История четырнадцатая, где я понимаю, что хитрое колдунство старика завернуло не в ту сторону
Я откладываю очередной роман. Ух, какие страсти! Сколько экспрессии, а сколько эмоций, прямо распирает грудь. Могла бы я также? Фиг его знает. Я глажу по обложке, на которой мускулистый мужчина целует прелестную девушку. На заднем фоне высятся стены старинного замка.
Эх, вот бы мне на место этой девушки… Я оглаживаю себя по телу. Ну и что, что лишние жировые отложения? Ну, люблю я запастись пироженками и под горячий чай отправиться в фэнтезийные приключения. Да, я не фитнес-няшка, зато из тех, на ком любят покачиваться, как на волнах. Ох, где ты мой фрегат, который рискнет пробороздить мои просторы… Где тебя носит, сволочь неблагодарная?
Так, стоп!
Стоп!!!
СТОП!!!
В моей голове словно вспыхивает молния и я едва не падаю с кровати!
Я вспоминаю!
Я всё вспоминаю! И старика, и моего Димку, и наши волшебные перемещения. И сейчас я понимаю, что нахожусь в теле одного из воплощений. И это воплощение тоже зовут Аня, и живет она с соседками, и вообще сама из себя натура романтично-аскетичная.
Блин!
Я вспомнила — КАК мы можем вернуться обратно…
Вспомнила и загрустила. Как я узнаю Димку за отпущенные двадцать пять дней?
— Анька! Мы на дэнс собираемся, ты идешь тусить? — соседка Ирка выглядывает из коридора.
— Нет, я лучше дома. У меня ещё книжка осталась непрочитанная, — я потягиваюсь так, что халатик начинает потрескивать, как бы упрашивая не тянуться дальше.
— Ну и просидишь одна, а мы пойдем самцов отлавливать. Читая книжки, не найдешь прынца. Их нужно ловить, поить, беременеть и в ЗАГС! — отчеканивает мантру вторая соседка по общежитию, Танька.
— Я лучше дома, — хмурюсь я в ответ.
Вот же надсада! Не понимает, что мне сейчас нужно остановиться и подумать над дальнейшими действиями.
— Если кто будет валяться на дороге, то мы тебе его притащим, — показывает язык Ирка и хлопает дверью.
Я остаюсь одна. Наливаю чай, кладу на тарелочку пяток эклеров и берусь за книгу, чтобы не приставали. Так-так-так, что за дурацкое название? «Обреченные попаданцы, или голубь, который слишком много знал». Бред полнейший. Но, раз отказалась идти потеть под попсу, то надо хотя бы сделать вид.
Накрываюсь одеялом, отхлебываю ароматный напиток и открываю страницу…
Словно разряд тока ударяет по соскам. Едва не слетаю с кровати. Вместо привычных листов бумаги я вижу форточку в другой мир. А там…
Из книги вылетает огромный меч.
Вот если не моя природная реакция, то отрезал бы кончик носа. А так он всего лишь вырвался на свободу, пролетел два метра и наполовину погрузился в потолок. Хорошо ещё, что мы живем на самом последнем этаже, а то воткнулся кому-нибудь в… Ногу?
Следом за мечом высовывается здоровенная пятерня и сжимает мою грудь…
Ой?
Вашу грудь никогда не тискала рука из книги? Нет? Вот и я сначала теряюсь, а после поднимаю визг и отбрасываю книгу прочь. Но не могу сказать, чтобы это прикосновение такое уж неприятное.
Книга отлетает вместе с мускулистой рукой, но в полете пятерня ухватывается за край стола и из книги… Вот как из телевизора в фильме «Звонок» из книги вылезает человек.
Мужчина.
Нет, не так — МУЖЧИНА!!!
Такого можно сразу утверждать на роли «Конана», «Терминатора» и «Геркулеса» одновременно. Арнольд с Ван Дамом тихо рыдают в уголке.
Мужчина сплошь состоит из мускулов, будто он родился в спортзале, кажется, что даже на ушах у него пузырятся бицепсы. Пресс из кубиков? Ага, и кубики такие очерченные, что о края порезаться можно. Мощные плечи укрывает шерстяной плащ, на бедрах серая повязка… и она сползает…
— Йо-хо-хо! — грохочет мужчина и чешет внизу живота. Раздался скрежет, будто проводят ножом по мешковине.
