Глава 35

Теодор Боварни

Я стоял, опершись о деревянное заграждение. Мои скакуны неспешно прогуливались в загоне.

— Дорин, — рявкнул я, нахмурившись на конюха, подливающем воду в корыто, — а где Ворон?

Нервно сглотнув, мужчина начал говорить:

— Так он… Это… Снова…

— Снова сбежал?! — взревел я, метнув гневный взгляд на конюшню.

— Господин, я уж не знаю, как ему удаётся…

Глухо выругавшись, я зашагал к строению, где запирали беглеца, когда тот возвращался.

— Я его обтёр, накормил, напоил, а он копытом бьёт, требует, чтобы выпустили, — тараторил конюх, семеня рядом. — Вы на него не серчайтесь. Он всё никак не привыкнет к месту.

— Да сколько можно норов свой показывать? — огрызнулся я, — уже сколько лет живёт у меня.

— Господин, скучает он по прежнему хозяину… Вот и бегает… — пробормотал мужчина, виновато глядя в землю.

Втянув шумно носом воздух, я резко выдохнул.

В сердце кольнула ревность.

Мне было жаль коня, но подарок Его Величества возвращать я был не намерен.

Из стойла выглянула морда Ворона. Он всхрапнул и снова скрылся внутри.

— Чего тебе не хватает? А? — произнёс я, подходя к ограждению. И с горечью добавил: — Чем я плох…? М?

Проведя ладонью по лицу, я бессильно опустил голову.

— Никому не нужен…

Ворон в ответ яростно забил копытом по полу.

— Ладно тебе! — я поднял на коня глаза, — утром выпущу.

Ко мне подбежал запыхавшийся стражник и сбивчиво начал говорить:

— Господин, там… эта… прежняя… ваша…

— Ты о чём? — рыкнул я на него, теряя терпение.

— Миссис Онтез, — выдохнул мужчина.

— Что ей нужно? — сдвинув брови к переносице, задал я вопрос.

Стражник вытер лоб дрожащей рукой и проговорил:

— Кухарка мне сейчас проболталась, что она разогнала служанок и имела разговор с вашей… новой…

Я качнул головой, с трудом сдерживая проклятье.

— У-у-у, су…

Выругавшись, сорвался с места и направился в замок.

Нужно отыскать это ведьмино отродье и вышвырнуть из замка. Поморщившись, я окинул взглядом двор. Увидев шатающихся стражников, взбесился:

— Быстро на дозорную башню! Остолопы!

Опешив, мужчины выпрямились, обменялись испуганными взглядами и бросились исполнять приказ.

Взбежав по широкой мраморной лестнице, ворвался в замок.

Ко мне тут же подскочила служанка.

— Приведи Онтез в мой кабинет, — велел я, направляясь в свои покои, чтобы проверить, как себя чувствует Оливия.

— Господин… — голос, полный страха, остановил меня.

С шумом выдохнув, я резко обернулся.

— Что ещё? — бросил я.

— Госпожи там нет… — робко пролепетала прислужница.

На моём лице заходили желваки.

— Которой? И где? — выпалил я, воззрившись на растерянную девушку.

— Миссис Оливия покинула вашу комнату, — сцепив руки перед собой, ответила служанка. Затем посмотрела себе под ноги и тихо добавила: — она в своей комнате.

— Ясно, — процедил я сквозь зубы.

Но не успел я двинуться дальше, как прислужница, запинаясь, продолжила:

— А миссис Онтез… в своей комнате.

— Что ещё я должен знать? — я сощурил глаза.

— Госпожа обидела госпожу, подкараулив её в коридоре… — прошептала служанка.

Проклятье.

— Ясно, — буркнул я, ощущая, как нарастает тревога.

Уточнять, кто именно кого обижал, было мне не нужно.

Сжав кулаки, развернулся и быстрым шагом направился к покоям Севилии.

Толкнув дверь, остался стоять на пороге.

— Теодор, — с придыханием прошептала моя любовница, протянув ко мне руки.

Поморщившись, я переступил порог.

— Садись, любимый, — произнесла томным голосом Севилия, приглашающим жестом указав на диван, на котором сидела.

Я молчал, ощущая, как поднимается раздражение.

Пройдя к окну, развернулся и уставился на неё.

— Рада, что ты заглянул ко мне, — утирая несуществующие слёзы, вымолвила Онтез. — Сегодня такой важный день для тебя, а ты со мной. Я ценю это, любимый…

Усмехнувшись, я скрестил руки на груди, продолжая молча смотреть на неё.

— Мне удалось сегодня поговорить с твоей пассией.

Я изогнул бровь.

— Она кажется милой, но… — Севилия подкатила глаза, подбирая слова, и, дёрнув плечами, произнесла: — расчётливой… Да! Любимый, ты должен избавиться от неё.

Моих губ коснулась улыбка.

— Почему ты молчишь? — в её глазах появилась тревога. — Ты мне что-нибудь скажешь?

Кивнув, я приблизился к ней и, смерив холодным взглядом, сказал:

— Я решил вернуть королю его подарок.

— Какой? Ворона? — слегка поведя плечом, протараторила: — ох и доставил он тебе неудобств. Понимаю тебя, дорогой. И одобряю твоё решение…

— Тебя.

Усмехнувшись, глядя в её обескураженные глаза, вышел из комнаты.