Глава 49

- Девочка моя, - усевшись рядом на стульчик, целую руки жене. Несу всякий счастливый бред и постоянно думаю, как мы могли проворонить Жанну. Она под самым боком окопалась. И главное, нигде даже не тренькнуло. Гена, блин, своей любовью от подозрений укрыл. Как камуфляжем. До сих пор дурак влюбленный пытается защитить свою ненаглядную. Сидит за нее!

И не попрись я к Ангелине выяснять, ни за что бы не вычислил эту стерву. А ответ лежит на поверхности. Далеко ходить не надо. Но никому даже в голову не приходило. В кармане штанов вибрирует сотовый. Но я не обращаю на него никакого внимания. Вглядываюсь в бледное лицо жены, смазываю ей губы долькой лимона и ничего не желаю знать. Охрана расставлена, следаки занимаются, глядишь и накопают что-нибудь.

По-хорошему, мне бы съездить к Артамону в колонию. Повидаться. Перетереть. Понять по какую он сторону баррикад. И если сомневается, то постараться перетянуть на свою. Хороший план. Только несбыточный. Иру одну оставлять не хочу. Друзей и партнеров у меня много. А вот жена одна.

- Спать хочется, - жалуется она, прикрывая глаза.

- Отдохни, - легонько прикасаюсь губами к прохладному лбу. – Я тут, рядом, Ирочка. Никуда не уйду.

Покосившись на сиделку, выхожу в холл к родственникам. Пока иду по коридору просматриваю эсэмсэки. От маман, от брата и от Сохатого. Первые две пропускаю, а Петькины читаю внимательно.

«Мы ее пробили, бро», - не называет имен Сохнов. – «Знаешь кого на груди пригрели?» - после сообщения идет ряд негодующий смайлов. – «Она приходится дочкой Василию Николаевичу Родникову, известного под погонялом Родимый. Слышал о таком?»

«Бог миловал» - печатаю ответ и тут же телефон заходится трелью.

- Перец этот погиб во время задержания, - четко по военному докладывает Сохатый. - Лет так двадцать назад. Жена Родимого тоже из блатных. Воровка на доверии Женя Шпак. Она ненамного его пережила. Какого-то отморозка нагрела, а он не пощадил. Дочку в детдом определили. Ей лет двенадцать было. Но девка эта ушлая там сколотила банду. Вся в родителей.

- Ну я понял, - вздыхаю, усаживаясь рядом с родней. – Все, Петь. Перезвоню.

- Как Ира? – угрюмо спрашивает тесть.

- Слабая, - морщу нос. – Я с ней останусь, Николай Иванович. И мне бы пекаря достать… Мои парни с документами подсуетятся…

- Ты совсем охренел, Криницкий? – недовольно сопит Зорро. – Нахрен тебе здесь пистолет? От кого собрался отстреливаться?

- Зачем? Тут есть охрана, – не мигая глядит на меня тесть. – Или что-то происходит?

- Кто такой Родимый знаете? – успеваю только спросить, как старший Зорин меня перебивает.

- Шутишь, что ли? Да я его брал в нулевых, - усмехается криво. – Только он к нам каким боком?

- Его дочка объявила нам войну, - вздыхаю тяжело. – Жанна Артамонова.

- За покушением в Коноше стоит она? – хмуро уточняет Зорро.

- Похоже на то.

- Получается, моя Ира – двойная мишень? – сжимает кулаки тесть.

Сцепляю челюсти, стараясь сдержаться. Похоже, тесть прав. Убрав мою жену, Жанна решит сразу две проблемы. Избавится от моих наследников и отомстит за родителей. И все же просчитала, сука!

- Странное стечение обстоятельств. Тебе не кажется? - ощерившись, роняет тесть. – В кино бы показали, не поверил бы.

- Тут точно случайность, - порывисто бросаю я. – Мы же в поезде познакомились…

- А билеты кто брал? Ты сам? – строго интересуется тесть.

Зорро на нервяках не может усидеть на месте. Подскочив, нарезает круги рядом.

- Боря, садь, не мельтеши, - не выдерживает старший Зорин.

- Ирку увозить надо, - плюхается рядом со мной Зорро. – Забирай ее и чеши куда подальше. А мы тут разберемся.

- Ты сам понял, что сказал? – рычу не сдерживаясь. Она только после операции, швы еще месяц заживать будут. Говорю и осекаюсь невольно.

Тесть прав. Билеты! Их точно не я покупал. Прикольный поворот.

