой букве, произнесённого слова.

– Я не виновата! – запальчиво выдавила из себя. Мужчина сжалился надо мной, не мучал на экзамене, взял к себе на практику, а я опять умудрилась во что–то вляпаться.

– Он сам пришёл?! – язвительно скривил губы и переключил внимание на людей в форме. – Прохоров, доложи!

– Герман Натанович! Тридцать минут назад в отдел поступил сигнал о разбойном нападении. Злоумышленник напал на женщину с целью ограбления, – бодро рапортовал парень в форме. Но меня возмутил момент с описанием меня.

– Девушку! Сам ты женщина, – зло буркнула себе под нос, но в мою сторону резко повернулись все. – Что?

– Ничего, – Герман ухмыльнулся и снова переключил внимание на говорившего.

– Девушка, – это слово будущий коллега выделил особенной интонацией. – Провела удушающий приём, тем самым обезопасив себя от нападения.

– Так, – он согласно покивал, но ещё раз бросив взгляд на лежачего, нахмурил брови. – А откуда у молодца травма головы?

– Мы не успели допросить потерпевшую, мужчина без сознания, – голос прозвучал озадаченно. Ещё бы… Самое то главное не выяснили.

– Маша? – Герман перевёл взгляд на меня. А я что?

– Убежать пытался, – независимо пожала плечами и отвернулась в сторону. Смотреть на него было невыносимо. И немного стыдно…

– А травма откуда? – снова недоумение в голосе.

– Догнала, – короткий ответ не удовлетворил мужское любопытство, поэтому не став ждать пинка, продолжила самостоятельно. – Дёрнула за ворот, а он упал. И ударился обо что–то у стены.

На самом деле, даже сама не поняла, как это произошло. Шла по дороге, нападение… Рефлексы сработали раньше, чем я осознала происходящее. Мужчина понял, что не на ту напал и попытался скрыться. А я умнее ничего не придумала, кроме как схватить со всей силы его за ворот.

– Да вы Мария, просто гроза хулиганов! – уже в открытую смеясь продолжил Герман. – Прохоров, проверь.

Парень обрадованный, что его отпустили не мучая, умчался по важному поручению. И я было встала, чтобы не оставаться с Цветочком наедине, но была остановлена лёгким касанием руки.

– Как ты? – вопрос прозвучал мягко. Даже неожиданно услышать от него такой тон. Весь его вид кричит об обратном. Никогда не будет нежным или миндальничать. Непримирим к чужому мнению, имеет только своё. Упёртый, как не знаю кто…

– Нормально, что со мной будет? Теперь вы не возьмёте меня на практику? – от волнения начала дёргать край куртки. Так мечтала попасть в хороший отдел. И что, теперь всё прахом пойдёт?

– Не мечтай! Теперь я просто обязан взять тебя под круглосуточный контроль, – не совсем поняла. Это он сейчас серьёзно или шутит? Какой контроль? Тем более график практики двадцать четыре на семь не подписывала.

– Герман Натанович! – возмущённо вырвалось в ответ, но мужчина уже не слушал. Пошёл к болезному. Тот пришёл в себя. И явно не понимает, где сейчас находится. Хоть бы все обошлось, а… Кого я так в прошлой жизни разозлила, что теперь все невзгоды сыплются на мою голову!

POV. Герман

– Прохоров! – мой голос прогремел на всю подворотню. Зачем я ляпнул такую глупость? Надо было раньше от неё уходить. Но волк внутри меня рвал и метал. Что очень странно…

Раньше мне часто приходилось несладко из–за внутреннего конфликта со зверем. Я не умел контролировать эмоции, а это приводило к внеплановым оборотам. С людьми, которые становились свидетелями, приходилось плотно работать. Особенно проблему составляла моя работа. Всегда на виду.

Шесть лет назад, когда только начал работать, получил тяжёлое ранение. Пуля едва не задела сердце. Благодаря высокой регенерации, ранение быстро затянулось, но волк во мне замолчал на долгие годы. Словно он умер вместо меня. И часто по ночам я ору в голос, пытаясь забить ту раздирающую пустоту внутри. Я думал, что вернуть зверя назад не получиться, но стоило только Маше случайно меня коснуться, как волк слабо зашевелился внутри. Показывая недовольство тем, что девушка уходит от меня прочь.

Я стоял, поражённый и сбитый с толку, смотрел ей в спину. И на тот момент уже понимал, кто будет одним из моих практикантов. Отогнав воспоминания прочь, окинул окружающее пространство взглядом. Прохоров как сквозь землю провалился. Где его черти носят!

– Я здесь, – он подошёл оттуда, откуда совсем не ждал, со спины. Хотя и слышал торопливые шаги.

– Нападавший пришёл в себя, допросить! – отдал приказ, посмотрев в сторону скорой помощи. – Мне придётся сегодня отъехать.

– Понял, – развернувшись, пошёл в указанном направлении. Он устало шаркал ногами и понуро опустил голову. Может, у него что–то случилось? Надо будет по возвращении в отдел поговорить с парнем.

Нащупав ключи в кармане ветровки, лёгкой походкой двинул обратно к занозе. Что в ней такого, отчего мой волк решил вернуться? Конечно, он был слаб и только лёгкое недовольство говорило о том, что он снова со мной, но факт налицо…

– Мария, подъём, – привык отдавать приказы и по–другому не получалось разговаривать с другими. Особенно с хрупкими девушками. Подняв на меня голубые и наивные глаза, девушка недоумённо моргнула. Видно, что она хотела воспротивиться, но вопреки желаниям встала.

– Куда я? В отделение? – что у неё в голове твориться? Неужели я зверь и потащу собственную практикантку в обезьянник.

– Лучше, – растянул улыбку от уха до уха я. Ничего не мог с собой поделать, волк слишком активно проявлял себя рядом с ней. Словно напитывался неведомыми силами. – Мы идём к тебе!

– Зачем? – отчего–то её шокированное лицо было бальзамом на мою душу. Волк внутри чуть хвостом не завилял от такой прекрасной идеи.

– Вдруг по дороге домой на вас кто–то ещё нападёт, – однозначно, нужно быть как можно ближе к девушке. Слишком плодотворно она влияет на моё второе «я».

– У меня не прибрано, – смущённо отводя в сторону, протараторила Маша, при этом нервно теребя край куртки. Я уже успел заметить, что, когда она нервничает, ей просто жизненно необходимо что–то теребить в руках.

– Вы думаете, меня это может смутить? – смех сдержать не удалось.

– Зато меня может, – возмущённо фыркнула в ответ. Да мы и зубки показывать умеем… Забавно!

– Отлично! Мне нравится смущать девушек, – подмигнул ей в ответ, краем глаза замечая, как вытянулось лицо у Прохорова. Правильно! Я всегда такой сдержанный и хмурый, выдал уже миллион улыбок. Просто побил все лимиты на год вперёд.

– Герман Натанович! – Маша начала всерьёз злиться.

– Для тебя просто Герман! Нас столько связывает за последние сутки, даже подумать страшно, что же будет дальше, – произнеся фразу, заметил, как моментально её щёки покрыл румянец.

Глава 4. Давай заключим договор!

POV . Маша

– Честно! Не стоит меня провожать, – смущение не давало покоя, а мужчина медленно вышагивал рядом, подстраиваясь под мой шаг. Его подчинённые с удивлением провожали нас взглядом.

– Не могу отпустить тебя, – удручённо покачал в ответ головой, а после улыбнувшись добавил. – Так вся преступность в разные стороны разбежится, а нам некого будет ловить.

– Я не специально же! – возмущённо фыркнула в ответ и решила промолчать. Не хочу реагировать на его провокации. Слишком много удовольствия они ему доставляют. Вон! Даже прищурился от наслаждения.

– Охотно верю! Просто удивляюсь, как ты смогла дожить до своих лет, при этом остаться целой и невредимой, – замолчав на секунду, он нахмурился. Очевидно, что ждал ответа на свою провокацию. Но не дождавшись, задал прямой вопрос. – Не хочешь поделиться секретом?

– Вы вроде взрослый мужчина, – я начала загибать пальцы, перечисляя все достоинства. – Должность у вас престижная и обязывает к некоторым нормам поведения. А вы развели детский сад!

– Я не только работать хочу, Мария, – то, что я его немного отчитала за фамильярство, мужчине не понравилось. Герман слишком явно хмурил брови.

– А чего ещё вы хотите? – ответ обескуражил. Создалось впечатление, что сейчас он делился чем–то личным.

– Жить, – простой ответ выбил из колеи. – Не стоит смешивать работу и личную жизнь в кучу. Быстро перегоришь эмоционально и потеряешь интерес либо к работе, либо к жизни. Во второй стадии я уже был, если что. Не понравилось.

– Простите, – зачем извинилась, не поняла сама. Но ощущение, что своей отповедью задела за живое, никуда не проходило. Всё–таки он отнёсся ко мне по–доброму и, даже больше, уже несколько раз помог. А мы знакомы всего ничего. – Мы пришли!

Я остановилась у подъезда, не решаясь заходить внутрь. В груди появилось желание поболтать ещё секунду. Хоть чуть–чуть… Но Герман взглянул на телефон и тихо выругался себе под нос.

– Мне пора на работу, – он и так задержался сверх меры, пока провожал непутёвую меня до дома.

– Да, конечно. Спасибо, – смущение легло на щёки, окрашивая те в яркий румянец.

– За что? – недоумённо взглянул на меня. Сегодня день удивлений какой–то.

– Помогли с мужем, в больнице, в подворотне. И проводили до дома. А ещё я буду проходить практику в отделении с самой высокой раскрываемостью преступлений, – прилежно перечислила все положительные моменты за сегодняшний день. И поняла, что все они завязаны только на мужчине.

– Ерунда! Давай телефон, – Герман протянул руку. А я, догадываясь, что сейчас обзаведусь номером телефона мужчины, протянула. – Запишу свой личный. Там всегда беру трубку. Рабочий часто забываю где попало!

– Хорошо, – как только дело было сделано, забрала телефон обратно. – До свидания!

– Пока, – махнув рукой, он направился в обратную сторону.

А я не стала ждать, когда его фигура скроется за поворотом, зашла в подъезд. Но стоило только зайти на пару ступенек, как телефон в кармане зазвонил. Не посмотрев, кто высветился, сразу ответила на вызов.

– Я подумал, что вдруг ты мне захочешь позвонить и не найдёшь записанный номер, – в трубке раздался голос Германа.

– Сейчас гляну, – согласилась с ним, и он сбросил вызов не попрощавшись. А я, переведя взгляд на номер, выпала в осадок. На экране красовалась надпись вместо номера «Властный босс». Ну что за детский сад!

Поднимаясь по лестнице, смеялась в голос. Это же надо додуматься! Но день сегодня он мне сделал немного веселее. А если подумать, то намного веселее, чем любой из дней за последние три года.

– Пьяная, что ли? – ключи в сумочке, получилось найти не сразу. Именно за этим занятием меня застала соседка.

– Что, простите? – повернувшись к ней лицо и спрятав улыбку. Главная сплетница подъезда вышла на охоту за новыми новостями.

– Смеёшься, как дурная! – с подозрением косясь в мою сторону, соседка подошла ближе и принюхалась.

– По телефону разговаривала, – хорошо, что не успела убрать гаджет в сумку. В доказательство покрутила им перед носом женщины.

– А где твой муж? – когда–нибудь она меня выведет из себя. Но в силу возраста соседки, старалась относиться с пониманием к одинокой женщине и сильно не грубить.

– Объелся груш, – но в этот раз решила не сдерживаться. Вместо обычной беседы, где она задаёт много вопросов, а я либо киваю, либо мотаю головой, развернулась обратно к двери. Где же эти чёртовы ключи!

– Хамка, – бросив зло в спину, женщина пошла на этаж выше. Судя по недовольному бубнежу, сплетни про меня поползут отменные.

Пропажа так и не находилась. Да что же это такое! День вымотал, и я устало опустилась на верхнюю ступеньку лестницы. Надо вспомнить, где могла оставить ключи. В сумке их явно не было. Обшарив всё ещё раз, стала думать, что делать дальше.

Не придумав ничего толкового, разблокировала телефон. На глаза попался номер Вити. Надо, наверное, вернуться в больницу и забрать у него ключи от квартиры. Второй экземпляр у него точно есть. Но видеть мужчину сейчас совсем желания не было. Впрочем, как и просить помощи. Но зайдя в вызовы, наткнулась на номер «Властный босс». У него могут быть знакомые и проверенные слесари… Компаниям с улицы я не очень доверяю.

– Алло, – отбросив все сомнения и перестав анализировать каждое своё действие, набрала номер мужчины. В конце концов, он сам вызвался взять меня на поруки.

– Герман Натанович, ещё раз здравствуйте! – правда, стоило только услышать его голос, снова смутилась. Зачем я напрягаю своими проблемами незнакомого мужчину? Лучше бы Диме позвонила! Только вот друг на работе, а значит, телефон всего скорее выключен. Это одно из главных требований компании, где он работает.

– Привет, Маш! Что случилось? – голос звучал напряжённо, очевидно ждал, что я всё–таки сообщу об очередном происшествии.

– Я ключи от квартиры потеряла, может у вас есть знакомый слесарь или как их называют? – совесть успокаивала тем, что не прошу его самого приехать, а просто может дать номер телефона знакомого.

– Сейчас буду, – но вопреки моим планам и ожиданиям, Герман собрался приехать. Возразить он, естественно, не дал. Поэтому опустив голову на колени, приготовилась ждать.

Я прижалась головой к стене и старалась выкинуть из головы лишние мысли о муже и дальнейших планах на жизнь. Но настолько увлеклась этим занятием, что не заметила, как уснула. В следующий раз открыла глаза в тот момент, когда кто–то дотронулся легонько до моего плеча.

– Маш, – Цветочек склонился надо мной и, тихим голосом, старался разбудить. Так необычно! Стоп! Я что, уснула на лестничной площадке?!

– Герман? То есть Натанович, – спросонья подпрыгнула и чуть не ударила в подбородок мужчину. Радовала его хорошая реакция, а то ещё бы один представитель мужского рода покалечился по моей вине.

– Герман мне нравится больше, – с улыбкой произнёс вы ответ. – Натанович — это как–то по–мужски, что ли!

– Да я не это имела в виду, – снова смущение обожгло щёки. Вот дурная голова!

– Я понял, Маш! Показывай замок, – только сейчас обратила внимание на чемоданчик в его руках. – Я не очень доверяю компаниям в смене замков.

– Да, конечно! – подскочив со своего места, подошла к нужной двери. – Вот. Наверное, когда уводили, схватила сумку, забыв, что ключи выложила на полку.

– Оно и к лучшему, сразу поменяешь замки, – он достал новый замок и повертел в руках. А сам принялся демонтировать старый.

Мужчина потратил на это минут около тридцати. Всё это время я молилась, чтобы никто из соседок не решил прогуляться во двор. А ещё я смотрела на сильные руки Германа. Зрелище завораживало, не разрешая отвести взгляд в сторону. Никогда бы не подумала, что буду любоваться руками чужого мужчина. Да и в целом он спортивного телосложения. Особенно чётко я разглядела мышцы под тонкой тканью рубашки, когда он снял куртку.

– Готово, – выдернул меня из размышлений, возвращая из женских грёз к жестокой реальности.

– Кхм... Спасибо, – смущённо кивнула в ответ.

– Ты заходи тогда, а я пока врежу новый замок, – он открыл дверь и приглашающим жестом пропустил вперёд.

– Хорошо. Может, я приготовлю пока обед? Вы ведь не обедали ещё? – хотелось как–то отблагодарить мужчину за постоянную помощь.

– Не откажусь, – широкая улыбка озарила его лицо, а я только и смогла согласно кивнуть.

Оказавшись внутри квартиры, решительно прошла в спальню, несмотря на кровать. Сцена с мужем и блонды стояла перед глазами, но не вызывала боли в груди, а только отвращение к ситуации.

Так, надо переодеться и бежать на кухню. Пообещать–то пообещала, а вот приготовленного, наверное, нет. Скинув старую одежду, быстро натянула домашние штаны и футболку. По дороге на кухню заглянула в ванную и умылась, старательно игнорируя чужие детали гардероба. Руками трогать чужие чулки было противно и поэтому я аккуратно спихнула их с края ванной на пол, а затем под тумбочку. Как провожу Германа, так вымою дом с хлоркой и приглашу священника!

Открыв холодильник, пробежала глазами по полочкам с продуктами. Отлично! Смогу приготовить суп и что–нибудь на второе. Первым делом достала кусочек мяса и отправила в микроволновку. Сейчас разморожу и начну готовить. За приготовлением не заметила, как пролетело время. Но то, что прошло его порядочно, заметила только тогда, когда в дверном проёме появился Герман.

– Вы закончили уже? – я обеспокоенно заглянула в кастрюли и поняла, что в принципе осталось только пара минут.

– Да, пришлось попотеть, – он указал взглядом на свою рубашку, которая не только мокрой была, но и местами грязной.

– Давай я постираю, – ляпнула прежде, чем сообразила, что и кому предлагаю.

– Можно, тогда воспользуюсь твоим душем? – он произнёс это буднично, одну за другой расстёгивая пуговички на рубашке.

– Да, – отведя в сторону глаза, дождалась, когда рубашку протянут мне. – Сейчас включу машинку и принесу чистое полотенце.

– Хорошо, – получив согласие, помчалась в ванную. Включив машину, ещё раз обвела взглядом помещение, но провокационных предметов обнаружено не было.

– Держи! – торопилась как могла. Поэтому влетела в кухню, запинаясь об порог.

Если бы не молниеносная реакция мужчины, то мой нос уже активно бороздил бы полкухни. Но поскольку Герман успел меня подхватить, вместо пола упёрлась носом в мужскую, каменную грудь. Вопреки тому, что мужчина порядком загваздался, пах он умопомрачительно. Хотелось как можно глубже втягивать воздух рядом с ним. А грудь гладить. Руки сами потянулись, проводя нежно по вмиг напрягшимся мышцам.

– Надо быть аккуратнее, – хрипло произнёс мужчина и спустя секунду добавил. – Давай заключим договор!

Глава 5. Бывший муж, свекровь и прочие неприятности…

POV . Герман

– Надо быть аккуратнее, – не ожидал, что голос так сядет, но сдерживать волка от оборота рядом с ней становилось практически невозможно. – Давай заключим договор!

– Что? – она подняла на меня затуманенный взгляд, явно не соображая, что я говорю. А может, и вовсе не слышала!

– Договор, – пока появился подходящий момент, нужно брать быка за рога. Только с её помощью смогу вернуть к жизни волка. Второго шанса с другой может и не быть.

– Какой? – Маша упёрлась аккуратно ладонями в грудь и оттолкнулась, предварительно, неосознанно проведя рукой по ней.

– Мне необходимо с тобой… – договорить не успел, в дверь позвонили. – Ты кого–то ждёшь?

– Нет, – отойдя на два шага назад, Маша разрушила момент. – Может соседка?

– Хорошо, тогда пойду в душ, – немного прислушавшись к происходящему за дверью, понял, что там именно женщина. Поэтому мог удалиться со спокойной душой. Холодный душ мне нужен как воздух. Он сможет охладить пыл волка.

– Светлана Анатольевна? – удивлённый возглас девушки я услышал, когда уже настраивал воду. Выходить не буду, ещё не хватало влезать в бабские склоки. Пришедшая женщина была явно настроена агрессивно.

POV. Маша

– Чем обязана вашему визиту? – сложив руки на груди, не спешила пропускать настойчиво пробивающуюся в квартиру даму. Нечего ей здесь делать, особенно с тем учётом, что у меня в душе посторонний мужчина.

– Не пригласишь? – весь вид женщины кричал о том, что она пришла поскандалить. Да и редко мать мужа приходила с добрыми намереньями. На своей памяти ни одного не припомню.

– Давай не будем выяснять отношения на потеху соседям, – раздражение сквозит в каждом слове и движений. Она нервно поправила пышную чёлку, что упала на глаза.

– Мне нечего скрывать, а вам? – зло усмехнулась в ответ. Свекровь может скандалить и читать нотации долгое время. А Герман выйдет через десять минут. А это значит, что виток её истерик повторится.

– Машка, отойди в сторону. В конце концов, здесь живёт мой сын! – мать мужа решительно ломанулась вперёд, стараясь протаранить меня.

– Светлана Анатольевна, ваш сын переехал жить в больницу. Туда и ломитесь, – стоически выстояла против женщины, не сдвинувшись ни на миллиметр, отчего ноздри свекрови затрепетали, а на лице появился злой румянец.

– Что ты с ним сделала, мерзкая девка?! Где мой сыночек? – от обрушившихся новостей она буквально обезумела. Попыталась замахнуться сумкой, но не попала.

– Я же сказала, в больнице, – спокойно повторила в ответ, не сводя с неё глаз. Кажется, это её выводило ещё больше.

– Не дай бог, с ним что–то случилось! – зло зашипела в ответ, но уходить не собиралась, а жаль. Я так надеялась на другой вариант! Что она просто побежит на крыльях любви к Витюше.

– Конечно, с ним что–то случилось! Вам же сказали, что он в больнице, а туда просто так не попадают, – от раздавшегося сзади голоса, внутри всё похолодело. Неужели не мог посидеть ещё чуть–чуть в ванной!

Лицо свекрови вытянулось. Рот безмолвно хватал воздух. А повернувшись, я и сама впала в ступор. Герман стоял в одном полотенце на бёдрах, сложив руки на груди. От такого вида мой мозг начал плавиться, а взгляд сползал к полотенцу. Хорошо, что ситуацию спасла свекровь!

– Шалашовка! – и с боевым кличем кинулась в мою сторону. Увернуться в этот раз я не успела.

Удар женской сумочкой по голове, наверное, смог бы оглушить, но Герман успел быстро переместиться ко мне вплотную и убрать с траектории движения женского аксессуара. От шока не могла проронить ни слова, а свекровь решила двинуться на второй заход!

– Дамочка, вы ошалели?! – взревел мужчина, что плотно прижимал меня к своей груди. Неожиданно моё внимание переключилось со скандальной женщины на стальную грудь гостя.

– Эта дрянь убила моего сына! – взревела обиженная женщина, но уставившись взглядом в голую грудь «Властного босса», решила замолчать. Оправив платье и куртку, проговорила сквозь зубы. – Говорила я Витюше, что ты его не достойна. Так нет, люблю–не могу! Тьфу!

– Да не убивала я вашего сыночка! Только мозги на место поставила, – говорить спокойно уже не получалось, только на повышенных тонах.

– Я сама тебе скоро мозги на место поставлю… Никто не спасёт! – угроза вылетела быстро, так же молниеносно она отправилась вниз по лестнице.

– Вот Машка даёт, а! – из коридора донёсся голос соседки. Вот чувствовала, что не надо с ней спориться… Теперь моё фиаско обрастёт новыми подробностями. И судя по прищуренному взгляду, они шокируют даже меня.

– Обращаю ваше внимание на статью УК РФ 128.1. Клевета. То есть распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его репутацию, – наказывается штрафом в размере до пятисот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до шести месяцев либо обязательными работами на срок до ста шестидесяти часов, – спокойно протараторил Герман, а мы с соседкой перевели на него ошарашенный взгляд.

– Я же ничего такого, – замялась тут же она и пожала плечами. – Пойду–ка я лучше! А то наклепаете мне тут статей. Я же пенсионерка!

– Так и я просто так вспомнил статью, – он отзеркалил её движение плечом. – А ещё, к счастью, возраст не является смягчающим обстоятельством для приговора.

– Ирод! – поднимаясь к себе на этаж, бубнёж женщины слышался очень долго, а мы так и продолжали стоять в обнимку.

– Надо закрыть дверь, – мной овладел странный ступор. Произнести необходимое действие смогла, а вот с выполнением задачи не справилась. Даже рукой или ногой не смогла пошевелить.

– Надо поговорить! – решительно произнёс Герман. Вот у кого не было проблем с передвижением. Он аккуратно отстранил меня от своего тела, увеличивая расстояние. А меня пробил озноб…

– Я понимаю, что доставила вам неудобство, – старательно отводила глаза в сторону, стараясь смотреть мужчине выше головы. Потому что стоило только сфокусироваться на его глазах, как взгляд сам по себе полз вниз. Туда, где витые мышцы на руках переходят в широкие плечи, а там ниже, до пресса с кубиками.

– Меня это интересует меньше всего, – он отмахнулся от моих предположений и попытки извиниться, и пошел на кухню. А в ванной комнате запищала стиральная машинка, оповещая о завершении поставленной задачи.

– Я сейчас, – обрадованно воскликнула в ответ и убежала вытаскивать бельё. Сердце сходило с ума и пыталось покинуть грудную клетку. Но это тот самый момент, который позволит перевести дыхание.

– Ты долго, – в тот момент, когда рубашка висела на сушилке и все складочки были аккуратно разглажены, на пороге появился Герман.

– Я всё, – смущенно улыбнулась в ответ, подходя к мужчине, что загородил выход. Но он и не думал посторониться или выйти. Стоял как скала и сверлил меня тёмным взглядом. Лишь на секунду в них сверкнул желтый огонь и сразу потух. Но списав всё на нервный срыв и эмоциональное истощение, произнесла. – Пойдём?

Неохотно он развернулся, пропуская меня вперёд. Но проход был слишком узким. Я не смогу пройти так, чтобы не задеть его. Он, наверное, издевается надо мной. У меня передозировка Цветочком!

– Вы забыли, где находится кухня, Герман Натанович? – сложив руки на груди, всем своим видом показала, что не пойду вперёд него.

– Прекрасно помню и на память не жалуюсь, – как ни в чём не бывало, проговорил мужчина. И даже на миллиметр не сдвинулся с места.

– Тогда вперёд! – указала рукой на выход и осталась ждать. Герман улыбнулся и пошёл в указанном направлении.

Мужчина двигался бесшумно, поступь плавная, словно хищник. Зайдя на кухню, сел за стол, а я принялась накладывать суп. Самый сложный момент вышел с хлебом. От сильного, нервного напряжения, руки дрожали, а нож был неожиданно острым. Случайно задев палец лезвием, я даже не ойкнула и не показала вида.

Витя всегда ругал меня за неуклюжесть и со временем научилась скрывать такую мелочь. Чтобы не плодить в семье скандалы. Ушибы разных степеней тяжести, порезы, неудачно прищемленные в дверях пальцы научилась тщательно скрывать. И вот сейчас, стоя на кухне, сработал выработанный с годами инстинкт. Просто подогнула палец так, чтобы не пролить кровь на стол.

– Кушай, – пододвинула всё близко к мужчине, а сама пошла обратно в ванную, чтобы обработать порез. – Сейчас вернусь.

– Сильно болит? – тихий мужской голос заставил остановиться на месте.

– Вы о чём? – интересно, как он сумел заметить. Я же тщательно всё скрыла.

– О твоём порезанном пальце, – он устало вздохнул и с грустью посмотрел на ароматный суп в тарелке. – Неужели ты надеялась это скрыть?

– Я? – вот это действительно наблюдательность. – Сейчас вернусь.

Почувствовала, как тёплая влага начала скапливаться в сомкнутой в кулак руке. Да и что сказать не знала. Мне было стыдно, как всегда, в таких ситуациях. Сбежав в ванную, включила холодную воду в раковине и подставила порезанный палец под струю. Чёрт! Вся рука в крови, а теперь ещё и белоснежная раковина.

– Давай помогу, – он протянул руку к шкафчику, что висел над раковиной. – В этом нет ничего страшного.

– Спасибо, – он быстро нашёл перекись и бинт для необходимой обработки и принялся за дело. Пальцы его аккуратными и отточенными движениями бинтовали, а я молчала.

– Пусти меня к себе пожить, – вдруг выдал мужчина, смотря прямо в мои глаза. От такого заявления пребывала в шоке.

– Что? – может, мне показалось или я как–то неправильно поняла его. – Что значит пожить?

– Мою квартиру затопила соседка сверху. Пенсионерка. Добрая, в отличие от твоих. Трогать её не стал. А вот ремонт оплатил из собственного кармана. Влетело всё в копеечку, ещё и жить негде! – в момент у него сделались милые глазки, как у кота из известного мультика.

– Я вас не знаю! – возмущённо фыркнула в ответ, приходя в ужас, что полуголый он сможет разгуливать почти каждый день по моей квартире.

– Тем не менее от уголовной и административной ответственности я спас тебя целых два раза. Заткнул соседку, сменил замок. Тем более свекровь меня уже видела, муж в курсе. Проблем быть не должно. Пусти пожить… Смотри, какой я полезный, – от мужской наглости дар речи пропал напрочь. Ничего себе заявки. – Буду возить тебя на работу и домой, покупать продукты буду сам!

– Нет! – решительно заявила в ответ, прекрасно понимая, что ещё чуть–чуть и он надавит на мою совесть. Понимаю бы, Димка попросился, я его не первый год знаю. А тут один день… – И речи быть не может!

– Ты злая женщина и бессердечная! – поджав губы, он вернулся на кухню, а я осталась стоять на месте в полном раздрае чувств.

Мозг требовал незамедлительно выставить вон наглеца, совесть взывала к согласию на его предложение, а сердце испытывало интерес. Несмотря на сложившуюся ситуацию, именно Герман не давал скатиться в пропасть депрессий.

– Ну долго тебя ждать? – встрепенувшись от звука мужского голоса, решила отодвинуть всё на потом. Вот останусь наедине с собой и обязательно порефликсирую. А пока у меня на кухне сидит несносный наглец!

– Что случилось? – сейчас в груди осталось одно раздражение на себя. Что позволила довести ситуацию до зависимости от него! Надо было всё–таки в фирму звонить…

– Я жду тебя обедать, – с милой улыбочкой произнёс мужчина.

– Я не хочу, – кушать при нём не хотелось. Уверена, что даже маленький кусочек в горло не полезет.

– Ты с утра не ела! Садись… Иначе ты упадёшь в голодный обморок. Я отвезу тебя в больницу. А потом, под моё честное слово, заберу домой и останусь жить здесь, – поднимая первую ложку, протараторил Герман, не глядя на меня.

– Зачем жить? – за его потоком мыслей не успевала. Что за странная логика?!

– Чтобы ухаживать за тобой! С ложечки кормить и в душ водить, – в рот отправилась вторая ложка супа. А я обрадовалась, что не села кушать рядом с ним.

– Не стоит переживать – не упаду, – с уверенностью произнесла в ответ, ловя наглую ухмылку. Что за мужчина такой? Даже злиться на него по–хорошему не получается!

– Я предупредил, – теперь он не отвлекался от супа совсем, а когда ложка стукнула по дну тарелки, он смущённо улыбнулся и попросил ещё. – Сто лет не ел домашней пищи. Ты отлично готовишь!

– Спасибо, – а вот Витя всегда говорил, что готовлю как деревенщина. Ему изыски надо было подавать. – Меня бабушка учила готовить!

– Серьёзно? Тогда я хочу познакомиться с твоей бабушкой. И раз ты не пускаешь жить к себе, напрошусь к ней, – я прыснула в кулак. Стоило только представить, как моя бабуля лупит наглого мужчину полотенцем по попе.

– Думаю, стоит это сделать как можно быстрее, – вспоминая все бабушкины наказания за сквернословие и непослушания примеряла их на Германа. Смех сдерживать не получалось.

– Чувствую, кроется в чём–то подвох, – прищурившись, внимательно вгляделся в моё лицо.

– С чего вы взяли? – невинно хлопнула глазками в ответ, протягивая тарелку с добавкой.

– Слишком мечтательное и довольное у тебя лицо, – мда, надо было всё–таки отвернуться в сторону. Меня раскусили!

– Спасибо, – кажется, мужчина наелся и стал выглядеть гораздо довольнее, чем до этого. – Мне пора возвращаться на работу!

– А второе? – вспомнила, что готовила ещё макароны с мясной подливкой. А он уходить собрался!

– Я наелся! – он сыто похлопал рукой по животу и поднялся из–за стола.

– А чай или кофе? – его резкое желание уйти немного меня дезориентировало.

– В следующий раз, – тепло улыбнулся в ответ и направился в ванную. Я села на стул и выдохнула. Скоро останусь одна… И почему так грустно на душе?

– Я провожу, – как только Герман вернулся уже в рубашке и брюках, встала со своего места.

– Практика у тебя начинается с понедельника. К восьми часам в мой кабинет? Где он находится, знаешь? – согласно покивала. Как мне не знать? Если меня туда первым делом привели, как рецидивистку какую–то. – Отлично! Тогда жду, не опаздывай.

– Я не опоздаю, – опрометчиво дала обещание, но стоит ещё забежать в кафе и предупредить, что на работу выйти пока не смогу, до конца практики.

– Хорошо. Если что звони, – он встряхнул волосами и, поглядевшись в зеркало, что висело у самого входа, а потом мне улыбнулся. – Подумай над моим предложением получше!

– Герман Натанович! – возмущённо воскликнула и закрыла за ним дверь. Снаружи ещё раздавался весёлый смех, но и он очень быстро стих.

С его уходом в квартире стало как–то пусто и тихо. Но это ведь именно то, что мне так необходимо! Пора разложить по полочкам всё. Но стоило только опуститься на диван, как тишину разразила звонкая трель входящего звонка.

– Алло, – звонящим оказался бывший муж. Сначала он молчал и злобно сипел в трубку. Прямо маньяк какой–то! – Вить, говори быстрее, мне некогда.

– А что, отвлечься от своего хахаля на разговор с мужем не можешь? – он зло бросал фразы и так противно выделял шипящие звуки. – Давно ты мне рога наставляешь?

– Тебя точно не переплюнула. Мне некогда. В следующий раз звони только тогда, когда поставишь подпись в бумажке о разводе, – слушать его причитания не хотелось совсем. Отбив вызов, растянулась на диване и заорала в голос. Наплевать на соседей. Но как эмоции сегодняшнего дня меня вымотали.

По прошествии пары минут дышать стало легче, а силы вновь вернулись ко мне, толкая на новые свершения. Поэтому поднявшись, поплелась в душ. А там на корзинке для грязного белья, висели злополучные чулки. Герман что, ревизию в ванной проводил? Как он умудрился их найти? Краска стыда опалила лицо.

– Норка он, а не Цветочек, – пролепетала себе под нос, ища на полочке перчатки для окрашивания волос. Я точно помню, что они были где–то здесь.

Искомое найти не получилось, но зато смогла найти перчатки для уборки. Длинные, резиновые и ядовито–жёлтые. Обрадовавшись находке, скорее натянула на руки и достала из нижнего ящика мусорные пакеты. Ну всё, начинаем уборку!

