Глава 26

Эльвира ар Андрес

Как только мы вернулись в школу, я и магистр Эрак погрузились в изучение научных книг по защите границ в лесной местности, но ничего толкового найти не могли. Решение лежало на поверхности. Я натолкнулась на него случайно к середине первого месяца лета.

- Дед, кажется, я что-то нашла, - осторожно сказала я.

- Где? – дед поднял голову от изучаемого фолианта и посмотрел на меня вопросительно.

- В учебнике для боевых магов земли рассказывается случай о том, как эльфы защищали свои леса. По границе они выращивали стену шириной в три метра из ядовитого кустарника высотой в четыре метра. Кустарник не пропускал никого, притом, что сжечь его было невозможно, - задумчиво изложила прочитанную информацию.

- Любопытно. Интересно, что это за кустарник. Надо посоветоваться с Алексисом, - задумчиво проговорил он.

- Хм, здесь сказано, что за основу брали семена кустарника Рицинус и применяли заклинание. Среди человеческих магов использовали его только архимаги.

- Значит, будем искать заклинание, - постановил дед.

Я и магистр Эрак искали нужное заклинание около декады, но нашли мы его только в разделе для архимагов. Нашей радости не было предела. Шестой курс изучал данное заклинание около месяца. Дед постоянно переписывался с королём, и к нам в помощь отправили магов земли высокого уровня со всего королевства. Мне было любопытно посмотреть, как это будет выглядеть, поэтому в начале третьего месяца лета мы отправились в лес на границу с Савойей.

Шестой курс к этому времени сдал экзамены и перешел на следующую ступень обучения. Илья и его компания перешли на четвертый. Они планировали через полгода перейти на пятый курс. Кориан, мой брат и Кати будут поступать в академию не совершеннолетними. Мама и рада этому и волнуется за них очень сильно. С одной стороны Ильюша будет с нами, но с другой, ему будет очень тяжело. У него сложный характер, но и розовых очков нет, как обычно бывает у детей его возраста. А если кто-нибудь решит полезть к нему, пусть пеняют на себя. За брата на куски порву любого!

Темный эльф шел с нами. Этаниаэль не позволял нашим отношениям перерасти из дружеских, во что-то большее, но и не отпускал меня. В душе поселилась постоянная ноющая боль. Я пряталась от нее в книгах и бесконечных тренировках, она напоминала о себе всякий раз, когда я видела темного эльфа. Цветок, что он подарил мне, цветет не переставая. В одной из книг прочла, что это свидетельствует об искренней любви дарящего. Если цветок завянет, то это будет значить, что любовь угасла.

Однажды я спросила его, почему он поступает так с нами. Этаниаэль ответил, что мужчинам его расы запрещено жениться на человечках. В случае, когда мужчина ослушается, девушку просто убьют. Если избранница была истинной парой, то дроу умирает тоже. Обряд возможен только в случае разрешения королевы, но она его никогда не даст.

Это жестоко. Несколько дней я проплакала, но потом решила отступить. Если судьбе угодно, то мы будем вместе, а если нет – справлюсь! Я не знаю, что должно случиться, чтобы королева дала нам согласие на брак. Хотя мне все равно, пройдем мы обряд или просто будем жить вместе. У меня другое воспитание. В мире Земля люди всю жизнь могли прожить вместе, вырастить детей и внуков, но не жениться. Их за это никто не осуждал. Правильно говорит мама, что здесь другие моральные устои и воспитание. ДУРАЦКИЕ!

К середине третьего месяца лета отряд по установке защитного барьера прибыл в густую чащу леса. Здесь росли огромные тысячелетние деревья. В их кронах пели птицы. Пахло разогретой на солнце древесной корой, травами, а на языке оставался пряный вкус меда. Мошкара кусала нас безбожно, пока мы не вспомнили заклинание тонкого щита. Лес был не безопасным. Мы разбили лагерь и установили сигналку. Ночью она срабатывала несколько раз. Дважды периметр нарушали мелкие животные, но несколько раз приходили волки и медведь. Вета на ночь уходила охотиться.