- Вспоминай, кто заказывал билеты, - зудит над ухом тесть. – Ищи крысу в ближайшем окружении.

Прикрываю глаза, еще толком не осознавая какой ловушки удалось избежать. Тру лицо, пытаясь унять сердце, колотящееся как безумное. А в мозгах уже крутятся шестеренки, раскручивая всю дьявольскую цепочку. Только все пошло не по плану. Наша с Ирой первая ночь, Масик со своей собачкой. Я перетрухал, все боялся, что меня опознают. Иру к начальнику вызвали. Что там она говорила, будто я ей денег оставил?

- А вы проверьте Ириных напарников. Сдается мне, нас с ней где-то по дороге поджидали…А случись что, свалили бы на меня и закрыли б до китайской пасхи.

- А это интересная идея. Грохнуть проводницу ночью в поезде, подкинуть беглому уголовнику орудие убийства, - хмыкает Зорро. – Да никто бы в сторону Артамоновой даже не подумал бы.

- Узнай все-таки, откуда поступила инфа о Белове, - прошу аккуратно.

- Со всех сторон надо копать, - шумно выдыхает тесть. – Говорил я, забирать Иришку надо было с РЖД, - поворачивается он к сыну.

- Я и забрал, - поднимаюсь с места. На прощание жму руки Ириной родне и, вернувшись в палату, выпроваживаю сиделку. Усаживаюсь в кресло рядом с женой и прикрываю глаза.

Вспоминаю, как после допроса Климова начальник определил меня на ночлег в доме недалеко от вокзала. Даже подремать удалось несколько часов. Потом подъехал прямо к перрону и сел в поезд. А там… Залип взглядом на Ире, суровой моей проводнице. И наверное в тот момент решил с ней познакомиться поближе. И еще не знал, согласиться ли она? Помню как уговаривал пообедать вместе. Может, с этого момента кем-то составленный план полетел под откос.

Ира у нас девушка строгая. Известный факт. Да и я сам наводил справки. Ни с кем она романы не крутила, с пассажирами общалась доброжелательно, но официально. И если предположить… если только на минуту задуматься, то по версии хитромудрого стратега, мы должны были обменяться простыми приветствиями и разойтись по своим купе.

Зорро прав. Грохнуть спящую проводницу, а мне подкинуть орудие убийства – дело техники. Любой нож сгодится. Тогда бы я точно никогда с зоны не вышел. До конца жизни бы сидел. Как злостный уголовник.

При таком раскладе Жанна быстро бы запугала моего брата и мачеху и прибрала бы бизнес к рукам. Ума бы управлять не хватило бы… Или хватило бы! Вон какие комбинации строит! Или дурой специально прикидывается?

«Петя, - пишу Сохнову. – Мне нужны все сотрудники Иркиного поезда и все пассажиры на моем рейсе. Нужно накопать любые связи с Жанной Артамоновой».

«Она могла нанять киллера», - тут же улавливает главное Сохатый.

«Могла, - соглашаюсь легко. – Но мне моя чуйка подсказывает обратное. Сама бы она такую операцию разработать не смогла. Значит, есть еще кто-то. Опасный матерый хищник. Мне кажется, я даже слышу его яростное дыхание. Мы с Ирой своей любовью спутали им карты. Но они точно не остановятся. Слишком многое стоит на кону.

Месть. Бабки.

Сжимаю кулаки и задыхаюсь от бессилия. Придется вычислить, кто стоит за этой сукой. Человек должен быть с большим ресурсом. Сама бы Жанка точно не справилась.

«Прошерстим все ее окружение», - от ярости сжимаю зубы. И надо найти крючок, на который можно поймать эту дрянь и надолго закрыть. За ней должен быть криминал. Обязательно должен быть!

- Степа, - зовет меня жена. – Ты не спишь? О чем думаешь?

- Вспоминаю, как мы с тобой познакомились, - опускаюсь рядом. – И благодарю ангелов и архангелов пославших мне тебя…

- Я тоже тебя люблю, - улыбается Ирочка. – Степа! – ойкает, широко распахнув глаза.

- Что девочка? – бешенная тревога захоестывает через край. – Что случилось? Болит? Позвать врача?

- Не надо, - радостно мотает головой жена. – Малыш забился. Послушай, - морщась от боли, хватает мою ладонь слабыми пальцами. Укладывает на живот. И тут же я ощущаю толчок и улыбаюсь во все тридцать два.

- Привет, сынок! – выдыхаю счастливо.