— И бутылка рому? — вякаю я несмело.
А что я ещё могу сказать? Вот вы что бы сказали?
— Ага, и бутылка рому, — оглядывается он по сторонам и потом всаживает в меня взгляд стальных глаз. — До чего же скудно живешь. Кухарка, что ли?
— Я… я… — порой так трудно произнести обычные слова, что он ошибся и я вовсе не кухарка.
Как же всё быстро происходит-то… Может быть это воплощение моего Димки? Сейчас мы с ним по-быстренькому упадем в кровать, а после вернемся домой.
Или нет? Сколько уже у меня было партнеров? Пять, шесть? Лучше немного подождать и посмотреть за развитием событий.
— Я-я? Немка, что ли? Или зовут так? Меня можешь звать Хлопарь Необыкновенный, я король, — по-простецки представляется мужчина.
— Нет, я Аня, и я не кухарка. Я даже готовить не умею, и яичница у меня пригорает, — ну да, обманываю, готовлю я превосходно. Но сделайте скидку — я в шоке от происходящего.
— Ясно, а меня привел к тебе мой меч, Всехубьюлибур. О! Вот и он, — Хлопарь тянется за мечом…
Повязка соскальзывает с его мускулистых бедер, и перед моим лицом возникает…
Плюшки-ватрушки, да у меня предплечье короче!
Я закрываю глаза и слышу хеканье — Хлопарь Необыкновенный пытается вытащить из потолка меч. Скажите — вы тоже смотрите на свое предплечье?
И вот не знаю, о каком влечении говорил колдун, но сейчас оно как раз у меня и начало происходить. Круто было бы, если бы этот детина оказался моим Димасиком…
Ноги становятся ватными, обессиленными, будто я затащила сумки с продуктами на сотый этаж без лифта. Внизу живота появляется жар доменной печи, я реально начинаю бояться, что простыня загорится. Надо как-то отвлечься, а не то…
— Кинетическая энергия маятника превращается в энергию гравитационную и обратно, — вырывается неожиданно даже для самой себя.
— Чего? Колдуешь, что ли? — спрашивает пыхтящий король.
— Нет, пытаюсь думать об учебе.
— Тебе не об учебе надо думать, а о рождении мне наследника. Сейчас меч выну и приступим.
— Че-е-его-о-о? — глаза у меня открываются и снова впиваются в болтающийся предмет.
— Во! Получилось! — Хлопарь вытаскивает меч, который стал белесым от побелки, и властно орет. — Лежать!
Он толкает меня на кровать и дергает завязку на плаще. Алый плащ слетает оберткой от конфеты. Сама «конфета» прыгает на меня сверху и рвет поясок на халате.
Над вами никогда не нависал шкаф в полтора центнера с угрозой расплющить? Нависал? Тогда вы войдете в моё положение. Я понимаю, что сейчас буду использована без предварительных ласк и уговоров. Понимаю, пугаюсь и начинаю верещать сумасшедшей сорокой.
— Ты чего? — спрашивает Хлопарь.
Его недоумение настолько искренне, что я тоже тихо опупеваю:
— А ты чего?
— Я наследника собираюсь делать.
— А я не хочу! Потому что это не по правилам!
— По каким правилам?
— Ты сначала должен найти и убить дракона, потом принести его голову, познакомить меня с родителями, и… много других нюансов. А мы едва знакомы и сразу в койку! — что я несу? Плюшки-ватрушки, ну и бред…
Король задумывается. Висит надо мной и думает. Я стараюсь не мешать. Представляю себе цветок, из которого дергаю лепестки и загадываю: «Будем делать наследника — не будем делать наследника, Димка — не Димка, будем делать наследника — не будем делать наследника, Димка — не Димка… там ромашка, сям ромашка, трям».
Хлопарь задумчиво слезает с кровати и садится на табурет. В этот момент табурет походит на фантасмагорического слона, у которого вместо ног — ножки… А уж хобот… Наконец, король обращается ко мне:
— Давай рассуждать здраво. Вот найду я дракона, прибью его. Уничтожу реликтовое земноводное, которых почти не осталось в моем мире. Познакомлю тебя с родителями, устроим пир, гости нажрутся, передерутся, намусорят. Родители всё равно согласятся и благословят нас. И в итоге мы окажемся в том самом положении, в каком были недавно. Так чего зря время терять?
