Глава 29. Этот несправедливый мир

Отец Лианы, Иван Чистяков, считал себя человеком мудрым, удачливым, дальновидным.

Обещая Вардану Агдаяну свою дочь четыре года назад, он не сомневался, что Лиана послушает его. Да и разве найдет она жениха лучше в маленьком городке? Был уверен, девчонка это понимала.

И в страшном сне ему не виделось, что наступит день свадьбы, а любимая кровиночка так его опозорит.

Когда Лиана выкрикнула свое «Не выйду за него замуж» и бросилась бежать, весь зал на сотню гостей погрузился в гробовое молчание. Даже свадебному регистратору и то не нашлось что сказать. Должно быть, на ее практике еще не было таких инцидентов, чтобы невесты сбегали посредине церемонии.

Молчали все. Шокированы были все.

А Иван сгорал от стыда.

— Лиана вернись! — закричал он ей вслед.

Но дочь и не думала слушаться, вылетела из зала как ошпаренная.

Он принялся заискивать перед Варданом:

— Я сейчас с ней поговорю! Она извинится, она вернется…

Хотел было бежать следом за дочкой.

К слову, он был такой не один, некоторые родственники Вардана тоже собрались бежать за невестой.

Нарине Абулян, владелица салона красоты, быстрее других поспешила к выходу, тараторя:

— Девочка в стрессе! Как же я так не поняла, что она в таком стрессе…

Но всех их остановил громоподобный голос жениха:

— Пусть идет… Раз не хочет замуж, пусть катится ко всем чертям. Я ей собачка, что ли? Бегать за ней…

Как только он это сказал, все снова замерли. Никто и пальцем шевельнуть не смел.

Иван сразу смекнул — не к добру. Ой, не к добру… Схватил жену за влажную от пота руку и бочком-бочком начал пятиться к выходу.

Вот только своим возгласом по поводу Лианы он все же привлек к себе ненужное внимание.

Очень быстро гости жениха поняли, на ком тут можно сорвать злость.

Его с женой и дочками обступили буквально в считанные секунды.

В эту самую минуту Иван вспомнил слова Анфисы, которыми она уговаривала Лиану согласиться на брак: «Агдаяны его растерзают. В гроб твой папка ляжет после всего».

Тут-то Иван и понял, что пророчество Анфисы может оказаться как никогда правдивым. И жалобы на микроинфаркт тоже. Или даже не микро. От страха-то всякое может случиться.

И началось…

— Как ты воспитал дочь?! — рявкнул на него отец Вардана.

— Ты у себя в семье хозяин или тряпка? — заголосил его дядя.

— Ни копейки на свадьбу не потратил, да еще и дочь его такие выкрутасы выдает… За детьми следить надо! — это уже дед.

Не все гости были трезвы. Некоторые уже успели на порожках загса выпить за здоровье молодых. И вот один из таких желающих здоровья вдруг оказался перед Иваном. Он даже не знал, кто это, даже не подумал, что так развернутся события и… прикрыть физиономию не успел.

Кулак у пьяного детины оказался на редкость метким, а удар хорошо поставленным.

Секунда, и Ивану прямо в нос прилетел такой напас, что аж искры посыпались из глаз.

Перед ним все поплыло, еле как устоял на ногах.

Самое ужасное, Иван понимал, что ему может достаться гораздо сильнее.

И тут…

Его со всех сторон обступили его же женщины. Жена и дочки.

Все три разом заголосили:

— Спасите! Помогите! Убивают…

И снова по всему залу раздался громоподобный голос Вардана Агдаяна:

— Пусть идет… Все уходите! Свадьбы не будет…

Иван схватил под локоть жену и поспешил к выходу. Дочки следом.

Уже на улице он почувствовал, как из носа капала кровь.

Анфиса заголосила:

— Они же его тебе сломали, черти!

Нос и вправду накренился в сторону и болел просто адски.

Все вчетвером отправились в травмопункт.

Лианы к тому времени на улице у загса и в помине не было.

* * *

Иван вернулся домой с семьей ближе к ночи.

Каково же было его удивление, когда обнаружил, что Лиана лежит в собственной постели, с головой накрытая одеялом.

Отвернулась к стенке, так, чтобы было не видно наглую физиономию, и оставалась так лежать, ни на сантиметр не двинулась, когда отец открыл дверь.

— Лежишь, тварь такая? — заголосил он в дверном проеме. — Готовься, завтра утром побежишь к Агдаяну извиняться, в ножки кланяться, так и знай!

Он ушел, громко бахнув дверью.

Потом пошел в кладовую, достал дрель и щеколду, взял да и высверлил в деревянной двери комнаты Лианы дырки для шурупов, прикрутил щеколду с наружной стороны. И запер девчонку в комнате. Чтобы неповадно было, чтобы дурного ничего не замыслила.

Умылся, плотно поужинал и отправился спать.

Спал долго и беспокойно, от стресса еще не то будет. Встал уже ближе к полудню следующего дня.

Пошел проверять дочку и очень удивился, увидев, что она все еще заперта на щеколду снаружи.

— Что, так и не выпустили еще? — спросил он у проходящей мимо Анфисы.

— А зачем? — Губы жены превратились в нитки.

— Так, может, ей поесть надо или в туалет… — опешил Иван. — Она же живой человек, Анфиса, ты палку-то не перегибай!

— А я не перегибаю, она нас опозорила!

— Сгинь! — рыкнул он на жену.

Иван жутко злился на дочь, был на нее страшно обижен. Но морить голодом не хотел.

Открыл дверь и очень удивился, заметив, что, несмотря на то что за окном день, ночник возле кровати Лианы все еще горел. А сама она лежала, укрытая одеялом с головой, как и вчера вечером, хотя температура в комнате была выше среднего.

— Лиана, ты там не зажарилась часом? — спросил он, подходя.

Схватился за одеяло, стащил и увидел, что под ним лежала совсем не Лиана, а ее свадебное платье, уложенное таким образом, чтобы можно было принять за фигуру девушки.

— Анфиса! — закричал Иван. — Лиана сбежала!

Ожидал, что жена тут же прибежит к нему.

Та и вправду побежала, он слышал, как по паркету стучали ее босые ступни. Вот только в спальню к Лиане жена так и не пришла.

— Она нас ограбила! — вдруг раздался ее визг из их общей спальни. — Все драгоценности из сейфа украла, стерва такая! Все, что ей Вардан надарил!