24

Екатерина Я продолжила свой путь и уже через несколько минут была дома. Прошла в комнату и как раз в это время сигнал возвестил о входящем смс… Не знаю, почему так вышло, но Федор еще ни разу не был в нашей квартире. Нет, он приезжал за мной до этого, но каждый раз ждал во дворе, не горя желанием подняться наверх. Да, что скрывать, он не говорил об этом, но и я молчала, не желая переводить наши отношения на новый уровень. Но именно сегодня я решила, что пора что-то менять. Он позвонил, сообщив, что ждет меня во дворе. Сделав глубокий вдох, решилась. – Может, поднимешься? В ответ раздалась тишина, и было слышно лишь дыхание мужчины в трубке. – Конечно. Сейчас подойду. Я нажала на отбой и, закрыв глаза, прижала трубку к груди. Я поступаю правильно. И плевать, что сердце продолжает спокойно биться в груди, даже не думая ускорять свой темп. Через некоторое время раздался звонок, и я направилась к двери. Открыла, нацепив на лицо приветственную улыбку, и тут же в моих руках очутился букет цветов. – Привет, Катя. Глаза Федора сияли, смотрели на меня с такой теплотой, что могли бы согреть даже в самый холодный день. Я схватила его за руку и затащила в квартиру, видя, что он так и продолжает стоять на пороге. – Входи же. И спасибо за цветы. Федор просиял и обвел взглядом коридор. Затем его глаза снова вернулись ко мне, и я приподняла бровь. – Узнаю профессиональный взгляд архитектора, – улыбнулась ему, а Федор засмеялся. – Прости, ничего не могу с собой поделать. Я махнула рукой и направилась в комнату, ожидая, что он последует за мной. Взяв вазу, оставила мужчину одного и пошла к кухне. Прежде чем налить воды, подошла к подоконнику, на котором лежал мобильник, и проверила, не было ли звонка от Тины. За весь день мы созванивались несколько раз, дочка верещала в трубку от восторга и слала селфи на фоне заповедника. Они оставались в гостинице на ночь, и теперь Тина должна была позвонить после ужина. – Тебе помочь? Голос Федора раздался совсем рядом и, вздрогнув, я едва не уронила вазу. Повернулась и увидела мужчину позади себя. В груди родилось непонятное чувство. Он казался лишним здесь. Неуместным. И тут же противный голос внутри меня поспешил напомнить, что с Олегом такого не было… Я помотала головой и стала наполнять вазу водой. Окончив с этим, поставила цветы на стол и посмотрела на Федора. – Как прошли твои выходные? – На работе, – Федор не сводил с меня глаз, и мне становилось не по себе от его изучающего взгляда, – а твои? В голове калейдоскопом пронеслись события тех дней, и я ощутила, как по телу пробежала дрожь. – Нормально, – сказала, отводя глаза, – мы с Тиной были за городом. По моей работе. Но давай не будем об этом. Федор кивнул и спросил. – А где Тина сейчас? Я указала ему рукой на стул, приглашая сесть к столу, и стала наполнять чайник водой. – Уехала с классом на экскурсию. Вернется завтра. Я стала доставать из шкафа кофе и чай и не сразу обратила внимание на тишину. Удивленно повернулась к мужчине и увидела, что он смотрит на меня совсем иначе. Теперь его глаза горели. И я понимала, что означает этот взгляд. – Если хочешь, мы можем сходить в ресторан, – сбивчиво начал он, – или еще куда, ты только скажи. Я так ждал нашей встречи, Катя. Представлял, что это будет что-то романтичное, но в голову не приходит ничего оригинального. Он поправил очки, и я едва удержалась от неуместного смеха. Прислонилась бедром к столешнице, сделала глубокий вдох и произнесла на одном дыхании. – Федь, не надо ничего. Не сейчас. Он посмотрел на меня удивленно, явно не понимая, что я имею в виду. Да я и сама не верила, что говорю это. Но пути назад не было. – Не надо никаких ресторанов, – опустила взгляд на руки, отмечая, что они все же начинают дрожать, – останься. – Катя… Я услышала, как он встал из-за стола, и через мгновение его руки накрыли мои ладони. Федор подошел еще ближе, и тогда я подняла голову, посмотрев ему в глаза. Он даже не пытался скрыть своей радости, и в этом было что-то настолько милое, что на секунду меня кольнуло чувство вины. Ведь я не чувствовала того же. Как ни старалась. Федор