Я не могу найти, что ответить на такой логический вывод. Но это неправильно! Неправильно и всё тут!
— Нет, ты должен совершить ради меня подвиг!
— Какой тебе ещё подвиг совершить? — бурчит расстроенный король.
Глазки бегают по комнате. То есть взгляд скачет по предметам, а глазки остаются на месте. О! Нашла!
— Слушай, ты своим мечом тут всё побелкой угваздал. Вот вымоешь пол, да ещё и яичницу приготовишь, тогда и посмотрим. А то сразу в койку и без геройства… Не по-королевски как-то.
У вас никогда в комнате голые короли не мыли пол? Во-о-от, а у меня моет. Ну, так себе моет… больше размазывает, но одно удовольствие наблюдать за мускулистым уборщиком.
А какую яичницу он приготовил… Скорлупа весело похрустывает на зубах, горелый низ обещает изжогу. Но всё это теряется на фоне того, кто готовит.
— Теперь можно и наследника сделать! А ну лежать! — властно велит Хлопарь.
В этот момент за дверью раздаются голоса моих соседок.
— Кто это? Ещё кандидатки на рождение мне наследника? Йо-хо-хо! Хлопаря Необыкновенного на всех хватит. Заводи по одной! — кивает он мне на дверь.
Вот ещё! Тут такое счастье привалило, а я должна делиться? Да вот фигушки! Ни в жисть! Что же делать? Как спасти это мускулистое тело от потных Иркиных ладошек?
— Это наши стражницы, они тебя сейчас закуют и бросят в темницу. А там злые крысы отгрызут тебе… В общем, всё тебе отгрызут. Прячься быстрее под кровать, — кричу я шепотом и стараюсь сделать такое страшное лицо, как будто месяц страдаю запором.
Король хмыкает, хватает одной рукой перекладину кровати, подтягивает к себе, перехватывается и встает. Застывает в позе атланта, который держит декоративный балкончик. Представляете — посреди комнаты в воздухе висит кровать, а под ней стоит голый мускулистый мужик…
Вот же плюшки-ватрушки, спрятался, блин. Незаметный, понимаешь.
— Ты чего это, прятаться надо не так! — крякаю я от огорчения.
— Мы, властные герои, по-другому прятаться не умеем. Вот вроде бы надо как-то иначе, а не умеем. И подай-ка мне Всехубьюлибур! Вдруг меня обнаружат, тогда я буду отбиваться!
Вдруг обнаружат? Да надо быть слепой и парализованной улиткой, чтобы не обнаружить это чудо посреди комнаты.
— Нет, надо тебя спрятать основательно. Где твоя книга? А вижу.
Я хочу прошмыгнуть мимо застывшего короля и поднять с пола книгу, как этот накачанный переросток решает немного пошалить и игриво крутит бедрами.
Шлеп!
Вам никогда батоном «Докторской» колбасы по лбу не прилетало? А у меня похожие ощущения, даже небольшие звездочки показываются.
Но я справляюсь!
Я хватаю книгу и распахиваю её на первой странице. Снова открывается форточка в незнакомый мир. Вот туда-то я и спрячу своего ненаглядного короля.
Первым в эту форточку улетает тяжеленный меч. У меня едва не вылезает грыжа, пока его поднимаю. Потом приближаю книгу к Хлопарю. Я не знаю, что это за магия, но моего героя тоже начинает засасывать в эту форточку. Засасывает его в книгу, как муху в пылесос, и только в этот момент я понимаю, что нахожусь под тяжеленной кроватью…
Одна!
Мускулистая рука вылетает из книги, хватает меня за плечо и тянет к «форточке». Чувство полета, как с балкона третьего этажа, и я стою в совершенно другом месте — среди зелени пышного сада. Рядом хмуро нависает огромный серый замок, такой высокий, что облака задевают за его шпили.
Слышится грохот, будто на деревянный пол падает несгораемый шкаф, и на изумрудную траву валится книга. Я тут же открываю её, заглядываю и вижу нашу комнату. Будто в окошечко из ванной выглядываю. В этот момент меня властно обнимает твердая рука и старается нагнуть.
