Глава 12

– Василиса… Анатольевна, – под внимательным взглядом Климова делаю шаг к девчонке.

– Степа пропал! Только рюкзак в фойе валялся. Говорят, с ребятами выбежал, – выдыхает она. А глаза как блюдца огромные, и слезы в них.

Аж душу переворачивает от этих слез. Хочется их утереть. Но я себе такие вольности не позволяю.

С ребятами, сука! Интересно, кто это там у нас такой умный. Так и подрывает зайти в школу и разобраться. Головы из плеч повыдергивать.

– Степан у меня в машине, – киваю на криво припаркованный Крузак. Его объезжают, сигналят. А Климов, зараза, еще и мигалку сверху выставил. Дескать, работает полиция, идите в баню.

– Как у вас в машине? Зачем? – смотрит девчонка ошарашенно.

– На него напали пацаны постарше. Я мимо ехал, пришлось вмешаться. Вон родителей вызвали, – киваю на Жорку.

– А Степа… он не пострадал? – с ужасом выдыхает Василиса.

– С ним все в порядке. Сейчас снимем показания с подозреваемых и поедем домой. Садитесь в машину, – приказываю мягко и помогаю девчонке забраться на заднее сиденье.

– Хмм, – откашливается Савва. – Георгий Иванович, – душевно просит он Мясницкого, – держите ситуацию на контроле. Для блага Константина, так сказать… – добавляет солидно, как и положено большому начальнику, весомо жмет руку и поворачивается к толстому мажорику. – По белой нитке ходишь, пацан. Я предупредил.

– Да все будет тип-топ, ребят, – обалдело тянет Мясо и, зная его характер, уверен – сегодня его сыну точно предстоит столкнуться с папашиным гневом. А в гневе Жорка страшен.

– Надеюсь, – жму руку однокласснику. А на его сына стараюсь не смотреть. Иначе сам вмажу. А этого допустить никак нельзя.

– Кто она? – кивает Савва на тачку, где с заднего сиденья на нас внимательно смотрит Степа.

– Соседка из квартиры напротив, – пожимаю плечами. И надеюсь, ничем себя не выдал. Я еще сам не разобрался, как отношусь к Василисе. Бесит она меня страшно. Может, поэтому пока обсуждать ее ни с кем не намерен.

– А-а… Ну-да, ну-да, – присвистывает Климов. – Не знаю, какую лялю ты собрался вечером забирать из «Баркалы», но на эту ты запал конкретно, бро. Смотри, не налажай.

– А ты психолог хренов? – рычу и сам не понимаю, почему так завелся. Ну, запал… Делов-то!

– Да я тебя, Зорро, как облупленного знаю. Ну что, едем к тебе харчиться, или тебе соседку надо утешить?

– Да пошел ты, – огрызаюсь глухо. – Садись в машину, психолог.

Климова долго просить не надо. Он у нас вообще без тормозов. Стопов-поворотов тоже в базовой версии не предусмотрено. Гуле, конечно, удалось добавить стоп-кран, но где эта кнопка, знает только она. Она и управляет мужем спокойно и безоговорочно. Только он об этом не догадывается, или делает вид. Но ясен пень, Савке повезло. Влюбился-таки.

– Здравствуйте, – усевшись в Крузак, поворачивается он назад. – Я – Савва Климов, друг Бориса. И напарник, – добавляет поспешно и неожиданно выдыхает. – А кто это тут у нас плачет? Степан, да ну ты что? Все уже закончилось. Больше никто не тронет. И драться надо научиться…

- Они большие! Я испугался, - всхлипывает ребенок.Малой он еще для буллинга. Интересно, какая тварь заказала. Костя Мясницкий и его дружки – отморозки конкретные. Но на малышню они обычно внимания не обращают. Травят сверстников, у которых есть деньги. А тут…

– Не знаю, что делать, – скулит вслед за сыном Василиса. – Наверное, надо переводить в другую школу. В этой задразнят…

– Все закончилось, Василиса Анатольевна, – смотрю в зеркало заднего вида. – Родители со своими отпрысками разберутся. Я позвоню директору. Она у нас физику вела, кажется. И знает меня хорошо. Инцидент больше не повторится. А ты, Степа, должен научиться звать на помощь, – выговариваю я, выезжая кривыми переулками. – Вот если бы ты бежал и кричал «Помогите!» …

– А ну-ка притормози, – роняет порывисто Климов. Я эти интонации знаю. Сам такой. Поэтому резко давлю на педаль и стараюсь припарковать тачку, чтоб не мешала. И стоит только остановиться, Климов выпрыгивает из тачки и бежит к гаражам, расположенным прямо за школой.

– Куда это он? – охает Василиса.

– Сейчас узнаю, – выхожу следом. На всякий случай щелкаю сигналкой, запирая все двери. Неизвестно, что девчонке в голову взбредет на стрессе. Если меня кроет, представляю, как ей хреново.

– Стоять, полиция, – рычит Савва, налетая на какого-то мужика, избивающего подростка. Откидывает его в сторону, а я поднимаю на ноги худосочного приятеля Кости Мясницкого и второго лидера травли.

– За что он тебя бил? – спрашиваю, заглядывая в испуганное прыщавое лицо.

– Да он нам денег должен. Он того мальчишку ждал… Ну, что вы отбили. А отдавать не хочет.

– А вот и заказчик собственно, – встряхивает мужика за шиворот Климов. – Документы предъявите, гражданин, – и тычет в нос удостоверение.

– А что это у нас Следственный Комитет по дворам бегает, – хмыкает тот. – Заняться больше нечем?

– Где хотим, там и бегаем, – цежу зло и, отпустив пацана, забираю из рук задержанного паспорт.

– Ларсанов Эрик Афанасьевич, – читаю и ржу в голос.

– Вы задержаны, – буднично сообщает ему Климов.

– За что? Да что ты мне сделаешь? Стеф – мой сын! Меня любой суд оправдает!

И он прав. Вот был бы чужой человек, можно было бы квалифицировать как злостное хулиганство. А тут же свой! Родной! Даже возбудить дело не получится. И никакой суд не примет доказательства.

– Как ты? Он тебя сильно ударил? Идти сможешь? – поворачиваюсь к мальчишке. Щенок еще, и туда же. В криминал.

– Он меня только на землю повалил, – мотает головой прыщавый пацан и смывается при первой возможности.

А я безотчетно делаю шаг к мужу Василисы.

– Отвали от них. Понял? – прошу глухо.

– А ты кто такой, чтобы мне приказывать? – напирает тот. – Да я тебя в асфальт закатаю.

Встречаюсь взглядом с Климовым. Елки, мы столько лет работаем вместе, что без слов понимаем друг друга.

Савва кивает еле заметно. Встряхивает Ларсанова. Но тот вырывается и первым нападает на меня. Бью натренированным ударом в челюсть. В ту самую точку, где сходятся нервные окончания. Такая своеобразная кнопка Резет на человеческом теле. Главное, попасть правильно. Но с этим у меня проблем нет.

Мужик падает в грязь, тяжело дышит. Явно дезориентирован плюс болевой шок. Хочу еще вдарить по ребрам. Но Савва перехватывает меня за руку.

– Просто соседка, говоришь, – словно тягач тащит к машине.

– Что–то случилось? – охает Василиса, стоит мне только сесть за руль.

– Все по плану, – потираю костяшки и включаю зажигание. – Но вам придется нам все рассказать.