В пакет полетели чулки, постельное бельё с кровати. Но подумав немного у раскрытого шкафа, поняла, что и на другом постельном белье спать не хочу. Вытащила все комплекты ранее использованных постельных принадлежностей и ещё пару покрывал. Скомкало гору и ногой утрамбовала в несчастный, чёрный пакет.

Завязав пакеты, оттащила их к выходу. Всё, с этим разобралась. Теперь осталось одежду мужа упаковать. Тут так быстро не получится. Ко мне в дом он тогда пришёл с небольшим чемоданом, но за три года его гардероб разросся почти в четыре раза.

С минуту подумав, решительно вернулась в ванную. Не сумку же мне ему покупать. В мусорном пакете и так неплохо полежит. Мне деньги необходимо экономить. Кто знает, когда я смогу выйти на подработку! А копейки в кошельке решительно тают. Может, надо было всё–таки Цветочка к себе пустить? Обещал ведь продукты покупать и на работу возить… Какая экономия денег и времени! Но поняв, что несёт не туда, куда нужно, вытолкнула крамольные мысли из головы.

Для убедительности потрясла головой в разные стороны и крепко зажмурила глаза. Нечего мне думать о чужом мужчине, когда ещё со своим не разобралась. И стоило только подумать про гов… него, вот и оно! По квартире разлетелась трель дверного звонка. А подойдя к глазку, увидела бывшего мужа в больничной пижаме, тапочках и наверх накинутой курткой.

– Дома никого нет! – крикнула как можно громче, а потом услышала громкое шипение и скрежет вставляемого ключа в замок. – И не ломай мне новый замок! Он денег стоит, которых у тебя теперь нет!

За дверью послышалось недовольное бухтение, а я, тяжело вздохнув, повернула замок, пропуская внутрь неверного мужа. Он ворвался внутрь, словно разъярённый бык. Не глядя под ноги, кинулся в сторону спальни, но его забег остановил пакет с одеждой. Или на мусор, который отнести надо… Что–то уже запуталась!

– Где он? – грозно рыкнул недомачо, лёжа на полу в слегка искривлённой позе. Лицо его противно морщилось. Наверное, снова головой ударился!

– Кто? – устало вздохнула в ответ и перешагнув через барахтающееся тело, пошла в спальню. Он вовремя пришёл. Сейчас скидаю в кучу его пожитки и выставлю вон. Придумал чего!

– Любовник твой! С кем ты мне рога наставляла? – злое шипение летело в спину. А я только и думала о том, как побыстрее бы всё скидать в кучу. – И давно ты за моей спиной шашни крутишь?

– Этот ответ я тебе уже дала. Не стоит повторяться в своих вопросах, – устало выдохнула. Сегодня мне не светит остаться наедине с собой. Только бы мамаша его не пришла до кучи.

– Маш, я готов тебя простить, – в дверном проёме показалась взлохмаченная фигура мужчины. Он старательно отводил взгляд в сторону. Не хочет смотреть в глаза? Стыдно? Уже отличная новость!

– А я тебя нет. Вить, забирай свои вещи и уматывай, – запихав в очередной пакет гору носков, поставила прямо перед ним пакет.

– Ты упаковала мои вещи в мусорные пакеты? – возмущённо взревел мужчина. А потом перевёл на меня хорошо знакомый взгляд. Бешенство! Вот единственно подходящее слова под описание. И этот его взгляд пугает до чёртиков.

– Не устраивай сцен. Просто забирай шмотки и уходи. Встретимся на бракоразводном процессе, – сложив руки на груди, неосознанно постаралась отгородиться от мужчины.

– Мне не на чем уехать. Да и некуда, – он понял, что вышел из образа. Но постарался исправить положение, опустив взгляд в пол и почесав затылок.

– Это больше не мои проблемы, – упрямо проговорила в ответ. С места двигаться не спешила. Мало ли что у него на уме. Виктор стал каким–то неуравновешенным последние дни.

– Тебе всё равно, если мне придётся ночевать на улице? – глаза побитого щенка не трогали совсем.

– У тебя есть замечательная мать, – с издёвкой произнесла в ответ. Прекрасно понимая, что обращаться он к ней не станет. В их семье сложные отношения. Хоть мать и была горой за своего сыночка, но без скандалов, криков и истерик они под одной крышей могли просуществовать разве что сутки.

– Я понял, – кивнул и пошёл на выход.

– Витя, ты вещи забыл, – крикнула в спину сгорбившемуся мужчине.

– Тут много, помоги хоть спустить, – и подхватив только один пакет, пошёл на выход. Ну это ни в какие ворота не лезет!

– Конечно, Вить, сейчас помогу. Жди внизу, – проводив парня до выхода, захлопнула на замок дверь и подхватив сразу целую кучу пакетов, решительно двинулась к балкону.

Мешки падали то в грязь, то цеплялись за ветки. Один с его трусами даже порвался, но бельё не разлетелось в разные стороны. Просто рассыпалось вокруг мешка. Хорошо! А то ещё часа два пел бы мне серенады под окном.

– Машка, ты что творишь! – взревел внизу мужчина. Отлично! Значит, я успела вовремя.

– Помогаю спустить вещи вниз, Витя! – и кинув последний пакет в полёт, плотно прикрыла балконную дверь. Теперь всё! Надеюсь, больше его не встречу никогда.

Глава 6. Практика начинается, или понедельник день тяжёлый...

– Добрый день! – я стояла посередине кабинета в отделении, где буду проходить практику. Мужчины, которые до этого сновали по кабинету, застыли, стоило только войти.

– Ты?! – переведя взгляд в ту сторону, откуда доносился голос, увидела знакомое лицо. Прохоров!

– Я, – осторожно кивнула и заправила выбившуюся прядь за ухо. Такое внимание меня не мало смущало, но старалась выглядеть уверенно.

– По какому вопросу? Вы ведь та самая девушка, которая в своего мужа цветочный горшок кинула? – напротив меня стоял парень с рыжими кудрями, которые торчали в разные стороны. Лицо, усеянное конопушками, лучезарно улыбалось. Жаль, ответить не успела… Позади раздался ещё один знакомый голос.

– Она не только в мужа метко горшками кидается, но и преступников наповал останавливает. А если ты сильно будешь распускать язык, даже не знаю, что может тебе сделать…, – Герман сделал вид, что задумался, а улыбка на лице парня растаяла без следа.

– Вчерашний хулиган из подворотни, до сих пор в больнице лежит. Еле признаки жизни подаёт, – было понятно, что молодой человек за компьютером немного утрирует. Но всё–таки стало немного не по себе оттого, что по моей вине пострадал человек.

– Захлопнись, а то признаки жизни ты подавать ближайшую неделю не будешь, – Герман заступился за меня, на душе сразу стало теплее. Но обидно было, что всерьёз меня никто из мужчин не воспринял. – Твоё рабочее место будет в моём кабинете. Остальные, внимание! Это Мария – наш практикант. За неё каждый из вас отвечает головой. В прямом смысле этого слова…

– Приятно познакомиться, – хоть мне никто из них не представился, но вежливость отменять не стоит.

Герман пошёл в сторону своего кабинета. Но видимо, не услышав шагов позади, обернулся и ожидающее на меня посмотрел. Тряхнув головой, направилась за молчаливым начальством. Открыв дверь, он пропустил вперёд. И стоило только двери закрыться, как за ней активизировался рой. Мужчины наперебой начали судачить. И даже знаю, кому в данный момент перемывают кости.

– Вот твоё рабочее место, – махнув рукой в сторону, сел за стол, что стоял по центру.

– Спасибо, – всё своё внимание уделила столу.

Он стоял прямо напротив большого окна, из которого открывался вид на парковую зону. По тропинкам гуляли влюблённые парочки, мило держась за ручки. Когда–то и я так гуляла с Витей, было всё так красиво, как в сказке. Но конец отношений, как в фильме ужасов. Тяжело вздохнув, повернулась к столу. На нём возвышалась целая гора бумаг. И почему я не обратила на неё внимание?!

– А это, куда деть? – обратилась к Герману, который всё это время наблюдал за мной не отрываясь.

– В архив, – он пожал плечами и уставился взглядом в какой–то документ.

– А где архив? – в принципе, мне несложно, сложить всё в одну коробку и унести в архив. Главное — понять, где он здесь находится…

– Это твоя работа! Наверху лежит листок. Там прописан план, по которому стоит сформировать дела. И только потом отправить их в архив, – мысль о том, что можно отделаться малой кровью, с треском провалилась.

– И сколько у меня на это время? – с ужасом представила, что сейчас мне назовут такой срок, что я точно не справлюсь.

– Весь период практики, – ошарашил новостью Герман. То есть он планирует оставлять меня в отделе, а не учить, передавать опыт молодому поколению. Внутри решительно рос протест, и появлялась тяга сделать всё намного быстрее. Например, за сегодняшний день!

– Хорошо, – зло прошипела в ответ, усаживаясь на стул. Итак, с чего бы мне начать?!

Пылкий энтузиазм угас уже к обеду. Работала на чистом упрямстве. Всё–таки бумажная волокита угнетает. За четыре часа беспрерывной работы не удалось разобрать даже и одной трети. Единственное, что радовало – Герман тоже погряз в бумажках и натянув очки на нос, увлечённо вчитывался в исписанные строчки.

– Маш, обед, – словно почувствовав мои мысли, босс оторвал свой взгляд от документов.

– Я без, – также коротко произнесла в ответ. Желания идти куда–то не было, как и аппетита. Лишний час поможет немного убавить эту гору.

– Иди ешь, – снова бросил отрывисто. А потом видя, что с моей стороны реакции нет, поднялся из–за стола. – Идём!

– Герман Натанович, я правда не хочу! – почувствовав, что мужчина грозовою тучей навис надо мной, посмотрела прямо в его глаза. Тёмные омуты завораживали и пытались утащить в свою бездну.

– Это не просьба! – уже рыкнул он в ответ и обойдя стол, протянул мне ладонь. А я, помня, чем прошлый раз закончилось случайное прикосновение, поспешила подняться самостоятельно. – Вставай, если не хочешь, чтобы я тебя нёс на руках.

– Герман Натанович! – скоро у меня станет его имя и отчество особым видом ругательства.

– Твой выбор? – иронично выгнутая бровь заставила зашипеть меня не хуже змеи. И вроде бы хотелось взбрыкнуть, усесться обратно, на стул… Но мозг подавал сигналы, что это может стать моей главной ошибкой.

– Идёмте! – схватив женскую сумочку, повесила на плечо, демонстрируя широкую улыбку. Ехать на плече мужчины в столовую не хотелось. Лучше на своих, двоих, верных.

– И к чему тогда были эти препирания? – сделав вид, что вопрос риторический, прошла вперёд мужчины. Он лишь загадочно улыбнулся, сверля спину взглядом. Он часто смотрел мне вслед и это нервировало!

Он догнал в коридоре, поравнялся со мной, подстраиваясь под мой шаг. Из общего кабинета я вылетела пулей, буркнув по дороге старшим коллегам: «Приятного аппетита». В ответ прозвучала зловещая тишина. Все уставились на меня, по крайней мере, так показалось.

– Бежишь как на пожар! – хохотнул рядом Герман.

– Где здесь столовая? – вроде говорили, что она здесь имеется. И искренне надеялась, что идём мы именно туда. В моём кошельке гулял ветер.

– Мы не туда. Эту бурду даже с похмелья никто не ест, – лицо мужчины перекосилось от отвращения, и аппетит пропал совсем.

– Тогда, куда мы идём? – стала думать, как бы тактично отказать ему в походе. Ведь если это не столовая, значит, это какое–то кафе. Приличных причин у меня не было для отказа. Поэтому судорожно стала перебирать в памяти карты и вспоминать баланс на их остатках.

– Рядом есть кафе, в нём демократичные цены и вкусно кормят, – Герман вышел из здания, придержав для меня дверь. – Идём, не пожалеешь. Тем более там все наши сидят.

– Пошли! – устало выдохнула в ответ, понимая, что стакан сока могу себе позволить. Этого хватит, чтобы живот не урчал на весь кабинет. А ведь дома меня ждёт много еды. Вчера, перед началом рабочей недели, приготовила целую кастрюлю супа и пюре с котлетой. А ещё есть овощи для салата. М–м–м–м–м!

– Гера? Привет, милый! Какая неожиданная встреча, – напротив центрального входа, стоит эффектная брюнетка и кокетливо стреляет глазками в сторону моего шефа.

– Соня? – удивился мужчина и бросил смущённый взгляд в мою сторону. – Как ты здесь оказалась?

– Я пойду, наверное, Герман Натанович. Обед не резиновый! – решила выручить босса и оставить наедине с девушкой. У них явно очень близкие отношения.

– Ты не помешаешь, – для уверенности, чтобы не сбежала, он схватил меня за локоть. Идеальная бровь Сони выгнулась в притворном удивлении.

– Опять за старое? – сложив руки на груди, воинственно сдвинула брови девушка. Упс! Кажется, кто–то неправильно нас понял…

– Я всё же пойду! – решительно дёрнула локтем в сторону, разрывая контакт. – Герман Натанович, правда, я пообедаю одна. Не составит труда сориентироваться на местности.

– Приятно было с вами познакомиться, – девушка обвела меня взглядом с ног до головы. Сложилось чувство, что оценивали как товар на базаре. И, судя по лицу, качество оставило желать лучшего. Лицо знакомой Германа исказила злобная гримаса, над которой она постаралась одержать верх.

– Герман! – на улицу из здания выбежал парнишка, что сегодня сидел в дежурке. Я застыла с занесённой ногой. Любопытство взяло верх! – У нас… выезд.

Заминка подчинённого не осталась без внимания. Девушка глубоко вздохнула и без всякой надежды посмотрела на мужчину. Все замерли в ожидании его команды. А Цветочек, просияв лицом, произнёс.

– Все на выезд! – на его лице явственно скользнуло облегчение.

– Могу я проехать с вами? – от этого вопроса чуть не поперхнулась воздухом. Я даже не уверена, что меня, практиканта, возьмут на дело. А что уж говорить о постороннем человеке…

– Сонь, не сегодня. Журналистам пока вход запрещён! – он категорично покачал в ответ головой и перевёл внимание на дежурного. – Коль, готовьте машину.

– А она? – её красный, наманикюренный ноготок упёрся в мою сторону. От неожиданности качнулась назад. И почему эта девушка вызывает глухое раздражение?!

– А она мой практикант! – устало закатил глаза мужчина. Лицо девушки мгновенно преобразилось. Хмурые черты расслабились и уступили место милой улыбке. Смена настроения поражала воображение.

– Не журналистка? – решила уточнить она, хитро прищурилась, приблизившись на шаг к мужчине. В происходящей ситуации я перестала понимать, что происходит.

– Нет, Сонь! – а после мужчина повернулся в мою сторону и смущённо улыбнувшись представил свою знакомую. – Знакомься это моя двоюродная сестра София!

– Очень приятно познакомиться! Вот серьёзно, – девушка подскочила ко мне и начала активно трясти руку. – Просто вчера ещё почувствовала, что от моего брата пахнет незнакомкой. А сегодня почувствовала…

– Сонь, – угрожающе произнёс мужчина. Теперь его лицо стало хмурым, как грозовая туча.

– Отстань! Вот… почувствовала твой запах на нём и немного напряглась. Вдруг моего братца вокруг пальца обвела какая–то журналюга, – я перевела ошарашенный взгляд на мужчину.

– В смысле мой запах? – недоумение сквозит в каждом слове. Но ещё больше волнует, чем это от меня таким сильным пахнет, что его Соня дома учуяла.

– Она не в курсе? – как же смущают такие диалоги, в которых вроде ты и участвуешь, а вроде и нет. Говорила девушка так, словно я в одно мгновение испарилась.

– Соня… Иди домой! – яростные нотки звенели в воздухе, что даже у меня возникло желание сбежать куда подальше. А сестра босса и вовсе побледнела. И не говоря больше ни слова, побрела в другую сторону.

– Машина, – сорваться очередному вопросу с губ, не дал вновь высунувшийся на свежий воздух Коля.

– Понял, уже иду! – и, не обращая на меня внимания, двинулся во двор отделения.

– А я? – осталась стоять на месте, рассеянно хлопая глазами. Невидимкой для будущих коллег.

– А у вас уже есть дело! – отрывисто бросил мужчина и отправился в машину. В сердца топнула ногой и твёрдо решила сегодня или, на крайний случай, завтра разобрать навалившееся дело.

– Хорошо, – развернувшись на каблуках, чётко чеканя шаг, направилась обратно. Разгребать ненавистную кучу!

Шёл второй час работы. В отделе стояла тишина. Дело наконец–то тронулось с мёртвой точки. Кажется, только в самом начале были сложные дела. Сейчас уже не казалось всё так безнадёжно. Если бы остатки бумаг были бы такими, то часам к восьми можно смело закончить работу.

– Маш, – в дверь кто–то едва поскрёбся. Даже интересно, кого там занесло.

– Я здесь, – откликнулась в ответ, тем самым приглашая внутрь кабинета. От любопытства даже привстала с насиженного места.

– Маш, держи, – к моему столу подошёл тот самый дежурный Коля и протянул пакет.

– Что это? – подозрительно прищурилась в ответ, но желудок уже и так нанюхал много вкусной пищи и требовательно заурчал.

– Герман Натанович велел вам передать, – пакет из его рук приняла, но не спешила открывать. С чего бы такая трогательная забота?

– Ваш начальник всегда такой добрый? – не выдержав и всё–таки сунув нос в пакет, была приятно поражена количеству принесённой еды.

– Разве что с тобой, – пожал плечами и не прощаясь двинулся на выход. Одной мне точно всё это не съесть. Наверное, рассчитано было на двоих.

– Николай, а вы не в курсе, долго ли ещё ребята будут на выезде? – задумчиво почесала подбородок, прикидывая, сможет ли босс успеть на тёплый обед. Хотя где–то ведь должна стоять микроволновка?!

– Герман Натанович отзвонился. Сказал ещё часа полтора, наверное, – после чего закрыл аккуратно за собой дверь. Ладно, возьму пирожок и перекушу. Остальное пока оставлю. Герман придёт и можно будет пообедать вместе.

Пирожок с мясом пришёлся, кстати. Перебив немного зверский голод, с двойным энтузиазмом принялась за разборку. На сытый желудок в руках всё спорилось. И в следующий раз подняла голову только тогда, когда за окном стало темнеть. Ребят в отделе всё так же не было.

– И где пропадают? – рука потянулась к телефону. Может позвонить или ещё подождать?

Надо сначала спросить Колю. Но встав из–за стола, потянувшись и пошаркав к выходу, выглянула из–за двери. Дежурного на месте не было. Ладно! Ещё немного поработаю, а там либо позвоню, либо отправлюсь искать Колю.

Вернувшись в кабинет, посмотрела на телефон. Он призывно светился экраном. Побуждает меня к активным действиям. А сколько, кстати, время? Быстрый взгляд, брошенный на дисплей телефона, показал, что до конца рабочего дня осталось полчаса. Вот это время пройдёт, тогда и пойду на поиски. Тем более повод официальный будет…

Покивав своим мыслям, включила тихонечко музыку. Так гораздо веселее. Бумажки все однотипные и вчитываться в текст не особо надо. Значит, можно и чуть отвлечь себя. Вот когда Герман вернётся, точно смогу утереть ему нос. А может и покажу, что настроена серьёзно и не намерена просиживать штаны в тёплом офисе. Я хочу и в дальнейшем связать свою жизнь с полицией, желательно в этом отделении. Живу–то я совсем рядом!

Дел осталось совсем немного. Я сегодня неплохо потрудилась! А значит, надо ещё чуть поднажать и, совесть будет чиста. Могу спокойно отправиться домой спать. Хотя, если честно, глаза слипаются уже сейчас! Дальше снова потянулись бесконечные листочки. Глаза слезились от пыли и напряжения. Решила только чуть прикрыть глаза, чтобы дать им расслабиться. Но сама не заметила, как тело расслабилось всё. Темнота накрыла своим крылом, унося меня вдаль сладких снов.

Глава 7. На руках у меня засыпай…

Проснулась оттого, что всё тело болело. Затекло от неудобной позы. Давно уже так не мучалась, с чего бы снова начала? Шею ломило, глаза не открывались, а конечности налились невыносимой тяжестью. Нет! Надо открывать вредные глаза! У меня практика… И только после этой мысли я подскочила на месте как в одно место ужаленная. Практика! Как я вчера добралась до дома? Не помню совсем ничего кроме кучи дел.

– Доброго утречка! – облокотившись пятой точкой о моё рабочее место, ехидно ухмылялся Герман. В его рту торчала щётка, а на щеках красовалась пена для бритья. И ничего что мы в отделении? В майке и треньках разгуливать здесь в порядке вещей?

– И вам доброго! – неловко села на неприметном диванчике, смущённо поправляя плед. Герман меня им укутал? Во сколько же они вернулись? – Я уснула?

– Ты вчера явно переусердствовала с работой, – он красноречиво скосил взгляд на почти пустую столешницу.

– Я хочу участвовать в делах, а не перебирать пыльные бумажки по папкам не знаю какого мохнатого года, – сил сдерживаться больше не было. Ещё и эта шея не добавляла хорошего настроения…

– Неженское это дело, по канализациям ползать вещдоки собирать! – и не дожидаясь моего очередного ответа, пошёл в сторону стенки. Там была неприметная дверь. Он нажал на ручку, отодвигая её в сторону. Явно скрытый санузел. Неплохо он здесь устроился. Всё под рукой…

– А что женское? – зло рыкнула в ответ. – Борщи варить пробовала, мне не очень понравилось!

– Не тому мужику, значит, варила! – пробасил из–за закрытой двери он. Легко говорить не тому, а где его взять таинственного «того»?

– Теперь вам варить буду, чтобы вы меня с собой брали на дела! – в сердцах крикнула в ответ, чем заработала заразительный хохот.

– А пожить пустишь? – голова мужчины высунулась в кабинет чуть–чуть, но этого хватило, чтобы увидеть, что он без майки. Щёки опалило краской стыда и за предложение, и за то, что всего лишь через стенку от меня стоит полуголый мужчина. Довольно привлекательной наружности.

– Не думаю, – быстро отвернула лицо в сторону окна и стала с интересом разглядывать мимо пролетающие облака.

– Что же ты так, ветреная женщина?! – в притворном возмущении воскликнул Герман, а я недоумённо выгнула в удивлении бровь.

– Объясни! – что это ещё за заявления такие? Мы когда пили на брудершафт и стали на шаг ближе к друг другу?

– Мы спали на одном диване! И заметь, твоя честь при этом не пострадала! – снова заразительный хохот и он скрылся за дверью. И судя по тому, что щёлкнул замок, кто–то ради своей безопасности закрылся изнутри.

– Что значит вместе спали? – подскочив с насиженного места, хотела кинуться в сторону уборной, но вовремя зацепилась взглядом за других сотрудников, которые только что вошли в кабинет и смотрели в немом изумлении на меня через окно. – Жалюзи закрыть, что ли сложно было…

Натянув милую улыбочку, помахала коллегам ручку в знак приветствия. Приплыли… Что они обо мне теперь подумают? Внешне получалось сохранять спокойствие, но внутри бесновалась буря. Сейчас Герман Натанович находится в зоне риска…

– Ребята уже пришли? – он бесшумно появился рядом со мной в одной майке и так же, как и я приветливо махал рукой коллегам.

– Убью! – не своим голосом взревела в ответ и развернулась с чётким намереньем воплотить свою мечту в реальность.

– Мы в отделении полиции, тебя ничего не смущает? – напускная серьёзность мужчины сработала как тумблер. Взяла себя в руки! Герман откровенно провоцирует.

– Пойду, – одёрнув помятую кофту, пошла на выход из кабинета. Нужно срочно в уборную. Привести себя в чувство. Но только сделав шаг за дверь, наткнулась на целую кучу любопытных взглядов.

– Вы давно друг друга знаете? – самый любопытный из мужчин не постеснялся задать вопрос напрямую.

– У нас свадьба через месяц, – обворожительно улыбнулась в ответ и со счастливой улыбкой на губах поспешила на выход в коридор. Дежурного снова не было на месте. Какая удача! Не хватало только ещё перед ним краснеть за свой заспанный вид.

Зайдя в маленькую кабинку, встала напротив зеркала. Глаза опухшие, на щеке явный след от руки. Видимо, спалось рядом с Германом мне очень даже сладко. От мысли о совместной ночи по моему телу пробежали мурашки. Этот мужчина совершенно точно решил свести меня с ума!

Холодная вода из крана приятно холодила палящую кожу и придавала бодрости. Второстепенные мысли о мужчине ушли на задний план, а вот главный вопрос дня встал остро. Насколько же тонко он смог увести тему в сторону. Не хочет брать с собой на дела? И обучать отказывается? Тогда надо написать заявление на смену куратора! Решительно шагая по коридору, всё сильнее прокручивала мысль в голове. Ладно! Ещё день–два посмотрю, а там надо что–то делать…

– О! Моя жена пришла, – Герман до этого сидевший на стуле, поднялся и решительно двинулся в мою сторону. – Любимая, не против, если мы пригласим наших коллег на свадьбу? Они как раз обсуждали, что нам подарить.

– На какую свадьбу? – недоумённо хлопая глазами, посмотрела на стоящих кружком вокруг босса мужчин.

– Которая через месяц, – охотно пояснил в ответ. И тут только до меня дошло, что конкретно я брякнула перед выходом из кабинета.

– Мы же хотели тихо, – сделала страшные глаза в его сторону и показала взглядом на кабинет. Надо с ним расставить все точки и над всеми буквами.

– Я думал, ты решила придать огласке наши отношения, раз решила объявить о свадьбе, – то ли он не понимал моих намёков, то ли просто продолжал валять дурака.

– Герман Натанович, можно ли вас на секундочку в кабинет для приватного разговора, – еле сдерживая эмоции, зло выговаривала каждое слово сквозь зубы. Ну что за клоун?!

– Просил же тебя, давай не так официально при коллегах. Тем более что теперь они всё про нас знают, – хоть он продолжил паясничать, но со своего места поднялся.

– Хорошо, – согласно кивнула и устремилась в кабинет. Герман чуть задерживался. Но это даже и к лучшему! Надо просто выдохнуть и подумать, с чего бы начать конструктивный диалог…

– О чём хотела поговорить? – до противности бодрый мужчина, прошёл в кабинет и сел за свой стол, прямо напротив моего. Встретив его прямой взгляд, я немного стушевалась.

– Герман Натанович, я хочу участвовать в делах! – на выдохе произнесла, стараясь не отводить своего взгляда.

– Мы уже это обсуждали, – он устало потёр переносицу, теряя всю весёлость враз. – Посвящать тебя в суть дела — готов, брать на выезды – нет! Однозначно!

– Почему? – дискриминация какая–то. Неужели произвожу впечатление мягкотелой?

– Это не обсуждается, – категорично помотал головой и снова нацепил очки. Конструктивного разговора не вышло…

Остаток дня прошёл более–менее спокойно. Хоть и остался неприятный осадок. Герман со мной больше не заводил, только иногда искоса косился. Внимание на это не обращала, занятая мыслями о том, стоит ли искать себе нового куратора. От этой практики зависит слишком многое, чтобы я просто спускала всё на тормозах!

Решение не посещало мою светлую голову, даже когда таскала тяжёлые коробки в архив. Он был не очень далеко, но руки оттягивало знатно. Герман с ребятами в этот момент как раз куда–то вышли. За переживаниями не заметила, как коробки закончились, а в руках и нога образовалась усталость.

– Ты унесла коробки? – кажется, босс выглядит слегка раздражённым. Интересно, с чего бы?

– Да, – коротко произнесла в ответ, усаживаясь на своё место.

– У тебя куча коллег–мужиков, сложно было попросить? – не глядя в мою сторону, мужчина произнёс как бы, между прочим. От такого разговора немного покоробило.

– Никого не было, – стараясь держать эмоции глубоко внутри, отвечала спокойно. Это, кажется, стало его раздражать ещё сильнее.

– А подождать? – ехидные интонации стали проскальзывать слишком явственно. Интересно, кто ему мог на хвост наступить так капитально?

– Не привыкла сидеть без дела. Не тяжело было, – осмотрев пустой стол, пришла в уныние. Наверное, настолько девственно–чистым он не был никогда. Даже пыль успела протереть.

– Держи копию, – передо мной упал конверт для бумаги, где явственно виделись отксерокопированные документы.

– Что это? – вопросительно выгнула бровь и перевела с папки взгляд на мужчину. Может он удосужится сам объяснить?!

– Вчерашнее дело. Возьми на дом и изучи досконально, – ушам своим не верю. Правда? Меня допустили к делу? С ума сойти! Пожалуй, стоит повременить со сменой руководителя.

– Спасибо, – расплылась в ответ в широкой улыбке и развернулась спрятать документы в сумку, пока не передумал. Видно, что колеблется.

– На сегодня свободна, – хорошие новости не ограничились введением в курс дела. Ещё и домой пораньше… Ура!

– Но время обед, – нерешительно произнесла в ответ, не до конца веря в своё счастье.

– Иди уже! – махнул рукой на меня и щёлкнул блокировкой телефона. Мир вокруг него перестал существовать. Герман что–то листал, увеличивал и хмурил брови. Есть предположение, что он смотрел фотографии. Даже нет, досконально что–то изучал… Занося заметки в блокнот.

– Спасибо, – благодарно кивнула и схватила телефон. Сил ехать на общественном транспорте в таком внешнем виде не было никаких, поэтому нашла телефон Димы. – Алло, занят?

– Привет, только вернулся с работы, – бодро ответил друг. Наконец–то, хоть кто–то рад моему звонку.

– Дим, забери меня домой! – протянула устало, украдкой сцеживая зевок. Так, чтобы босс не видел.

– Через десять минут буду, адрес скинь, – всегда он так. Десять минут и неважно, где нахожусь. Хотя, с другой стороны, не помню, чтобы он опаздывал на встречи.

– Смс пришлю, – радостно отрапортовала в ответ и заходя в сообщения, принялась выбивать адрес отделения.

Чувство дискомфорта появилось совершенно внезапно. А подняв глаза вверх, поняла даже почему. Герман стоял у моего стола, нависая надо мной, как чёрная грозовая туча. Маленькая столешница не является для него весомой преградой и от этого сделалось жутко.

– Герман Натанович, вы чего? – пискнула в ответ, так и не нажав кнопку отправить. Палец завис в воздухе, а кислород от напряжения перестал поступать в лёгкие.

– Я сам отвезу тебя! – руки от столешницы он отрывал с огромным усилием и плотно сжатыми челюстями. Что на него нашло?

– Не стоит. За мной друг приедет, – аккуратно отказалась от такого сопровождения. Находиться с ним в одной машине не охота. У него вид маньяка в подворотне.

– Не спорь, – но стоило только ему двинуться в сторону серого, неприметного шкафа, как дверь в кабинет без стука открылась.

– Герман, там Васильич лютует и требует тебя на ковёр, – дежурный, видимо, сменился. Этого парня я видела впервые, а значит, и он меня. Иначе вряд ли бы он стал так мило улыбаться мне.

– Чёрт! – тихо выругался и, бросив куртку на ближайший стул, вышел из кабинета. Даже не попрощался!

Думаю, ждать его бессмысленно. Если начальство лютует, то освободиться, чтобы проводить нерадивую практикантку вряд ли получится. И смело разблокировав телефон, нажала кнопку отправить сообщение. Осталось только куртку и сумку взять, чтобы уже мчаться.

– Я внизу, – ответив не глядя на звонок, узнала голос Димы. Блин, и надо было решить в туалет перед дорогой заглянуть. Теперь другу придётся подождать. И дежурный, словно специально, решил проверить выданный Германом листочек, удостоверяющий легальность моего нахождения в отделении.

– Дим, бегу, – запыхавшись и, сдувая выбившуюся прядь, произнесла в ответ и отключилась. Ещё чуть–чуть и я на долгожданной свободе.

Машину друга заметила сразу. Он припарковался возле главного входа, что облегчило мне жизнь. С ужасом представила, как сейчас буду бегать по огромной парковке в поисках нужного авто.

– Привет! – на лице парня заиграла широкая улыбка. – Как оно, твоё ничего?

– Привет! – устало выдохнула в ответ. А потом перевела взгляд на парня. Сегодня он был даже с причёской. Обычно всклокоченные волосы лежали ровно. На парне красовалась белая рубашка, что оттеняла достаточно загорелую кожу. Рукава, правда, как всегда, закатаны до локтя! – Ты на свидание, что ли намылился?

– Ревнуешь? – снова широкая улыбка озарила лицо и хмурый день стал чуточку светлее.

– Радуюсь, дурень! Давно пора было найти подругу, – беззаботно махнула рукой, смотря в окно. Все мысли были сейчас в деле, которое с барской руки, выделил мне Герман.

– В магазин надо? – всю весёлость парня сняло как рукой. Интересно, может, обидела своим высказыванием? Так там вроде не на что… Ходит один вечно, подружек одноразовых меняет.

– Нет, домой, – блаженно улыбнулась в ответ, решив не заморачиваться резкими переменами настроения парня. К тому же желудок грела мысль о полном холодильнике еды.

– Как скажешь, – сухо бросил в ответ и завёл машину. А когда уже отъезжали, заметила, как из отделения в одной рубашке выбежал Герман. Чего это он?

– Как дела на работе? – поинтересовалась из вежливости. Дима может часа говорить про неё. Вот что значит, когда человек влюблён в своё дело.

– Неплохо, – мда… Видимо, сильно обидела!

– Я что–то не так сказала? – разбираться в чужих заморочках сейчас хотелось меньше всего. И если бы на его месте был кто–то другой, я бы просто плюнула. Но это же Димка…

– Всё нормально! Вспомнил, что забыл кое–что сделать, – скорость начала увеличиваться, а мне открывались такие пути, о которых я даже не слышала. Дворами Дима доставил меня к дому за пять минут.

– Точно всё хорошо? – решила ещё раз уточнить, когда машина остановилась, а водитель повернулся ко мне лицом.

– Иди, – он кивком указал на выход. Ну не больно–то и хотелось…

Глава 8. Шокирующие подробности личной жизни босса

Зайдя в квартиру, бросила сумку на пол. Совершенно не понимаю этих мужчин. И чего им надо? Тоже не понимаю! Зла никакого не хватает… Скинув обувь, повесила куртку на крючок и вздрогнула. По квартире разлетелся нетерпеливый звонок. Кто–то просто вжал кнопку и, кажется, отпускать не собирался.

– Кто там? – посмотрев в глазок, ничего не увидела. Незваный гость то ли специально, то ли случайно закрыл обзор.

