81

Как ни крути, ситуация аховая. На мне скрестились шесть взглядов и по тому, как напряженны были тела мужчин, я понимала, чтобы выдерживать воздействие местной хитросделанной Виагры, им приходилось ухищряться.

— Послушайте, — я выставила руки вперед ладонями, пытаясь хоть как-то контролировать положение. — Понимаю, ситуация неоднозначная. Но нужно поговорить. Пожалуйста, сдерживайте себя. Мне неуютно.

Дрек застыл изваянием в нескольких шагах от меня, по его выражению лица было понятно, что он сдерживается изо всех сил, я впервые видела у него такую эмоцию, чаще охотник делал, что хочет и не останавливал себя. Но тут мужчина точно понимал, что я напугана. Сзади него на диванчике сидел разомлевший Скай, с потемневшими от возбуждения синими глазами, взгляд которых скользил по моему телу. Первый муж искусывал губы до крови и, кажется, почти ушел за грань адекватности, плохо справляясь с внутренней борьбой.

Под руками Вальмонда затрещали подлокотники несчастного кресла. Отвернувшись, мужчина закрыл глаза.

Мартин смотрел на меня как тогда, на первом этаже дома Торвальда, когда я спряталась у него в комнате. Пристально, изучающее и нетерпеливо, словно нашел сокровище столетия, все дольше задерживая горящий взгляд на моей груди, затянутой в лиф самодельного платья.

Лейв стоял ближе всех ко мне. От него веяло теплом и приятным мужским, мускусным запахом. Этот представитель сильного пола смотрел на меня все с тем же сдержанным восхищением и ласковым спокойствием, почти расслабленно, хотя краем глаза замечала, что стоит отвернуться и взгляд зеленых глаз судорожно блуждал по изгибам моего тела.

Время замедлилось. Я не находила слов. Да и существовало их настолько подходящих, решающих все одним своим звучанием.

Обзор мне закрыло плечо Альдиса, прикрывшего меня от всех остальных. Муж держался на порядок лучше, благодаря своему происхождению и тоже понял всю серьезность ситуации и общего нестабильного состояния.

— Говори, я передам им, — обратился ко мне робот, тепло сжимая пальцами мою ладонь.

Тяжело вздохнув, я уткнулась лицом в спину Альдиса и сжала в кулачки его парадную одежду. В тот момент я была благодарна как никогда за то, что он у меня есть. Подспорье в виде его поддержки очень пригодилось.

— Нет, я сама скажу, — повысила голос, чтобы слышали все. — Мне очень жаль, но я приму сегодняшней ночью лишь своих мужей, — пробормотала едва двигающимися губами, — я сожалею о том, что побеспокоила вас: Мартин, Лейв и Вальмонд.

Несколько мгновений в комнате стояла звенящая тишина. Я чувствовала флюиды поддержки, исходящие от Альдиса. Он отгораживал меня от мира. Для меня это многого стоило.

Безмолвную пустоту разрушили шаги. К нам подошел Мартин и Альдис отступил немного в сторону, давая нам пространство, чтобы видеть друг друга, но не отпуская моей руки, поглаживая большим пальцем тыльную сторону ладони.

Сглотнув и облизав губы с видом безумца, Мартин опустился на одно колено и вперил в меня взгляд человека, который не может поверить в то, что делает.

— Прекрасная Анита. Я был ослеплен вами с самой первой нашей встречи, не устану это повторять. Не верится, что нахожусь здесь, с вами. Что вы выбрали меня. Я… понимаю, моя просьба бредовая, я бессовестно навязан вам и абсолютно не нужен, но не могли бы вы стать моей женой? — и поднял на меня глаза, почти такие же, как у котика из «Шрека».

Такого я никак не могла ожидать. Растерялась, круглыми глазами смотря на обнадеженного Мартина,

Я не знала, что мне делать. С одной стороны, идея сделать его своим полностью внутренне очень откликалась, прямо горела, он мне очень симпатичен, но было слишком много «но».

Так и стояла, смотрела на него, не находя ответа. А лицо мужчины все больше мрачнело, бедняге еще и постоянно приходилось бороться с собой, чтобы откровенно не пялиться на мое тело, стратегические точки которого были теперь на уровне глаз.

— Не отказывайтесь, Анита! — Мартин в сердцах схватил меня за руку и дернулся, словно тело прошибло электрическим разрядом, но взял себя в руки, продолжая: — Мне есть, что вам предложить. В этом городе вас не оставят в покое без мужа, который родился здесь. Правила строги, а свободных мужчин слишком много, можно сказать, все свободные. Либо вы остановитесь на нескольких, связавшись с ними узами брака, либо придется постоянно уделять внимание новым мужчинам. Этого не избежать. Я не могу сказать, что не буду претендовать на ваше внимание, но точно не докучать. Я буду делать вас счастливой или скрываться в тени, если такова будет воля.

— Мартин… — выдохнула я растерянно, миллион и одна мысль атаковали голову, в корне противореча друг другу.

— Соглашайся, — тихо проговорил стоящий рядом Альдис, — он искренен. И он прав, хотя не особо мне нравится. Ты же знаешь, с Дреком можно будет договориться, ты из него веревки вьешь. Из всех нас.

— Торвальд не впустит больше вас в дом, я могу предоставить свой. У меня есть, просто на работе приходилось жить, чтобы все успевать.

— Хорошо, — выдохнула, не веря самой себе, не понимая, на что соглашаюсь, — я согласна.

— Ты чудо, — расплылся в улыбке мой… четвертый муж? Или последний жених? И вскакивая на ноги, сжал в капкан чувственных объятий.

Мы бы стояли так и дальше, но рядом, скривившись от боли на колени бухнулся решительно настроенный Лейв.

Распереживавшись из-за его старой травмы, в связи с которой разведчик хромал на одну ногу, бросилась к нему, схватила за плечи.

— Зачем же ты так? С тобой все хорошо?! Помогите его поднять!

— Я не калека, — пронзительный взгляд застыл на мне. — Дай и мне высказаться. На коленях это будет более убедительно, но мне нравится, что мы на одной волне, — по-доброму усмехнулся Лейв, немного нервно сглатывая.