Глава 27
Впервые в жизни я всю ночь сплю с женщиной. Нет, я не про секс, а именно про сон. Даже с Ангелиной у нас всегда были раздельные спальни.
А Ира…Не могу ее отпустить. Мне ее чувствовать надо, дышать ею. Даже когда она переворачивается на другой бок, тянусь за нею, как наркоман за дозой. На инстинктах, не просыпаясь. От того, может быть, и спится сладко, как никогда в жизни не спалось. И только перед рассветом по давно заведенной привычке распахиваю глаза. Пялюсь в потолок и все пытаюсь понять, в какой момент я безумно увлекся женщиной и перестал себя контролировать?
Осторожно поднимаюсь с постели, укутываю в одеяло спящую Иру. И снова наклоняюсь к ней. Поцеловать.
Обычно по утрам я спускаюсь в спортзал, молочу там грушу до изнеможения, плаваю в бассейне, а потом попарившись в баньке, иду сразу завтракать. Но сегодня все не так.
Мне не хочется оставлять девчонку одну в спальне. А вдруг проснется, а меня нет?
«Эта женщина проработала полгода проводницей, - напоминает мне здравый смысл. – Должна быть приспособленной к жизни, циничной и прожженной».
Но Ира не такая. Она, конечно, дает отпор. Но очень мягко и интеллигентно. Иногда смешит меня своим идеализмом, а иногда говорит дельные вещи.
Где мы познакомились? Хороший вопрос.
Скорее всего пытается придумать легенду и не задеть Зорро. Ее понять можно. Долбоящер для нее самый близкий человек. Я даже представить не могу, как это жить без родителей. Они для меня неделимы.
«Неразлучники мои» - улыбаюсь довольно.
Надо будет им позвонить. Обрадовать. Мама долго в себя прийти не могла, когда про художества Ангелины узнала. Все по церквям ездила, отмаливала грехи рода. На расстановки какие-то ходила.
«Ерунда все это», - думаю, разглядывая спящую жену. Ира вытаскивает ногу из-под одеяла. Словно заправский футболист откидывает его в сторону.
Мяч в воротах противника! Гол!
А у меня снова стояк. Ну вот как жить рядом с этой женщиной? Бесконечная эрекция. А Ира спит себе распластавшись на животе. Обнимает подушку, закинув голую ногу на мою половину. И ни о чем не подозревает.
Не хочу будить. Пусть спит девочка. Ухожу на террасу. Затягиваюсь сигаретой, пытаясь настроится на рабочий лад. Дел полно. Бизнес, как отлаженная машина, не должен сбоить. А значит, нужно быть на шаг впереди конкурентов.
Но мысли мои крутятся вокруг Иры Зориной. Вот как тут работать? Как?
«А может это мама вымолила у Вселенной мне счастья. Нехило так вымолила», - улыбаюсь я, туша сигарету в пепельнице. Ноги сами несут меня в спальню. Накрываю девчонку и не успеваю сесть в кресло, как она раскрывается снова.
«Красотка моя», - ложусь рядом. Оглаживаю узкую ступню с идеальным подъемом и тонкую щиколотку.
Моя! Так и хочется закричать в голос.
- Ну и где мы с тобой могли познакомиться? – аккуратно убираю с Ириного лица непослушные прядки.
Последние полгода брать не нельзя. Там точно точек соприкосновения мало. А значит, надо вспомнить, где нас обоих носило примерно год назад. Аэропорт, вокзал, концерт известного исполнителя. Любое людное место сойдет. А дальше дело техники. Куда я там летал перед наездом? Дубай, Бали, Мальдивы, Морокко…
«Нет, не годится», - останавливаю сам себя. Подробности любой поездки можно пробить и найти нестыковки. Наверняка, найдутся журналисты, которым захочется покопаться в нашем белье. Поэтому, вариант должен быть железобетонным. Как алиби.
Лучше бы нам с Ирой познакомиться в каком-нибудь кабаке или ночном клубе. Или… Стоп!
В парке Зарядье встретились. Разговорились, назначили свидание. Потом роман случился, а перед самым уголовным делом мы расстались. А потом она ко мне в Коношу приехала…
«Надо еще подумать над деталями», - Снова обнимаю девчонку. Вдыхаю аромат чистых волос. И не могу надышаться. Кто бы мог подумать, твою мать. Сестра Зорина действует на меня лучше любого успокоительного. Кому рассказать… Обхохочешься. Только нельзя. Ни сейчас, ни потом. Придется придумать годную версию и самим поверить. А о подробностях настоящей нашей встречи постараться забыть.
Или в поезде встретились? Москва-Адлер? Вариантов тьма и ни один не подходит.
Прикрываю веки и неожиданно проваливаюсь в глубокий спокойный сон. Наверное, впервые после вынесения приговора.