– Это я, – с той стороны раздался приглушённый голос Германа. Мы же только недавно расстались. Что–то случилось? Начальник недоволен мной? Так, я я ничего не делала, чтобы высказывать претензии…

– Что случилось? – лязгнула замком на двери, пропуская внутрь босса. Волосы его торчали в разные стороны, глаза покраснели, а ноздри широко раздувались. Словно он пытался втянуть как можно больше воздуха. Может, заболел?

– Ничего, – зло рыкнул в ответ и торопливо, не снимая обуви, прошёл на кухню. Происходящее стала мало понимать… От слова совсем! Мужчина выглядел не очень адекватным.

– Может вызвать скорую? – аккуратно спросила. Внимательно оглядывая его на предмет изменений, заметила, что грудь стала вздыматься чаще.

– Прекрати говорить, – стакан полетел в стенку. Хорошо, что в противоположную от меня.

– Герман… – ошарашено, глядя на мужчину, воскликнула возмущённо. – Это что сейчас такое было?

– Уйди! – сквозь стиснутые зубы выдавил в ответ начальник. Всё его тело сотрясалось мелкой дрожью. Словно его лихорадило от сильной температуры.

– Это моя квартира и я никуда не уйду! – из собственной квартиры меня выгоняли впервые. – Ты себя нормально чувствуешь?

– Скройся! – зло выдохнул мужчина, а после бросив на меня взгляд, выругался и подошёл ближе. Буквально вжимая в стенку своим массивным телом. – Ещё раз увижу тебя с ним – уничтожу!

– Что ты себе позволяешь? – теперь пришла моя очередь зло шипеть и, кажется, я его этим только разозлила. Теперь он не дрожал, но его лицо стало неуловимо меняться. – Герман, что происходит?

– Моя! – это больше мало походило на человеческий голос. Скорее выглядело как звериный рык. Да и вёл он себя словно хищник, который вышел на охоту. Мужчина склонил голову так, что лица его больше не видела. Зато руки на талии чувствовала отчётливо. Они до боли сжимали.

– Герман, – выдохнула тихо, практически на ухо. – Мне больно!

– Тише, – втягивая носом воздух всё чаще, протянул в ответ. – Дай мне минуту!

Решив, что стоит дать ему успокоиться, перестала стараться оттолкнуть в сторону. Наоборот, немного расслабилась. Угрозу от мужчины не чувствовала, хоть и выглядел он не очень адекватно. Но стоило только расслабиться, как в голову полезли непрошеные мысли.

Руки Германа очень даже удобно лежат на талии и совсем не больно. Близость начала пьянить так, что разум дурманился. А губы… губы начало нещадно колоть. Я хочу, чтобы он меня поцеловал? Да! Хочу, чтобы коснулся моих губ своими… Иначе зачем я инстинктивно повернула голову так, что остались считаные миллиметры от желаемого?

– Чёрт! Маша, – вопреки ожиданиям, Герман оттолкнулся от меня, как от прокажённой.

– Ты чего? – голос вышел хриплым, а лицо залил румянец. Дура! О чём только думала…

– Мне надо в ванну, – несмотря на меня, побрёл в нужном направлении. Но дойти до двери не успел. Упал на пол. Тело выгнулось дугой и прямо на моих глазах на открытых участках тела стала пробиваться серая, густая шерсть.

– Герман! – сиплым от страха голосом прошептала, желая привлечь внимание мужчины.

Лучше бы я этого не делала! Всего секунда и на меня смотрят жёлтые глаза серого волка. Мамочки! В моей квартире настоящий волк?! Бред! Наверное, во вчерашнем пакете с едой было что–то запрещённое. Посмотрев на свой глюк, с удивлением поняла, что глюк посмотрел на меня.

И что самое неожиданное, внимательно смотря в мои глаза, стал медленно опускаться на пол. Он устал и хочет полежать? Или он пригибается, чтобы прыгнуть и слопать меня? Мамочка! А когда волк высунул свой красный язык и облизнулся, моя психика не выдержала совсем… Сознание решило, что пускай нас кушают лучше в бессознательном состоянии. Убежать от зверя в маленькой квартире невозможно. Хорошо, что моё сознание заволокло тьмой, унося подальше от реального мира.

POV. Герман

– Герман, там Васильич лютует и требует тебя на ковёр, – как не вовремя.

О чём может лютовать начальство? О том, что у нас снова на районе ЧП и нет никаких зацепок. Дело пахнет очередным висяком. А тут я ещё не могу сосредоточиться на работе. Маленькая стерва то и дело показывает зубки! Взяла и сказала парням, что через месяц свадьба… И это там, где в отделе половина оборотней… Половина! Да здесь каждый второй чует моё желание побыть с ней наедине.

– Чёрт! – тихо выругался и со зла бросил ветровку, которую успел схватить с вешалки на стул, двинулся в кабинет начальника.

Коллеги чувствовали, что сейчас меня лучше не трогать. Просто при моём приближении расступались в стороны. А я не понимал, что такого могло случиться со мной? Что за странные реакции? Отчего беснуется волк внутри?

– Где Герман? – уже на подходе к кабинету, услышал крик начальства. Ну всё, сейчас начнётся настоящая головомойка!

– Я здесь, – решительно толкнул дверь, проходя в кабинет начальства без стука. Всегда так делал, чтобы он вызверился, окончательно и быстро высказав претензии, отправил на все четыре стороны. Именно это сейчас мне и нужно!

– Цветочек, ты в край обнаглел? – взревел хуже голодного волка Анатолий и подпрыгнул со своего места. – Почему улик нет? Где ты всё время пропадаешь? Этим делом уже заинтересовались журналисты и, что ещё хуже, начальство сверху!

– Я полностью погружен в дело, – раньше за себя краснеть не приходилось. Но то было раньше… Теперь я не мог объяснить начальству, что волк внутри требует постоянного присутствия в нашей жизни практикантки.

– Что ты мне лапшу на уши вешаешь? Ваш отдел уже столько её накидал, что не помещается! – для выражения искреннего негодования нашим отделом, он ударил по столу кулаком. Для человека получилось довольно сильно. Органайзер и документы на столе слегка подпрыгнули.

– Я… – договорить не успел. На весь кабинет огласился душераздирающий звук входящего звонка. Мысленно выругавшись ещё раз, вытащил телефон, краем глаза замечая, что звонит Стас. – Извините, срочный звонок!

– Герман, она уехала с кем–то, – от услышанного зубы заскрипели друг о друга. Да что она творит?

Плюнув на все душещипательные речи начальства, побежал на выход. И застал как раз тот момент, когда её машина отъезжала. За рулём, наверное, тот самый загадочный Дима. Хлопнув по карману брюк, нащупал ключи от машины. Просто чудесно! Не отдавая отчёт тому, что творю, быстрым шагом преодолел расстояние до припаркованной недалеко машины. Рабочий телефон в кармане разрывался и орал как сумасшедший. А я уже завёл машину и гнал к дому несносной девчонки.

Доехав до дома, в котором живёт Маша, не увидел машины, на которой она уехала с ним. Это не могло не радовать! Хотя, с другой стороны, они могли поехать к нему. Эта мысль выстрелила в мозг, лишая остатков разума. На одних инстинктах поднялся к ней на этаж и до упора нажал кнопку звонка. Убрать палец было смерти подобно… А вдруг с той стороны встретит глухая тишина?

– Кто там? – раздался слегка напуганный голос девчонки. Из сердца словно иголку вытащили. Дома!

– Это я, – обрадованно произнёс в ответ. На той стороне послышался лязг дверного замка, который устанавливал сам.

– Что случилось? – маша выглядела встревоженно. Ещё бы! На пороге дома стоит злой начальник и не совсем адекватно себя ведёт. Но стоило только подумать о причине моего поведения, как волк внутри тут же оскалил пасть внутри… Огрызнулся! Запах чужака…

– Ничего, – зло рыкнул в ответ и торопливо, не снимая обуви, прошёл на кухню.

– Может вызвать скорую? – девушка старалась разговаривать со мной, как с маленьким ребёнком, что ещё больше выводило меня из себя. Голос звучал до того тихо и мягко, что начал чувствовать себя грёбаным психом… И этот запах!

– Прекрати говорить, – стакан полетел в стенку. Знаю, что пугаю… Но ей стоит держаться от меня подальше. Уже чувствую знакомую ломоту во всём теле. Оборот! И как поведёт себя волк, даже предположить не могу.

– Герман… – широко распахнутые голубые глаза не давали трезво думать и оценивать ситуацию. – Это что сейчас такое было?

– Уйди! – сквозь стиснутые зубы выдавил в ответ. Неужели не видит, что я неадекватный сейчас? Ко всем симптомам прибавилась ещё и мелкая дрожь. Твою мать!

– Это моя квартира и я никуда не уйду! – вот упрямая ослица. Почему её чувство сохранения напрочь отбито? – Ты себя нормально чувствуешь?

– Скройся! – зло выдохнул, а после выругался сквозь зубы и подошёл ближе. Буквально вжимая в стенку девичье тело. Хочу её чувствовать… Звериные повадки берут верх над разумом и это отвратительный знак. – Ещё раз увижу тебя с ним – уничтожу!

– Что ты себе позволяешь? – она сжала кулачки и попробовала решительно отпихнуть меня в сторону, при этом ещё и шипеть не хуже змеи успевала. – Герман, что происходит?

– Моя! – это говорил не я. Это идёт изнутри. Что со мной? Почему волк на ней помешался?

– Герман, – слова девушки пролетали мимо. Уткнувшись носом в её волосы, вдыхал запах и бормотал что–то бессвязное под нос. – Мне больно!

– Тише, – втягивая носом воздух всё чаще, протянул в ответ. – Дай мне минуту!

В какой–то момент девушка расслабилась и наступила тишина. Я упоительно втягивал её запах. Зверь начал успокаиваться. Словно стал немного тише и уже не рвал грудь ради свободы. Но, неожиданно, всё поменялось. Девушка начала чаще и тяжелее дышать. Голову слегка повернула так, что наши губы почти соприкасались в поцелуе. И запах изменился…Её желание! Вот…

– Чёрт! Маша, – я оттолкнулся от неё. Что она творит?!

– Ты чего? – её голос был хриплым, а лицо залил румянец. Это смерти подобно! Ещё только звук и я не сдержусь…

– Мне надо в ванну, – нужно скрыться. Разорвать контакт с ней. Успокоиться! Но сделав пару шагов, понял, что не успеваю. Волк слишком остро отреагировал на разлуку, решая взять всё в свои лапы. Резкая боль скрутила возле желанных дверей и кости начало нещадно ломать. Беги, Маша!

POV. Маша

В себя приходила очень тяжело. Тело затекло от неудобной позы. К тому же кровать до ужаса жёсткая. Даже диван в отделе у Германа и то мягче будет. Опять, что ли, уснула на работе? Да нет! Точно домой уходила… Решив не гадать, начала открывать глаза. Они плохо поддавались давлению с моей стороны и предпочитали держаться закрытыми.

– Р–р–р–р! – прямо над ухом раздалось утробное рычание, а за этим сразу по щеке прошёлся шершавый язык. Мамочки!

– Хоть бы это был шпиц! – воспоминания сразу же услужливо подпихнули мне момент преображения Германа в огромного и страшного волка. Услышав мою малодушную просьбу, зверь презрительно фыркнул, обдавая лицо тёплым дыханием. – Только не ешь меня, ладно?

Зачем я разговариваю со зверем, ума не приложу. Наверное, момент с тем, что в это превратился Герман, играл свою роль. Глаза пришлось всё же открыть и… завизжать! Прямо надо мной склонилась серая морда волка и активно облизывала мне щеку. Теперь стало понятно, что до кровати просто дойти я не смогла. Мой первый обморок случился не как в книгах…

– Герман? – робко спросила у животного, когда мой же ультразвук сошёл на нет. Волк, кстати, предпочёл отпрыгнуть от меня на почтительное расстояние и при этом потряс ушастой мордой. – Прости!

Мне показалось, что он меня понимает и даже увлечённо смотрит на дальнейшую реакцию. Хм… может, Герман не станет меня есть? В ответ на мои мысли, словно он их смог прочитать, волк начал бить активно хвостом по полу. Тааак… это они так радость хозяину выказывают или раздражение оттого, что еда слишком строптивая оказалась?!

– Ты же знаешь, я невкусная? – доверительным тоном спросила у волка. Тот в ответ склонил голову набок. Точно меня понимает… С ума сойти можно! – Ты можешь вернуться? С человеком мне разговаривать в разы комфортнее.

Волк помотал мохнатой головой и улёгся на пол, подложив массивные лапы под голову. И что мне теперь делать? Пошевелиться даже боюсь! Видел бы кто–нибудь сейчас меня… Лежу на полу, в неудобной позе, а напротив меня огромный волк! Смех сорвался с губ против воли. Герман, видимо решив, что я сошла с ума, недовольно стреканул ушами и отвернулся в другую сторону.

– Стыдно да? – продолжая смеяться, спросила у него. – Ты голодный?

На этот вопрос волк уже заинтересовано развернулся обратно в мою сторону, а я вздрогнула. Вдруг он решит, что на ужин я предлагаю себя любимую?

– У меня есть котлетки и супчик, – поспешила добавить к вышесказанному предложению. Герман обречённо помотал головой и, поднявшись на лапы, направился в спальню. А там–то он чего забыл?! – Ты куда?

Зверь не обратил на меня никакого внимания ровным счётом. А зайдя внутрь спальни, ударил массивной лапой по двери. С громким хлопком закрылась. А я решила, что это мой шанс скрыться в более безопасное место. Туда, где есть хоть какое–то оружие. А может, вызвать полицию или скорую? Мысли со скоростью света крутились в голове, а я совершенно не знала, что делать дальше.

Первое, чем решила заняться, это уверенно подняться на ноги и добраться до кухни. Там безопаснее всего и есть ещё одна дверь. Но ноги плохо слушались, а руки и вовсе дрожали как у заядлого алкоголика. Жалкое зрелище! Хорошо, что идти не очень далеко…

С трудом, при помощи стенки и врождённой удачливости, не иначе, преодолела разделяющее расстояние, с облегчением захлопнула дверь, закрывая последнюю на шпингалет. Знаю! Защита из этого так себе… Но ведь здесь есть где–то нож…

Через пятнадцать минут гробовой тишины, когда я уже решила, что волк ушел в окно, в дверь кухни легонько поскреблись. Сначала вздрогнула, а потом зажала себе рот, чтобы не завизжать. Шок начал проходить и теперь на его место прочно садилась истерика, накрывая заботливым крылом.

– Маш, – с той стороны двери раздался хриплый мужской голос. – Давай поговорим!

– Герман? – сначала удивилась. А потом поняла, чего, собственно, я удивляюсь… Как в волка превратился, так и обратно, наверное, может! Что же я как все книги не читала фэнтези. Сейчас бы всё знала о том, как действовать в подобного рода ситуациях.

– Это я! – голос звучал виновато, без прежних угрожающих ноток. Он не требовал, просто прощупывал почву, чтобы не спугнуть.

– Уходи, – зажмурив до боли глаза и прижав к груди нож, попросила тихо. Лучше сейчас мне побыть одной.

– Не могу, – тяжёлый вздох с той стороны двери, и она жалобно скрипнула в ответ. Нет! Он не пытался её выбить, просто опустился на пол с той стороны, использовав дверь как опору.

– Почему? – выждав пару минут для верности, вдруг сам решит сказать, спросила. Видимо, он всё–таки хотел вытащить меня на разговор.

– На мне одежда порвалась, – со смешком произнёс мужчина. А до меня не сразу дошёл смысл произнесённой им фразы. Одежда порвалась… Так он что там, совсем голый?

– Совсем–совсем порвалась? – с затаённой надеждой в голосе спросила в ответ. Все вещи мужа я удачно выкинула или отдала ему.

– В клочья, – разрушил мои надежды в прах. – Ты можешь мне помочь?

– Как? – конечно, в ответ на тихую просьбу хотелось закричать нет, но тогда он очень долго не сможет покинуть мою квартиру. Боже! Подожди истерика, сейчас пришло время уступить место здравому смыслу!

– У меня в машине есть спортивный костюм. В пакете, в багажнике, – уже с большим энтузиазмом проговорил Герман.

– Ты точно человек? – поднимаясь с пола, уточнила на всякий случай.

– Сейчас да, а в общем плане нет. Давай поговорим? – снова этот тон, словно это я сумасшедшая, а не он в волков превращается.

– Я не готова! – поспешила произнести в ответ и силой воли, разогнув затёкшие пальцы, положила нож в раковину. Фух! Теперь самое сложное… Встретиться лицом к лицу со своим страхом. – Отойди подальше от двери.

– Уже отошёл, – голос звучал глуше, чем до этого. Значит, он и правда увеличил расстояние, между нами.

Ещё раз сосчитав до десяти, пошла к двери. Аккуратно приоткрыв её, сначала взглянула наружу и чуть не упала в ещё один обморок. Герман стоял в моём халате на запах, ядовито–розового цвета. Длина текстильного изделия достигала ему до середины бедра. Герман стоял и руками пытался увеличить эту самую длину. В целом получилась картина «девица на выданье».

– Не смейся! – предупредительно попросил мужчина, но было поздно. Сначала легонько прыснула в кулак, а потом и вовсе засмеялась в голос.

– Не буду, – бессовестно соврала в ответ, продолжая заливаться. – Розовый тебе идёт!

– Никому не рассказывай! – получилось это весьма угрожающе. Но разве можно бояться мужчину в розовом халате. Поэтому решительно достала телефон и включила камеру. Вот тебе! В отместку за мою поруганную нервную систему…

– Не расскажу, – уверенно пятясь к входной двери, произнесла в ответ. Эмоции держать под контролем не удавалось. То и дело скатывалась к смеху. Герман же сдержал своё обещание и, несмотря на провокации, остался стоять на своём месте. Но скрип зубов слышала слишком отчётливо.

Вниз бежала, перепрыгивая через ступеньки и вся ситуация перестала казаться такой уж невозможно страшной. Необъяснимой, да! Но уверена, Герман сможет растолковать, как так вышло, что он и зверь, и человек. Задумавшись о своём, о женском, толкнула дверь со всей силы. Её давно стало немного заедать, поэтому, надо было много каши кушать, чтобы её открыть. Но в этот раз она на удивление легко подалась. Правда, сразу после этого послышался отборный мат… Ругались жутко знакомым голосом!

– Виктор? – выйдя на крыльцо, увидела бывшего мужа, сидящего на пятой точке и зажимающего рукой нос. – Что ты здесь делаешь?

– Пришёл поговорить, – прогнусавил супружник. Странно, что в этот раз он не орал, а говорил спокойно, хотя я его знатно покалечила. И ведь надо же было припереться именно сейчас. – Приходил утром, но тебя не было дома. Где ты была?

– Разве я обязана отвечать на твой вопрос? – желание помочь бывшему отпало сразу, как только он открыл рот. Это талант надо иметь, чтобы вот так, с полуоборота начинать выбешивать людей.

– Нет, что ты! – он взмахнул свободной рукой. Правда, в ней находился букет. И уже довольно потрёпанного вида.

– Прекрасно! Тогда я пошла, тороплюсь, – широко улыбнулась в ответ и двинула к машине Германа, только сейчас соображая, что она всего скорее стоит на сигнализации. Твою же!

– Маш, ключи забыла! – с ужасом подняв глаза в том направлении, откуда доносился мужской голос, увидела Германа. Это чудо вышло в розовом халате, прямо на балкон и широко мне улыбалось.

– Что, правда? – ехидно уточнила в ответ и повернулась снова к машине, намеренно игнорируя Витю.

– Маша, так ты правда с ним? – ошарашенно выговорил бывший сожитель, грозно наступая в мою сторону. Но я–то знаю, что при возможных свидетелях он точно ничего мне не сделает. Слишком труслив…

– Эй! Здесь стоит ещё один горшок с цветком. И кидаю я намного лучше Маши. По касательной не пройдёт – десяточку выбью! – ответить не успела. Глас с балкона перебил все мысли.

Мой мир никогда не будет прежним, ибо воображение немедленно нарисовало мне картину Германа в розовом халате с цветочным горшком на изготовке. Ой мамочки, не могу!

– Думаешь, я боюсь тебя? – пока я смеялась, конфликт между делом нарастал. Витя в этот раз решил включить мужика и хорохориться. Но выглядел ещё хуже, если бы просто решил промолчать или уйти.

– Да я заметил, что ты бесстрашный, когда к медсестре на стойке подкатывал, – теперь пришла очередь Германа смеяться. А я сделала круглые глаза, смотря уже с другой стороны на мужчину, с которым прожила бок о бок.

– Цербер? Серьёзно? – теперь понятно, почему она бегала по улице, помощь искала.

– Маша! Он всё врёт! – вот и старые песни о главном подоспели. Где–то уже слышала это… И не один раз! Фу!

– Вить, мне всё равно! – на меня вдруг навалилась усталость, и я прошествовала к машине в поиске сумки с вещами. Всё–таки стресс брал своё. Нужен срочный отдых и полная перезагрузка. А ещё, из–за последних новостей нестерпимо захотелось помыться.

– Куда ты пошла?! – Витя схватил меня за руку, до боли сжав запястье. От неожиданности вскрикнула и по инерции пролетела к нему в распахнутые объятия.

– Руки от неё убери! – раздражённый и очень злой голос Германа, раздался рядом со спиной бывшего мужа. Как он так быстро оказался здесь? С балкона спрыгнул?

– Как ты здесь оказался? – ошарашенный вид был не только у меня.

А босс в это время грозно сжал кулаки и двинулся в сторону нас. То ли Виктор совсем страх потерял, то ли испугался ещё сильнее, но моё тело прижал вплотную к себе. Глаза Германа полыхнули уже знакомым жёлтым цветом, а верхняя губа приподнялась в оскале. Да он настоящий зверь! И повадки всё как у хищника…

– Тебя сейчас это должно волновать в последнюю очередь! Руки от неё убери, – с рычащими нотками повторил свою просьбу Герман, сверля взглядом мужа.

– Забирай! – после секундного молчания, Виктор толкнул меня в сторону моего спасителя и бегом скрылся в противоположной стороне. Ничего себе! Даже не знала, что он так бегать умеет…

– Как ты? – Герман аккуратно прижимал меня к себе. Он не дал свалиться на землю, ловко подхватив одной рукой, словно ничего не весила. А вот вторая рука присоединилась позднее. Прошлась от плеча до локтя, вызывая табун мурашек.

– Нормально, – поняв, что слишком задержалась в его объятиях, постаралась высвободиться, хотя с удовольствием ещё бы осталась. Хоть чуть–чуть…А он, словно прочитав мои мысли, наоборот, сильнее прижал к себе.

– Герман… Натанович, а вы мысли не умеете читать? – отчего–то голос опустился до шёпота. Я внимательно смотрела в глаза и пыталась понять, что он ответит.

– Нет, Маш! Мысли я не читаю… У меня два недостатка имеется, – в глазах плясали смешинки, словно его веселит эта ситуация. А я сделала себе заметку о чтении мыслей. Совсем в сторону отбрасывать её не стоит!

– Какие? – своим ответом разбудил во мне любопытство. Странно, что рядом с ним не хотелось впасть в депрессию. Наоборот, умиротворение и спокойствие… Все чувства противоположны тем, что должны гулять в голове.

– Первый, это то, что иногда я обрастаю шерстью и обзавожусь хвостом, – сделав серьёзное выражение лица, произнёс мужчина и, подхватив на руки, направился в сторону дома.

– Этот я успела заметить. А ты понимаешь меня, когда становишься им? – слегка смущённо задала вопрос и постаралась припомнить, не говорила ли я чего–то глупого.

– Понимаю, но ответить не могу, – он спокойно шагал, не чувствуя веса, и при этом отвечал на мои вопросы. Идеальный мужчина!

– А второй? – подождав для верности пару минут, спросила в ответ. Надеялась, вдруг сам вспомнит о втором недостатке.

– Ты! – неожиданно произнёс он в ответ, а я поперхнулась воздухом.

– Как это? – в ту же минуту захотелось спрыгнуть с надёжных рук и гордо вскинуть подбородок. Это я–то недостаток?!

– Именно. Проблемная, – заметив мой воинственный настрой снова широко улыбнулся. А я хотела возмутиться, но была прервана голосом соседки.

– Люди добрые! Срамота–то какая… Посреди бела дня! – она начала голосить на ультразвуке, чтобы все соседи вокруг наверняка услышали эти визгливые завывания. Но прищурившись и рассмотрев внимательно моего спутника, громкость убавила и уже елейным голосом произнесла. – Ой! Надо же так, а… Не признала, голубь сизокрылый. Думала, Машку твою воруют… А ты тут сам орудуешь!

Глава 9. Хвост, зубы и… ревность!

Домой мы зашли всё в том же положении и составе. Герман нёс меня на плече, я смиренно болталась вниз головой. За время дороги не проронили ни слова. Только слушали причитания соседки. Та всё никак не могла успокоиться и шла следом за нами, что–то про срамоту, бурча под нос. Но я–то видела, как то и дело она стреляла глазками на широкую мужскую спину и хихикала.

– Давай спокойно поговорим, – Герман поставил меня на ноги и аккуратно поддержал за плечи, когда я покачнулась в сторону.

– Давай, – согласно кивнула в ответ и опустив глаза, только сейчас заметила сумку, что болталась у меня в руках. Точно! – Держи!

– Эм… спасибо! – с заминкой проговорил человек–волк и, забрав протянутую ношу, кинул на пол. – Думаю, что полчаса разговора ты переживёшь видеть меня в розовом халате.

– Вполне, – усмехнулась в ответ, отводя взгляд в сторону. Теперь, когда он рядом, мне не было так смешно. Халат на нём растянулся и не закрывал половину груди. Как он может, даже в таком нелепом наряде выглядеть таким… красивым, что ли?

– … просто природная особенность, – уловив, что мужчина уже что–то долго мне объясняет, кивнула в ответ. А сама снова покраснела. Ведь из всей его речи смогла услышать только последние слова. Всё остальное время я смотрела на его полуголый торс.

– Поняла, – только не поняла, что конкретно. Чёрт! Надо взять себя в руки. Ты чужая жена, пока ещё! Он мой босс. Куратор… И не самый лучший. Работу настоящую мне не даёт, перед соседями выставляет не в лучшем свете. Часто грубит и подначивает. Наглый и… превращается в волка!

– Ты меня слушаешь? – он присел на край кухонного диванчика и устало потёр переносицу. – Мне важно, чтобы ты сейчас меня поняла и не шарахалась при каждом удобном случае. Что ты слышала из всей моей речи?

– Природная особенность, – мне стало стыдно, что он распинается, а я всё никак не могу сосредоточиться на его словах.

– И всё? – смущённо кивнула и мысленно надавала себе оплеух. Всё! Сейчас ни на что не отвлекусь.

– Я готова послушать ещё раз, – когда от него не донеслось и звука, начала нервничать. Он смотрел в мою сторону потемневшим, как ночь, взглядом. Не шевелился, только мышцы напряглись. Словно он силой воли заставлял себя не сорваться. Остаться сидеть на месте.

– Да, это природная особенность. Про таких, как я в книгах пишут – оборотень. Человек, превращающийся в зверя. Только единственная поправка, к полнолунию это никак не привязано. Пару лет назад я получил травму и больше не слышал и не видел моего волка до сегодняшнего дня. Точне, слышать начал раньше, а увидел только сегодня. Понимаешь? – он внимательно посмотрел в мои глаза и дождался ответ.

– Да, понимаю, – согласно покивала и снова одёрнула себя, стараясь не уйти в пространственные размышления, покидая реальность. – А что за травма была?

– Ранение, – морщинки начали разглаживаться. – Рядом с тобой я испытываю разного рода эмоции и волк на них реагирует. Поэтому, чтобы восстановиться, мне необходимо быть как можно ближе к тебе. Пустишь пожить?

– Что? – от резкого перехода с рассказа к вопросу, немного потерялась. – Нет!

– Жестокая женщина, – он покачал головой и немного её склонил, скрывая улыбку. – Так и знал, что бросишь в беде бедного, одинокого волка! Кстати, блох нет, не линяю, не кусаюсь. Человеческую речь и просьбы понимаю во всех обличиях. Пустишь?

– Для тебя это настолько важно? – отчего–то сомнения закрались в голову. Ведь он ничего не сделал мне плохого. Всегда защищает. Помогает… А я? В таком важном для него деле отказываю…

– Ты не представляешь насколько, – и посмотрел в глаза. Проникновенно и с каким–то невообразимым сожалением. Столько было боли, мольбы…

– Хорошо, – устало выдохнула и тоже опустилась на стул. Знаю, что через пару минут пожалею о сказанном. Что возможно это самая большая ошибка в моей жизни, но он ни разу не оставил меня в беде! Так как могу сделать это я?

– Серьёзно? – он нахмурил брови. Видимо, его, как и меня смущает моё согласие. Ищет подвох? Так его нет!

– Вполне! Но спать будешь в дальней комнате. Не распускать руки, лапы и хвосты. Зубы не скалить, – перечисляя, загибала пальцы. – И не кусать меня!

– А если нежно? – мурлыкнул волк, словно он какой–то кот. Глаза при этом сделались хитрые и довольные.

– Вылетишь, как пробка из бутылки! – сдвинув брови, проговорила как можно строже. Мне ещё не хватало с ним бодаться каждый день. Хочу жить спокойно. Но пока мне это только снится…

– Понял, принял! – на его губах разъехалась широкая улыбка и, Герман поднялся со своего места, подхватывая сумку в коридоре. – Пойду разберу вещи!

– Давай, – ответила без задней мысли, а когда до меня дошло, возмущённо поднялась. – Ты что, приехал ко мне с вещами? Знал, что я соглашусь?

– Нет, они всегда лежат в машине, – он удивлённо вскинул брови, а я себя обругала. Надо ведь так, а… Решила, что он всё специально подстроил. Тоже мне, возомнила себя центром вселенной. И уже хотела сесть обратно, но услышала его дополнение к ранее сказанной фразе. – С тех пор как познакомился с тобой.

– Вот гад хвостатый! – выругавшись себе под нос, решила не акцентировать внимание на его словах. Он просто любит ставить меня в неловкое положение, вот и говорит всякую ерунду.

Пока успокаивала себя и свою совесть, услышала вибрацию телефона. Мне звонила любимая свекровь. Всегда, когда её имя высвечивается на экране, меня начинает бомбить.

– Алло, – произнесла, предварительно нажав на зелёную кнопочку.

– Здравствуй! – на том конце провода послышался ледяной голос бывшей родственницы. – Где мой Витюша?

– А я откуда знаю! – она и раньше так звонила. Постоянно спрашивая о месте нахождения мужа. А когда я говорила, что не знаю, всегда пускалась в нотации на тему: «Да что же ты за жена такая, раз муж неизвестно, где ходит!». И её не интересовало то, что я оставляла его дома, когда собиралась на работу.

– Как всегда… Ничего не меняется! Хорошо, что Витя решил развестись с тобой, – констатация факта, нечто иное. А я чуть воздухом не подавилась…

– Витя решил? – возмущение поднимало голову и грозило вылиться бурным набором нецензурных слов. Ничего, что он недавно стоял и предлагал простить мне мою измену… Клоун!

– Именно! – невозмутимо произнесла в ответ мать и после прокашлявшись добавила. – Просто он не знал, как от тебя лучше избавиться.

– Серьёзно? Так он с блондинкой в кровати мне намёки отправлял на развод? Как я сразу не сообразила! – язвительно произнесла в ответ и хотела сбросить вызов, но мать снова начала говорить, отчего моя челюсть падала всё ниже и ниже.

– Предлагаю квартиру поделить пополам. Тебе остаётся жилплощадь, а Витюше ты выплачиваешь половину суммы от стоимости квартиры, – она точно в светлом уме и твёрдой памяти… С чего бы я должна делить квартиру, которая даже мне–то не принадлежит. Собственность всё ещё бабушкина, хоть она и собирается переоформить всё на меня.

– С какой такой радости я понесу вашему Витюше половину стоимости квартиры? – зло выговорила в ответ, совсем теряя над эмоциями какой–либо контроль. Просто вся эта ситуация неимоверно раздражает.

– Он делал ремонт, содержал тебя, негодяйка! – визгливые нотки полетели мне в трубку, заставляя даже отодвинуть немного аппарат, чтобы не оглохнуть.

– Это когда это? Я работала как проклятая в то время, когда ваш сын домой баб таскал и не собирался никуда устраиваться! – уже прокричала в ответ. Убила бы! Обоих!

– Да я вам денег высылала уйму! Маше надо то, Маше надо это… Хоть бы постыдилась, неблагодарная! – кажется, у нас совершенно разное видение ситуации о совместном проживании с её сыном. Деньги я видела только в самом начале и то, не очень долго. Но потом он и это начал вытягивать из меня обратно, мотивируя тем, что мама дала, но потом решила вернуть.

– Я не видела ваши деньги, спрашивайте с сына! – на этот раз получилось произнести спокойно и отключиться. Больше этот бред слушать не намерена.

По щекам потекли слёзы. Вся ситуация была настолько патовой, что хотелось выть от досады. Интересно, а Герман на луну воет? Стоило только о нём подумать, как мужские ладони опустились на мои плечи, сжимая их.

– Не думай о них, – тихий мужской голос веял силой и уверенностью. Он защитит… Но что будет, когда я ему стану не нужна? Когда он вылечит своего волка и вернёт над ним контроль… Кто будет защищать меня тогда?

– Не думаю, – согласно кивнула в ответ и сделала аккуратный шаг вперёд к плите, разрывая контакт. Его руки, кроме тепла, дарили дрожь. Дрожь во всём теле… В ожидании следующего шага. – Мне нужно в загс!

– Со мной? – смеясь, мужчина деловито отошёл в сторону и сел за стол. Не откажусь от чая. Желательно сладкого и со сладким. Сегодня день отобрал адски много сил.

– Сейчас, – нажала кнопку на чайнике и зашла в поисковик. Интернет спасёт мир… Поскольку поможет найти адрес загса, где мне дадут уже наконец вожделенную свободу!

– Чайник вскипел, – от слов мужчины пришлось встрепенуться. Слишком ушла в свои мысли. То, что мать настолько наглая не давало покоя… Если бы у кого–то на меня был компромат, разве я бы себя так вела?

– Ты с лимоном пьёшь или просто так? – вставая перед полупустым холодильником, задала вопрос. Гостя угостить было решительно нечем.

– Без лимона. Но сахара побольше, если можно, – он сам поднялся с места и прошёл к своей чашке. Взяв в руки ложку, добавил ещё сахара. С ужасом на это смотрела. От такого количества и глаза могут выпасть…

– Ты сам здесь разобрался? Я тогда отойду… Эм... по делам? – оставлять малознакомого мужчину в доме было не привычно. Но это дело времени. Не убьёт же он меня в конце концов!