Утром было принято решение, разбиться на группы по десять человек. Для большей безопасности. Сверяясь с картой, каждый отряд отправился в свой квадрат для выращивания кустарника. Я присоединилась к отряду наших школьных магов земли. Моей задачей было в нужный момент вплести защиту от огня. Это была очень тонкая, но важная составная часть заклятья.

В первый день мы прошли почти километр. Работа, на первый взгляд, была несложной, но в то же время очень тонкой. Маг воды рассыпал семена кустарника Рициниус на расстоянии около полуметра друг от друга и обильно поливал их. Четыре мага земли и один огневик плели заклинание и растягивали его примерно на сто метров. Самым важным было вовремя отбежать, так как стена вырастала мгновенно и была опасной даже для создателей. Вета днем охраняла нашу группу, а по ночам пропадала в лесу.

За пять дней шесть групп проложили стену в тридцать километров. Нам осталось ещё столько же, но утром шестого дня случилось непредвиденное. Отряд диверсантов напал на лагерь.

Вечером пятого дня мы уже по традиции сидели вокруг костра и пели песни под гитару. Тут спохватился Аксель:

- Эта блохастая махина опять сожрала нашу дичь! Я такого кабанёнка сегодня поймал. Думал, вечерком пожарим?!

В этот момент подошёл магистр Эрак и укоризненно взглянул на нашу группу.

- И это семикурсники говорят мне о том, что не могут изловить медведя? Стыдно, господа маги, - укоризненно сказал он, погрозив нам пальцем.

Магистр ушёл в свою палатку, а мы остались у костра. Торн запел какую-то жутко нудную песню. Остальные приуныли. Мне так стало скучно, что я решила немножко повеселиться, забрала у парня гитару и запела песню Высоцкого «Жираф большой – ему видней». Сначала ребята не поняли, кто такой жираф. Я начала объяснять им, как выглядит жираф, а в процессе нарисовала его палочкой на земле.

- Какие ещё странные создания у вас есть? – увлеченно спросил кто-то.

- Например, слон. Он большой, как дом, ноги у него, как столбы, на голове два огромных уха, которыми он обмахивается, а вместо носа длинный хобот, которым он рвёт листья и фрукты. Что самое примечательное, это очень большое животное просто жутко боится мышей.

У нашего костра раздался громкий хохот.

- А как в том мире ловят мышей? – весело спросил Торн.

- Ловушки ставим, кошек заводим. В этом мире нет маленьких домашних кошек, а на Земле они повсюду и являются главными врагами мышей.

- Вот бы на этого медведя ловушку поставить, - пробурчал Аксель! - Сволочи этой, ненасытной!

- Почему нет? – хмыкнула я. – Начертательную магию все проходили.

- Ха! – воскликнул Аксель. – В чью ловушку попадёт эта тварь, я тому лучшего скакуна подарю!

- А если в твою попадётся? – захохотали ребята.

- Самое главное, что попадётся, - азартно ответил парень.

- Ха, мои ловушки всегда были действенными! – воскликнул Керн.

- Вот и посмотрим, у кого ловушки окажутся действеннее, - раздался удовлетворенный голос магистра.

Мы ринулись чертить ловушки. Ребята пыхтели до середины ночи. Я же поставила там, где мишка, судя по следам, ходит очень часто, а кроме того поставила сигналку. Всё равно хотела опробовать подобное сочетание. Есть, конечно, риск, что она рванёт, но он минимальный. Уставшие, но довольные, мы отправились спать.

