16

Олег Наконец-то уложив детей на ночь, я зашел в нашу с Таней спальню. И только сейчас понял насколько устал за этот день. Мышцы материли меня, отдаваясь болью по всему телу. Забрался в постель, и следом за мной из кухни вернулась жена, держа в руке стакан с водой, Таня всегда пьет ночью. Видимо я сразу провалился в сон, потому что проснулся от толчка в плечо. – Олег, блин, просыпайся! – услышал я злобное шипение суженой. Со стоном скинул ее руку с себя и накрылся покрывалом с головой, всем своим видом показывая, что я сплю. – Олег! – в этот раз Таня сдернула с меня покрывало и пальцами разлепила веки. – Проснись по-хорошему, а то побрею налысо. Я резко открыл глаза и сел на постели, зная, что эта клуша не шутит. Один раз она мне побрила полголовы, за что в свою очередь лишилась бровей. – Таня, отвали от меня, дай поспать! – практически прорычал женщине в лицо. – Ох, прости, пожалуйста, что потревожила твой сон, – театрально схватившись за грудь, со вселенским раскаянием в голосе проговорила Филатова, – а я уснуть не могу! Под окном топчется какое-то зверье! Еще немного и детей перебудит. И тут я услышал, о чем пыхтит Татьяна, за окном отчетливо слышалось чье-то передвижение и какое-то курлыканье. И это реально было громко. Чертыхаясь, я встал с кровати и пошел на улицу. Ступая по траве босыми ногами, начал искать ночных злоумышленников. Обойдя дом, увидел огромную дырку в заборе со стороны соседа. Я тут же почувствовал себя Шерлоком, распутал такое элементарное дело. Пошел в сарай, достал кусок фанеры и, полный решимости загнать животных обратно к соседу и заделать дырку, вернулся к месту преступления. Пройдя за угол я наконец увидел трех дебоширов. Они стояли и надругались над грядками с морковью. Я не сразу опознал этих птиц. Это точно не гуси… Эти были намного больше и мощнее. А когда они обернулись, я увидел в свете луны, что это индюки. Они как по команде нахохлились, оперились и начали хлопать крыльями, разговаривая между собой на своем птичьем языке. Я нервно сглотнул и начал потихоньку отходить назад, не делая резких движений, а они наоборот быстрее начали наступать на меня. Когда между нами оставалось расстояние в несколько сантиметров, мы все вчетвером замерли. Индюки смотрели на меня своими глазками-бусинками, я им явно не понравился. Конечно, кому понравится еще один альфа-самец. И тут я почувствовал резкую боль в ладони, будто несколько десятков иголок вонзилось мне в руку. Перевел взгляд вниз и понял, что индюк клюнул меня. Гребаная, адская птица укусила меня! Я отдернул руку и начал размахивать ею в воздухе, чтобы снять боль, но птицы приняли это за акт агрессии. И, захлопав крыльями еще сильнее, бросились на меня. Я пытался защищаться, отмахиваться от них, но они брали количеством. Щипали меня за голые участки тела, и я уже тысячу раз пожалел, что вышел ночью на улицу в одних трусах. Затем один обошел меня сзади и начал кусать за ноги, а когда я собрался позорно сбежать, они повалили меня на землю. Щипки не прекращались. Но сейчас к укусам добавились и когти. Я хотел закричать и позвать на помощь, но крик так и застрял в горле. Гордость мне не позволила, я взрослый мужчина, и это дело чести – справиться с ходячим шашлыком. Перевернувшись на живот, я пополз обратно за угол, а эти индюки за мной. Дополз до того места, где оставил фанеру и поднял ее на манер щита. Я отмахивался от этих тварей и задом шел к дому. Когда был уже на крыльце, бросил фанерой в птиц и в буквальном смысле влетел в дом. – Я их до сих пор слышу! – как только зашел в спальню, накинулась на меня Таня. – Закрой гребаное окно, Таня, или вставь бананы в уши и спи! – сказал я и пошел в ванну смывать следы недавней драки. * * * – Папа, включи мультики! – заорали мне в ухо, а затем треснули пультом по голове. – Вы такие маленькие и такие громкие, – потирая