– Да, конечно! Только нам надо будет обсудить ещё пару моментов, – он слегка сдвинул брови и внимательно всмотрелся в моё лицо. А я… А мне срочно надо подумать наедине. Чтобы мои мысли не обрывали и дали сопоставить весь пазл в одну картинку.

– Завтра, – решительно произнесла в ответ и поспешила в свою комнату. Но по дороге тормознула, напротив свободной. Герману–то спальное место не выделила.

По доброй традиции ещё от моей бабушки, в комнате, которая нежилая, всегда хранился комплект постельного, нового белья. Это на случай когда гости нагрянут с ночёвкой. Раньше я над этим смеялась, а теперь безмерно благодарна.

Постельное бельё, полотенца всё на месте, осталось только развесить всё по местам. И если с последним я справилась быстро, то кровать застелить с первого раза не получалось. Простынь слишком длинная, а я слишком короткая.

Помучавшись минут пятнадцать с непослушными пододеяльником и простынёй, случайно задела вазочку, что стояла на прикроватной тумбе. Ещё от бабушки осталась. Раньше это была её комната. Но вместе с ключами от квартиры она передала мне полное право делать то, что мне очень хочется. Вот только рука на переделку никак не поднималась. А вдруг она решит вернуться и пожить ещё со мной. Я совсем не против.

В вазочке лежали бусинки, которые раскатились по комнате. Но большая часть улетела под кровать. Твою дивизию! И как мне теперь оттуда их доставать? Может веник взять? Но эту идею решила немного отодвинуть в сторону, может удастся собрать руками…

Со вздохом опустилась на колени и посмотрела под кровать. Темно и ничего не видно… Вытащив из заднего кармана брюк телефон, включила на нём фонарик и направила яркий луч прямо в сосредоточение тьмы. Бусинки нашлись моментально, да и достать всё вряд ли получится… К тому же необходимо залезать сюда со шваброй и выгребать пыль. Но вот кроме рассыпанных предметов под кроватью находилась какая–то коробка.

Протянув руку, задела её пальцем. Решив, что это явно хороший знак и я её сто процентов достану, приложила как можно больше усилий. Вытянувшись в струнку, изо всех сил потянулась к коробке и смогла схватить за край. И даже потянуть на себя.

– Что ты здесь делаешь? – голос Германа прозвучал неожиданно. От этого я постаралась резко подняться и стукнулась головой о кровать. Но ,кряхтя и извиваясь, смогла всё–таки освободиться из мрачного плена.

– Воздухом дышу, – буркнула в ответ, заглядывая в найденную коробку. Содержимое, которой вызвало волну негатива. Не может быть…

– Такая злобная, – словно сам с собой разговаривал нежданный сосед. Но мне сейчас было категорически не до него. Я дрожащей рукой отодвинула коробку назад. За спину! – Что прячешь?

– Это личное, – даже душой не покривила. Это действительно личное. В том числе и моё! – Я приведу комнату в порядок и позову вас.

– Понял, – отставив подальше неуместные в данный момент шутки, которые раньше лились из него рекой, Герман вышел из комнаты и прикрыл за собой дверь.

Я достала коробку назад и запустила руку в её содержимое. Кроме некоторых вещей, таких как мои пропавшие год назад золотые серьги и кольцо, там нашла фото. Мои фото! С различных ракурсов и в разных обличиях. Они лежали в аккуратных стопках, перемотанные резиночками, как купюры в банках.

Ещё там нашлись ещё несколько упаковок и это далеко не мои фото. На них разные девушки были как в кровати с мужем, так и с другими мужчинами. Рядом лежала стопка сим–карт и блокнот с номерами телефонов.

– Что это? – фото с омерзением полетели на пол. Я не специально их кинула, нет. Просто руки начали медленно, но, верно, набирать дрожь и расходясь по всему телу. Ощущение того, что твой мир рушиться убивало изнутри.

Фотографии рассыпались веером по полу. Одна девушка сменяла другую. Но всё чаще встречались фото в моей квартире. Это делал Виктор? Но как? Неужели он установил какие–то камеры, по которым фотографировал? Но как же совершенно неизвестные места? Господи, чем он занимался всё это время?

– Маш, – в комнату просунулась голова Германа, а я вскинула испуганный взгляд в ту сторону. – Мне надо уехать.

– Я провожу, – слишком обрадованно произнесла в ответ и резво подскочила со своего места. – На работу?

– Да, – он странно косился в мою сторону и оценивающе смотрел. – Что–то случилось?

– Нет, – натянутая улыбка никак не могла придать мне искренности, но вешать очередной ворох проблем на него не могла. Тем более, показать причину, по которой волосы на голове встают дыбом.

– Поедешь со мной? У нас новые детали по делу, – только сейчас вспомнила, что в сумке лежат те самые документы, которые так старательно клянчила у босса. Щёки залила краска стыда.

– Эм… Можно я останусь, неважно себя чувствую? – он согласно кивнул. Наверное, вид у меня действительно был так себе. Скосив взгляд на настенное зеркало, что висит в коридоре, ужаснулась.

Бледная кожа, красные глаза, как у вампира на последней стадии истощения. Взлохмаченное, воронье гнездо на голове. До чего довела себя, а…

– Хорошо, потом расскажу, что к чему! Отдыхай, – на этих словах он надел ботинок и собрался выйти. Но на пороге неожиданно затормозил и, протянув руку, потрепал по волосам. – Не переживай!

– Хорошо, – снова натянутая улыбка и тысячи предположений в голове, как Виктор смог сделать эти фотографии. И миллион мыслей, как он мог их использовать.

Теперь понятна его тяга вернуться домой. А точнее, попасть в квартиру и забрать свои ценные вещи. Может стоить уничтожить свои фото, а остальное вернуть? Но от этих мыслей озноб прошёл по коже. Если он будет использовать эту информацию против девушек, чем всё обернётся?!

– Думай, Маша! – обнаружив, что стою босая на пороге в полном одиночестве, захлопнула дверь и вернулась в зал.

И только сев на диван сообразила, что одно из фото было сделано как раз напротив него. Я сидела на диване с книгой в руках. Только ракурс был сильно сверху вниз. Значит, камера была где–то на полке над телевизором. Или она там и есть? Подорвавшись со своего места, направилась в нужном направлении. Сейчас мы всё узнаем и запихаем её бывшему мужу в одно причинное место!

Найти камеру оказалось делом непростым. Но спустя полчаса тщательного поиска, нашла маленькую наблюдательницу немного не там, где рассчитывала. Она стояла чуть в стороне, в цветочном горшке, прикрытая раскидистой зелёной листвой.

– Засранец! – злобно воскликнула в ответ, выдирая камеру из укрытия. Положив на пол, ударила по ней пяткой. Раздался характерный хруст. Отлично!

После этого понеслась обратно к коробке. Надо срочно понять, где ещё они расположены в доме. Лучше всего получится определить по фото. Забежав в гостевую комнату, отметила, что обещала Герману подготовить её к его приходу. Но идея с камерами слишком захватила. Мало ли, вдруг этот при… Виктор до сих пор наблюдает и собирает компромат. Особенно если учесть, что одежды на всех фото было крайне мало.

Зайдя в комнату, снова наклонилась под кровать. В спешке, пока шла провожать Германа, решила засунуть коробку на прежнее место. Столько лет стояла не замеченная. Хотя странно, что на время генеральных уборок она пропадала. Вытащив фото, стала внимательно рассматривать возможные варианты нахождения камер. Спальня и ванная. Отлично! Козёл!

Ровно через полчаса ещё одна камера лежала передо мной и подмигивала красной кнопочкой микроскопичного размера. А я в задумчивости кусала губы. В спальне нашла, а вот ванна осталась для меня тёмным пятном. Может, Витя менял её местоположение? То в зале, то в гостиной…

– Алло, – отвлёк звонок мобильного телефона. Не глядя, подняла трубку.

– Вижу, ты кое–что нашла? – на том конце провода раздался голос будущего, бывшего мужа.

– И? – положила камеру на пол, как делала до этого и от души топнула ногой. Характерный звук ломающегося прибора разлетелся по комнате. – Завтра идём подавать заявление на развод!

– Идём, – со смехом произнёс этот ненормальный и отключился. Что ему нужно от меня? Фото всё равно нашла, отдавать их не собираюсь…

Со злости сначала хотела спалить фото, но места не нашла. Не хотелось ещё и пожар развести до кучи. Сложив всё в коробку, понесла под кровать в свою комнату. Аккуратно опустила на пол и задвинула подальше. Герману точно делать здесь нечего.

Так кстати вспомнив про мужчину, хлопнула ладошкой по лбу. Пора начинать прибирать комнату и заправлять кровать. Словно почувствовав, что про него вспомнили, раздался звонок. А на дисплее высветился: «Властный босс»!

– Алло, – ровно произнесла в ответ и замерла в ожидании ответа. Потому что на том конце провода разразился отборные ругательства.

– Извини, – только закончив высказываться витиевато, он обратил внимание на меня. – Давай поужинаем вместе?

– Давай, – сначала хотела отказаться, но вспомнив историю, произошедшую с его волком, со вздохом согласилась. Идти, конечно, не была готова, но ведь обещала ему помочь.

– Не хочешь? – как он тонко слышит моё настроение. Ведь изо всех сил старалась говорить бодро.

– Хочу, а вот готовить не хочу, – с улыбкой и, на этот раз, вполне искренней произнесла в ответ. Этот мужчина действует на меня как самое сильное успокоительное. Особенно если не превращается в волка.

– Отлично! Мне надо как раз с тобой кое–что обсудить, – бодро произнёс босс. – Через часа два. Устроит?

– Без проблем! – согласилась в ответ и добавила. – Как раз успею привести в порядок комнату.

– Договор, – произнеся это, он снова начал на кого–то ругаться и отключился. А я устало села на свою кровать. Когда же эта чёрная полоса сменит курс на белую? Или хотя бы серую…

Глава 10. Разговоры не о чём или разговоры о важном

Чтобы привести комнату Германа в порядок, понадобилось чуть больше часа. Но результат того стоил. Всё блестело чистотой и приятно пахло. О том, что совсем недавно здесь под кроватью хранилась неприятная мерзость, ничего не напоминало. Главное, чтобы таких сюрпризов больше не было…

– Алло, – когда заметила на дисплее телефона пропущенный, набрала его и дождалась ответа. Голос был слегка усталым.

– Ты звонил мне? – неловко было начинать разговор с «властным боссом», но виновата сама. Надо было трубку вовремя брать, а не носиться как угорелая по дому в поисках чистоты и гармонии.

– Да! Хотел сказать, что немного опоздаю, но уложился вовремя и даже немного пораньше. Готов уже выезжать за тобой.

– Так быстро? – растерянно перевела взгляд на часы и отметила, что законные сорок минут у меня ещё имеется. Но, с другой стороны, не на свидание собралась, можно и не краситься. – Меня устроит через пятнадцать минут.

– Хорошо, – услышав только ту информацию, которая ему нужна, он отбил вызов. А я пошла в комнату выбирать максимально нейтральный наряд.

Чтобы не слишком вычурно, но и не повседневно. Что–то лёгкое и в то же время строгое… Боже! Кажется, у меня расстройство центральной нервной системы. Говорят, так бывает, когда долгие годы живёшь в токсичных отношениях.

Отдав предпочтение простым, светло–голубым джинсам, и бежевому свитеру, оправилась на поиски куртки. Делать причёску было тоже лень и, поэтому просто, завязала по дороге волосы в конский хвост. И, натянув куртку и сапоги, вышла из помещения. Лампочки не горели на лестничной площадке… Снова!

– Я приехал, – бодро отрапортовал Герман. – Ты где?

– Да у нас тут лампочка снова потухла. Сейчас я спущусь к тебе по лестнице. Наберись терпения и постарайся не уснуть, пока меня ждёшь.

– Аккуратнее там, – в голосе мужчины скользнуло беспокойство и тут же пропало. А может, мне и вовсе показалось… Да! Всего скорее так и есть на самом деле…

– Хорошо, – покладисто проговорила в ответ и на этот раз, сама первая скинула трубку. Поторопилась вниз. Слава богу, спуск прошёл без особых происшествий. А то с моей везучестью в последнее время, можно было ожидать чего угодно.

– Я уже хотела наряд вызывать, – широко улыбнулся Герман, стоило только появиться моей персоне из подъезда. Он галантно открыл передо мной дверь и пригласил присесть в авто.

– Спасибо, – смущённо опустила глаза, умоляя щёки поскорее выгнать плотно засевший на щеках румянец. Может, я заболела?!

– Куда поедем? – его вопрос застал меня в тупик. Ведь это он звал поужинать вдвоём, а сейчас спрашивает о моём мнении.

– Я не очень хорошо ориентируюсь в подобных заведениях, – неопределённо пожала плечами и оглянулась по сторонам. Словно кто–то остановиться и скажет, что самый вкусный ресторан, где отменно готовят за углом.

– Значит, я могу выбрать на свой вкус? – лукаво улыбнулся в ответ, заводя машину. И в этом его вопросе чувствовался подвох.

– Думаю, сможем обсудить этот вопрос совместно, – компромиссно предложила в ответ и продолжила смотреть в упор на него в ожидании ответа.

– Так нечестно! – воскликнул он и, кажется, нахмурился. Да что опять не так–то?

****

Общими силами, при помощи обсуждений, а точнее сказать, споров, выбрали кафе. Хотя сам Герман настаивал на ресторане. Но идти в такие дорогостоящие заведения с мужчиной, который недавно утверждал, что денег у него осталось с гулькин нос, не хотела.

– Ты чего зависла? – устроившись за столиком, залюбовалась видом за окном. Все здания были как новогодние гирлянды. Перемигивались разноцветными огнями. Этот Новый год снова обещает принести одиночество.

– О Новом годе задумалась, – честно произнесла в ответ то, что в этот момент гуляло в моей голове. – Витя на Новый год всегда уезжал к матери. Он ей был нужнее, чем мне. А я работала! Потому что в новогоднюю ночь платили двойной тариф.

– Ещё снег не лёг на землю, – удивлённо воскликнул мужчина и проследил за моим взглядом.

– И что? Это не обозначает, что не стоит о нём думать… – глубокомысленно произнесла в ответ. Почему–то в голове именно сейчас созрело решение о том, что этот Новый год я проведу с родителями. А лучше с бабушкой в деревне. Там, где меня точно никто не найдёт.

– Наверное, ты права! – он согласно кивнул, а после оторвал взгляд от окна и перевёл на меня. – Я уже не помню, когда последний раз что–то праздновал.

– А чем ты занимался? – это не просто любопытство. Мне интересно узнать его лучше. Я же живу с ним в одной квартире, а до сих пор ничего почти не знаю о нём. Кроме того, где и кем работает. А ещё теперь знаю его маленький секрет.

– Работал, – неопределённо пожал Герман плечами. – Нет ничего важнее работы.

– Серьёзно? – усмехнувшись спросила в ответ и с грустью заметила, что в чём–то мы немного похожи. Для меня всё это время тоже не было ничего важнее работы и учёбы.

– Конечно, – с серьёзным видом покивал головой. В это время беседу ни о чём пришлось прервать. К нам подошёл официант и принёс выбранные Германом блюда. Он ел много мяса, я же ограничилась овощным салатом. После сегодняшнего дня, кусок в горло не лез.

– Если что–то понадобиться –зовите, буду рада вам помочь, – девушка слегка наклонилась, но именно так, чтобы было видно грудь в достаточно глубоком вырезе. Все свои прозрачные намёки подкрепила многообещающей улыбкой и презрительным взглядом в мою сторону.

– Всенепременно, – Герману нужно отдать должное. Никаких намёков он не заметил или сделал вид, что не заметил. С невозмутимым видом смотрел прямо на меня и не сводил взгляда.

– Спасибо, – сдержанно поблагодарила официантку за её работу и взяла приборы в руки. Вся эта ситуация немного смущала и выбивала из привычной колеи.

Девушка ничего не ответила. Просто развернулась на высоких каблуках и пошла в сторону барной стойки. Так стоял бармен и что–то эмоционально выговаривал официантке. Может, пытался образумить?! Кто его знает!

– На чём мы остановились? – стоило только девушке отойти, мужчина поспешил вернуть всё внимание себе.

– О работе, – с готовностью поддержала беседу, но сразу решила перевести в то русло, которое необходимо мне. – Хотя я лучше бы обсудила твои некоторые выдающиеся физические способности.

– Даже так? – со смехом посмотрел мне за спину мужчина. Чувствуя подвох, повернулась назад и увидела красное лицо недавней официантки. Кажется, кто–то неправильно меня понял! Упс!

****

– Предупредить не мог! – негодующе прошипела в ответ, не хуже рассерженной кошки. Боже! И почему из–за него постоянно краснею. Да я в жизни столько не смущалась, как при встрече с этим невозможным мужчиной.

– Зачем? – готова поклясться чем угодно, но в его глазах промелькнул едва заметный лукавый блеск. Он специально ничего не сказал!

– Я выйду, пожалуй! – поспешно поднялась и поспешила в туалетную комнату. Официантка так и стояла с прижатым к груди подносом. Видимо, ждала, пока я уйду, чтобы попробовать подкатить к моему боссу. Бесстыжая особа!

Зайдя в туалет, первым делом открыла кран с холодной водой и сунула под струю руки. Надо унять жар! Почему эта ситуация так сильно меня злит? Или это просто действие шока от найденных фотографий? От досады сильно стукнула кулаком по раковине. Что мне делать?

Бездумно нажала на колпачок дозатора, намыливая руки. С особым рвением превращала мыло в пену и втирала в заледеневшую кожу. И только когда перестала чувствовать кожу рук, отдёрнула их в сторону. Словно обожглась. Надо вернуться к Герману. Он хотел со мной поговорить, не стоит заставлять его ждать. К тому же я дала достаточно времени на то, чтобы взять без смущения номер официантки. Сделав глубокий вдох, направилась обратно в зал. Эти эмоциональные метания просто выбивают меня из колеи.

– Ты долго, – он сразу посмотрел на руки, которые машинально сжимала в кулаках. Так старалась взять эмоции под контроль. – Всё хорошо?

– Вполне, – как можно милее улыбнулась в ответ и села на своё место.

– М–м–м–м! – многозначительно протянул в ответ и, после этого добавил. – Я заказал вина. Это поможет не только расслабиться чуть–чуть, но и согреться.

– Ты же за рулём, – удивлённо хлопнула ресницами, только сейчас замечая бутылку вина на столе.

– Я не буду, – с улыбкой проговорил он в ответ. Мой взгляд подозрительно прищурился! Он что споить меня решил? – Просто, вижу, как ты нервничаешь. Хочу, чтобы ты немного отпустила ситуацию и обещаю, что даже пальцем тебя не трону!

– Звучит прилично, – подняла бокал красного и сделала глоток. Вино оказалось на вкус не просто восхитительным, а божественным. В итоге сама не заметила, как выпила весь бокал. Обнаружила этот досадный момент, когда поднесла бокал к губам.

Герман сидел расслабленный и, казалось бы, совсем не обращает внимания на мою персону. Но стоило только моему бокалу опустеть, как он тут же сориентировался и, взяв бутылку, налил ещё.

– Герман Натанович, не стоит, – в голове появился лёгкий дурман и я, вопреки логике и здравому смыслу, снова начала обращаться на вы к своему боссу. Хотя он на то и куратор, чтобы ему тыкать.

– Опять на вы? – раздосадовано выдал Герман, а я после пары очередных глотков на голодный желудок, осмелела совсем и предложила, на мой взгляд, самую бредовую идею из всех возможных.

– Выпьете со мной на брудершафт? – и заискивающе поиграла бровями. Что я творю…

– Маша, не стоит, – с улыбкой, но какой–то кривой, ответил Герман и внёс предложение. – Может, дома поговорим? Не думал, что тебя так развезёт…

– Я трезвая, – заявила в ответ и села как можно прямее. Ещё чего придумал в алкоголички меня записать!

– Да кто же спорит, – примиряюще поднял руки босс. То–то же! Знай наших!

– Тогда предлагаю остаться здесь! – постаралась говорить как можно ровнее, но Герман, отчего–то становился всё смурее.

*****

– Пить тебе нельзя совсем! – недовольное замечание, мужчины немного смутило.

– Да, это моё слабое место, – согласно кивнула. И хотелось бы мне притормозить, но рука сама потянулась к бокалу за добавкой. В теле образовалась лёгкость, на душе умиротворение. Струна, которая была всё это время натянутой внутри, стала отпускать.

– Я уже понял, – Герман протянул руку и отодвинул в сторону бутылку. Хотела наклониться немного вперёд, чтобы перехватить вожделенную жидкость, лекарство от всех моих проблем, но переборщила с силой и сильно ударила стол. Стакан, что стоял напротив Германа, опасно накренился и… всё–таки упал.

– Простите, – тихо пискнула я, когда внушительная часть томатного сока прилетела на белоснежную рубашку куратора.

– Вашу… Маша! – рявкнул Герман. Ой! Кажется, кто–то сильно разозлился. – Допрыгалась!

– Герман Натанович, я всё постираю, – и схватив со стола бумажные салфетки, кинулась к мужчине. Только толку от этого нет никакого. Красное пятно расплылось по ткани, в виде некрасивой кляксы.

– Обязательно! – произнёс Герман и, бросив пару купюр на стол, поднялся со своего места. Его решительный взгляд не понравился мне сразу! Стоило только об этом подумать, как он закинул меня на плечо и понёс на выход.

– Отпустите! – громко крикнула в ответ, стукнув кулаком по широкой, мужской спине.

– Рубашку постираешь и сразу отпущу, – голос мужчины сочился ядом и не предвещал ничего хорошего.

– Я никуда с вами не поеду, – решительно запротестовала в ответ.

– Уверена? – спросил Герман, закидывая на заднее сидение своей машины. Вот гад! И почему рядом с ним я постоянно куда–нибудь влипаю?!

– Уверена! – гордо вскинув подбородок и сложив руки на груди, заявила в ответ.

– Я тоже уверен, что поедешь! – хмыкнул мужчина, усаживаясь на водительское место и заводя мотор.

– Вы не имеете права! Это произвол… Преступление против свободы лич.. ик но… ик сти! – Герман стартанул слишком резко со своего места, отчего я дёрнулась и ударилась головой об стекло. – Больно!

– Ничего страшного! – буркнул мужчина в ответ, выражая равнодушие к моей беде. Но краем глаза заметила, что он с беспокойством поглядывает в зеркало заднего вида.

– Я отомщу! – как по мне, я страшно и мстительно прищурила глаза, но стоило только Герману увидеть мою гримасу, как он прыснул со смеха. _ Думаешь, если ты большой и сильный, то управы на тебя не найду! Любой волк может стать послушным пёсиком в умелых руках.

– Несомненно! Даже интересно, как ты это собираешься провернуть? – улыбка мужчины стала ещё шире и в зеркало он уже поглядывал с неподдельным интересом. – Вечер перестаёт быть томным!

– Вот возьму и соблазню тебя! И ты, злой и страшный серый волк, будешь обязан выйти за меня замуж! – подняв указательный палец вверх, уверенно потрясла им в воздухе, доказывая весомость моих слов.

– Прямо замуж? За тебя? – теперь уже мужчина смеялся в голос, поворачивая в наш двор. А я обиделась… И решила, что разговаривать с таким неотёсанным мужланом, себя не уважать.

Не получив ответа на вопрос, он снова обеспокоенно взглянул назад, но я сидела, поджав губы и держа оборону. Нет, ни за что не буду с ним разговаривать. Герман тяжело вздохнул. А припарковавшись, на уже примеченном ещё днём месте, вылез из машины. Пока он не успел открыть дверь, шустро нажала на кнопку замка. А мужчине показала язык и пока он не сообразил о том, что можно открыть другие двери, по порядку и уверенно нажимала все кнопки.

Как Герман не старался, бегая вокруг машины, но я оказалась шустрее и успела закрыться. А потом, с чистой совестью, свернулась калачиком на заднем сидении и проваливаясь в глубокий сон.

– Ты меня не украдёшь, серый волк! – успела прошептать тихо, растягивая на губах довольную улыбку.

Глава 11. Я ему всё расскажу!

Просыпаться было мучительно больно. Голова болела, но будильник над ухом не сдавался. Память возвращалась рывками и, чем больше вспоминала, тем сильнее голова начинала пульсировать. Это надо так опозориться перед куратором! Машаааа… Что ты творишь?!

Поднявшись на кровати, осмотрела себя с ног до головы. Ничего страшного. Я одета, а это значит, что всё в рамках приличного. Ничего неприличного ему не предлагала! Ура! Хоть, где–то здравый смысл восторжествовал.

– Маш, – в дверь комнаты осторожно постучали. А меня кинуло в нервную дрожь. Герман! Что он мне скажет? Смеяться будет… А может, и остальным расскажет. Такого позора я точно не переживу! Надо с ним поговорить и обсудить все проблемы сегодня же…

– Я сейчас приведу себя в порядок и выйду. Эм… Подожди меня на кухне, – прикинув, что в ванную комнату попасть незамеченной, если он не уйдёт из коридора не получиться.

– Там таблетка на тумбочке, везло кровати. Выпей сначала её, а потом обильно запей водой, – он обо мне заботиться? Даже замерла на кровати с поднятой рукой… причёску собиралась пригладить, но немного опешила.

– Спасибо, выпью, – поблагодарила мужчину и перевела взгляд на единственную прикроватную тумбочку. Точно! Не обманул же…

Выпив лекарство, пошла, еле переставляя конечности к шкафу. Нужно переодеться и срочно принять душ. Видок у меня не только помятый, но и запах перегара чувствуется в воздухе.

– Больше никогда и ни с кем не буду пить! – бубнила себе под нос, пока пыталась справиться с непослушными вещами, вытаскивая их с полок.

Но после пары минут неравного боя победа осталась за мной и я, предварительно, осторожно выглянув в коридор, ускорилась по направлению к ванной комнате. Ещё немного и я снова буду похожа на человека. Хорошо, что Герман ушёл на кухню. Хотя бы за сегодняшний вид перед ним мне не будет так стыдно. Хватит вчерашнего…

На приведение себя в человеческий вид время понадобилось больше чем обычно. Волосы стояли колтуном так, что ни один кондиционер не справлялся со своей задачей. Слегка их подсушив, принялась одеваться. Сегодня же на работу! Эта мысль неоновым баннером зажглась в моей голове, и я перестала совсем соображать, что твориться перед моим носом. Хорошо, что без происшествий!

– Маш, кофе остывает! – в дверь снова поскрёбся сосед по комнате. Боже, ну что за мужчина… И кофе приготовил, таблетку положил, домой притащил, выходки мои терпел и мужу моему внушает страх.

– Спасибо, уже мчусь, – открыла дверь ванной и под удивлённым, мужским взглядом, помчалась в комнату. Нужно не забыть положить с собой папку с делом. На работе надеюсь получиться прочитать. Над чем так упорно бьётся наш отдел.

Сложив всё на свои места, выдохнула. И… пошла на кухню сдаваться моему «Властному боссу». Зашла тихо, Герман даже не повернул головы на звук моих шагов. Но оно и к лучшему. Стоит обсудить сегодня и сейчас, чем грызть локти впоследствии об упущенной возможности.

– Герман, мне надо поговорить с тобой! – выдохнула в ответ, когда сделала первый глоток на вкус самого восхитительного кофе.

– Это может подождать? – он поднял на меня свои глаза и показал пальцем на ухо. Там торчали беспроводные наушники, и он кому–то активно начал отвечать. А мне захотелось сквозь землю провалиться.

Чтобы не смущать мужчину, взяла кофе и вышла с кухни. Села на диван напротив телевизора. Аромат кофе щекотал ноздри и немного бодрил. А может, это таблетка начала действовать, и боль отступает, отчего мир заиграл новыми красками. До того, как меня побеспокоил входящий звонок, успела сделать ещё один глоток.

– Алло, – звонок поступил с неизвестного номера. А трубку я всегда брала на такие номера. Всё–таки бабушка далеко и вдруг что–то случилось с её телефоном, а с другого до меня не дозвониться.

– Привет, – на том конце провода раздался голос будущего бывшего мужа. Сегодня точно доберусь до загса и подам заявление на развод.

– Чего тебе? – сделала глоток и тут же выплюнула кофе. Витя совсем страх потерял.

– У меня есть интересные фотографии. А ещё одно крайне занимательное видео. Как думаешь, волчонок оценит? – после этого он противно засмеялся. А у меня появилось острое желание прибить его. – Я сейчас далеко, достать меня не получится. Да и, судя по всему, своему дружку ты ничего не рассказала.

– Что ты хочешь? – сквозь зубы прошипела в ответ. Ведь если о людях–зверях никто не знает, значит, у Германа могут быть проблемы. Или нет?

– Половину стоимости твоей квартиры, снимки, что ты нашла, – он перечислял, а у меня на голове волосы зашевелились. Где я смогу найти такую огромную сумму. – И чтобы его рядом с тобой не было! Я слежу и всё вижу. Да, его быть рядом не должно!

– А не много ли ты хочешь? – почему–то последнее предложение Вити, разозли больше всего. Что он о себе думает! Надо срочно поговорить с Германом. Он точно поможет решить ситуацию.

– Как знаешь! Но если требования нарушишь, то всё полетит в сеть. Любая экспертиза подтвердит, что видео неподдельное. К твоему мужику возникнет много вопросов. Да и твои фото достаточно горячие. Такая страстная была в первый год совместной жизни, – он замолчал, а меня затошнило от той грязи, которой меня только что облили. – Но у меня для тебя бонус – развод подпишу сразу. Прости, но вместе нам с тобой не жить!

– Ты больной! – злобно прошипела в ответ и повесила трубку. Как могла раньше не замечать ничего дальше своего носа. Неужели он изначально был таким?

– У тебя всё хорошо? – на пороге зала стоял Герман и озадаченно переводил взгляд с пролитого кофе на меня. – Кофе был невкусный?

– Если бы, – посмотрела на его улыбку и, сердце дрогнуло. Значит, кроме тех, что я нашла, у него есть ещё фото? Как заставить его замолчать?!

– Так что случилось? – Герман подошёл к дивану и похлопал ладонью по месту рядом с собой.

– Катастрофа, – убитым голосом произнесла в ответ. – Витя меня шантажирует!

– Чем? Тем, что ты ему пересаливала борщ? – он засмеялся, а мне одной было не до смеха. Только я знала, тот масштаб проблем, который скоро на нас свалиться.

– У него стояли в доме камеры, я о них ничего не знала. А он… – как произнести ту грязь… Мысли в голове путались. И правильно сформировать мысль не получалось.

– Что он? – Герман заметно напрягся. Не зря он работает в прокуратуре. Два и два сложил быстро.

– Он грозит выложить в сеть сделанные фото и видео, где ты превращаешься в оборотня! – вдохнув поглубже, выпалила на одном дыхании.

– Насколько те фото способны навредить твоей репутации? – взгляд Германа сделался мрачнее тучи.

– Достаточно! – краснея, как маков цвет, выдавила из себя. Но больше меня интересовал другой вопрос. – Что будет, если кто–то узнает о том, что ты не совсем человек?

– Это должно интересовать тебя в самую последнюю очередь! – немного резко произнёс Герман в ответ, а после ни слова не говоря вышел вон из квартиры. Останавливать его не стала.

Но не успела я снова погрузиться в свои мысли и посетовать на судьбу–злодейку, как входная дверь снова открылась. Каким–то шестым чувством поняла, что вернулся Герман. Не с пустыми руками. Тяжёлая сумка упала на пол, и в ней что–то звякнуло. Говорят, что любопытство и кошку сгубило… Наверное, поэтому я вышла в коридор, аккуратно и как можно тише, ступая по холодному полу.

– Что там? – поняв, что не смогла остаться не замеченной, кивнула в сторону инородного предмета.

– Оптические обнаружители – универсальные приборы, с помощью которых можно найти и включённую, и выключенную скрытую камеру, – сухо проговорил мужчина, приседая на корточки. Молния вжикнула и на свет показался прибор больше напоминающий бинокль, чем предмет, который сможет найти скрытую камеру.

– Думаешь, эта штука поможет? – с сомнением протяну в ответ, присаживаясь рядом и с любопытством заглядывая в пакет.

– Он действует методом световозвращения. То есть при попадании подсветки на любой объектив луч отразится особым образом, образуя обратный блик, он нажимал какие–то кнопки и без конца вертел в руках. Словно кубик–рубика какой–то...

– Понятно, – с важным видом покивала головой и встала. Странным образом реветь больше не хотелось. Только чувство неловкости будоражило сознание. Да и спокойнее стало… Я теперь не одна! А это очень поднимает настроение и боевой дух.

– Обследовать придётся всю территорию квартиры. Не хочу, чтобы в итоге у нас показался сюрприз, например, в туалете. Для меня такие моменты очень щепетильны! – он повернул ко мне лицо и широко улыбнулся. Он так ловко берёт эмоции под контроль или серьёзно относиться ко всему проще?

– Спасибо, – представив масштаб работ, мысленно присвистнула. – Может что–то приготовить на обед?

– Рассольник можешь? – робко спросил мужчина, с опаской поглядывая в мою сторону. – Всегда мечтал попробовать, но вот случая так и не подвернулось!

– Надо посмотреть в холодильнике, если чего–то не хватает, придётся сходить в магазин! – мужчину хотелось поблагодарить от души. Но стоило только сделать шаг в нужном мне направлении, спохватилась. – Герман, а как же работа?!

– Я уже позвонил и сообщил, что сегодня получиться прийти только к вечеру, – он отмахнулся от меня и продолжил своё увлекательное занятие. Но его ответ совсем не устроил меня.

– Но мне–то, наверное, надо? – то, что он предупредил на свой счёт, никак не спасает меня. Сейчас я с ним просижу день, а завтра меня отчислят из универа за прогул практики.

– Я твоё прямое руководство. Что ты паникуешь всё время? – он посмотрел в мою сторону как на идиотку и тяжело вздохнул. Действительно, моё начальство у меня под боком. Я ему регулярно проблем подкидываю, чтобы не заскучал.

– Просто ты не вяжешься с ролью куратора или начальника, – в своё оправдание произнесла в ответ.

– Я тоже так думаю! Но вот моё начальство имеет на этот счёт свои соображения. И за малейшую провинность может всучить такой подарочек в виде нерадивого студента.

– Эй! – злобно шикнула в ответ и удалилась на кухню. Лучше не буду с ним разговаривать. Нервы целее будут!