В предрассветный час нас разбудила моя сигналка. Аксель многообещающе мне улыбнулся, надеясь на то, что попался медведь. Когда мы подошли, то увидели жуткую картину. В мою ловушку действительно попал медведь, но не один. Внутри находилось растерзанное человеческое тело. Голова была оторвана, живот вспорот, а внутренности вывалены наружу. В воздухе витал запах крови и экскрементов. Кого-то из парней вырвало прямо здесь. Я же, после осады крепости на границах графства, отнеслась к этому спокойно. Там было страшно. Никогда не забуду мертвые изувеченные тела, сложенные друг на друга. Запах разлагающейся плоти, а потом сладковатый, когда огонь пожирал трупы.

- Аксель, разбуди магистра Эрака, я позову Этаниаэля. Судя по подчиняющему браслету на левой руке, он савойец. Что-то мне это не нравится, - хмуро сказала я.

Парень ушёл выполнять моё указание, а я направилась к палатке темного эльфа. Не успев подойти, столкнулась лицом к лицу с Этаниаэлем.

- Что случилось? – обеспокоенно спросил он.

- На моей ловушке сработала сигналка. В неё попали медведь и савойец, судя по подчиняющему браслету. Понять сложно, так как животное разорвало человека, - тихо ответила я.

- Идём, посмотрим, - серьезно произнес он.

Мы пошли в сторону, где остались ребята. Дед уже был здесь.

- Вы проверили остальные ловушки? – строго спросил магистр.

- Нет, - хором ответили ребята.

- Без Вас решили не геройствовать, - честно пояснила я.

- Идём, - сосредоточенно позвал он.

Ещё в десяти ловушках были обнаружены савойцы в подчиняющих браслетах. Прежде чем выпустить их, мы заставляли пленников вытянуть руку с браслетом. Сняв его, стирали нужные линии и освобождали мужчин. Этаниаэль считывал каждого и сковывал своей магией.

- Все эти люди солдаты. Они рассредоточены вдоль границы. Их около ста пятидесяти человек. Это разведотряды. Ими управляет маг. Они не знают, как его зовут, но чётко выполняют приказы. Задача всех этих людей помешать нам, создать заградительную стену по всей границе. Они готовят нападение на наши отдельные отряды, - хмуро изложил дроу полученную информацию.

- Значит, идём двумя группами по тридцать человек и одновременно создаём стену не по сто метров, а по триста. Всем держать щиты против физического и магического воздействия. Я иду с первой группой, Этаниаэль, позаботься о моей внучке, - начал раздавать распоряжения магистр Эрак.

Темный эльф согласно кивнул. Наш отряд пополнился двадцатью боевыми магами, бывавшими в бою. Позавтракав, мы отправились в свой квадрат. Царила напряженная обстановка. Мы постоянно проверяли наличие посторонних, но пока было тихо. Работали быстро и слаженно. Уже к обеду мы прошли три километра. Мы специально разделились так, чтобы со стороны Зелии оставались студенты, а со стороны Савойи боевики. После полудня, когда мы только начали читать заклинания, я услышала характерный знакомый свист. Это был арбалетный болт. Он летел точно в меня, но ещё на подлёте сгорел в первых слоях моего щита. К этому моменту мы уже дочитали заклинания и отскочили. Пришло понимание – началось. Заставила себя собраться и не отвлекаться на не нужные эмоции.

Из-за деревьев выходили люди с оружием в руках. Их лица не выражали абсолютно никаких эмоций. В лесу наступила тишина, которая нарушалась звуком мягких шагов врага. В воздухе застыла угроза. Этаниаэль встал рядом со мной и мягко улыбнулся, словно говоря, что всё будет хорошо. Наступающие резко ускорились, Этан вступил в бой. На меня кинулись сразу двое. Их глаза были словно стеклянные. Складывалось ощущение, что они просто роботы, которые машут мечами в определённой последовательности. Одного я поразила фаерболом, а второму перерезала горло. У меня не было желания разбираться кто тут хороший, а кто – плохой. Этаниаэль также расправился со своими противниками, и мы поспешили к ребятам. Некоторые проигрывали бой, а кто-то вспомнил хитрость с лианами, которые связывали противника и не позволяли ему двигаться.