Всё-таки это Димка. Мой парень тоже старался всегда избегать прелюдий. Но мне почему-то стало интересно — где мы? Вот сейчас он сделает своё дело и мы окажемся опять на Земле, а я даже толком не нагулялась!
— Да подожди ты, — я еле вырываюсь из тисков. — Дай хоть осмотреться-то.
— Чего осматриваться? Обычный замок. А я в нем король.
— Какой замок? Ты о чем? Где мы?
— Мой замок. Находимся в моем мире, Коратурии. Не мешай! — Хлопарь снова начинает пристраиваться.
Ещё чуть-чуть и путешествие начнется с бурного секса под ракитовым кустом, так как ноги начинают слабеть и разъезжаться в стороны. Надо как-то его отвлечь.
— А почему мир так называется? — я будто бы танцую «Ламбаду», чтобы отвлечь короля от его заветной цели.
— Не знаю. Его так назвали до моего рождения, так что в этом я не виноват. Да не вертись ты! Ты меня отвлекаешь! — громогласно возмущается Хлопарь.
— Да что ты себе позволяешь, ваше высочество? Может, я этого не хочу? — я вырываюсь из крепких рук и отбегаю к кусту малины.
— Да ладно, чё ты? Все этого хотят — лежишь себе… а я стараюсь, тружусь. Потом родишь мне наследника и будешь целыми днями делать умное лицо, восседая на троне, — Хлопарь начинает приближаться с очень недвусмысленными намерениями.
Я оглядываюсь — за спиной стена с замшелыми камнями, между ней и мной кусты колючего малинника, справа стена продолжается. Слева же нависают булыжники замка. Кажется, что каждый листочек в этом саду, каждый камень в стене скандирует: «Нас-лед-ни-ка! Нас-лед-ни-ка! Оле-оле-оле! Шайбу, шайбу!»
— А я не хочу! (вру, конечно, хочу и ещё как!) Я сначала бы осмотрелась, а потом… возможно…
— Не противься! — гаркает король и ловит меня за запястье. — Сейчас я открою рубиновым ключом твои яшмовые врата. Запущу туда белых всадников, и через девять месяцев ты родишь наследника. Заниматься будем в позе «Кобры запутались в вишневом саду». Это поза из древнего трактата «Комубысутра».
— Ой, а я не читала. Зато читала «50 оттенков серого»… Хочешь, ремнем по заднице вдарю? — я продолжаю уворачиваться и продлевать игру. Если уж отрываться, то почему бы не покочевряжиться сначала?
Мне не удается увернуться. Он подтягивает меня за запястье, властно разворачивает и наклоняет. Халатик слетает капустным листком.
Вас никогда не склонял к сожительству очень мускулистый король? Нет? Тогда вы вряд ли поймете моё состояние.
Я стенаю, рычу, ем малину — в общем, делаю всё, что делает попаданка в первые минуты перемещения в другую реальность. Конечно, если она считает себя настоящей попаданкой.
И ой…
В эти пятнадцать секунд я чувствую себя курицей-гриль на длинном шомпуре.
— Что? И это всё? — разочарованно протягиваю я. Королевская ласка оказывается очень короткой.
И что самое главное — мы никуда не переместились! Это не Димка. Я снова оказалась использованной не тем человеком! Да ещё и без удовольствия со своей стороны!!!
— Это я ещё сдерживался, — отвечает Хлопарь и тянется за повязкой. — Ладно, нам вместе было хорошо, а сейчас мне пора. Дела, понимаешь ли.
— Какие дела? А я?
— А что ты? Ты молодец! Побольше бы таких девиц на моем пути, тогда бы можно было создать армию из своих отпрысков. Через девять месяцев загляну. Ты чудо, крошка, — Хлопарь Михайлович подтягивает повязку, крепит меч и тянется ко мне с прощальным поцелуем.
Я не знаю, как себя вести, чувствую себя использованной резиновой куклой. Зато моя правая нога хорошо знает, что нужно делать. От такого голкиперского удара промеж ног Хлопарь сгибается пополам, падает на траву, пару раз дергается и затихает.
Что делать дальше? Я не знаю… Одна, в незнакомом месте, кругом заросший сад и стены, стены, стены.
Остается только попытаться найти Димку и высказать всё, что думаю о его характере и о том, почему мы до сих пор не дома!