Его высказывание про подарочек укололо болью. Понятно, что возиться со студентами не самое лучшее занятие из всех, которые можно придумать. Но… Если так не хотел брать, то мог бы и отказаться тогда. Хотя его идеальный план завалить работой студента просто был блестящим, но пролетел.

– Я рад, что эта студентка ты! – Герман зашёл на кухню и привалился плечом к косяку. Его внимательный взгляд немало смущал.

– Сделать ещё кофе? – повернувшись спиной к мужчине, стала включать чайник. Мой восхитительный завтрак лежал на полу, а желудок урчал. Чудо–таблетка сняла симптомы похмелья, и жизнь снова заиграла яркими красками. И вместе с ними проснулся зверский аппетит.

– Буду. Прибору нужен час на зарядке постоять. Очень давно им не пользовался, – его голос стал ближе. Буквально в несколько сантиметров от меня.

– Присаживайся, сейчас всё сделаю, – сказала это только ради того, чтобы увеличить расстояние, между нами. Сумасшедшее сердце начало биться неистово. Оно требовало прикосновений, но мозг понимал, что это может грозить новыми проблемами.

– Я хочу к тебе прикоснуться, – Герман не отошёл, остался стоять на своём месте и давить своей аурой. Голос мужчины стал низким и хриплым. И хоть он меня не касался, но воображение нарисовало, какого это, когда сильные руки сожмут плечи и следом он прижмёт меня к себе.

– Сейчас сделаю чай, с ромашкой! – прокашлявшись и сделав вид, что не заметила его фразу, от которой до сих пор бегают мурашки по спине, поставила мужчину в известность.

– Ты думаешь, что ромашка может успокоить моё желание? – лёгкая усмешка и шаг вперёд. Ещё ближе. Вплотную ко мне. – Если бы не история с камерами, я бы тебя уже поцеловал, Колючка! Это выше разума.

– Герман! – что хотела сказать этим восклицанием, сама не поняла. Хотела, чтобы остановился. Прекратил будить во мне давно забытые чувства. Но в итоге… Скорее в голосе чувствовалась мольба, чтобы он не останавливался.

– Что? – он положил руки на мои плечи и легонько сжал. Он точно не читает мои мысли? – Я не виноват, что волк требует сделать тебя своей!

– Что? – последняя фраза привела меня в чувство. Передо мной не просто мужчина, а именно зверь. И как всё у них устроено в этом плане? Зверь выбрал, а человеческая сущность подчинилась? Или же зверь внутри роли не играет?

– Мы потом с тобой поговорим, – он резко отошёл в сторону и потом сел за стол. Я с трудом перевела дыхание, стараясь делать это как можно тише. Но судя по «хмыку» за спиной, это не осталось не замеченным.

– Чай с ромашкой? – повернула слегка голову в его сторону, когда чайник сделал громкий щелчок.

– Не откажусь, – утренняя весёлость вернулась к мужчине. А вот я, лёгкостью в общении не могла похвастаться. Он попросит фотографии, чтобы лучше понять расположение. И хоть две уже найдено, не факт, что ими всё и закончилось.

– Секунду, – заняв руки делом, выкинуть из головы недавний инцидент с мужчиной не получилось. Пока стояла тишина в помещении, в моей голове взрывались фразы о его желаниях. И странным образом находили отклик в моём сердце.

– Нам необходимо определить с тобой, где находятся камеры! – с серьёзным выражением лица, проговорил в ответ, а я сглотнула нервный ком. Вот и наступил тот самый момент «х».

– Хорошо, – кивнула и поднялась со своего места.

– Вот! – сгорая от стыда, протянула фотографии, предварительно отсортировав откровенные. Только самые обыденные. Там, где я в одежде и выполняю какую–нибудь работу.

– Маш, это совсем необязательно. И я не думаю, что мне стоит видеть… – понимая, что он хочет этим сказать, поспешно прервала.

– Там всё прилично, – замахала руками и для уверенности пододвинула коробку ещё ближе к мужчине.

– Уф! – он показательно провёл рукой по лбу, словно он стирал капельки пота. А затем неловко засмеялся. Да, работа достаточно щекотливая. Не представляю, как другие девушки, которые попадают в такие ситуации, доверяются посторонним людям.

– Спасибо, – благодарно кивнула в ответ и вздрогнула от мелодии входящего звонка. Но бросив быстрый взгляд на экран, выдохнула. Это всего лишь подруга.

– Мне понадобиться много время, чтобы обследовать всю территорию квартиры. Если необходимо выйти, иди. Если доверяешь мне, – правильно поняв мой озадаченный взгляд, проговорил в ответ.

– Алло! – поспешно нажала на приём вызова и снова благодарно кивнула Герману.

– Ты мне задолжала, подруга! – стоило только услышать мой голос, как подруга закричала в трубку. Накануне, когда только произошла заварушка с фото, видела пару её пропущенных.

– Не кричи так, – постаралась успокоить неугомонную девушку.

– Успокоиться? Ты теперь работаешь на самого сексапильного мужчину города, а ты мне о спокойствии твердишь! – Наташа всегда очень эмоционально реагирует. В любых вопросах, особенно в возмущении.

– Да тихо ты! – шикнула на неё, стараясь зажать динамик телефона посильнее. Но на губах Германа уже играла довольная улыбка.

– Я польщён! – убежать с кухни не успела, как наглец оказался рядом со мной и ответил как можно громче. Чтобы Натка точно услышала.

– Он рядом? – уже не так браво воскликнула девушка и откашлявшись произнесла. – Можем встретиться?

– Давай, через час на нашем месте, – быстро протараторила в ответ и отключилась, пока Герман не вставил свои пять копеек, за которые мне потом придётся много оправдываться.

– Значит, я безумно хорош? – он поиграл бровями и широко улыбнулся.

– Невозможный! – закатила глаза и со вздохом помчалась в комнату. Необходимо переодеться в парадную одежду и поспешить навстречу. А то, не дай бог, опоздаю. С Натки станется зайти домой. Кафе совсем рядом с домом. Просто нам обеим необходимо привести себя в порядок.

Пока я наводила марафет, Герман чем–то гремел в коридоре, возле входной двери. Божечки! Как же стыдно перед ним… Ну Наташка, сейчас всё выскажу этой горлопанке. Вечно меня позорит своими выкриками. Осмотрев себя критично в зеркале, осталась довольна выбранным образом. Синие, узкие джинсы с высокой посадкой отлично подчёркивали фигуру, а белая, фланелевая рубашка невероятно мне шла. Правда немного просвечивала…. Но это ерунда! Распущенные, длинные волосы делали образ ещё невиннее.

– Собралась? – стоило только открыть дверь комнаты, как Герман возник тут как тут. А окинув меня с ног до головы, нахмурил взгляд.

– Не смей нигде снимать куртку! – дождавшись от меня робкого кивка, пропустил к выходу.

– Я недолго! – перед выходом предупредила в ответ. Герман подошёл как можно ближе и поправив прядь волос, наклонился к щеке.

– Будь осторожна, – нежное касание губ кожи и мои руки трясутся от непонятных чувств. Так и не ответив ничего мужчине, поспешила выйти. Что он творит!? Щека горит от чужого прикосновения… Но… Кажется, мне понравилось!

Глава 12. Дружеское плечо

– Ну! Давай скорее рассказывай! – подруга не успела забежать в кафе, как заприметив мою сжавшуюся на стуле фигурку, закричала во всё горло.

– Наташа, – зашипела на подругу и дёрнула её за кофту, как только она подскочила к столику. Всё внимание посетителей сразу переключилось на мою скромную персону.

– Что? – почему её шёпот показался мне самым громким криком, который только можно услышать… Взглядом показала на окружающую нас публику и мысленно умоляла быть чуть–чуть потише.

– Наташ, на нас все смотрят, – подруга понимающе покивала, и сама стрельнула взглядом по сторонам. Хотелось бы стукнуть ей по голове, чтобы научилась наконец–то контролировать собственные эмоции, но вдруг эффект будет не таким, как нужно?

– Что у нас случилось? Кто тот красавчик? Боже! Да у нас вся женская часть коллектива чуть слюнками не захлебнулась, когда его увидела. Включая преподавательский состав, – Наташа мечтательно закатила глаза, при этом широко улыбалась, как умалишённая. – А уж когда ты получила пять и вышла, а он сразу за тобой… М–м–м–м! Не передать словами, как староста в твою сторону после экзамена ядом брызгала.

– Ей всё неймётся? – покачала головой. Ведь не все в курсе, что я развожусь. Почему староста вечно видит во мне конкурентку на пути к сердцу мужчин?

– Таких людей, как известно, даже могила не исправит! – глубокомысленно протянула девушка в ответ и, подняла палец вверх. Умные изречения, по её мнению, должны подпитываться жестами.

– Наоборот! Исправит, – улыбка сама нарисовалась на губах и исчезать не собиралась. Вечно Наташка как зажигалка. Как появляется она, так и солнце. Согревает своим теплом.

– Да неважно! – девушка подозвала официанта и заказала на двоих по чашке кофе и по мороженому. Наш обычный заказ. – так ты на вопросы собираешься отвечать?

– Я с мужем развожусь, – протянула в ответ, стараясь отвлечь девушку от темы Германа. Я сама ещё не знаю, что у нас происходит. Как разберусь, так расскажу!

– Я бы твоему дохляку тоже с Германом Натановичем изменила, да не один раз, – мечтательный взгляд немного начал раздражать. Это что, ревность? – Он вас застукал в постели?

– ФУ! – моментально фыркнула в ответ. Чего только ей в голову не придёт! – Я не изменяла Виктору!

– Да я в курсе, только он не заслужил мою сладкую конфеточку! – начала сюсюкать Наташа и пришла моя очередь закатывать глаза. Вредная привычка! Никуда не годная… Всех парней вокруг себя распугала!

– Это я его застукала, – совсем тихо произнесла в ответ и увидела, как лицо Наташи вытягивается, а губы складываются в удивлённое «О».

– Я рада, что всё так произошло, кроме пары моментов. Но с этим я должна разобраться сама, – видя, что девушка с силой сжала ручку сумки и начала подниматься, поспешила её заверить.

– Вот скотиняка, а! – после моего рассказа, девушка ещё долго причитала и порывалась его убить. И мне с огромным трудом удавалось удерживать её на месте.

– Да брось! Мне всё равно на него, – в сердцах вскрикнула в ответ на очередную попытку «хоть мизинчик сломать». – Мне осталось только получить развод. С остальным Герман сказал, что поможет разобраться.

– Так значит всё–таки Герман? – хищно улыбнулась в ответ, а я стушевалась. Всё–таки у неё вышло вытащить из меня кусочек истинных чувств, и она остро это понимала. Не зря я приняла её в свой близкий круг друзей.

– Он просто помогает мне. Началось всё с этого цветочного горшка, который ты мне подарила на день рождения, – надеюсь, эта информация её отвлечёт от мужчины.

– Что с моим цветочком? – наигранная обеспокоенность на лице подруги проявилась слишком ярко. Она поставила себе заметку вернуться к вопросу о Германе.

– Он упал с балкона на голову Вити! – говорить о том, что подарок отправился в мир иной намного раньше, не стала, поскольку всё это время Наташа справлялась о нелёгкой судьбе цветочка.

– Бедняга! – на лице девушки отразился ужас. Она приложила ладони ко рту и с возмущением посмотрела в мою сторону. – А ты его брать не хотела! Смотри, каким он полезным оказался. Так этого Виктора…

– Так и знала, что подруга за меня порадуется… Только вот из–за него чуть не присела. Витя на меня заявление написал, – со вздохом произнесла в ответ, а Наташа сжала кулаки и злобно прищурилась.

– Он совсем, что ли? Сначала изменил, а потом ещё и заявления строчит? Пускай радуется, что не мой мужик, я бы ему ещё органа одного лишила, – со злости девушка ударила кулаком по столу так, что чайные ложки, лежащие рядом с чашкой на блюдце, жалобно звякнули.

– Хорошо, что принял меня в то утро Герман, – а ведь это и вправду большая удача. Многие бы отмахнулись и посадили до выяснения обстоятельств. А он нет…

– Он тебя спас? – злобное выражение сменилось мечтательной улыбкой. А кулак стал подпирать подбородок.

– Можно и так сказать, но после того как Герман с ним поговорил, Витя забрал заявление, – не стала упоминать, что у меня есть на него компромат. И про фото тоже ничего говорить не буду. Зачем Наташу злить лишний раз… Она может натворить много глупостей, от которых потом не так просто избавиться будет.

– Какой мужчина! Хватай его, Манюнь! – глаза Наташки загорелись бешеным огоньком. Кажется, в подруге проснулась сводня.

– И фамилия у него интересная, – снова перевела тему в другое русло. – Цветочек!

– Цветочек в горшке, цветочек в личной жизни… Это знак судьбы, дорогуша! И я не позволю тебе его упустить, – хитрый прищур, минута задумчивости и… Кажется, у кого–то возник очередной гениальный план.

– Какая судьба? Я ещё с Витей не развелась, – при этих моих словах, подруга поднялась со своего места и подозвала официанта. – Ты куда?

– Исправлять досадное недоразумение, которое ты три года гордо называла браком! Хоть… правильно называла! Отношения–то у вас бракованные, – оплатив счёт, девушка схватила меня за руку и потянула в одной только ей известном направлении.

– Куда мы? – повторила свой недавний вопрос, но послушно последовала за Наткой.

– В ЗАГС, надо вас развести, – только странно, что ехать она решила, судя по всему, в другой конец города. – У меня сестра работает там, сейчас мы всё сделаем в лучшем виде!

– Может, я лучше сама? – робко произнесла в ответ. Но подруга тащила меня, как на буксире и цепко держала мою руку.

– Сама ты замуж вышла, а вот разводить вас буду я! – безапелляционно заявила в ответ, оплачивая проезд. Ладно! Герман сказал, я могу не торопиться. Поездка будет не из быстрых!

Доехали до места мы без приключений. В ЗАГСЕ с меня только подпись попросили и оставили в покое. Подруга выступила в этот момент как мой адвокат, и я за это была безмерно благодарна.

– Вот и всё! Ждём, когда твой благоверный подпись поставит, – из дверей вышла улыбающаяся Наташка. Следом за ней плыла тётя немалых размеров и с жутко накрашенным.

– Добрый день! Жаль, что вы к нам по такому скорбному поводу пришли. Но раз решили разводиться, то вас лучше поздравить. Ведь это новая глава в вашей жизни, чистая! А значит, на руинах прошлого, можно создать прекрасное будущее, – видимо, говорить у неё такими витиеватыми фразами было в крови, но мне понравилась общая мысль.

Ведь действительно, это шанс на создание новой жизни. Без интриг, расследований, драм и измен. Осталось только разобраться с остальными проблемами. Надеюсь, это случится быстрее, чем я могу себе представить.

– Эй! Ты чего? – подруга потрепала меня за плечо, вытаскивая из мыслей, в которые успешно провалилась.

– Ой! Спасибо вам огромное, – тряхнув головой, горячо поблагодарила женщину. Несмотря на спорный внешний вид, в целом она выглядит неплохо. Глаза добрые и голос приятный.

– Не стоит! Я всё понимаю, – она улыбнулась ещё шире и пожала мне руку. Слегка сжала ладонью мои пальцы. – Сама была в такой же ситуации и что удивительно, только разведясь, я поняла всю прелесть одиночества!

– Ещё раз спасибо, – уже не так бодро поблагодарила женщину, а Наташка, почувствовав смену моего настроения, поспешила попрощаться.

– Спасибо! На днях обязательно к вам приеду. Поболтаем! – и, схватив меня за руку, помчалась на выход.

Не дожидаясь ответа, она поспешила вниз. Я только и успевала перебирать ногами за ней. Куда мы снова торопимся? Но задать этот вопрос не успела. Стоило только распахнуть входные двери, как Наташка со всего разгона врезалась в мужчину. По инерции он поймал девушку в свои объятия и слегка прижал к своему телу. Наташка замерла в его руках, внимательно вглядываясь в лицо.

– Ната, ты как? – в момент столкновения, подруга выпустила мою руку из своей. Поэтому я поспешила подойти к ней. – Всё в порядке? Ты не стукнулась?

– Вашей подружке не мешало бы провериться у психиатра! – Наташка лежала в его объятиях и вставать не собиралась совсем. Лишь заворожённо рассматривала лицо медведе подобного мужчины.

– Простите нас, мы не специально! – чтобы привести девушку в чувство, потянула за рукав. Но она дёрнула назад руку и… закричала.

– Ты чего? – вопрос за нас обоих высказал мужчина. Мой и его недоумённые взгляды обратились на подругу.

– Я, кажется, ногу подвернула! – кристально честные глаза наполнились слезами, и я посмотрела вниз. Как она умудрилась это сделать?

– Правда? – мужчина выгнул иронично бровь. – И как ты это поняла?

– Болит! – жалобно пискнула в ответ и слегка шевельнув ногой, застонала от боли.

– Странно! Что в прошлый раз тебе не было необходимости шевелить ногой, чтобы понять, что она болит! – после этой отповеди, он поставил подругу на пол. И боком обошёл нас по широкой дуге.

– Вот козёл! – в сердцах ругнулась Натка и ещё ногой топнула.

– Наташ, а какая нога у тебя болит? – смотря как она бодро топает ногами, засомневалась в правдивости недавнего заявления.

– Обе! – рявкнула в ответ и продолжила путь на выход. Ну Наташка!

Следующие пять минут мы сидели на остановке и молча ждали автобус. Когда мы подходили, наша маршрутка как раз отъехала. И сейчас нам предстояло просидеть здесь минут пятнадцать не меньше.

– Он тебе понравился? – для меня это было единственное объяснение, почему Натка решила разыграть с ногой перед ним комедию.

– Он? Мне? Пффф…, – она сложила руки на груди и отвернулась в сторону. Вся её поза кричала о том, что она не намерена развивать данную тему.

– Тогда зачем? – сидеть в тишине было невозможно, а подруге хотелось отомстить за то, что пристаёт ко мне с Германом. Наверное, у нас реакции схожи. А значит, мужчина вполне себе ей понравился. Но вот то, как он отреагировал на её экспромт нет.

– Просто захотелось, чтобы меня на руках потаскали! Надо завязывать с походами в ЗАГСы. Как–то не очень благотворно они на меня влияют, – досадливо цокнула языком.

– Надо было тогда сразу кричать, а не час спустя, – со знанием дела посоветовала ей в ответ. Решила оказать ей поддержку, а она в ответ скривила лицо, словно какашку ей подкинула.

– Очень смешно, – недовольно проговорила она и показала пальцем на дорогу. Там как раз подъезжал наш автобус.

– Я не смеюсь, – кивнула с серьёзным лицом и встала с достаточно холодной лавочки. Со всеми этими разъездами не заметила, как время перевалило за обед и стрелка медленно ползла к вечернему времени.

– Может, пойдём в клуб? – с затаённой надеждой спросила Ната. Разочаровывать подругу совсем не хотелось, но пока это в мои планы не входило. Дома меня ждёт Герман.

– Нет! Сегодня и ближайшие дни мне необходимо разобраться с делами, – извиняющимся тоном произнесла в ответ и пожала плечами.

– Ты как всегда, – хорошо, что именно к этому моменту на остановку приехал автобус. И, на наше счастье, был наполовину пустой. Удобно разместившись в конце салона, я повернулась к Наташе всем корпусом.

– Давай как все дела с расторжением брака и всеми последствиями утрясу, так и отпразднуем с тобой сей знаменательный момент в клубе? – заискивающе улыбнулась. Надеюсь, её это заинтересует, и она перестанет обижаться. Последнее время мы и вправду сильно отдалились друг от друга.

– По рукам! – поспешно произнесла в ответ и сжала протянутую навстречу ладонь. – Только клуб буду выбирать я!

– Без проблем! – улыбнулась в ответ и откинулась на сидение. Как же я устала за последние дни!

Дорога до дома заняла целую вечность. По крайней мере, именно так мне и показалось. Ямки и ухабы встречались под нашими колёсами особенно часто, отчего автобус мотало и трясло. Под конец поездки меня начало тошнить.

– Следующая моя, – облегчённо выдохнула в ответ.

– Везёт, мне ещё две ехать, – по цвету кожи сейчас мы с ней были как сёстры. Лицо отливало бледными тонами.

– Пока, – поднявшись со своего места, сочувственно посмотрела в сторону подруги. – Позвони, как доберёшься!

– Хорошо, – согласно кивнула в ответ и вставила наушники в уши. Она говорит, что это расслабляет. А я, наоборот, не могу в общественных местах в них быть. Мне кажется, что могу тогда упустить что–то важное.

Выйдя из автобуса, втянула свежий воздух. Тошнота отпустила. Жить стало значительно легче. Но голос бывшего мужа всё испортил.

– Привет, родная моя! – его рука сжала моё плечо, а уха коснулись влажные, холодные губы. Тошнота начала возвращаться!

– Виктор? Что ты здесь делаешь? – как назло, людей поблизости не было. Словно все вымерли. Оставаться один на один с потенциальным маньяком было не по себе.

– А ты не рада меня видеть? – он обошёл и встал рядом со мной, едва касаясь своим локтем моего. – Я думал, что у нас всё получится! И всё это время старался только для тебя. А ты?

– Что? – не поверила своим ушам. Витя точно не очень дружит с головой! Именно сейчас он ведёт себя, как человек с расстройством психики.

– А ты нашла себе другого и выкинула меня из своей жизни! – он буквально выплюнул это. Подогревая свои слова злостью и ненавистью.

– Наши пути разошлись, давай оставим всё так, как оно и должно быть? Ты живи своей жизнью, а я своей, – ругаться и кричать было бесполезно. Да и на парах нас учили, что с психически неуравновешенными людьми надо вести себя покладисто и во всём соглашаться.

– Конечно! – он для достоверности покивал. Так просто? Я чувствовала, что где–то должен быть подвох. И он не заставил себя долго ждать. – Знаешь, у меня есть для тебя сюрприз!

– Какой? – внутренне холодея, напряглась. Примерно знаю, что он может мне сказать, но озвучивать мысли вслух не стала. Надо услышать, что он сам это скажет.

– Твои фото! В начале нашей семейной жизни ты была ещё той затейницей, – произнеся это, мужчина засмеялся, запрокидывая голову назад. Может ударить этого умника и, всё? – И даже видео…

– Витя! – воскликнула от ужаса, который снова начал охватывать сердце своими лапами. Даже в глазах стало темнеть о понимания того, до чего он смог опуститься.

– Что? Я предупредил, либо он оставляет тебя в покое, либо я обнародую всё, что у меня есть. Хочешь такой славы? Что скажет мамочка? А твоя продвинутая бабушка? Ей я отправлю в первую очередь! – он внимательно вглядывался в эмоции, которые калейдоскопом сменялись на моём лице.

– Ты больной! – прошептала в ответ и поплелась в сторону квартиры. Что делать дальше не знала, больше уверенности нет, что Герману по плечу решение этой проблемы!

– Я хуже, Маш! – услышала ответ, прилетевший в спину, но внимания никакого не обратила.

В голове крутился план. Какова вероятность того, что Витя оставит меня в покое, если я оборву общение с Германом? Я работаю под его кураторством… Этот вопрос тоже необходимо решить! Может… Есть идея!

Знаю, что сейчас я действую на эмоциях, но последняя идея выглядит очень даже прилично. Пока не стало поздно, надо действовать. Потом, когда Витя успокоится, я смогу вернуться и извиниться перед ним. Развернувшись на триста шестьдесят градусов. Сейчас на остановку и буду надеяться, что начальство всё ещё сидит в отделе.

Автобуса, который мне требовался, всё не было. И я уже испугалась, что всё–таки не успею сделать задуманное, как рядом остановилась машина. За рулём сидел Димка.

– Ты куда? – спросил он так, словно между нами не было того неловкого момента.

– Сейчас в отдел, – с надеждой взглянула на парня и тот понял, всё без слов.

– Подвезу? – он широко улыбнулся и открыл пассажирскую дверь.

– Не откажусь! – Димка приглашающе хлопнул по сидению. Я торопливо опустилась и смущённо спросила. – Как дела?

– Да нормально, Маш. Ты как? – машина тронулась с места, а мой телефон зазвонил в сумке. Достав, мельком взглянула на экран. Герман! Вот он чувствует, что ли как–то? Нажав блокировку, сунула обратно. Сейчас не до этого! Потом, дома поговорю.

– Маш, мне бы с тобой поговорить! – нерешительно начал Димка. Начало мне сразу не понравилось. Сердце забилось как сумасшедшее.

– Может, чуть позже, просто сейчас не самое лучшее время для разговоров, – сделала попытку отсрочить неизбежное. Димка ещё ни разу за всё время нашего знакомства не был настолько серьёзным и решительным. Это мне очень не нравилось.

– Давай сейчас? Хотел пригласить тебя в ресторан, чтобы всё было красиво, но ты не оставляешь других вариантов, – он потёр руками лицо, будто пытался успокоиться. Дима нервничает? Это что он хочет мне сказать, что я ему нравлюсь? Иначе зачем ресторан? Как всё сложно!

– Дим, не стоит сейчас… – договорить он мне не дал. Поднял руку, призывая к молчанию. А взглянув на него ещё раз и повнимательнее, поняла, что больше медлить с разговором он не будет точно.

– Помолчи! Я очень долго молчал. Теперь пришла твоя очередь сделать для меня то же самое, – побарабанив пальцами по рулю, он отвернулся к окну и сделал глубокий вдох. – Я не знаю, как это произошло, но понимаю, что сейчас мои чувства к тебе уже нельзя назвать дружескими. С каждой нашей встречей я всё сильнее хотел тебе признаться. Попросить остаться со мной. Да одна только мысль, что тебя обнимает другой, сводит с ума. Я в аду жил все эти три года!

– Дим, – я сглотнула нервный ком и постаралась его остановить. Он хороший парень, добрый, чуткий, внимательный. Но ответить на его чувства взаимностью не могу. Только дружба! Он мне как брат…

– Я не всё сказал! – остановить себя он не дал. Наоборот, ещё громче и эмоциональнее продолжил. А моё сердце рвалось от боли за него. – Все мои мысли только о тебе, не было и дня, чтобы не вспомнил свою Машку! Я очень надеюсь, что и в твоём сердце теплятся ко мне нежные чувства! Что там есть место для меня.

– Дим! – снова предприняла попытку его остановить, и она снова провалилась.

– Маш, ты в моей душе и сердце надолго. Это не мимолётное решение. Оно пронесено сквозь время. Нам всё по плечу! Мы столько прошли вместе, что представить страшно… Ни каждая супружеская пара может похвастаться такой связью, которая связывает нас, – наверное, он чувствовал ответ. Хотел его отсрочить. Но теперь и я понимаю, насколько эгоистично было с моей стороны оставлять всё так, как оно есть. Мой друг этого не заслужил!

– Дим! – но договорить мне не дали. Дверь машины с моей стороны открылась, а в проёме показалось обозлённое лицо начальства. – Герман?

– А это твоя подружка? – он постарался взять себя в руки. Но видно, что это ему трудно даётся. Слова сцеживает сквозь зубы, словно пытается не заорать.

– Это друг – Дима, – машинально поправила своего босса и вцепилась в ремень безопасности. Словно он меня спасти может…

– Я её будущий парень! Извините, нам необходимо договорить. Можно ещё пару минут? – от первого заявления испытала раздражение. А вот от продолжения – страх! Димка вежливо попросил оставить нас наедине мужчину, который живёт в моей квартире и ещё пару часов назад намекал, что я ему нравлюсь. К тому же оборотню… Вот бестолковый!

– Ты будущий труп, а не парень! – злобно рыкнул в ответ Герман. Я поняла, что действовать надо было ещё пару минут назад. Решительно прервать друга и сказать уверенное нет!

– Дима, мне правда, пора, – неловко произнесла в ответ, стараясь отстегнуть дрожащей рукой ремень. – Я тебя услышала. Но поговорим позднее.

– Сейчас! – друг схватил меня за руку и решительно посмотрел в мои глаза. – Скажи, ты будешь моей?

Глава 13. Откровенный разговор

– Скажи, ты будешь моей? – вопрос Димы прозвучал громко. Настолько, что всё вокруг стихло. Показалось, что все звуки исчезли, кроме этих четырёх слов, что то и дело прокручиваются в голове.

– Нет! – отвечаю твёрдо. Больше не замечаю Германа, в моей голове рушится мир. Мир, где Димка – лучший друг. Надёжный товарищ, роднее брата, но… но не парень.

– Ты точно решила? – друг не спешит отпускать мою руку. Он крепко держит и не верит, что ответ оказался отрицательным. Даёт шанс на исправление? Не смогу посмотреть в его сторону, как на мужчину. Слишком многое нас связывает.

– Да, абсолютно! Ты мне как брат, – виновато отвела взгляд и столкнулась с другим. Обжигающим, пугающим взглядом. – Мне пора!

– Маш! – с силой дёрнула руку на себя и выскочила из машины под крик Димы.

Сердце заходилось от боли, но жёлтые глаза, напротив, не оставляли шанса объясниться с парнем нормально и наедине. Так как он того заслуживает. Герман готов обернуться… ведь именно так светились его глаза прошлый раз перед тем, как он стал зверем. И если это случится на оживлённой улице, где полно народа, то не стоит переживать о тех видео и фото. Тайна раскроется и без участия Вити.

– Идём! – решительно потащила его в сторону здания. Главное — успеть добраться до кабинета. Другого уединённого места в округе точно не знаю. – Можно остановить оборот?

– Нет, – сквозь зубы выдохнул Герман и сильнее вцепился в мою руку. Мужчину стало откровенно жаль.

– Я рядом, Герман! Всё хорошо, – начала приговаривать его, ускоряя темп ходьбы. – Ещё немного и мы будем в относительной безопасности твоего кабинета.

– Все на выезде. Пусто, – слова с порыкиванием звучали довольно грозно. Но если он ещё продолжает говорить, то это вселяет надежду, что дойти успеем. Тем более, перед носом уже пост дежурного.

– Герман Натанович? – Николай, смена которого снова выпала на несчастливую встречу со мной, немного удивился.

– Не сейчас, – не знаю, чего это стоило мужчине, но он выпрямил спину и прошёл с гордо поднятой головой. Да, голос был немного грубее, но это лучше, чем волк, бегающий по зданию отделения полиции.

– Заходи, – я открыла дверь и завела в его кабинет Германа. Он послушно плёлся за мной. Но стоило только двери захлопнуться за спиной, как он толкнул меня на диван и присел в моих ногах, утыкаясь лбом в колени.

– Маш, отвлеки меня, – голос звучал слабо. Видимо, все силы уходили на то, чтобы сдержать оборот.

– Я хочу сменить куратора. Витя снова угрожает мне, – хотела промолчать или попробовать соврать, но против воли сказала правду. Словно ложь могла его убить. Интересно он её чувствует?

– Сменить? – тело мужчины затрясло с новой силой. Голос совсем ослаб.

– Это единственный выход, который я вижу. Не могу, чтобы навредили твоей репутации. Или моей. Или других девушек! Из–за того, что я отказалась выполнять волю психа, – эмоционально произнесла в ответ и поняла, не только Герман находится на грани. Моя истерика уже стоит за спиной.

– Я всё решу! Позволь помочь? – жёлтый свет в глазах потухал, когда он посмотрел в моё лицо. Он понял, что разговором сейчас ничего не решить. Я так задумала и на этом точка. Нужно разобраться в себе, с Витей и ситуацией в целом. Иначе я сойду с ума!

– Я хочу перевода! – твёрдо заявила в ответ, хотя уверенности в сердце не было совсем. Что смогу добиться этим переводом? Вряд ли Витя оставит меня в покое потом, если вернусь.

– И? Что дальше? Будешь вечно сидеть подальше от людей? А если в следующий раз ему не понравится воздух, которым ты дышишь… – он резко поднялся с колен и отошёл на два шага. Ему это всё не нравилось и мне тоже. – Ты перестанешь дышать?

– Нет, не перестану! – отмахнулась от его заявления. Он слишком в этом плане утрирует. – Но ему надо дать понять, что я приняла его правила и отступила. Он будет следить за мной, а ты сможешь спокойно всё решить.

– Бред! Я и с тобой рядом смогу всё решить! – слишком громко воскликнул Герман. Руки стали покрываться шерстью, а тело изогнулось дугой.

– Герман, – ласково позвала мужчину. – Я не хочу сбегать от тебя в такой важный момент в твоей жизни. Помню, ты только–только воссоединился с волком. Тебе трудно сдерживать эмоции, но так будет лучше.

– Обними, – тихий рык в ответ. Он не пугал меня, больше нет. Наоборот, теперь я точно знала, что он меня не тронет. Даже если его жизнь будет на волоске. Просто чувствовала в этот момент его, как себя!

Подойдя к мужчине поближе, села прямо на пол и похлопала по месту рядом с собой. Шерсть начала снова исчезать с рук, а дыхание немного выровнялось, но одышка ещё никуда не делась. Герман рухнул на пол, как подкошенный и снова улёгся, укладывая голову мне на колени.

– Это временная мера, – сначала я не шевелилась, а потом рука сама по себе опустилась на его голову и пальцы зарылись в густой шевелюре.

Я перебирала аккуратно, стараясь ненароком не зацепиться единственным серебряным кольцом. Не хватало ещё его лысым сделать! Герман затих. Тело окончательно расслабилось и все признаки скорого оборота сошли на нет.

– Поцелуй меня! – раздался его слабый, еле слышный голос. От такой просьбы вязкий ком встал посередине горла и не желал проталкиваться. Может, мне почудилось? – Я хочу почувствовать тепло твоих губ!

Нет! Мне не показалось… Сердце начало стучать как бешеное, горло пересохло, а в животе запорхали пресловутые бабочки! Взгляд упал на его лицо, останавливаясь на порочных губах мужчины. Нервно сглотнула… Что? Поцеловать? Прямо сейчас? Мне кажется, я не готова!

– Ты обнаглел, что ли? – грозно сдвинув брови, резко отодвинулась назад со своего места. Герман только благодаря отличной реакции, не стукнулся головой об пол. А жаль! На его губах теперь играла широкая улыбка. Провокатор чёртов!

– Ну согласись, попытка была неплохой? – вот как чувствовала, что где–то скрыт подвох. И вот! Попытка…

– Ещё раз так пошутишь, и эта попытка станет последней в твоей жизни! Не посмотрю даже на то, что ты зверь, – сев поудобнее так, чтобы лучше меня видеть, Герман внимательно вгляделся в моё лицо.

– А если я не шучу? – выражение лица стало крайне серьёзным, отчего я чуть снова не повелась на его провокацию.

– Тогда я тебя возьму и поцелую! – пререкаться с ним бесполезно. Но говорят, скажи человеку правду и, он подумает, что ты соврал… Гениальная мысль, которая не раз уже выручала! Правда в данный момент не учла одну маленькую деталь. Я решила так ответить не совсем человеку.