По ту сторону стены до нас доносились звуки борьбы и крики. Мы уже добивали последних противников, когда в нашу сторону понеслась стена огня. Я поставила щиты, но на всех растянуть не удалось. Один из боевых магов, что находился на нашей стороне, сгорел заживо. Его щиты не выдержали.

- Этан! Мне нужно три минуты! – глухо попросила я.

Он только кивнул и вместо моего огненного щита поставил свой тёмный. Я начала читать заклинание «Око дракона». Уже через минуту я почувствовала, как мой левый глаз перестраивается. Мир наполнился новыми красками, отражающими потоки магии. В двадцати метрах, между деревьями стоял маг огня высокого уровня. Я направила на него огненное копьё, но в заклинании в элементе направления сделала зигзаг. Теперь копьё ударит его со спины. Маг держит щит только перед собой. Через мгновение мы услышали крик. Этаниаэль снял щит. Огненный маг догорал заживо. С нашей стороны противников больше не было, но по ту сторону стены раздавались звуки ожесточённого боя. Во мне поднялась волна ярости. Перед глазами стоял заживо сгоревший боевик. Мне казалось, что я виновна в его смерти, потому что не смогла растянуть щит. К горлу подкатил комок горечи.

- Необходимо помочь нашим. Они погибают, - приглушённо сказал Этаниаэль.

До конца стены было около тридцати метров. Мы пробежали их быстро, но в душе росло ощущение, что мы опаздываем. Выбежав на ту сторону, увидели пятерых боевиков, держащих многоуровневый щит против физических и магических атак. В них летели ледяные стрелы, а также я рассмотрела воздушный кулак, причём заклинания были построены по старому типу. Они были основаны в большей степени на применении сырой силы. В них били двое магов с расстояния около тридцати метров. Ещё трое наших боевиков сражались на мечах. У них было немного противников, зато на земле лежало около двадцати трупов, семь из которых были из нашей команды. Этаниаль выпустил тьму и взял под контроль мечников. Он приказал им стоять. Я же уже читала заклинание «Циано». Ребята держали над нами универсальный щит. Мне долго не удавалось смирить свои эмоции, так как при применении этого заклятья необходимо циничное спокойствие.

Наконец, мне удалось подцепить магические потоки этих магов и взять их под контроль. К этому времени Этаниаэль снял с мечников подчиняющие браслеты и связал их.

- Этан, надень подчиняющие браслеты на этих магов и свяжи. Я долго их не удержу, - попросила я.

Через десять минут всё было кончено. Вдруг один из наших боевых магов, который сражался с мечниками, покачнулся. Его лицо побелело, а глаза закатились. Он тихо стал оседать на землю.

- Мариз! – воскликнул его друг.

Этаниаэль только покачал головой. Всем стало понятно, что этот человек умер. Темный эльф подошёл ближе и стал осматривать его тело.

- После таких ран не выживают. У него даже сердце пробито, но он всё равно сражался. Иногда я поражаюсь силе воли людей, которые, по сути, будучи уже мёртвыми продолжают сражаться за то, что им дорого, - тихо произнёс он.

Мы сложили трупы врагов, которые я сожгла магическим огнём. Тела наших погибших товарищей мы сложили в стороне, а Этаниаэль наложил заклятье стазиса, потому что следовало продолжить работу. Нас стало меньше на девять человек, но мы постарались работать в том же темпе. К вечеру прошли ещё пять километров. Вернулись к месту боя, забрали тела наших друзей, двух пленных магов и отправились в лагерь. У второй группы нападений не было, и они вернулись в полном составе. За день они прошли десять километров.

К закату солнца было устроено девять погребальных костров. Своих друзей мы решили похоронить по старинному магическому обряду. Только когда вспыхнули тела, на меня обрушилось понимание произошедшего. Весь день я держалась на адреналине, полученном в бою, а сейчас в относительной безопасности ко мне пришло осознание той опасности, в которой мы оказались. Меня накрыло волной боли и ощущение большой утраты. Глаза перестали видеть. Я моргнула и почувствовала, как по щекам потекли слёзы. Руки затряслись. Я ощущала запах сгоревшего дерева и плоти.