- Степа, - ворочается в мои объятиях Ира. – Проснись, пожалуйста, - просит жалостливо.
- А? Что? – распахиваю глаза.
- Я есть хочу, - виновато признается девчонка. – Уже половина десятого. Мне надо поесть. А то уже тошнит.
- Да, конечно, - подрываюсь с места. – А лекарство тебе когда надо пить?
- А его уже привезли? – смотрит удивленно.
- Должны были, - тянусь за сотовым. Проверяю сообщения.
От матери несколько, от брата, от нашего финика. Народ уже работает во всю, а я тут дрыхну.
- А, вот, - нахожу нужного абонента. – На кухне уже стоит. Сейчас принесут тебе. Не волнуйся.
- Да я не волнуюсь, только непривычно очень, - вздыхает Ира и ойкает испуганно. – Ты мне халат обещал выдать… А то придет горничная, а я тут в простынку кутаюсь.
- Сюда никто не зайдет без твоего разрешения, - отрезаю строго и спрашиваю добродушно. – Тебе на завтрак что заказать?
- Я обычно овсянку ем. А ты?
- Яичницу с беконом, - выдаю на автомате и неожиданно понимаю простую истину. Мы же ничего друг о друге не знаем. Никаких милых мелочей или историй из детства. Вообще ничего!
«Придется наверстать», - сам себе даю указание. Это сейчас самое важное.
Заказываю жене блинчики с со сметаной и свежей малиной, а себе омлет с беконом и томатный сок. Открыв шкаф, достаю белую футболку и кидаю Ире.
- Сейчас пойдет? Позавтракаем, закажешь себе одежду.
- Да, конечно, - натягивает она белый трикотаж, из под которого тот час же просвечивают темные ореолы.
Твою мать, Степа! Вот о чем ты думал? Какого белую майку выдал, а не черную? Это же оружие массового поражения. Незачехленные боеголовки!
- Я придумала, где мы могли встретиться, - роняет Ира, направляясь в ванную.
- И где же? – как телок плетусь следом.
- Чуть больше года назад я ходила одна на джаз. Подружки в последний момент отказались и у меня пропало два билета. Ты мог их купить у меня около входа и сидеть рядом.
- Прикольная версия, - прислонившись к косяку, усмехаюсь криво. – Даже представить не могу себя на джазовом концерте… Но допустим. Я ехал мимо, увидел тебя, ты мне понравилась. Я купил у тебя билет, чтобы познакомиться, - размышляю вслух. – Надо сверить, где я был в тот день в действительности. Если в Москве, то план отличный.
«Только надо отбросить в сторону охрану, партнеров по бизнесу, телок, с кем там я обычно зависал в кабаках. Представить, будто сам шел куда-то пешком и встретил Иру.
- История совершенно фантастическая. Но и опровергнуть ее будет сложно, - вздыхаю, подходя к девчонке почти вплотную. Отодвигаю широкий ящик, спрятанный под раковиной. Достаю запечатанную в бумажный пакет зубную щетку.
- Держи, - протягиваю Ире.
- Почему, фантастическая? – разорвав обертку, поворачивается ко мне. – Ты разве никуда не ходишь сам?
- Нет, малыш, - с сожалением развожу руками.
- Ты мог удрать от охраны, пойти погулять по городу…
- Ага, - замечаю насмешливо. – Поесть шаурму в парке, побродить босиком по траве?
- А так не бывает? – внимательно смотрит на меня Ира. А я обалдело рассматриваю наивное личико, опускаю взгляд на два упругих холма, выпирающих из-под моей майки.
- В моем мире – нет, - вздыхаю тяжко и, услышав тихий стук в дверь, выхожу из ванной.
Пропускаю в комнату горничную, наблюдаю как она накрывает стол. А сам пытаюсь представить ситуацию, предложенную Ирой. Вот я отпускаю охрану. Нахуа, спрашивается? Я им нехилые бабки плачу, чтобы ж.пу мою берегли.
«Ладно, допустим. Удрал я от охраны и пошел. Куда? В консерваторию? Да ну нахер! Не хожу я по консервам. Ни разу не был», - стараясь не засмеяться, прикусываю губу.
- Лекарство где? – строго смотрю на горничную. – Я просил к завтраку доставить.
- Ой, да вот же оно! – спохватывается Вера, энергичная тетка средних лет. Достает коробку из кармана фартука. – Рано утром Денис привез, - отдает мне.
Открыв, выуживаю инструкцию, скольжу по смятому листку беглым взглядом.
- Трубочку для коктейля принесите, пожалуйста, Вера, - роняю отрывисто и тянусь за айфоном.
Надо пробить, где, сука, эта консерва находится?