– Тогда я не шучу! – он дёрнул моё тело за ногу, подтаскивая рваным движением под себя и одновременно подставляя руку под голову, чтобы не ударилась. А сам навис огромной скалой. Его лицо напротив моего. – Целуй!

Его глаза, напротив, были такие манящие. Так хотелось плюнуть на все проблемы и просто довериться мужчине, который уже встал на твою сторону. И точно защитит в момент опасности!

– Герман! – заворожённая моментом, тихонько позвала Германа. Мужчина не стал отвечать, просто поднял голову и взглянул с ожиданием. – Я тебе нравлюсь?

Молчание затягивалось! Глаза сверкнули жёлтым огнём, а брови нахмурились. Боже, что я несу!? Вопрос сам сорвался с губ. Всё очарование моментом виновато! Да и я сказать точно не могу, с чем связаны вдруг возникшие к оборотню чувства. Действительно симпатия? Или просто потому, что он единственный протянул руку помощи в тяжелейшей ситуации для меня?

– Маш! – он прочистил горло и наконец–то начал говорить. Сердце сжалось в груди от ожидания его слов.

– Да я пошутила! Расслабься! – я выпалила раньше в ответ, чем он успел закончить свою мысль. Просто поняла, если ответ будет не таким, как я хочу, то это будет самый сильный удар судьбы.

– Маш! – он пресёк мою попытку отгородится от него. Попытку подняться, встать и уйти. Просто поймал меня сначала за руку, а потом и повернул лицо горячей ладонью в свою сторону.

– Что? – его горячую кожу на своём лице ощущала очень остро. Словно она была раскалённой сталью и больно обжигала.

– Кажется, я попал Маш! Как только тебя увидел, – он сглотнул нервный ком и продолжил, продолжая удерживать мой взгляд своим. – Понял это только недавно, но насколько ярко это понимание… Не передать словами!

– Герман, перестань, – его слова неожиданно смутили меня. И я постаралась свернуть немного тему, которую сама же начала. – Ты одобришь мой план?

– Ты моя истинная пара! – но он меня уже не слушал, вываливая всё больше новой информации.

– Истинная пара? – оторопело переспросила в ответ. На что мужчина широко улыбнулся и кивнул.

– Именно! Странно, что раньше я об этом не догадался! – он сам улыбнулся своим мыслям, а потом просто не дал мне что–то возразить, подался вперёд, сминая мои губы своими. Так обжигающе нежно, так порочно – горячо!

Он поцеловал меня так, как делал, кажется, всё в жизни: с мастерством и изяществом! Пробуждал внутри вулкан, готовый вот–вот пробудиться. Отвечая на ласку, я медленно провела ладонями по его торсу, поцеловала в ключицу, прижимаясь горячими губами, а после оставила поцелуй уже в основании шеи мужчины. Моего мужчины!

И всё было просто прекрасно, пока дверь в кабинет не распахнулась, а на пороге не возник один из коллег Германа. Он широко открыл дверь, позволяя всем, кто сидел в кабинете рассмотреть, что здесь происходит. Пока мы были заняты выяснением отношений, ребята уже вернулись на своё рабочее место.

– Что ты здесь делаешь? – злой рык Германа разлетелся по кабинету, отражаясь от стен и усиливая его в несколько раз.

– Герман, потом выяснишь отношения! Половина отделения оборотни и, они прекрасно слышат и чувствуют, что у вас происходит. Ладно девчонка не знает, но ты–то!? – парень на пороге недовольно цокнул языком и скрылся за дверью, а я так и осталась лежать, прижатая мужским телом на полу.

– Прости! – покаянно покачал он головой и стал потихоньку подниматься, пока в моей голове складывались одна часть пазла к другой.

– Что–то я не очень поняла! – начала произносить угрожающе, как только осознание ситуации наступило окончательное. Сейчас кому–то будет очень больно!

– Ты знал? – уперев руки в бока, двинулась в сторону Германа, стараясь, при этом не сильно повышать голос. Ну конечно, он знал! У них же острый слух и нюх. Звери! И теперь весь офис знает, что я млела от его прикосновений? Да что мне теперь какой–то Виктор…

– Немного неправильное понимание ситуации, – он поднял руки вверх и миролюбиво произнёс в ответ. Голос был слишком сладкий, что только подтверждало его вину.

– Объяснишь? Как мне ПРАВИЛЬНО понимать ситуацию? – скопировав в ответ его тон, заметила, как он сглотнул нервный ком. Правильно! Бойся…

– Я слышал, что они пришли, – устало вздохнул он и сделал осторожный шаг назад. – Но остановиться было не в моих силах!

– А что в твоих силах? Опозорить меня на весь отдел? – хоть я и старалась говорить тише, но выходило отвратительно. Голос то и дело срывался на крик.

– Почему сразу опозорить? Если жених с невестой идут в ЗАГС – это же не позор! Хотя по сути, они всему миру рассказывают, с кем спят, – если он считает нормальным такое поведение, то сейчас его точно попришибу. Волчара!

– О–о–о–о! Так вот как! – язвительно протянула в ответ. – Так, меня–то никто в ЗАГС, слава богу, не ведёт. Это во–первых! А во–вторых, это ненормально демонстрировать всем и каждому своё желание.

– Ну, для других оборотней ты моя, – он пожал плечами, явно не понимая сути проблемы. Как до него донести, что это было равносильно тому, что на площади отдаться мужчине.

– А кто тебе давал на это право? Почему ты решил всё за нас двоих? Я ещё не соглашалась с тобой встречаться. Да и ты не предлагал, – устало выдохнула в ответ. Не хочу ничего объяснять, он не поймёт.

– Узнала только определённая группа лиц. Оборотни! Но они бы всё равно узнали, как только обнаружили на тебе мой запах. Его ни с чем не перепутать, – врезать по наглой морде оборотня хотелось всё сильнее и сильнее, но я героически сражалась с пагубным желанием.

– Вместо этих разборок нужно решить, что сделать с Виктором, чтобы жить спокойно. По этому поводу мы ещё поговорим с тобой! – угрожающе рыкнула в ответ не хуже него самого.

– Твой план мне не нравится! – категорично заявил в ответ, принимая, как должное смену темы разговора.

– Что ты можешь предложить лучше? – скептически выгнув бровь, спросила прямо. Но поняла по взгляду, что попала в точку, запасного плана у него точно нет.

– Мне нужно время, – он сел на своё кресло и посмотрел в мою сторону хмурым нечитаемым взглядом.

– У нас его нет! Давай придерживаться моего? Как только Виктор поймёт, что я ему уступила, он выйдет из укрытия. Возможно, даже решит навестить меня в городе у матери, – уж кто–кто, а Витя точно решит потешить своё самолюбие. Это самый простой план, как его вычислить.

– Ну, найдёт он тебя и что дальше? – мой план ему совершенно точно не нравился. Он взял в руки ручку и стал нервно постукивать.

– Он труслив, если поймать его за руку, то можно потребовать удалить все записи! – тут мой план давал серьёзную трещину. А всё потому, что как заставить Виктора всё удалить, я не знала. И даже если он сделает это, то не факт, что копий не будет. Потом может повториться всё снова, только он станет хитрее и расчётливее.

– Я согласен! Но только в том случае, если ты напишешь на него заявление и его упекут за решетку. У меня есть хороший знакомый, при обыске они смогут найти все спрятанные фотографии. Больше они нигде не всплывут! – он выжидающе на меня посмотрел, а я потерялась. Я ему точно всю жизнь могу загубить. Виктор – гад, но, чтобы моими руками…

– Я… я не знаю, – несколько заторможено произнесла в ответ.

– Он хочет тебя уничтожить! Чего ты сомневаешься? – немного резко произнёс Герман. А чуть поразмыслив поняла, что возможно это единственный вариант решения проблемы.

– Я соглашусь, но… Надо найти других девушек. Может кто–то из них тоже согласиться сотрудничать со следствием, – даже неожиданно для самой себя, выдала замечательную идею. Сначала не хотела сажать мужа, а теперь, вспомнив всех тех девушек на фото, решилась.

– Уже, Маш, – лицо Германа просияло. Но совсем ненадолго. Смена эмоций на лице произошла слишком быстро. Он снова стал хмурым. – я прошерстил в доме всё, но так и не нашёл одну камеру. При фотографировании ракурс вычислил. Но сколько ни старался, не смог. Может, ещё одна камера осталась где–то в доме.

– Вполне возможно, – сев за свой стол, стала нервно стучать костяшками пальцев по столу. Где же может она быть?

– Но это может сыграть нам на руку. Надо разыграть перед ним сцену, где ты, намерено, со мной ругаешься, собираешь вещи и уезжаешь, – он выдал в момент ровно то, что я сама хотела только, что предложить.

Ведь если мы тихо–мирно разъедемся с Германом без скандалов, то Виктор может не поверить. Чем это может нам грозить, думать не хотелось! Но этот план мог сработать! Просто надо сыграть на камеру.

– Да, согласна с тобой. И, после моего отъезда, за квартирой надо последить. Он может вернуться. Я же нашла только один–единственный тайник. Но никто не говорит, что он был одним. Может, у него есть ещё? – Герман что–то беспрестанно чёркал в своём блокноте. То писал без остановки и, судя по рваным движениям руки, сокращал слова. То яростно чёркал! Но я его прекрасно понимала… Надо продумать всё до мелких деталей.

– Вернее всего, будет сделать это как можно быстрее. Поскольку он ждёт от тебя действий после того, как поймал и начал угрожать лично. Ты же не можешь проигнорировать его просьбу! – слова звучали вполне логично, но внезапно они огорчили меня. Неужели он не хочет провести со мной хоть ещё один лишний день? Кто знает, сколько мы не сможем увидеться!

– Точно, – без особого энтузиазма произнесла в ответ. И резкая перемена настроения не осталась им не замеченной.

– Что случилось? – он поднялся со своего места и обойдя свой стол, подошёл вплотную к моему, поднимая моё лицо за подбородок.

– Ничего, – смотря в его глаза, старалась сделать взгляд кристально честным. Но отчего–то оборотень хмурился всё сильнее.

– Оборотни больше всего ненавидят ложь. Спрошу ещё раз, что случилось? – поняла. Врать бессмысленно, а рассказывать о неуместно возникших чувствах, смерти подобно.

– Думаю, надо тогда уже начинать операцию, – невинно хлопнула ресницами и растянула улыбку на пухлых губах.

– Я тоже так считаю, – в мою напускную радость он сделал вид, что поверил. И он позволил увести себя со скользкой и неудобной для меня темы.

– Вот, – аккуратно отвела его руку в сторону и посмотрела снова на него. Как? Как я могла в него влюбиться? А ведь именно это то чувство, которое я испытываю к нему. Влюблённость, симпатию, потребность в нём, желание. Это всё про него.

– Сначала поговорю с парнями. А ты пиши заявление о временной нетрудоспособности. Потом достану тебе справку. Насчёт этого точно можешь не переживать, – он опустил рукой меня обратно в кресло, когда я собиралась подняться.

– Хорошо, а я пока приберусь на рабочем месте, – на этот раз послала ему искреннюю улыбку. Как я с ним расстанусь? С ума же буду сходить!

Глава 14. Театр двух актёров

Дверь в квартиру открывала фактически с ноги. И нет, это совершенно точно были не напускные чувства для камеры, а самые что есть настоящие. По дороге Герман так накрутил меня… Что я уши его лохматые и наглые оборвать готова. А всё началось с невинного вопроса о моих любимых цветах! Ну кто мог подумать, что это сможет перерасти в грандиозный скандал. Хорошо, что я уезжаю в другой город, к бабушке!

– Мы не закончили! – стоило только мне войти вглубь квартиры и броситься к комнате, паковать чемодан, как оборотень возник на пороге моей спальни.

– По–моему, уже всё! – обвинительно ткнула пальцем в его сторону. – Покинь пределы моей комнаты. Мне нужно собрать вещи.

– Я тебя не отпускал! – зло рыкнул в ответ и решительным шагом направился в мою сторону. Это было неожиданно! В плане такого точно не было.

– Герман, не создавай проблем! – умоляюще посмотрела в его сторону и тут же отвернулась, продолжая паковать вещи в чемодан. Не стоит отвлекаться.

– Ты с ним уедешь? – и как я могла подумать, что самая удачная идея уехать посреди ночи – попросить Диму. Сама уже жалела о порыве, но отказываться не собиралась из принципа.

– Да! – также зло рыкнула в ответ. Но стоило увидеть ходящие по скулам желваки, как весь запал пропал.

– Не надейся даже! – угрожающе рыкнул в ответ, а потом сделал ещё шаг, что разделял совсем крохи расстояния, между нами. Он случайно задел вазу, что стояла рядом, на комоде. Со звоном она упала на пол и разлетелась на тысячи осколков. Витин подарок на первую годовщину свадьбы, который потерял для меня уже всякое значение.

– Герман… – испуг на моём лице читался слишком явно. Это было заметно по тому, как он остановился в нерешительности. Пришлось брать эмоции под замок. Не показать боли, страха… и, отчаяния. Сейчас остро поняла то, что к расставанию я пока совсем не готова.

– Надеюсь, теперь ты довольна?! – его слова словно нож в сердце. Хлёсткие. Бьют наотмашь. И я прекрасно знаю, что ничем не заслужила их, но всё равно окунаюсь с головой в эту боль.

– Вполне! Неплохо всё вышло, да? – гадкие слова срывались с губ ровно. Независимо от личного апокалипсиса, что творился внутри. С Германом мы так и не определились, стоит ли разыгрывать весь спектакль в красках… Вдруг есть микрофон!

– Неплохо… Только ты упускаешь одну вещь! – он решительно подошёл ко мне, поднимая двумя пальцами подбородок. Глаза в глаза. Сердце к сердцу. Слишком уязвима перед ним, слишком открыта. Но только так я смогу защитить его. Надо продержаться до конца, когда Витю поймают то, можно подумать о личном счастье. А пока безопасность его и моего секрета зависит от того, насколько мы далеко друг от друга.

– И какую же? – знаю точно – ответ мне не понравится. Я уже в курсе, что все вокруг оборотни знают о моём желании к нему.

– Я чувствую тебя, как себя! – он провёл носом по моей шее, глубоко втягивая воздух. – И то, что я чувствую, меня сводит с ума!

– Не сходи с ума! – ответила ему его же фразой. Но она как нельзя лучше подходила к моменту. Ненавижу скандалы. Как я могла оказаться в центре непрекращающегося скандала? Ума не приложу! – Просто покинь мою квартиру. Не заставляй идти на крайние меры.

– Если поедешь с ним, то не прощу! – он поднял палец вверх, привлекая моё внимание. – Я серьёзно! Никаких Дим!

Герман меня ревновал. Совершенно точно! Иначе из–за чего тогда он так категорично настроен против Димы? Ладно! Не буду драконить его и поеду с Наташей! У неё тоже есть права, правда, она редко ими пользуется. И даже имеется машина… Но осталось дело за небольшим пунктиком – надо уговорить самого водителя отвезти. Не дожидаясь, когда уйдёт Герман из квартиры, набрала номер подруги.

– Алло, – на удивление, трубку она подняла после первого гудка, что являлось очень странным явлением. Натка не сильно привязана к телефону и дозвониться до неё бывает крайне сложно. – Привет!

– Приветик! Ты чего звонишь так поздно? – в голосе девушки чувствовалось явное беспокойство. Вдруг у меня могло что–то случиться…

– Мне надо к бабушке в деревню, срочно! – проговорила спокойно и хотела посмотреть в сторону Германа, но он где–то испарился. Не совсем понимая, куда он делся, двинулась по дому искать мужчину.

– С ней что–то случилось? Заболела? Сердце? Точно! Сердце! Она же у тебя сердечница, – Наташка продолжила тараторить в трубку, а я с замиранием сердце заглянула в комнату, которую выделила своему гостю. Мужская фигура мелькнула у окна. Он собирал свои вещи. Так и не успел пожить у меня! Почему–то по этому поводу чувствую сожаление в груди.

– Не тараторь! Всё с ней в порядке, но уехать мне действительно срочно необходимо. Ты не сможешь меня подвести? – имя специально не называла. Вдруг видео со звуком, то не стоит, чтобы бывший муж понял наш с Германом замысел.

– Конечно! Ты просто так бы не стала просить. Значит, других вариантов нет, – девушка явно сильно нервничала. За рулём она не была очень давно.

– Именно! – но и у меня варианта другого не было. Значит, придётся сегодня нам обоим вечер провести на нервах. – Давай через час, я как раз успею собраться!

– Хорошо! – со вздохом произнесла она в ответ, чем вызвала мою улыбку. Настоящая подруга! Никогда не откажет в сложной ситуации, даже если ей стоит это немало нервов. Скинула вызов. Теперь осталось только собрать немного вещей в дорогу и дождаться Наташку. Всего скорее она опоздает на пару десятков минут.

– За мной приедут через час, будь добр покинуть к тому моменту квартиру, – произнеся это развернулась и пошла в свою комнату.

Собирать сразу вещи не стала. Сначала села на кровать и руками протёрла лицо. Неужели это всё происходит со мной? Вся моя размеренная жизнь начала трещать по швам из–за одной выбоины. Как банально, что это стало раннее возвращение домой с работы… Как в анекдоте!

Неожиданно из размышлений меня выдернул хлопок двери. Он даже не сказал, что уходит? Выйдя в коридор, заглянула в комнату к соседу и не обнаружила его там. А прогулявшись по квартире, поняла, что его здесь нет. Наверное, смогу застать момент, когда он будет отъезжать на машине… Но подойдя к окну на кухне и выглянув во двор, никого не обнаружила, кроме ворчливой соседки. Та зорко следила за окнами моей квартиры и стоило только показаться моей недовольной мосе на горизонте, как она весело помахала рукой и широко улыбнулась. Вот что с людьми делает знание закона!

Пока удивлялась метаморфозам с моей соседкой, в комнате заиграл телефон. Вот зря я бросила его на кровати, теперь бежать придётся! Вариантов было много, кто звонит… Может Герман? Или Наташа? Её колымага вполне себе могла сделать козью морду и сломаться в самый неподходящий момент. Так, она она, наверное, выказывала недовольство своей хозяйке, из–за отсутствия частого внимания. Но добежав до кровати, нахмурила брови.

На экране огромными буквами высветилось ужасающее слово6 «Свекровь»! Что может ещё добить меня сегодня? Конечно! Мать моего бывшего мужа, которая почему–то думает, что не все соки из меня ещё выжала. Опять сейчас квартиру делить начнёт. Ну её! И скинув вызов, бросила телефон обратно туда, где ему и место.

– Настроение на сегодня и так испорчено! Не хочу, ещё и её нытьё слушать, – шла под нос и бурчала. Путь мой лежал к шкафу с одеждой и дорожной сумкой. – Что может пригодиться мне в деревне? На пару недель.

Плохой признак, если разговаривать сама с собой начинаю! Дожили! Но так можно немного заглушить тишину и отвлечься от расставания с оборотнем. Как я могла не заметить, когда начало засасывать в то же самое болото, из которого я совсем недавно начала вылазить?

Немного порассуждав, решила закинуть в чемодан четыре комплекта нижнего белья, двое джинс, пять футболок и столько же рубашек в клеточку, разной расцветки. Домашние тапочки с зайчиками, они у меня парадно выездные. Гигиенические принадлежности на все случаи жизни и такую же аптечку. Постояв ещё немного, кинула платье с длинным рукавом и чуть ниже колена. Оно тёплое и шерстяное. А ещё, чуть не забыла, подарок для бабушки. Красивый и, главное, тёплый, пуховый платок. Она у меня вечно мёрзнет. Надеюсь, Герман быстро со всеми разберётся. Хоть и есть радость от предвкушения встречи с бабулей, но сердце против воли остаётся здесь.

Трель телефона разлетелась по комнате. И если изначально я хотела её проигнорировать, то вспомнив, что время приезда Наташи приблизилось, снова на всех парах неслась к телефону. Слава богу, что в этот раз звонила именно она. И даже странно, что свекровь позвонила один раз. Обычно она начинает трезвонить по нескольку раз. А точнее, пока не возьмёшь трубку!

– Алло, – тут же нажала на приём звонка. Сумка почти упакована. Остались некоторые мелочи. Что–то типа украшений, которые мне дарила бабушка. Их я точно не оставлю дома потому, что, если верить Герману, то Виктор может проникнуть в квартиру. И мне бы не хотелось, чтобы он украл у меня дорогие сердцу вещи.

– Манюнька, такси подано! – заголосила в трубку Натка, стоило только ответить на вызов.

– Спускаюсь, момент! – согласно прокряхтела в трубку, стараясь упихать небольшую коробочку с украшениями. Оказалось, что она битком и что–то впихнуть в неё действие из разряда фантастики.

– Давай бегом! А то твоя грымза–соседка сейчас поколотит машину своей авоськой. И что бабке дома не сидится? Все нормальные уже давно сериалы смотрят или новости, а эта во дворе шастает. Того гляди проклянёт взглядом,

– Всё, поняла! Спускаюсь, – поспешила ответить приободрённая удачей. Коробочка наконец–то нашла своё пристанище и я смогла застегнуть молнию.

– Жду! – произнеся это, она отключилась. Но беспокойство в её голосе читалось слишком явно. Да чтоб её! Неужели бабка пошла портить настроение моей подруге?

Подхватив телефон, ключи и сумку, поскорее направилась вон из квартиры. Нужно спешить, иначе Натка вполне себе сможет навалять незадачливой скандалистке.

– Убегаешь от меня? – когда выскочила на лестничную площадку и закрыла замки, тут же устремилась вниз. Первые два пролёта преодолела на одном дыхании, а вот на третьем была поймана в крепкие, мужские объятия!

– Что ты здесь делаешь? – от шока голос охрип и понизился до шёпота.

– Хочу с тобой попрощаться, – мурлыкнул волк и, прижав к стене моё тело, зарылся носом в мои волосы. Холодную кожу вмиг обдало горячим дыханием. Мысли поплыли не в том направлении и, мне уже было откровенно всё равно, как Наташа справится с бабкой. А то, что она именно расправиться со скандалисткой, у меня сомнений не было.

– Ты же ушёл! – обвинительно ткнула указательным пальцем в твёрдую, мужскую грудь. А вот его руки тут же опустились на мою талию и крепко сжали. И как же это круто, оказаться в сильных и надёжных руках.

Мы стояли и молча смотрели друг на друга. На его лице играла коварная улыбка. Многообещающая и такая жадная!

– Мне холодно... – прошептала вдруг, сама не веря в то, что я сейчас произнесла. Неужели это мой голос дрожит и требует, чтобы согрели?!

– Поцелуй меня… – Герман приблизился ко мне. Он чувствовал моё дыхание на своих губах, как и я его.

И это будоражило кровь, выворачивало все чувства наизнанку и заставляло забыть об окружающем мире. Он обнял, и ничего не сказав прикоснулся к губам. Едва–едва, словно боялся, что я его оттолкнут. Но чего–чего, а от этого я бы не отказалась ни за что на свете. Хоть если бы сказали, что здание горит и все мы в огромной опасности. Нет! Разорвать это касание сейчас казалось самым коварным преступлением в истории человечества. Я только прикоснулась своей холодной рукой до его щеки, а он крепче прижал меня к себе, нежно касаясь губ...

Прошла не одна минута и ни один звонок остался пропущенным как у меня, так и у него. Мы всё стояли и целовались, полностью отдавшиеся своим чувствам и желаниям. Правда, поцелуй был уже не таким робким, а более смелым и глубоким. Казалось, что с каждым новым прикосновеньем губ наши чувства становятся ещё больше, ещё сильнее... Словно нас связывает невидимая нить выпутаться из которой не такое–то простое задание!

Расставаться не хотелось совсем, но и продолжать это безумие в подъезде казалось невозможным. Не тогда, когда в поцелуе всё больше страсти, а ласки всё откровеннее...

– Герман! – с трудом вытолкнув его имя, постаралась отстранить мужчину от своего тела. Но он только глухо рыкнул и ещё сильнее стиснул объятия.

– Дай минуту! – дыхание мужчины, как и моё. Такое же рваное! – Не надо было поджидать тебя здесь. Но я не удержался, как подросток, ей–богу!

– Меня Наташа ждёт, – неловко заправила прядь за ухо, посмотрела в глаза моего оборотня.

– Иди! Всё будет хорошо, и я постараюсь решить всё как можно быстрее! – я только кивнула в ответ и стала спускаться вниз на негнущихся ногах.

Мысленно мне хотелось петь от такого нового, совсем неизвестного, но желанного ощущения. А на сердце стало немного легче, чем было до этого! Главное, уверенность, которую мне передал Герман, засела в голове и плотно укрепилась. Всё будет хорошо! Однозначно!

Глава 15. Дорога в деревню.

– Ты ко мне из ада поднималась, что ли? – не успела я опуститься на пассажирское кресло, как в меня упёрся недовольный взгляд подруги и такой же недовольный вопрос.

– С чего ты взяла? – я так и замерла с незастёгнутым ремнём безопасности в руках. Неужели у меня на лице всё написано? Натка всю дорогу пытать будет, пока я не сломаюсь и не расскажу.

– Волосы торчат в разные стороны. Спонтанное решение уехать из дома. Срочность. Что даже решилась сесть со мной в одну машину, – на этом моменте она завела машину, а нервно сглотнула, когда девушка тронулась с места и тут же заглохла. Говорят, что со временем умение только оттачивается, но случай с Наташей — это отдельная многочасовая лекция на тему, как ездить не надо. – Губы опухшие и счастливый взгляд. Наверное, этого добавлять не стоило, но спросить, я всё же обязана. Ты помирилась с Виктором или решила сойтись с Германом?

– Ты много разговариваешь! – недовольно рыкнула в ответ и постаралась стереть то самое глупое выражение лица, о котором говорила подруга.

– Как будто ты не знала, к кому в машину садишься! – хмыкнула девушка в ответ и повернув ко мне лицо, подмигнула. – Колись, это ведь Герман Натанович? Гроза всех хулиганов и женских сердец!

– Я сейчас на ходу от тебя сбегу! – улыбку сдержать не получилось, тепло подруги согревало.

– Не сбежишь! – она со смешком произнесла в ответ. – Дверь клинит, в этот раз я тебе сама открывала. Просто подгадала момент, а ты и не заметила. Теперь ты в моём плену!

– О нет! – закричала в притворном ужасе, прикрывая ладонью рот. – Как прошла встреча с соседкой?

– Она у тебя странная такая… Как будто её Виктор покусал! – а вот вопрос про соседку попал в точку. Настроение девушки поехало вниз, а брови сошлись на переносице.

– Что у вас случилось? Она что–то тебе сказала? – я обеспокоенно посмотрела на подругу, но та в ответ лишь махнула рукой, на секунду отпуская руль.

– Да не парься! Всё в порядке! Просто я совсем не поняла, что она от меня хотела. Начала орать что–то про шалашовку и какого–то кабеля. Но я так поняла, что она имеет Виктора в виду. Хотя Судя по твоему растрёпанному виду, даже не знаю, что и думать теперь, – подруга явно не хотела чего–то мне говорить, но допытываться до неё бесполезно. Девчонка–кремень!

– Я вижу, что она что–то тебе сказала, но ты не хочешь об этом говорить! Наташа, просто не обращай на неё внимания! Она склочная, старая женщина. К тому же глубоко одинокая… что немало важно в нашей с ней непростой ситуации. Она уже приходила не раз ко мне ругаться, но последний раз Герман её отвернул от моих дверей. Может, из–за этого и злится, – пожала плечами в ответ, а сама задумалась. Действительно, почему соседка без конца лезет ко мне. Да, других соседей она тоже вниманием не обделяет, но особенно сильно она проявляет его именно к моей персоне.

– Я знаю, просто уж очень она противная! – Натка даже поёжилась от воспоминаний. Да, её могла приструнить только моя бабка, но она уехала слишком далеко.

Улицы через две наша машина выехала на набережную улицу и поехал по длинной каменной дороге, по краям которой стояли небольшие перила с чугунными узорами, сделанными точно из кружев. Всегда любовалась красотой, которую создаёт человек. Но как он легко создаёт её, так и быстро её разрушает. Как у нас с Виктором, сначала построили красивую сказку, а потом всё обрушилось в момент.

– Скоро выедем за город, там станет попроще тебе, – решила нарушить тишину. Слишком Натка напряжена.

– Не переживай, ты сегодня много натерпелась, можешь даже поспать. Я включу тихонечко музыку, – не дожидаясь от меня ответа, девушка потянулась к магнитофону и включила негромко радио. Из динамиков полилась какая–то попсовая мелодия.

– Спасибо, – тепло улыбнулась подруге и откинулась на спинку сидения. Когда выедем на трассу, разговорчивость подруги поубавиться вместе с нервами. Может, действительно стоит отдохнуть немного. Глаза сами по себе начали слипаться, а я проваливаться в темноту.

Машину немного трясло на ухабах. С экрана телевизора часто вещали, что скоро состоится ремонт дорог. Ну, как говорится, обещанного три года ждут. Так что сейчас машина то и дело попадала в выбоины, отчего нас немного качало. И это ещё сильнее морило в сон. Сопротивляться которому совсем не осталось сил. Вот только и во сне не получилось отдохнуть. А всё из–за сна.

«Путь до большого, даже огромного, костра не занял много времени. Подхватив подол длинного платья, я неслась как на пожар. И если бежала сломя голову, то только в зоне видимости для гостей. Ведь там, у костра, меня ждал Герман. Всё казалось таким правильным. Естественным. Что я замедлилась и, сделав глубокий вдох, шагнула навстречу моему волку.

– Пришла? – он поднял на меня усталый взгляд. А ещё в нём было неверие. Словно меня здесь не должно было быть. И может, даже он был против моего присутствия. Герман слишком быстро отвёл глаза в сторону и, я не успела рассмотреть всю гамму эмоций на его лице.

– Пришла! – смущённо улыбнулась в ответ и посмотрела на красивый профиль мужчины в ожидании его решения.

– Тогда пойдём? – он протянул руку навстречу мне и затаил дыхание. Неожиданно, в сердце появилось сомнение. Может, не стоит поступать так? Что я о нём знаю? Да и сколько мы знакомы! Горло буквально сковало спазмом. Но руку ему я всё–таки протянула!

Дальше мы с ним, держась за руки, пошли совершать круг, обходя костёр, и на каждый седьмой шаг произносить семь клятв. Слова звучали приглушённо, но довольно внятно. Только вот запомнить никак не получалось. Все смотрели в мою сторону с осуждением. Не знать слов клятвы на торжестве по случаю… А какому собственно случаю? Осмотрев жениха, а затем себя, поняла, что свадьбы. Какой–то странной и не такой, как принято у людей.

– Быть рядом и в горе и радости… Клянусь! – первый, седьмой шаг. Только ветер, да костёр перекрывали наши тихие, синхронные голоса.

– Служить процветанию своей семьи, заботиться друг о друге… Клянусь! – второй шаг и кто–то из толпы затягивает заунывную песню. Песнопения усиливались, заученные фразы синхронно звучали все остальные шаги. А после Герман повернулся ко мне и произнёс фразу, которая, судя по всему, тоже являлась часть ритуала.

– Будь предана мне! – испытывающий мужской взгляд упёрся в мои глаза, ожидая моего ответа.

– Буду! – прозвучала завершающая фраза, и… прежде чем он поцеловал меня, из толпы вышла беременная девушка, испепеляя меня злым взглядом, немигающий глаз.

– Не настоящая истинная, – громко произнесла она и направила в мою сторону наманекюренный палец. Ветер подхватил её слова, разнося их над толпой. То там, то тут послышались шепотки.

– Не настоящая… – слышались обрывки их фраз. Растерянно перевела взгляд на Германа и запнулась о его широкую улыбку.

– Нет! – хотела закричать, но поперхнулась.»

Сознание наконец–то выдернуло меня из сна в реальность. Сон! Всего лишь сон и ничего более. Фух! Потянулась рукой ко лбу и осознала, что здорово вспотела. К тому же поняла, что машина стоит на месте и никуда не едет. Резко выпрямившись, осмотрела по сторонам. А–а–а–а! Мы на заправке, и я даже вижу Натку, у окошечка. Девушка как раз вышла оплатить бензин.

Решила воспользоваться моментом и тоже выйти, и немного размяться. Судя по столбику с километражем, осталось ехать нам совсем чуть–чуть. Ещё полчасика и вдали покажутся небольшие домики бабушкиной деревеньки. Наташа оплатила бензин и повернулась в мою сторону. Я широко улыбнулась и махнула рукой.

– Ты проснулась? – довольная донельзя девушка, подошла к машине танцующей походкой.

– Немного, а ты чего такая довольная? – оценив проявленные эмоции, подозрительно прищурилась в сторону девушки. – Что такого произошло, пока я спала.

– Да так! Я украла у одного надутого индюка, одну вещицу, – легко и непринуждённо выдала девушка и вставила пистолет в бак, для заправки машины.

– Что ты сделала? А главное, когда?? – от услышанных слов, почти потеряла дар речи, но всё–таки нашла в себе вилы и задала главный вопрос.

– На днях, – он отмахнулась от моего ошарашенного лица и, продолжила гипнотизировать цифры на бензоколонке.

– Наташа, ты где учишься? – угрожающе произнесла в ответ, как будто она не в курсе, какую ответственность будет нести в случае, если её поймают на воровстве.

– Не нуди! Я ему сказала, что она её обронил, – она перевела взгляд с бегающих цифр на меня и хитро подмигнула. Боже! Надеюсь, она знает, что делает!

– Что за вещица? – спросила просто так. Из любопытства! Ведь что–то серьёзное Наташа не стала бы воровать. Зачем?

– Подожди! – девушка вытащила пистолет из бака и снова лёгкой походкой направилась обратно, к окошечку. Там ей протянули пару стаканчиков с кофе.

– Ну? – стоило только ей подойти, в нетерпении поторопила девушку. Что–то я начала сомневаться в её адекватности. Слишком сильные перепады настроения… То смеётся, то уходит в себя. Странно! Может, влюбилась!?

– Это всего лишь его визитница! – она пожала плечами и села в машину. Я последовала её примеру. – И пока ты спала, Марат мне позвонил и назначил личную встречу.

– Поздравлять? – с издёвкой произнесла в ответ, ведь встреча добыта не совсем честным путём.

– Просто молча наслаждайся кофе и видами из окна! Пока ты мне плешь не проела, – машина заурчала и тронулась снова в путь.