Вдруг почувствовала, как чьи-то руки обнимают меня и прижимают к своей груди. У меня началась истерика. Мне девятнадцать лет, но столько смертей я увидела только в этом мире. На Земле я никогда не подвергалась такой опасности, как здесь, но с другой стороны, я уже не хочу туда, потому что привыкла чувствовать магию в себе. Хотелось кричать. Об меня потерлась Вета. В голове возникла картинка боя и то, как к нам направляется группа из десяти человек. Они заходили с тыла. Картинка сменилась, и теперь я видела, как они падают окровавленные от когтей Веты. Моя девочка защищала наши тылы, и с этой задачей справилась.

Дед шептал успокаивающие слова, говорил, что мы молодцы, что нужно быть сильными, ведь защита своей страны иногда требует от нас наших жизней. Только к ночи мне удалось успокоиться и уснуть. Всю ночь во сне я сражалась с магами и солдатами, смотрела на смерть боевых магов. Проснулась не отдохнувшая и злая. Немного приведя себя в порядок, приказала успокоиться и сделать свое дело хорошо. Это помогло не сильно, но заставило сконцентрироваться на работе.

Сегодня мы пошли на строительство остатков стены все вместе. Нам осталось двенадцать километров. Теперь мы выстраивались только по одну сторону, соблюдая режим боевой готовности.

За час мы проходили один километр. К вечеру стена была завершена. Со стороны Савойи угрозы больше не было. Вечером все вспоминали погибших, рассказывая случаи из жизни.

Утром следующего дня мы свернули лагерь и отправились обратно в школу. Пленных солдат вели связанными. Мне стало любопытно, почему к нам в школу не стремятся маги для повышения уровня знаний.

- Дед, скажи, почему к нам приезжает так мало магов для повышения своего уровня квалификации?

- Молодые маги учатся в академии. Мы не можем принять всех желающих. А старые не хотят что-либо менять. Обучаются только те, кто преподает. Это люди науки, им интересно все новое. Если маг не будет постоянно совершенствоваться и искать новое, то он просто перестает быть хорошим магом. Мы развивались, просто тыкались, как слепые щенки. Ты же судишь нас по своим представлениям о развитии. На Земле, как я понял, тоже не всегда были высокообразованные люди. У них тоже был толчок в развитии. Этот период сейчас начался и у нас.

- Да. На Земле до семнадцатого века тоже все было довольно грустно. Но там все тормозила церковь. Они сжигали ученых, объявляя их колдунами. За магию преследовали, - задумчиво согласилась я.

- Жуть какая, - нахмурился дед.

- В стране, где родилась и выросла я, такого не было, - улыбнулась я.

- Я слышал много рассказов о вашей стране и русских людях, но они такие противоречивые, - сконфуженно произнес деда.

- Это так. Понять русского человека может только другой русский человек. Мы очень добрые и гостеприимные, долго терпим, если нас обижают, но если рассердимся, то пощады ждать не стоит. Один царь говорил: «Кто к нам с мечом придет, тот от меча и погибнет». Мы никогда не нападаем первыми в войнах, но в случае войны, на защиту встает вся страна, а она самая большая в мире. Когда на одном конце страны начинается утро, на другом наступает вечер. Но в тоже время русский человек трудолюбив и ленив одновременно. Я не знаю, как это объяснить. Есть поговорка: русский мужик долго запрягает, но очень быстро едет.

- Да уж. Сложно понять эту страну, - хмыкнул дед.

- Один русский поэт писал: «Умом Россию не понять, аршином общим не измерить. В ней особенная стать. В Россию можно только верить», - улыбнулась я.

- Ты настоящая русская. Иногда мне очень сложно понять тебя, но в то же время я верю в тебя, - задумчиво проговорил он.

Я только пожала плечами. А что тут скажешь?