наклонился и мягко прикоснулся ко мне губами. Он будто спрашивал разрешения, и я приоткрыла губы. Его руки переместились мне на спину и стали мягко поглаживать. Мужчина продолжал целовать, и я закрыла глаза, стараясь отдаться полностью этому поцелую. Но у меня не получалось. Тело отвечало на автомате, но в голове творилось черте что. Я поймала себя на мысли, что думаю о том, снимет ли он очки, когда это произойдет между нами, и тут же не смогла сдержаться от смешка. – Что-то не так? Федор отодвинулся, нахмурившись, и мне тут же стало стыдно. К счастью, в этот момент засвистел чайник, и я, осторожно выбравшись из рук Федора, подошла к плите. – Прости, – прошептала ему, повернувшись спиной, – просто я немного нервничаю. – Я тоже, – услышала по голосу, что он улыбается. И в этот момент я поняла, что лучше сделать это сейчас. Смысла откладывать не было. Резко повернулась и, взяв его за руку, направилась к спальне. Федор шел за мной, не произнеся ни слова. И я была этому рада. С каждым шагом моя уверенность росла, и я надеялась, что поступаю правильно. Мы вошли в спальню, и я развернулась к Федору лицом. Он тут же заключил меня в объятия и прижал к себе. Руки стали лихорадочно касаться меня везде, а губы снова накрыли мои. Я закрыла глаза и услышала его стон. – Черт, – выдохнул он мне в губы, – если бы ты знала, как я хотел тебя с самой первой встречи. Я вспомнила эту самую встречу, когда он едва не сбил меня с ног, и поняла, что меня снова разбирает от смеха. Губы мужчины спустились к шее, а я сжала свои, стараясь сдержать противный смешок. Но он все же сорвался с губ, и Федор медленно поднял голову. – Все нормально? Он смотрел на меня почти обиженно, и я почувствовала себя полной идиоткой. Медленно кивнула и толкнула его к постели. Федор сел на нее, пожирая меня глазами, а я устроилась сверху, обхватив коленями его бедра. Чувствовала, что он возбужден, и только сейчас осознала, как давно у меня не было близости. Я мягко надавила ему на грудь, заставляя лечь, и стала расстегивать рубашку. Федор следил за мной, не сводя с меня глаз. Я оголила его грудь и прижалась губами к коже, проложив влажный след к его животу. Он дрогнул под моими прикосновениями, и я вскинула голову, улыбнувшись. Боже, мне потребовалась вся моя сила воли. Он был без очков. Я даже не заметила, когда он успел их снять. В его глазах было столько нежности и страсти, и я прижалась лбом к его груди, стараясь скрыть свое лицо. Сумасшествие. Может, со мной что-то не так? Разве нормально, что я вообще уделяю внимание этим чертовым очкам?! Я поднялась выше, и в этот момент Федор резко дёрнул меня к себе и накинулся на мои губы. Теперь его поцелуй не был мягким. Он был страстным, жгучим. Руки гладили бедра, ягодицы. Спустя мгновение они уже забрались мне под юбку, и я вздрогнула от прикосновения к внутренней части бедра. Раздался его стон, но затем я услышала, как разрывается мой мобильник. Я резко замерла, а затем скатилась с него, закрыв рукой глаза. В горле начал рождаться истеричный смех, и теперь я уже не могла его остановить. Я стала смеяться, чувствуя, как из глаз текут слезы, и понимая, что Федор смотрит на меня, как на истеричку. Но я ничего не могла с собой поделать. Это что, скажите мне, такая вот судьба? – Прости… Это Тина, – прошептала, не смотря на мужчину, и, поправляя платье, кинулась к кухне. Тина рассказала, что у них все хорошо, и они укладываются спать. Я закрыла глаза и прислонилась лбом к окну, слушая дочь и стараясь отдышаться. Она все еще что-то щебетала в трубку, когда я услышала, как хлопнула входная дверь. – Сладик, я люблю тебя. Позвони завтра, как проснешься. – И я тебя, мамуль. Сладких снов. Я положила телефон и медленно направилась к коридору, уже зная, что там увижу. Обуви Федора не было. Мужчина ушел, даже не попрощавшись. Я села прямо на пол и прислонилась к стене, обняв себя за колени. Уткнулась лбом в них и поняла, что ничего не чувствую. Лишь мягкий укол стыда за свое поведение. Но в то же самое время где-то в глубине души затаилось облегчение. И от этого на душе становилось только паршивее…