Послушав совета девушки, молча отвернулась в сторону, пытаясь хоть что–то рассмотреть за окном, но выходит из рук вон плохо! А вот воспоминания не заставили себя долго ждать. Каждое лето на каникулах мы с бабушкой любили проводить здесь время. Я всегда с нетерпением ждала эту интересную поездку. И даже сейчас с нетерпением жду встречи с деревенькой.

На самом деле, это необычная и очень колоритная местность со своей историей и переплетением судеб. Деревня находится в овраге, который со всех сторон окружает лес. Если ты находишься в центре, то наверху видны высокие деревья, а если стоишь в лесу, то снизу виднеются тоненькие улочки, тропинки. Деревня сама по себе маленькая, состоит всего из двух улиц, но это последние годы. Раньше она росла на глазах. То и дело приезжали по направлению от институтов на практику или работу, молодые люди. Но потом и это сошло на нет.

Но бабушка говорит, что местные до сих пор, по привычке ещё рыбачат в одном пруду. И там же собирается всё молодёжь по вечерам. А значит, деревня живёт! Большой пруд, в котором местные рыбаки любят ловить рыбку, растянулся прямо посередине деревни. Но он не только светлыми воспоминаниями полнится… Сколько девушек и парней остались на берегу с разбитыми сердцами. Сколько горя видел этот пруд… Не сосчитать!

Когда я привезла свою подругу погостить впервые к бабушке в гости, то она очень удивилась, когда мы вышли из дома, перешли через дорогу и направились в лес за грибами. Бабушка только начала готовить вкусную жареную картошку, а мы уже пришли со свеженькими грибочками.

Зато не особо работает мобильная связь. Только лишь волны одного оператора долетают до деревеньки. Звонит, уже отлично. Попадая сюда, как будто перемещаешься в пространстве и попадаешь на сто лет назад. Это необычная местность, до которой не дошёл мировой прогресс и не поглотил её. И мне бы не очень хотелось, чтобы эта деревня ещё долго оставалась такой нетронутой и прекрасной, потому что таких уголков в нашей стране осталось очень мало.

– Подъезжаем? – Наташа выдернула меня из воспоминаний и указала пальцем в сторону вывески на синем фоне. В ответ кивнула.

– Да, осталось совсем чуть–чуть, – дорога уходила вниз. Вид деревни сверху даже дух захватывает. Какая красота! Поплутав немного по улицам, мы подъехали к небольшому домику с огромным садом. На крыльце стояла уже слегка сгорбленная, но такая знакомая фигура.

Бабушка стояла в свете от лампы, что висела над крыльцом и подслеповато щурилась в нашу сторону. Дозвониться до неё не смогла, наверное, как всегда, закинула телефон куда подальше и не может вспомнить.

– Бабуля! – весело крикнула я от машины. А то от неё можно ожидать чего угодно. Сейчас решит, что мы бандитки, и закроется в доме. У неё всё строго.

– Манька, ты ли это? – с улыбкой на губах произнесла бабуля. – С кем это ты?

– Ба, это Наташа – моя подруга! – к этому моменту мы подошли к крыльцу и тоже встали в свете фонаря.

– Мне Маша про вас много рассказывала. Очень приятно познакомиться! – протараторила подруга и даже ни словом не соврала. Ба для меня человек, который живёт прекрасную жизнь, которым можно гордиться и подражать. Жаль, что не всегда выходит следовать её заветам!

– А вы чего, девчонки, на ночь глядя приехали в такую даль? Случилось чего? – она снова подозрительно прищурилась и посмотрела внимательно в мои глаза. – Виктор что натворил на этот раз?

– Всё хорошо, просто соскучилась по тебе сил нет! – с широкой улыбкой произнесла в ответ. И, поднялась наверх, по ступенькам, чтобы обнять бабушку. М–м–м–м! Кажется, мы вовремя! – Ты пекла пироги?

– Я хлеб только свойский ем, ты же знаешь! – она тепло улыбнулась так, что морщинки разгладились, придавая лицу немного молодости и озорства. – Заходите!

Стоило только открыть дверь в дом, как аромат недавно испёкшейся выпечки защекотал нос. Бабуля! Она печёт самые вкусные пироги и варит самый вкусный какао. Раньше мы каждое воскресенье пекли, она учила меня обращаться с тестом, готовить вкусную начинку. Да ещё и приговаривала: «Учись готовить, будешь мужа кормить».­ Смешно! Но муж так и не оценил моих стараний. Но тут на ум пришёл другой мужчина, который с большим удовольствием уплетал всё, что я приготовлю.

– Я, наверное, поеду! – Наташа чувствовала себя неловко в незнакомом месте, оно и понятно. Но отпускать девушку ехать по темноте тоже не хотела.

– Ещё чего придумала! Дурная девка, а ну, в дом живо! – бабушка подтолкнула опешившую подругу и, несмотря на свой преклонный возраст, мигом запихала нас обоих в дом.

– Мне неудобно вас стеснять, – начала было оправдывать своё желание уехать, но ба быстро её прервала.

– Неудобно спать на потолке и штаны через голову надевать, а остальное всё удобно! Не выдумывай, – резковато ответила женщина и пошаркала в маленькую отдельную комнатку. – Сейчас Манька тебе постелет вот здесь. Будешь спать отдельно. Но сначала, для крепкого сна, надо выпить стакан молока с тёплым пирожком. С малинкой испекла, как чувствовала, что сегодня гости будут.

– Спасибо, – смущённо пробормотала в ответ подруга и заглянула в комнату. – Я могу сама постелить, Маша немного устала.

– Хорошо, – кивнула в ответ ба по дороге на кухню. – Тогда пойдешь, мне поможешь накрыть на стол!

– Хорошо, – согласно кивнула и поспешила следом за проворной бабулькой. Там она сразу нагрузила меня трёхлитровой банкой молока, тарелками с пирогами.

Наташка как раз закончила в тот момент, когда пришла пора садиться за стол. Она вышла из комнаты и помогла мне расставить остатки посуды. Чашечки обязательно с блюдцем, ложки чайные и самовар. Где она его откопала? Точно помню, что прошлый приезд его здесь не было!

За разговорами ни о чём время пролетело незаметно. Сон подкрался и то и дело приходилось зевать. Ба, видя всё это безобразие, буквально вытолкала нас спать несмотря на все протесты. Осталось много посуды на столе, которую необходимо помыть. Но слушать наши слабые возражения бабушка не стала, махнула нам рукой и грозно взглянула.

– А ну, брысь спать, непослушные девчонки! Без вас разберусь, – она ещё раз махнула рукой. А зайдя в небольшой закуток рядом с комнатой Наташки, поняла, куда бабушка отлучалась из–за стола. Она достала мой любимый комплект с единорогами постельного белья и застелила кровать.

– Маш! – стоило только улечься и упереться взглядом в дощаной потолок, как рядом раздался голос Наташи. Девушка говорила очень тихо. Так что сначала даже не поняла, действительно ли она зовёт меня или это всё в воображении.

– Чего? Не спиться? – улыбнулась в темноте и похлопала по кровати рукой, приглашая девушку присоединиться ко мне. Сейчас хотелось как в детстве, когда бегали к подружке на ночёвку. Посидеть, помечтать и поделиться секретиками. – Иди сюда!

– Маш, как ты? Я всё время бегаю мимо этой темы, боюсь задеть за живое, но не спросить всё–таки не могу, – подруга неловко произнесла вопрос и повернула лицо в сторону.

– Да нормально, Наташ. Как будто скинула с себя груз! Но есть с ним неразрешённые вопросы, из–за которых мне даже пришлось уехать… Это такая грязь! – с тяжёлым вздохом произнесла в ответ. И хотела продолжить, но меня прервал звук входящего сообщения. Взяв телефон в руки, увидела смс от «Властного босса».

«Как ты? Уже скучаешь?»

«Нет. Мне пока некогда скучать)»

– С кем ты? – с интересом посмотрев в мою сторону, спросила подруга. Любопытство её когда–нибудь погубит. – Такая глупая улыбка… Давно не видела такой.

– Это Герман, который Натанович! Он сказал, что я ему нравлюсь, – смущённо произнесла в ответ. Наташа широко улыбнулась и крепко обняла меня за плечи.

– Машка, этот Герман – настоящий мужик! Вот прям мужик, а не мужчинка. Тебе повезло, главное теперь своего не упусти, а то всю жизнь жалеть будешь! – эмоционально протараторила Наташа. И вроде бы она была радостная и искренне за меня переживала, но стоило только её взгляду опуститься на свой телефон, как на лицо подруги наползала тень грусти.

– Я знаю! – согласилась с ней и решила немного расспросить о том мужчине, у которого она что–то украла. – Наташа, а что тебя связывает того молодого человека? Ну, у которого ты что–то украла.

– Ничего, – опять тяжёлый вздох и отведённые глаза в сторону. Это так не похоже на подругу. Обычно она очень эмоциональна всегда, но на этот раз старательно сдерживала их выражение.

– Совсем? А вещи у него просто так воруешь? – иронично выгнула бровь и внимательно проследила за реакцией на мой вопрос. Натка поморщилась и немного прикусила губу. Значит, ещё чуть надавить, и она всё расскажет. – Это тот, которого мы встретили у ЗАГСА?

– Да, – сдалась подруга. И зажмурилась, как будто я её сейчас буду ругать. – Он женат! И очень мне нравится.

– Женат? – от таких новостей я немного опешила. Никогда не замечала у неё тяги к женатикам. Это своеобразное табу!

– Он учился со мной в школе. Старше на два класса. Внимания на меня не обращал, а я влюблённая дурочка, все слюни по нему пускала. А он… на меня как на пустое место, – по щекам потекли слёзы. – В ЗАГСе он опять по мне мазнул тем самым безразличным, пустым взглядом. И в душе всё взбунтовалось!

– Даже не знаю, чем тебе помочь! – сокрушённо произнесла в ответ. Действительно, не вижу выхода. Женатые мужчины это запрет. Влезать в чужую семью, какой бы плохой она не была, нельзя.

– Ничем, надо просто забыть и выкинуть, – она прикрыла глаза и провела рукой по щеке. – Ну вот! Опять они. Только из–за него я всё время плачу.

– Он не твой. Другой обещал быть рядом, – осторожно произнесла в ответ.

– Я знаю, но ничего поделать с собой не могу, – она помотала головой и поднялась с кровати. – Пойду спать!

Глава 16. Сейчас накроет лавина!

Подъём оказался ранним, а всё потому, что бабушке стало плохо. Мы с Наташей проснулись оттого, что на кухне раздался оглушительный грохот посуды, а после уже звук глухого удара.

– Что случилось? – из соседней комнатушки выбежала Натка и мы чуть не стукнулись лбами. В доме уже не было темно, но и до рассвета ещё далеко. А в сумраке очертания предметов немного сбивались.

– Не знаю, – встревоженно пролепетала в ответ. – Кажется, что с бабушкой.

Не сбавляя скорости, я влетела на кухоньку и увидела Ба, лежащую на боку и прижимающую руки к левой груди. Она пыталась сжать сильнее левую сторону, словно там была рана. Сама она тяжело дышала.

– Скорая, – где–то на краю сознания услышала голос подруги, которая вызывала медиков. И я ей очень благодарна, потому что сейчас связно думать и действовать никак не получалось. Положив руку на пульс, поняла, что сердце работает на износ и вот–вот готово выскочить наружу. Лицо становилось всё бледнее.

– Ба! – слёзы покатились по щекам. Правильно говорят, что беда не приходит одна… Она всегда приводит за собой подруг, и они устраивают пиршество. Почему всё свалилось в кучу? Почему я не наплевала на всё и не приехала раньше?

– Она потеряла сознание! – Наташа висела на телефоне и, очевидно, разговаривала с врачами. Что происходило вокруг, даже не понимала. Бабушка не потеряла сознание! Нет… Совершенно точно! Я же слышу, что она пытается что–то мне сказать. – Маш, подложи подушку под голову.

– Что? – непонимающе взглянула на подругу. – Зачем?

– Врачи на скорой сказали, что приподнять изголовье — это единственно верное решение, которое мы сможем сделать до их приезда, – Натка протянула мне подушку и помогла поднять голову бабули.

Буквально через минуту раздался топот ног по крыльцу, а затем грохот в дверь. Подруга пошла открывать, а я осталась рядом с бабулей.

– Всё хорошо, – приговаривала я и гладила её по прядям седых волос. – Скорая уже приехала. Сейчас всё пройдёт. Ты только потерпи немного. Я рядом. С тобой рядом.

– Здравствуйте. Я Тамара – фельдшер скорой помощи. Живу по соседству с вами, основная бригада уже подъезжает, – я облегчённо выдохнула в ответ. Наконец–то, рядом будет хоть один человек, который знает, что делать. – Наталья, выведете Машу на улицу. Ей необходим свежий воздух и успокоительное, иначе сегодня мы будем откачивать сразу двоих.

– Пойдём? – после слов фельдшера, меня потянули за рукав, но я наотрез отказалась уходить. Только наблюдала за выверенными и профессиональными действиями подготовленного врача. Надо запомнить!

– Я останусь, – повторяла как в бреду, пока подруга не развернула силой меня за плечи и не повела прочь. В её руках оказалась валериана. Как и когда девушка успела её достать я не поняла, но уже через минуту сидела на лавочке возле крылечка и жадно пила воду из стакана перемешанную с успокоительным.

Когда спасительная жидкость подошла к концу, прибыла скорая, но она не задержалась у нас и пяти минут. Бабушку на носилках вынесли из дома и стали грузить в машину.

– Я с вами! – подскочила со своего места и тут же направилась к машине. Но остановилась на полпути. – Наташ, закроешь дом и приедешь? Или жди меня дома. Хорошо?

– Езжай, не переживай, – махнула она рукой в ответ, а я поспешила в машину. Нельзя медлить, ведь от этого зависит жизнь и здоровье моей родной бабушки. Запрыгнув внутрь, сжала руку.

– Вы? – фельдшер вопросительно посмотрела в мою сторону, и замерла над листком бумаги с ручкой в руках.

– Внучка, – проговорила в ответ и уточнила фамилию и имя. Бледность с лица бабули сходила и это не могло не радовать. Значит, ей уже лучше и ба приходит в себя.

– В гости приехала? – строго спросила всё та же женщина и посмотрела в мою сторону ещё строже.

– В гости, – отпираться не видела смысла. Да и чего бы мне скрывать! – Что с ней?

– Сердечный приступ, состояние мы стабилизировали, но в любой момент приступ может повториться. Лучше понаблюдать в больнице пару дней и сдать все анализы, – я кивала как китайский болванчик. Да, обязательно! О другом варианте и речи быть не может!

– В местной больнице? – спросила в ответ.

– Да всего скорее нет. Как только состояние вашей бабушки стабилизирует окончательно и минует угроза нового приступа, вас стоит переправить в город. Оборудование местное вам и половины не покажет того, что может у них, – после этого последовал горестный вздох. Да, им здесь работать тяжело. Мало того что много мелких населённых пунктов, раскиданных друг от друга на достаточном удалении, иногда и в лесной глуши, так ещё и нет необходимого оборудования. Последнее огорчает больше всего.

Дальше остаток дороги мы проехали в гробовом молчании. Бабушка в себя так и не пришла. Лицо хоть и стало немного розовее, но болезненная бледность так и не сошла. Всю дорогу пыталась вспомнить молитвы. Лишь бы ей стало лучше. Пережить в такой момент жизни её потерю, точно не смогу. Я ехала и держала её за руку, словно это мой якорь. Если я отпущу родную ладонь, то обязательно потеряюсь.

К моему облегчению через пятнадцать минут мы приехали в местную больницу. Но радость разбилась о жестокую реальность, как только я потянула на себя дверь. В нос мне тут же ударил неповторимый "аромат", наверное, всех больниц. В воздухе парили ноты ароматов, в которых чувствовались насыщенные запахи стерильных бинтов, хлорки, и ещё чего–то непонятного, но знакомого ещё с детства.

Обшарпанный и стёртый до дыр линолеум, навевал щемящую сердце тоску. Напоминал детство! А выкрашенные в блёклую бледно–зелёную краску стены, словно навалились на меня, не позволяя втянуть полной грудью воздух. В городе таких больниц осталось мало. Но здесь, в глубинке, они сохранились в том виде, в котором их запомнил я. Давно–давно! Как будто я села в машину времени и перенеслась назад.

Тусклые лампочки над входом палат были вкручены, а те, что остались уже не в состоянии осветить длинный и тёмный коридор. Мрачный сумрак словно сквозил повсюду. Не спасало и большие окна, на которых едва заметно колыхалась выцветшие, когда–то белые занавески.

Я подошла к окну и присела на край стула, который незамедлительно с надрывом заскрипел подо мной. Было страшно упасть, но именно сюда указала мне приветливая женщина. Бабушку увезли в приёмный покой и сказали, подождать. Легко им говорить, а ждать тяжелее… Минуты тянутся вечность!

– Мария! – видимо, я сильно ушла в свои мысли, что сразу не почувствовала приближение лечащего врача. – Состояние вашей бабушки мы стабилизировали и подготавливаем документы о её переводе в город. Необходимо незамедлительное лечение.

– Что требуется от меня? – проведя немного время в этом месте, нестерпимо захотелось домой. Теперь понятно, почему некоторые люди наотрез отказываются ложиться в больницу несмотря на то, что им требуется незамедлительное лечение. Даже после нахождения небольшого промежутка времени, слишком сильно обостряется желание вернуться к родным пенатам. Даже если есть угроза здоровью!

– Привезите документы сюда, а мы переправим вашу бабушку в больницу после этого, – мужчина в огромных очках внушал доверие. Но выглядел он крайне усталым.

– Хорошо, мне нужен примерно час. Просто к бабушке приехала в гости и не знаю, где у неё могут храниться документы, – извиняющимся тоном произнесла в ответ.

– Ничего страшного, можно и через два часа, – мы всё равно перед дорогой хотели немного понаблюдать за ней. Может, её что–то сильно расстроило? – врач перевёл в мою сторону испытывающий взгляд. А я задумалась…

– Да нет, вряд ли! Она не рассказывала ничего мне, что могло бы её расстроить. С вечера она накормила нас пирожками и уложила спать. А на утре я проснулась и услышала грохот на кухне, – растерянно пожала плечами в ответ и перевела взгляд с окошка на врача. – Вы думаете, что–то могло спровоцировать сердечный приступ?

– Я предполагаю, но уверенным быть не могу, – он также неоднозначно пожал плечами в ответ и развернулся. Просто молча покинул меня. А я осталась стоять посередине коридора и думать о возможных причинах. Да нет! Бред же!

Мимо проходила медсестра и слегка задела мой локоть подносом. Тем самым она привела меня в чувство. Повела плечами, стряхивая с себя мысленно задумчивость, и пошла на выход. Документы!

Дорога домой была неблизкая и по совершенно неосвещенным улицам деревни. На всю стоял всего один фонарь и тот никак не справлялся со своими функциями. Изредка моргал и не хотел ярко светить. Но всё равно, лучше так, чем когда я вышла за пределы освещённого круга. Первое, что случилось – это оступилась в небольшую выбоину. Обидно, конечно, но жить буду!

А вот стоило только отойти ещё подальше, то влетела в лужу. Со всего маха шагнула в неё. Брызги разлетелись в разные стороны, а ногу охватила прохладная вода. Было жутко и сердце почти ушло в пятки!

Хорошо, что спустя двадцать минут мучений, я оказалась около ярко освещённого крыльца. В доме, где живёт моя бабушка. По крыльцу поднималась злая и сильно замёрзшая. Надо Натку предупредить о том, что сегодня придётся вернуться в город. И уже всё равно, что там сможет кому, показать Витя. У меня есть дела и поважнее.

– Наташ, – не успела подняться по крыльцу и войти в дом, решила позвать подругу. Она тут же выскочила на шум со сковородой на изготовке. От такого фееричного появления я слегка опешила. – Ты чего?

– Мне казалось, что кто–то ходит за окном и постоянно стучит. Было жутко, Машка! – девушка кинулась ко мне на шею и крепко обняла.

– Ты чего? – со смехом спросила у подруги. Никогда не наблюдала за ней подобной трусливости.

– Не знаю, – она отодвинулась от меня и, словно застеснялась своего порыва, отвела глаза в сторону. – Всё стучит, бренчит. У меня самой чуть сердечный приступ не случился!

– Да перестань! Но больше я тебя одну не оставлю, – погрозила подруге пальцем и прошла на кухню.

Стоит заварить бабушки сбор трав и мне, и ей. Специальный состав, который бабушке передала прабабушка, а та мне. Мама во всё это не верит. Говорит, выпили какую–то отраву и силой самовнушения придумываете себе облегчение. А я, наоборот, всегда пользовалась бабушкиными сборами и мне правда становилось легче. Вот и сейчас надеюсь, что травки помогут снять стресс и немного успокоиться.

– Что говорят врачи? – Наташа следовала за мной по пятам. И её поведение настораживало.

– Состояние стабилизировалось, – пожала плечами. – Надо найти и привезти им документы. Желательно в течение часа. А потом они переведут её в город. Мы с тобой должны вернуться следом за ней. Тебя я отправлю домой, а сама поеду в больницу. Бабулю в таком состоянии оставлять не хочу. Вот сейчас ушла, а сердце не на месте. Вдруг случится что-нибудь, пока меня нет рядом.

– Она крепкая женщина. Думаю, всё наладится! – уверенно произнесла в ответ подруга и посмотрела за окно. Вид из кухни как раз выходил на крыльцо, на самый освещённый участок во всей округе. Это я точно проверила на собственной шкуре.

– Очень надеюсь! – кивнула в ответ и понеслась в комнату ба. Необходимо сначала сделать дело. – Надо найти её документы.

– Я тебя здесь подожду тогда, – Натка осталась на кухне. Наверное, она не хотела залезать в чужие вещи. Ведь мало ли что и где хранит моя бабушка.

– Хорошо, – крикнула в ответ и принялась искать ключ от шкафа, в котором хранится сумка, в которой хранится пакет с документами.

На удивление искомое попалось мне сразу. И ключ, и сумка, и документы. Поэтому аккуратно, в отдельную папочку сложила всё необходимое, собрала сумку вещей ей в больницу и только после этого вернулась на кухню.

– Скучаешь? – наобум спросила в ответ, но девушка настолько была увлечена своим телефоном, что даже не отреагировала на мой вопрос. Очевидно, обворованный мужчина, всё–таки соизволил ей написать. И я правда рада за неё, но то, что он женат, наводит на сомнения.

Аккуратно слив полученный отвар, разлила его по чашкам, предварительно вскипятив. Так всегда меня бабушка учила. Что горячее лучше всего помогает.

– Ты пришла? – подруга встрепенулась и тут же заблокировала телефон. Но чтобы добиться такого эффекта, я со стуком поставила чашку отвара у неё перед носом. Наташа опять смущённо улыбнулась.

– Ну, конечно, – улыбнулась в ответ и принялась пить ароматный отвар. Надеюсь, он не только мне поможет, но и ей.

Глава 17. Может я всё это придумала себе?

Над нами нависла тёмная туча. Небо хмурилось. Оно сменило свою синеву и закрылась мрачными, тёмными, тяжёлыми тучами. Кажется, что они опускаются ниже города. Наступила тишина. Тишина всегда наступает перед бурей! И это меня немало беспокоило.

Внезапно начал накрапывать мелкий, холодный дождь, который даже не было слышно. Сначала! Но постепенно капли становились всё больше и больше. Они застучали по крышам соседних домов. И на крышу, под которой укрылась я тоже. Люди, которые спешили по своим одним только им известным, но несомненно важным делам, открыли зонты.

Ветер усилился, он упорно трепал верхушки деревьев. Те же в ответ протяжно скрипели. Хлынул ливень. Он лил как из ведра. Вода хлестала из труб, вымывала в земле ямы и бугры. А я стояла на крыльце больницы и радовалась, подставляя лицо под холодные и бодрящие капли. Ливень стал таким сильным, что ничего почти не видно. Улицы теперь похожи на большие лужи. И я бы с удовольствием пробежалась по каждой из них, если бы не было чуть теплее. Холод ненавижу!

На мгновение дождь затих. А потом начал вновь проливать на землю огромные литры воды, с новыми силами. Дождь постепенно становился всё холоднее. На улице уже почти никого не было, даже если кто–то и проходил, то только в куртке и с огромным зонтом. Почему люди покупают только чёрные или серые зонты? Хм…

Кому–то покажется странным, но я люблю дождь. Под дождь у меня бывает разное настроение весёлое или грустное, задумчивое или бездумное. Например: если это весенний или летний утренний дождик, после долгой засухи, то я весёлая. Потому что он скоро прекратится и на улице будет свежо. Если это осенний дождь, то обычно у меня разное настроение, но чаще всего грустное или бездумное. Иногда, просто сидишь у окна в автобусе или дома, и смотришь, как скатываются капли. А иногда дождь заставляет сидеть нас дома. В таких случаях я достаю из своего шкафа книгу и сажусь читать.

Сейчас я вышла из больницы, в которой лежит моя бабушка и врачу сказали, что ни жизни, ни здоровью ничего не угрожает. Разве может новость, быть прекраснее. Омрачал только один момент. Почему Герман не берёт трубку. Может, и вправду забыл про меня? Я хотела сообщить ему о своём возвращении и решении, но никак не могла с ним связаться.

Хорошо, что после ливня выходит солнце. Я сошла с крыльца и бегом направилась на работу. Не хватало из–за какого–то придурка потерять отличное рабочее место. Тем более, бабушка пришла в себя, отругала меня за своеволие и выгнала из палаты. Значит, на поправку идёт. Необходимо привести мысли в порядок и подумать о том, что же делать дальше с Витей. Но пройдя пару улиц, остановилась как вкопанная. Не может быть! Это точно не он!

– Герман, – прошептала едва слышно. Так, чтобы мужчина, что стоял у витрины с другой женщиной, не услышал. Лучше молча давиться слезами дома. Но мысли, сколько бы ни путались, всё равно не могли сложиться в картину, которую я сейчас наблюдаю.

– Герман, пойдём выберем коляску для малыша? – девушка, что была рядом с ним и крепко держала его локоть, потянула в сторону магазина с детскими товарами. Её округлый животик явно намекал на пополнение в семье. Сердце сдавила тоска и буря негодования. Если у неё такой огромный живот, значит, срок не маленький. Он изменял ей со мной. Тошнота подошла близко к горлу. Предатель!

– Пойдём, – ровно ответил он, а после резко обернулся. Наши взгляды встретились бы, если бы я вовремя не отскочила в сторону. Он не должен был меня видеть. Пускай будет так, как будет… Любимый мужчина мог смотреть с равнодушием в этот момент, а я не хочу! Не хочу видеть его безразличие…

– Прости, – прошептала одними губами, когда хотелось заорать в голос. Его там ждёт другая… Не я! Наверное, он так сделал потому, что я слишком проблемная. Или пожалел? Что между нами произошло вообще? А может, ничего не было, и я всё это просто придумала себе?

Развернувшись, пошла в обратную сторону. Лучше посижу с бабушкой. Её поддержка мне так нужна. Сколько нервов потрачено было, чтобы её здесь приняли… Сначала номер полиса где–то не хотел вставать, потом резко закончились места в городе. Ужас! Наташка молча терпела и даже не пыталась возникать, что всё слишком долго. Просто ждала сначала у больницы, потом в городе довезла до нужной и порывалась остаться, но я выпроводила отдыхать. Нечего ей таскаться за мной! Не маленькая.

Пока витала в облаках минувших дней, поняла одну вещь, что воспоминания последних дней полностью затмил собой Герман. Как это возможно? Слёзы всё–таки покатились по щекам. Если бабуля увидит меня такой, то точно расстроиться и приступ повториться. Надо сначала привести себя в порядок.

Покрутив головой по сторонам, увидела парк, уходящий влево от больницы. То, что надо! Сейчас пересижу часик, глаза, голос и лицо придут в порядок. А там надо идти сдаваться ба. Больше не теряя ни минуты, пошла в парк и стала искать лавочку. Ноги гудели и требовали отдыха. Но в поисках отдыха не сразу заметила, насколько красиво вокруг.

Здесь белые, и красные, и жёлтые, и голубые цветы. Они аккуратно украшают парковую зону, делая его немного волшебным в переливе красок осени.

Когда проходишь дальше по парковым дорожкам, окружённым аккуратными кустиками, попадаешь под тень многолетних деревьев. Здесь немного прохладнее, чем в городе, но и дышится легче, особенно после дождя.

По вымощенным дорожкам прошла вглубь парка, пока скамеечек не наблюдалось. А если и встречались какие, то они были заняты. Видимо, он является излюбленным местом молодёжи. Особенно подростков. Но зато, зайдя немного дальше, чем планировала, наткнулась на пруд. Здесь нет аккуратных клумб и кустов, подстриженных по линеечке, местность больше похожа на лесной уголок, и в этом есть своя прелесть. На берегу пруда растут камыши, в воде плавают утки. А ещё, здесь есть свободная лавочка прямо возле кромки воды. Не теряя больше ни секунды, занимаю лавочку и натягиваю посильнее воротник, закрываясь от промозглого ветра.

Не знаю почему, но вода привлекает моё внимание. Размеренно течёт от малейшего дуновения ветерка. Можно вечно на это смотреть. Красота завораживает. Вода в пруду кажется совсем чёрной, тихой, только лёгкий ветерок пробегает и тревожит листья на поверхности воды.

В середине пруда в деревянном домике, больше похожем на собачью конуру живут утки, которые осенью начинают утеплять свой дом листьями и веточками. А одна из них набралась смелость и подплыла вплотную к берегу, громко крякая. Никогда бы не подумала, что они настолько оглушительно умеют это делать.

– Жестокая женщина! – рядом раздался знакомый голос, принадлежащий мужчине, который занимает мои мысли последние несколько дней.

– Почему это? – решила, что удивления от его появления показывать не буду, но и не скажу, что видела его заходящим в магазин с беременной девушкой.

– Утка кушать хочет, а ты так укоризненно на неё смотришь! – цокнул языком в ответ и достал из пакета половинку батона.

– Что ты здесь делаешь? – с благодарным взглядом приняла протянутый хлеб и начала кидать в воду. Утка оживилась и стала крякать ещё громче и интенсивнее. На её призыв стали слетаться товарки из всех близлежащих кустов.

– Мимо проходил, – он смотрел на творящийся беспредел и улыбался. Я же не могла разделить с ним его хорошее настроение и наоборот нахмурила брови.

– А твоя невеста? – как бы, между прочим, поинтересовалась в ответ. И только потом несколько раз обозвала себя дурой. Ну какая невеста? Откуда я могу про неё знать. Чёрт!

– Невеста? – он в удивлении поднял брови и внимательно посмотрел в мою сторону. – Она рядом.

– Что? Где? – я даже решила, что девушка просто немного опоздала и сейчас выскочит из–за кустов с криками «Сюрприз!».

– Рядом на лавочке сидит!– он положил руку на моё плечо и посмотрел на меня, я же, в свою очередь, рассматривала уточек и старательно сдерживала эмоции негодования, рвущиеся наружу.

– Твоей невестой должна быть беременная девушка! – намекнула достаточно непрозрачно, но положение его дел.

– Это приглашение к активным действиям? Я не против, но ты обязана будешь выйти за меня замуж! – он говорил всё это максимально весёлым тоном, который я, естественно, не разделяла. Чему он веселится, все мои намёки просто должны были дать ему понять, что я всё знаю!

– Герман! – мои глаза сузились от злости. Сколько можно водить меня за нос и думать, что я дура какая–то. – Я могу кинуть в тебя цветочным горшком. Ты знаешь, насколько мой глазомер развит. Скажи, кто для тебя та девушка, с огромным животом?

– Сестра двоюродная, – спокойно произнёс в ответ и тут же положил свою ладонь на мою щеку. – Несложно ведь, правда?

– Ты о чём? – ошалело спросила в ответ, пытаясь ещё осознать, что действительно может быть такой вариант. Он что–то упоминал о сестре, которая в прошлом году вышла замуж.

– Несложно просто подойти и задать прямой вопрос на тему, которая тебя сильно интересует. А не убегать и щемиться в темном уголке, – он повысил тон и подскочил с лавки. Видно было, что он сильно нервничает и, хоть и пытается сдержать эмоции, но у него это слабо выходит.

– Извини, – коротко произнесла в ответ и поднявшись следом за мужчиной, обвила руками его шею. Герман затих. Хоть и не обнял в ответ, но уже не оттолкнул и это хорошо. Иначе я прямо на этом месте бы сошла с ума!

– Я видел тебя, – не решительно, но его руки обвились вокруг моей талии, и он осторожно прижал меня к себе. – Надеялся, что ты подойдёшь. А ты просто развернулась и ушла. Ничего не сказала и не спросила. Даже объяснений не потребовала!

– Она же беременная! – возмущённо подняла взгляд на мужское лицо и посмотрела в его сторону с вызовом. – Если бы я подскочила с разборками, а она на самом деле твоя невеста, то вместо ответов принимала бы роды.

– Не подумал, что тут с отягчающими, – улыбнулся в ответ и щёлкнув по носу, произнёс дополнительно. – Упс!

– Так значит, невесты у тебя нет точно! Ты абсолютно холост, – начала игриво произносить в ответ, но закончить не успела. Герман меня прервал.

– И ты тоже абсолютно свободна. Смотри, – он протянул мне заветную бумажку из ЗАГСа, где брак с Витей не просто расторгли, а аннулировали.

– Но как? – ошарашенно произнесла в ответ. Я же точно помню, что подавала заявление на развод. Держала бумажку в руках и не могла поверить в то, что вижу.

– Немного ловкости и связей, как моих, так и твоей подруги. Она закинула идею об аннулировании в ЗАГСе своей родственнице, а я просто нашёл рычаги давления, – его глаза светились от радости. А на губах играла улыбка, но недолго. – Правда, найти Виктора так и не получилось.

– Нет? – а на что я, собственно, надеялась. Что Герман за сутки, даже меньше, поймает моего обидчика, прижмёт к ногтю и решит все мои проблемы? Конечно, это глупо и наивно!

– Нет, но это пока, – в ответ он поднял палец вверх. – Ему осталось недолго ходить свободным. У меня есть план.

– Какой? – полюбопытствовала в ответ, но вместо подробностей получала лёгкий поцелуй в нос. И от этой просто и незамысловатой ласки, душа расправила крылья, которые однажды Витя так умело подрезал.

Взгляд сам по себе остановился на его губах. Такие манящие, желанные, чувственные. Действуя по инерции своим желаниям, потянулась за лаской к его губам. Но мужчина хитро улыбался и медлил. А я уже изнывала от нетерпения. Хочу чувствовать его прикосновение.