голову, пробурчал я и выполнил требование наглых мосек. Подвинулся и мелкие легли рядом со мной на кровати, Тани рядом не было. Я удивился и, потянувшись, взял с тумбочки телефон. Еще не было и семи. Накрыл пацанов с головой одеялом, от чего они завизжали, и пошел умываться. Все тело пощипывало, и на мне отчетливо виднелись следы от клювов. Выругавшись сквозь стиснутые зубы, я оделся. Таня вовсю кашеварила на кухне. – Доброе утро, – поздоровался я, жена лишь кивнула в ответ. Насыпав кашу по тарелкам, Таня позвала детей, и мы все приступили к завтраку. – Мне сегодня надо уехать, – сказала благоверная. – Куда? – с набитым ртом спросил я. – Обратно в город. Там без меня не справляются. Сейчас за мной приедет водитель. – Не справляются? С чем? С тем, как тратить мои деньги? – зло проговорил я. – Давай без этого. Я уезжаю и точка, а ты остаешься на хозяйстве, муж мой дражайший. Почувствуй себя в моей шкуре. – Мы поели, можно нам на речку? – спросил Егор. – Нет, золотой мой. Сейчас папа доест, вы поедите за Катей с Кристиной и потом все вместе пойдете на речку, хорошо? – проворковала Татьяна и поцеловала каждого из сыновей по очереди в щечки. – Ура! – заорали сыновья и побежали прочь из кухни. Я отодвинул от себя тарелку с кашей и пристально посмотрел на Татьяну. Та, как ни в чем не бывало, продолжила краситься. – Ты же с самого начала не планировала здесь оставаться, не так ли? – тихо спросил я, и ответа не последовало, но его и не требовалось. – Езжай, куда хочешь, мы и без тебя отдохнем. Бросил я на прощание и пошел прочь из кухни, на пороге услышал Танин окрик. – Катя в восемь утра будет ждать на остановке в селе, не опаздывай. Ровно в восемь мы с мальчишками ждали автобус. Когда вышли из дома, я еще успел поговорить с соседом и любезно попросил его сделать что-нибудь с дыркой в заборе, пока его индюки не превратились в чучел у меня в кабинете. Вроде, мы поняли друг друга. Спустя несколько минут ожидания появился автобус и оставил на остановке Катю и Кристину. Я широко улыбнулся, увидев их. Катерину я не видел с того самого разговора у нее на кухне. Женщина избегала меня и явно была не мастером маскировки. Егор с Даней опустили окно и начали кричать, чтобы они скорее шли к нам, мальчики аж подпрыгивали от нетерпения. Завидев нас, Катя с Тиной пошли к нам. Подул резкий ветер, и с Катиной головы слетела огромная соломенная шляпа. Я тихо засмеялся, когда Катерина попыталась ее поймать, но та дальше катилась по дороге. Кристина пришла на помощь маме и сама подняла шляпу. Когда они подошли, я нажал на кнопку багажника и тот открылся. Мать и дочь положили свои вещи и сели в машину. – Доброе утро, дядя Олег, – первой поздоровалась Кристина. Я посмотрел на нее в зеркало заднего вида и подмигнул. – Доброе утро, Кристина. – Доброе утро, мальчики, – поздоровалась Катя, – Олег Николаевич, – нехотя поздоровалась Катя. – Наидобрейшего утречка, Катерина, – весело поздоровался я и тронулся с места. Настроение поползло вверх, как столбик термометра на солнцепеке. Я действительно был счастлив от того, что приехала Катя. Эта женщина волнует меня, есть в ней что-то, что я хочу узнать. И почти уверен, что для этого мне понадобится мой язык, губы и руки. Осталось только и Кате признать эту тягу. Признаюсь, я вспоминал нашу маленькую сценку на ее кухне и мне чертовски хотелось продолжения. Мне понравилось то, как Катя ощущалась в моих руках. Это было правильно. Дети кричали что-то сзади и разговаривали с планшетом. – Мы с тобой, Катерина, кажется, за взрослых, – сказал я, нарушив наше с ней молчание. – И Татьяна, – с улыбкой добавила женщина. Я широко улыбнулся в ответ. – Неа, Таня сегодня уехала в город. Только ты и я, Катерина, я и ты. Я пристально посмотрел в ее глаза и увидел, как они расширились от паники. Потянулся к радиоприемнику и включил радио погромче.