– Герман, поцелуй меня, иначе я просто умру! – посмотрела ему прямо в глаза и прошептала. Почти выдохнула в едва приоткрытые губы. И, больше не дожидаясь активных действий, сама сократила расстояние между нами и легонько лизну его нижнюю губу.

Руки начали сами скользить по телу мужчины, стараясь изучить как можно больше. Хорошо, что в этой части парка почти никого нет. Герман долго терпеть не мог и когда я прикусила его верхнюю губу, постарался перехватить инициативу.

– Я думаю, что остальное мы продолжим дома, когда сможем остаться наедине, – ловко увернулась от его губ и прошептала нежно на ушко. В ответ услышала протяжный стон.

– Ты издеваешься надо мной? – то ли вопрос - то ли утверждение. Широко улыбнулась в ответ.

– А надо было целовать тогда, когда я просила! – показала моему оборотню язык. Дразниться в мои планы не входило, но как–то само собой вышло. Герман рассмеялся в ответ.

– Зря ты так! Я же потом отомщу! – он чмокнул быстрым поцелуем меня в губы, а после нахмурил лоб и произнёс. – Я настолько обрадовался тебя увидеть, что даже не спросил, а что ты здесь делаешь? Разве ты не должна находиться у бабушки?

– У неё сердечный приступ был. Опасность миновала и её перевели сюда. Пока побуду с ней. Домой не очень хочется возвращаться, – протараторила в ответ.

– Не переживай! Она обязательно поправиться, – он обнял меня немного крепче и поцеловал уже в макушку. Как же тепло в его объятиях и надёжно.

– Надеюсь, она единственная из всех родственников, кто мне по–настоящему дорог, – грустно улыбнулась в ответ.

– Давай вместе сходим к твоей бабуле? – неожиданно предложил Герман, а я поперхнулась словами, которые собиралась до этого произнести.

– Не думаю, что сейчас это хорошая идея! – признаюсь, предложение стало несколько для меня неожиданным. Точнее! Оно ввело меня в ступор. И как правильно поступить в такой ситуации, я не знала. – Да я даже про развод ещё не сообщила ей!

– Обещай, как только ей станет лучше, ты поговоришь! – Герман сдвинул брови и сделал суровое выражение лица.

– Обязательно! Просто не думаю, что шокировать сейчас, в таком состоянии, хорошая идея! – на самом деле, немного лукавила. Германа я не стеснялась. Ни в коем случае, но уверенности нет, что мы точно завтра будем вместе. Особенно если Витя успеет опубликовать на меня компромат.

– Я подожду. Но! Не долго, – ещё один короткий поцелуй в нос, и он тяжело вздохнул. – Пора Таню везти к мужу. Пойдём, провожу в больницу!

– Пойдём! – улыбнулась в ответ и обхватив рукой мужскую талию, двинулась на выход из парка по дорожке.

Глава 18. Свобода!

Бабушке стало значительно лучше. Три дня я провела возле её кровати, но теперь, когда она благополучно пришла в себя и к ней вернулись силы, оставаться рядом просто не было возможности. Вываливать правду о Викторе не хотела и не могла. А вдруг у неё будет стресс и снова случится сердечный приступ… Но и в квартиру идти не хотелось! Там я буду одна и бояться каждого шороха. Последнее время, мне кажется, что за мной кто–то наблюдает.

– Иди домой! – бабуля уже в сотый раз выпроваживает меня из палаты, а я в сотый раз придумываю отговорку, чтобы не выходить.

– Ничего не могу с собой поделать! – легко пожимаю плечами и крепче сжимаю старенькую ладонь. Раньше в этой руке было море силы и здоровья, а сейчас осталось одно название. Даже в ответ по–хорошему не получается сжать.

– У тебя всё в порядке? – а вот и неудобные вопросы подъехали. Сейчас точно придётся быстренько покидать палату, пока бабуля не вытрясла из меня всю правду.

– Нет! – искренне выдохнула в ответ. – Моя любимая бабуля уже давно мучается с сердцем, а мне не признаётся в этом. Как партизан!

– Скажешь тоже! – она махнула в мою сторону рукой и улыбнулась, отчего в уголках её глаз собрались морщинки.

– Но ты права! Мне надо домой, а тебе отдыхать, – я пожурила её пальчиком. Поскольку не один раз заставала бабулю за разгадыванием кроссвордов в позднее время.

– Я спать лягу, что–то сегодня прямо сморило, – словно доказательство она зевнула, а я поднялась со своего места и взяла сумку в руку.

– Сладких снов! – я наклонилась к бабушке и чмокнула в морщинистый лоб на ночь.

После вышла из палаты и прошла по светлому коридору на выход. В нос тут же ударил слегка прохладный, свежий воздух. И я остановилась. Усталость навалилась на плечи. Но несмотря на всю усталость и головную боль, я с наслаждением любовалась мягкими лучами садившегося солнца. Так необычно и непривычно! Первый раз за последние месяца позволила себе такую роскошь, как любоваться природой!

Осень была поздняя и уже немного вступал в права лёгкий мороз. Убрала телефон обратно в сумку. Хотела позвонить в такси, чтобы добраться без приключений, но решила прогуляться в итоге пешком. Правда смущала сгущающаяся темнота. Но хорошо, что тут не деревня и везде, в каждом уголке стоят фонари.

Стоило только мне сойти с крыльца, как показалась, что сбоку метнулась тень. Чувство постоянного наблюдения усилилось в разы и, сердце в груди, начало стучать с неимоверной скоростью. Но я всё списала на последнее напряжённые дни, нервы и так натянуты до предела и нет этому конца и края. И все ощущения надвигающейся беды списывала на паранойю.

Тем более что ситуация с Виктором никак не могла разрешиться. По крайней мере, Герман ничего мне не говорил, да и вообще последние дни редко выходил на связь. Особенно после того момента, как бабушке стало лучше. Это настораживало, хотя с другой стороны я понимала, что он завален работой. В том числе, связанной со мной.

Сейчас чувство опасности просто вопило на всю округу, что возникло желание забежать в больницу и закрыться там в самом укромном уголке. Я достала из сумки телефон и нажала на номер вызова такси. На том конце провода ответили приятным женским голосом. Говорить адрес, куда собралась ехать вслух, я опасалась и поэтому просто вызвала по действующему адресу машину. А конечную точку оставила неизвестной. Мне обещали, что машина прибудет в течение десяти минут и вежливо прощались, а я осталась стоять на кольце под тусклым светом уличного фонаря. Хотя как он меня спасёт, даже предположить не могла. Наоборот, кто–то из темноты может за мной наблюдать. От этих мыслей воображение стало работать в разы интенсивнее.

Желание вернуться в здание стало значительно больше и я не стала ему сопротивляться. Быстро вернувшись к двери и дёрнув её за ручку, поняла, что больницу уже закрыли изнутри и вряд ли кто–то сейчас будет открывать для меня, чтобы пустить внутрь. Ситуация накалялась, чувство опасности взвыло до предела. Телефон всё ещё был в руке, и я решилась набрать номер Германа. Но он, как назло, не отвечал. А после серии длиных гудков, механический голос ответил, что абонент не может сейчас ответить на звонок. Паника начала усиливаться.

И именно в этот момент к крыльцу подъехала машина с характерными для места работы шашечками наверху. Не думая больше и секунды, запрыгнула в машину на заднее сидение. Сначала облегчённо выдохнула, но втянув воздух, замерла. В салоне пахло парфюмом, который я дарила Виктору на последний день рождения. Пазл сложился и тогда, когда в зеркало заднего вида увидела ещё одну машину с шашечками, а следом и звонок от службы такси.

– Привет, Машуня! – надежда рассыпалась в дым, когда я услышала уже ненавистный голос бывшего мужа. Его грубый смех резал уши, а нахождение с ним в одной машине сводило с ума. Он болен и, с этим надо что–то делать!

– Здравствуй, Виктор! – старательно успокаивала свой голос, чтобы он казался как можно увереннее. Но вряд ли у меня получится провести человека, с которым прожила три бесконечных года под одной крышей.

– Как дела? – он защёлкнул центральный замок на дверях, блокируя даже малейший шанс на побег. Руки начало слегка потряхивать. С грустью вспомнила о цветочном горшке, который пролетел по касательной, а не упал на его голову прямо. Сейчас проблем было бы в разы меньше и не стоял бы вопрос о репутации и жизни.

– Всё нормально, – сдержанно произнесла в ответ, стараясь унять дрожь рук. Стиснула пальцы в кулак и сунула их под ноги. Так меньше видно дрожь. – Ты как?

– Прекрасно! – со смешком произнёс в ответ. – Благодаря твоей ветреной натуре, скоро будет ещё лучше. Знаешь, сколько стоят фото в стиле «ню»?

– Представления не имею, – пожала в ответ плечами и попробовала перевести тему в другое русло. – Как твоя мама?

– Твоими молитвами, – прилетел незамедлительный ответ. Только вот тему увести в сторону не удалось. Парень, наоборот, словно разозлился ещё больше и прибавил скорость. Теперь все мимо проезжающие машины мелькали с ужасающей скоростью, а моя рука сама по себе потянулась к ремню безопасности. – Почему ты не послушалась? Почему? Тебе так дорог этот зверь?

– О чём ты? – обескуражено произнесла в ответ и для верности ещё сильнее ухватилась за специальную ручку на двери.

– Ты вернулась! Даже суток не прошло! – он словно ещё сильнее обезумел. Теперь машину кидало из стороны в сторону.

– Вить, езжай, пожалуйста, тише! Я вернулась не к нему, – почти прокричала в панике, когда при очередном обгоне он чиркнул зеркалом по зеркалу другой машины.

– А зачем? – также прокричал он в ответ, сворачивая со встречной полосы. В последний момент уходя от столкновения с камазом. Все внутренности сковал дикий, животный страх.

– У меня бабушка болеет. Я приехала с ней, – надо было сразу ему прокричать в лицо это, чтобы сейчас не возникало такой ситуации. Он ставил под угрозу не только наши жизни, но и тех, которые встречались на пути.

– Но ты с ним встречалась, – настойчиво проговорил парень. И хоть, казалось, что ехать быстрее просто невозможно, он прибавил газ ещё. На такой скорости машина, практически, не слушалась руля. Не представляю, как мы ещё никуда не врезались.

Но мысль моя оказалась пророческой. Стоило только подумать о столкновении, как колесо машины попало в какую–то яму. Раздался звук, как будто что–то взорвалось. Машина тотчас потеряла управление. Витя вцепился в руль и начал выкручивать в другую сторону от заноса. Торможение тоже не помогало. Машина словно сошла с ума и в итоге вылетела на обочину.

Сначала я ничего не почувствовала, темнота сковала моё сознание. И в какой–то степени я порадовалась. Удар был сильным. Вылетели стёкла и, кажется, даже Виктор. Меня удержал только ремень безопасности. Бывший муж же пренебрёг этим. Но постепенно сознание стало возвращаться, а вместе с ним пришла боль. Адская! Она сковала всё тело и не давала двигаться. Только глухо стонать.

– Маш! Маша, – кто–то подскочил к двери и стал дёргать, но поскольку машину очень покорёжило, добраться до меня было не так–то просто.

– Больно, – прохныкала в ответ. Снаружи раздалась команда, и через пару секунд дверь оторвалась от своего законного места и полетела куда–то в кусты. В салон протиснулась рука вся в шерсти.

– Потерпи, маленькая! Потерпи, хорошая моя! – Герман, это был именно он. Аккуратно порвал ремень, которым я была пристёгнута, и стал вытаскивать меня из железного плена.

От охватившей меня боли готова была кричать в голос, но могла выдать только слабый, приглушённый стон.

– Множественные ушибы, внутреннее кровотечение, сотрясение мозга, – рядом стоял кто–то ещё и монотонно перечислял все полученные травмы. Его голос доносился, как сквозь вату.

– Я понял, мне нужна метка! – резко произнёс в ответ Герман и тяжело втянул воздух.

– Может не выдержать, — вот сейчас я его узнала. Николай! Это именно он разговаривает с Германом, неужели он тоже оборотень?! Но размышления прервались новым витком боли.

– А так, есть шансы? – с надеждой спросил мой босс и повисла гробовая тишина.

– Не довезём до больницы. Да и там вам будет сложнее действовать, – мне хотелось закричать, чтобы они уже сделали хоть что–нибудь. Только бы это всё прекратилось. Очередной виток боли и моё сознание начало снова проваливаться в чёрный туман.

– Не пускай никого! – грозно рыкнул Герман в ответ.

– Не беспокойся! Всё сделаю в лучшем виде, – после чего раздался хруст веток. Парень удалялся от нас. Герман не давал мне шанса уснуть. Постоянно трепал за щёки и совал под нос жутко вонючую гадость.

– Ты станешь моей женой! – решительно проговорил Герман, нежно проводя рукой по щеке. Но ответить уже не могла. Не знала, что делать, чтобы удержать то и дело уплывающее сознание.

Но что самое интересное, только сейчас, стоя на самой грани, я чувствовала и слышала больше, даже то, как бьётся часто–часто его сердце. Оно колотилось как бешеное. Такой ритм просто нереален для человека. Как я раньше этого не понимала? А может, просто не обращала внимания!

Его мягкие губы дотронулись до моих. Они казались настолько горячими, что озноб прошиб тело, вызывая внеплановый виток новой боли. Эти прикосновения начали сводить с ума. Наслаждение от прикосновения желанных губ до адской боли во всём теле.

Дрожь распространилась по всему телу и мне показалось, что боль немного отступила. Не прошла совсем, но немного ослабила свою хватку. А Герман спускался всё ниже, проводя влажную дорожку из поцелуев. Но стоило только его губам дойти до пульсирующей жилки на шее, как это место пронзила дикая боль. Острые клыки вонзились в шею. Он меня укусил?! Зачем? Мне и так больно! Стиснув зубы, простонала, хотя честно пыталась сдержать.

– Тссс… тише, маленькая, тише! – сначала он аккуратно провёл языком по ране. Боль в месте укуса немного притупилась. Но по телу начала разливаться какая–то горячка. Словно в вены запустили жидкий, раскалённый до предела метал. Тело выгнуло дугой. А Герман сидел возле меня, он только приговаривал и старался удержать тело от резких движений.

Боль постепенно стихала, уже не была такой резкой и невыносимой. Смогла без опасения открыть глаза и наткнуться на внимательный взгляд. Герман плакал. По его лицу катились крупные слёзы и это, сначала меня шокировало. Наверно так и бывает, когда один человек спасает другому жизнь. Чудо, не иначе!

– Ты меня укусил! – обвинительно, насколько это было возможно, проговорила в ответ. Это были первые слова, которые я произнесла после аварии. До этого сил на разговоры не было. Сейчас, почему–то стала чувствовать себя лучше.

– Так было нужно, женщина! – властный голос у Германа получалось изображать лучше. Он украдкой провёл ребром ладони по щекам, стирая признак слабости. Но я видела!

– Муж? – постаралась растянуть на губах милую улыбку, но судя по тому, как Герман нервно сглотнул, получился оскал.

И вместо тысячи слов, которые мы могли бы сейчас произнести друг другу, его губы искали мои. Он прикасался губами нежно, осторожно, словно пытался не навредить. Я же аккуратно подняла руку, которая по ощущениям была более здорова и обвила шею мужчины, привлекая его ближе к себе.

– Ты теперь моя жена, – рыкнул оборотень, зарываясь в волосы носом. Он глубоко втягивал воздух. Раз за разом и это было больше, чем признание чувств. Это просто не описать словами…

Медленно, словно давая возможность отстраниться, он начал снова склоняться надо мной. Я задержала дыхание, боясь его спугнуть. Лежала и смиренно ждала, когда его губы снова окажутся на моих. Хочу срочно ощутить его нежные прикосновения! Его взгляд затуманился, стоило только понять, что я отвечаю ему взаимностью. Так же, как и он с нетерпением жду момента нашего соединения. Его твёрдые губы скользнули по моим, словно снимая пробу. Нежные и такие чувственные движения. Внутри словно разжалась какая–то струна, что последние дни держала в напряжении и, прикрыв глаза, почувствовала, как между нами устанавливается невидимая связь.

А он словно этого только и ждал!

Его губы стали более требовательными, а мой рваный выдох он словно поглотил. Они ласкали и заявляли права одновременно. Будто выпивая меня до дна. Всю, без остатка! Словно от этого только одного зависят наши жизни. Дыхание стало единым. Словно сумасшедшие мы упивались поцелуем, не в силах оторваться друг от друга. Но всё хорошее не вечно. Забывшись, я потянулась второй рукой обнять его, как тут же боль прострелила тело. Рано я обрадовалась заметному облегчению. Кажется, кто–то вернул меня с небес на землю и по округе разлетелся болезненный стон.

– Стоп! Врача! – тяжело дыша, мужчина отодвинулся в сторону от меня. В глазах потемнело от боли. И только чудом вышло не потерять сознание. Он с ума сойдёт, если в такой момент я выкину что–то подобное.

– Я согласия не давала стать твоей женой, – прохрипела в ответ я. Кажется, я так обрадовалась возможности говорить, что немного сорвала голос, пока кричала от боли.

– А ты бы стала ей? – без тени усмешки произнёс Герман и поднял здоровую руку, целуя пальчики.

– Поздно задавать подобного рода вопросы, если ты без спроса сделал меня женой, – с напускной серьёзностью протянула в ответ, стараясь его отвлечь от мрачных мыслей.

– Я обязательно тебя спрошу чуть позже, когда всё устаканиться, – с улыбкой проговорил мой волк, аккуратно гладя меня по волосам. Сегодня просто день моментов. Есть те, которые я бы хотела забыть, а есть те, которые обязательно должна запомнить. И то, как его рука пропускает мои волосы между своих пальцев, обязательно должен отложиться в памяти.

– А я обязательно отвечу да, – также с улыбкой произнесла в ответ, прежде чем к нам подошла бригада скорой помощи и, обколов обезболивающими, погрузили моё тело на носилки. Герман остался разгребать проблемы здесь, на месте аварии. – Стойте!

– Ты чего? – Герман остановился вместе со скорой и удивлённо посмотрел в мою сторону.

– Что с Виктором? – оттого, что он снова мог сбежать, меня бросило в озноб. Нет! Нет! Нет… Он больной и ему требуется помощь специалистов! Как я раньше не замечала?!

– Он получил множество травм, но остался жив. Сейчас едет в больницу под моим конвоем. Всё закончилось, не переживай! – он понятливо улыбнулся и развернувшись, пошёл дальше. А я наконец–то выдохнула с облегчением. Свобода!

Эпилог

Через полгода после того, как она сказала: «ДА!»

Путь до большого, даже огромного, костра не занял много времени. Подхватив подол длинного платья, я неслась как на пожар. И если бежала сломя голову, то только в зоне видимости для гостей. Ведь там, у костра, меня ждал Герман. Всё казалось таким правильным. Естественным. Что я замедлилась и, сделав глубокий вдох, шагнула навстречу моему волку.

– Пришла? – он поднял на меня усталый взгляд. А ещё в нём было неверие. Словно меня здесь не должно было быть. И может, даже он был против моего присутствия. Герман слишком быстро отвёл глаза в сторону и, я не успела рассмотреть всю гамму эмоций на его лице.

– Пришла! – смущённо улыбнулась в ответ и посмотрела на красивый профиль мужчины в ожидании его решения.

– Тогда пойдём? – он протянул руку навстречу мне и затаил дыхание. Неожиданно, в сердце появилось смятение. Я помню это! Точно! Мне однажды уже это снилось. И там, во сне, всё закончилось печально. Может, не стоит идти дальше? Стоит отступить? Да и сколько мы знакомы! Всего ничего… Наверное, стоит узнать друг друга получше. Горло буквально сковало спазмом. Но руку ему я всё–таки протянула! Не могла не протянуть под таким пронизывающим взглядом.

Дальше мы с ним, держась за руки, пошли совершать круг, обходя костёр, и на каждый седьмой шаг произносить семь клятв. Слова звучали приглушённо. Все смотрели в мою сторону с осуждением. Не знать слов клятвы на торжестве по случаю… И мне за это, может, и было бы стыдно, если бы не уверенная рука Германа, что держала меня. И неспокойный голос мужчины, что уверенно подсказывал, что и где следует говорить.

Он долго уговаривал пройти обряд по волчьим законам. И если я сначала отказывалась, то со временем поняла, насколько это важно для него. А значит, для меня тоже!

– Быть рядом и в горе и радости… Клянусь! – первый, седьмой шаг. Только ветер, да костёр перекрывали наши тихие, синхронные голоса.

– Служить процветанию своей семьи, заботиться друг о друге… Клянусь! – второй шаг и кто–то из толпы затягивает заунывную песню. Песнопения усиливались, заученные фразы, синхронно звучали все остальные шаги. А после Герман повернулся ко мне и произнёс фразу, которая, судя по всему, тоже являлась частью ритуала.

– Будь предана мне! – испытывающий мужской взгляд упёрся в мои глаза, ожидая моего ответа. Разве я могла ответить ему отрицательно?

– Буду! – прозвучала завершающая фраза, и… прежде чем он поцеловал меня, из толпы вышла беременная девушка, испепеляя меня злым взглядом, немигающий глаз. Всё как в моём сне! Только я не понимала, что за девушка и откуда она взялась… А потом пригляделась! Это та самая, с которой он ходил в магазин.

– Ненастоящая истинная, – громко произнесла она и направила в мою сторону наманикюренный палец. Ветер подхватил её слова, разнося их над толпой. То там, то тут послышались шепотки.

– Ненастоящая… – слышались обрывки их фраз. Растерянно перевела взгляд на Германа, который в ответ нахмурился.

– Слишком громкое заявление! – Герман сам не ожидал ничего подобного. Тем более, от любимой сестры. Он просто свёл брови и с осуждением посмотрел в сторону девушки. Та немного отшатнулась назад, но уверенно произнесла.

– Она не настоящая! – голос сорвался, она почти истерично выкрикнула в ответ. – Ты будешь страдать!

– Нет! – хотела закричать, но поперхнулась воздухом. По округе разлетелся только шёпот, подхваченный ветром. Герман в поддерживающем жесте сжал мою ладонь и поднёс к губам.

– На ней стоит моя метка. Волк подтвердил избранницу, – видимо, до этого момента он хотел скрыть этот факт. Но поскольку сестра решила вынести весь сор из избы, ему пришлось обнародовать, что свадьба всего лишь дань традициям. На самом деле они уже давно безжалостно попраны.

– Что? – обескураженно выдохнула девушка. – Что же теперь будет!

– Герман, поговори с ней, – видя, что с девушкой явно что–то не так, отправила теперь уже настоящего мужа на серьёзный разговор в очередной раз, нарушая традицию. Ритуал прерван, и жених вышел из круга. По залу пронёсся шепот. Новая волна стала сильнее старой.

Муж ушёл, а я так и осталась стоять у костра. Ритуальные фразы сказаны и, теперь мне оставалось бежать в лес, чтобы окончательно стать его. Я специально не смотрела в толпу. Знакомых лиц там со счёта, но и они не несут для меня никакой важности. Просто оборотни и их мнение меня интересует в последний момент. Единственный, главный зверь в моей жизни сейчас решительно идёт в мою сторону и берёт за руку.

– Всё нормально, – шепнул Герман, а я не стала допытываться, почему его сестра предрекла нам несчастье. – Продолжайте!

– Теперь вы муж и жена! Прошу завершить ритуал, – старичок недовольно цокнул языком, но обряд провёл до конца.

Прозвучала завершающая фраза, и я сорвалась в лес! Всё точно так, как меня учил Герман перед обрядом. Толпа гудела и отсчитывала назад отведённые секунды на то, чтобы найти укрытие. Как того требовали традиции. Сейчас начнётся охота на невесту. Я бежала на грани сил, а ещё боролась с желанием сбавить темп. Мне очень хотелось быть не хуже их волчиц. Тоже убежать далеко и подразнить своего волка. Дать ему азарта.

Я бежала по лесу так, что мои лёгкие начали гореть. И, запыхавшись, я прислонилась рукой к стволу дерева. Всё! Больше не могу! Если пробегу хоть чуть–чуть ещё, просто умру на месте. А я ещё только поправилась после аварии.

– Попалась, – сзади ко мне прижались мужские руки. Боже! – И где ты бегала от меня, моя жена?

Он водил носом по моей шее, а его руки бесстыдно изучали тело. Наконец–то! Мне до зуда пальцев захотелось потрогать его в ответ. Почувствовать, как под моей рукой напрягаются его мышцы.

– Сбежала от тебя, – игриво произнесла в ответ и ловко повернулась в кольце его рук лицом.

– А я догнал! Потому что люблю… – лёгкий поцелуй в шею. Почти невесомый, а я начинаю плавиться в его руках. Первое признание в наших чувствах. Он сказал мне это! От счастья хотелось петь и плясать. А ещё отдаться безумству, что нас охватило.

– Так нечестно! – проговорила в ответ, тяжело втягивая прохладный воздух.

– Почему же? – он прервался, чтобы заглянуть в мои глаза.

– Я хотела сказать это первой! – проговорила с улыбкой, и сама накинулась на его губы, словно путник в пустыне, дорвавшийся до воды.

Сначала мои движения были нежными, но потом со стремительно нарастающей страстью, поцелуй перерос в нечто большее. Он перехватил инициативу и, опустив руки на попу, прижал моё тело к стволу дерева. Мой мир взорвался тысячей искр, когда его жадный рот раздвинул мои дрожащие губы. Дрожь пронеслась по телу словно ток, будя в теле ощущения, которых я раньше не знала. Даже и не думала, что способна познать такое наслаждение. И, прежде чем, отдаться во власть закрутившего нас вихря, произнесла:

– Я тоже тебя люблю, – стоило сказать об этом раньше, чтобы увидеть, как загораются счастьем его глаза в этот момент.

– Теперь всё очень честно, – улыбнулся он, а я смущённо опустила глаза вниз. – А теперь, моя девочка, дай мне насладиться тобой!

Он тоже этого хотел. Как и я. Это чувствовалось в каждой клеточке тела. Его и моё желание. Момент единения души.

– Давай! – с энтузиазмом ответила я, обвивая его шею цепкими руками.

– Ты самая красивая! – он наклонился ко мне близко–близко и шепнул на ушко. А после сделал шаг назад и перекинулся в волка.

– Да ты издеваешься! – видела, как мелькнул серый хвост в кустах. Он что от меня сбежал?! Слов просто не было, чтобы выразить всю степень своего возмущения. Но стоило только мне набрать в лёгкие побольше кислорода, чтобы крикнуть какой он на самом деле трус, как кусты снова зашевелились и Герман на полусогнутых шёл ко мне.

– Вот ты где!? – оттого, что он вернулся, почувствовала облегчение. Словно груз упал с плеч. А мужчина обернулся назад в человека. Всё так же лёжа на моих коленях. Больше его тело не выгибало дугой от боли, и я поставила себе заметку узнать об этом позднее.

– Ты моя самая настоящая истинная, Маш! – он обнял руками мою талию. А я напряглась. Точно! Его сестра!

– А почему она сказала, что нет? – затаила дыхание в ожидании ответа. Чувствую, что ответ мне не понравится.

– У меня уже была истинная. Она отвернулась от меня в тот момент, когда я потерял волка. Она ушла, а я остался один тонуть в своём горе, – начал он с тяжёлого вздоха. – Ты не должна ничего была из этого узнать! Я не хотел… Но, если сам не скажу, обязательно донесёт кто–то другой. Тогда связь между нами оборвалась, и она удачно вышла замуж. А я решил жениться на тебе. Но в писаниях написано, что счастливы мы будем только в истинной паре, потому даётся она нам один раз!

– Но как же? – я думала, он правду говорит про истинность, но по итогу выходит, что он просто так называет свою необходимость во мне. Я запуталась, как относиться к его словам.

– Думаю, боги благословили меня на ещё одну пару! Ведь ты для меня дар свыше, – он поднялся на руках и оставил лёгкий поцелуй на щеке.

– Но истинная одна на всю жизнь, – растерянно проговорила то, что он совсем недавно мне озвучивал.

– Теперь ты моя жена, Маш! Нравится это тебе или нет. Просто прими это как данность! – зарылся носом в районе моей шее, отчего мурашки побежали по коже.

Я робко отвела голову в сторону, чтобы предоставить больший доступ к его ищущим губам. Какая разница, кто у кого был до? Главное, что сейчас мы есть друг у друга. Это Самое важное!

Издав глухой, но полный желания стон Герман приник к моим губам. Его желание точно вторило моему и мне вдруг стало неважно, где мы. В лесу, на кровати…неважно! Он, покусывая, требовал подчинения, и сопротивляться мужчине не было ни сил, ни желания. Дыхание снова стало одним на двоих. Частое, безудержное, возбуждённое… Горячие руки скользили по моему телу, прикасаясь и изучая.

Словно издалека услышала собственный стон, что слился с его. Наконец–то всё позади! Вокруг только лес и наше желание. Остальное всё далеко позади!

Через 9 месяцев…

Роддом. Полшестого утра. Мужской праздник. В день, когда всем мужчинам принято дарить носки и пену для бритья, за окном бушевала февральская метель. Вместе с ней в родильной комнате выла и я. Герману специально ничего не сказала. В больницу меня положили раньше положенного срока. Так что он, наверное, видит десятый, спокойный сон в тот момент, когда мне плохо по его вине!

– Дыши! – громко крикнула медсестра и я принялась делать дыхательные упражнения, как учили на курсах для молодых рожениц. Но вспомнить сейчас, что мне там вещала врачиха, никак не получалось, только после волшебного ора медсестры или врача.

– А я что делаю по–вашему! – после очередной схватки огрызнулась в ответ, но дыхание стала отслеживать жестче. На самом деле, становиться легче. Или это просто сила самовнушения? На мою дерзость никто не ответил.

Телефон мне разрешили взять с собой, положили рядом на маленький столик. Зря, я грешила на Германа, что он дрыхнет. Нет! Зачем–то в полшестого утра ему потребовалось мне позвонить. В попытке прервать льющуюся из динамика песню, случайно нажала принять вызов, а пока пыталась скинуть его, включила громкую связь. Да чтоб тебя! Настроения мне не прибавило это совершено, тем более что тело скрутила новая схватка.

– Солнышко, как дела? Чем занимаешься? – едва сдерживая болезненный ор, стоически терпела боль и дышала, как того требовали медсёстры. – Маша!

– Ты не поверишь – крестиком вышиваю твой портрет! – как только схватка отпустила, проорала в ответ. От такого выступления муж слегка опешил, но не сдался.

– Зачем? – на его вопрос даже медсёстры остановились. Стало ясно, что сейчас будет буря в стакане воды.

– Чтобы на входе в спальню повесить и помнить, что тебя к себе подпускать нельзя! – новый приступ схватки на этот раз подкрался быстрее. Из–за разговора не успела подготовиться и, мой крик разлетелся по помещению.

– Дорогая? – из динамика услышала вопрос Германа и засмеялась истерически. Убью гада, когда рожу!

– Ваша жена рожает, перезвоните позднее, – сказала медсестра и сбросила вызов. Я благодарно взглянула в её сторону. Та в ответ понимающе улыбнулась.

Мучения мои длились после звонка не очень долго, буквально двадцать минут и ребёнок уже огласил плачем помещение. Каким же было облегчение, когда я услышала его первый писк. Слёзы текли из глаз, я грязная, вспотевшая, усталая, но безумно счастливая.

– Мамаша, у вас мальчик. Вес четыре сто, рост пятьдесят четыре, – медсестра не дала мне подержать моего сыночка на грудь, как показывают часто в фильмах, а просто показала издалека, завёрнутого в пелёнки.

– Спасибо, – горячо поблагодарила всех и с ужасом начала вспоминать, что кричала в минуты боли. Пришлось поспешно добавлять. – И извините!

– Молодец! – врач потрепал меня за плечо и устало пошёл на выход. – У вас есть пара часов, чтобы передохнуть, а потом здравствуй новая жизнь!

Время в больнице пролетело незаметно. Новые заботы, новые дела! Ребёнка то и дело куда–то увозили. То брали анализы, то делали прививки. Я себе места не находила в такие моменты. Как он там без меня! Но вот пролетело три дня, как пришла пора ехать домой.

К моменту выписки в голове крутилось только одно желание – скорее. Скорее домой! А когда за плечами оказались двери роддома я разревелась – "Ну наконец, всё позади!". Герман стоял с красивым букетом гербер и счастливо растягивал улыбку. Рядом стояли наши общие знакомые. Натка суетилась с фотоаппаратом и, кажется, старалась сфотографировать каждый момент.

– Я тебя люблю! – произнёс Герман и, всучив увесистый букет мне в руки, забрал ребёнка в конверте.

Малыш сразу запищал, как только почувствовал, что мамка его отдала. Муж сделал огромные глаза и стал с вопросом смотреть в мою сторону. А мне сделалось смешно! Такой большой, взрослый, уверенный в себе мужчина, готовый расправиться с любой проблемой, гроза всех криминалов, вдруг испугался маленького, пискнувшего ребёнка. Хоть моя реакция первая на его плачь была такой же, все равно смешно.

– И я тебя люблю, – по старинке произнесла в ответ и потянулась за поцелуем к мужским губам. Гости заулюлюкали, а наши губы встретились. Нежность, в каждом касании. Сводящая с ума. Этот то, чего мне так не хватало эти дни.

– Едем домой? – спросил он, заглядывая в мои глаза. Я кивнула в ответ и забрала ребёнка назад. Гости подхватили пакеты и пошли на выход, а мы с малышом пошли сзади всех.

– Уже решили, как назовёте бойца? – Натка, как всегда, самая любопытная. Но ей можно! Именно она поддерживала с самого начала все трудные моменты в нашей с Германом жизни. Именно она должна стать крёстной нашему сыну.

– Придумали, – гордо ответил Герман и ускорил шаг.

– И как? – Натка не сдавалась, а я со вздохом произнесла.

– Алексей, в честь наших дедушек, – мы долго спорили с Германом насчёт имени. Наши вкусы сильно разнились, но дело случая решило вопрос. Мы случайно узнали, что и у меня, и у него есть дедушки с именем Алексей. Это пришлось кстати! На этом наш спор разрешился, хоть Герман иногда и бурчит, что имя слишком простое, мне нравится.

Мы прошли через многое. Слишком много преград как у меня, так и у него. Но я рада, что рядом со мной сейчас два защитника. Два самых любимых мужчины. И ради них я готова на всё, даже на самое смелое безрассудство.

– Маш, а ты мне дочку родишь? – он словно подслушал мои мысли и шепнул на ухо свой каверзный вопрос.

– Ещё чего! Тебе надо – ты и рожай! – насчёт всего, что угодно, я конечно, погорячилась. Но с кем не бывает!