Первое января

Девчата с детьми позавтракали и стали собираться на прогулку. Новую соседку трогать не стали.

— Ты комнату на ключ закрой, — сказала Маша Олесе, выходя в коридор.

— Ты считаешь, что нам нужно опасаться новую соседку? — спросила Олеся шепотом.

— Я не думаю, что она нас обнесет, но у нее там маленькие детки. Я бы не хотела потом чинить испорченное или покупать новое, — покачала головой Маша. — Свои сломают — пережить можно, а вот чужие — вдвойне обидно. Так что закрывай и не стесняйся, а то поиграют твоим планшетом, много потом наработаешь.

— Поняла, — кивнула Олеся. — Мадину звать будем?

— Да она, наверно, еще спит, — ответила Маша. — Я ей сообщение написала. Можно, конечно, зайти к ней, хоть детей забрать.

— Посмотрим, ответит она нам или нет.

На удивление, у Маши тут же пиликнул телефон.

— Что пишет? — вытянула шею Олеся, пытаясь заглянуть в экран.

— Это Ванька пишет, — улыбнулась Маша. — Спрашивает, проснулись мы или нет.

— Зови его с нами гулять, — предложила Олеся.

— А ты не обидишься?

— С чего это? Я только рада буду, если твое знакомство перерастет во что-то большое. Может, переберешься к нему в дом. Будет у тебя свое гнездышко.

— Свое будет только то, что я куплю и оформлю на себя, — хмыкнула Маша.

— Так может вы с ним «жили они долго и счастливо».

— Ага, и умерли в один день, — усмехнулась Маша. — Такая большая, а в сказочки веришь.

— Ну не всё из меня вытряхнули, вера в чудо еще осталось, — улыбнулась Олеся.

Пришло еще одно сообщение.

— Теперь Мадина пишет. Предлагает за ними зайти, — прочитала ответ Маша. — Ну, пошли, а то мои уже оделись.

— И мои тоже.

Они закрыли все двери на замок и вышли все вместе на улицу.

— Сегодня тепло, — улыбнулась Олеся. — И так тихо.

— Правильно, народ еще спит. Одни мы с утра пораньше куда-то идем.

— Уже не раннее утро, — рассмеялась Олеся. — Уже почти обед. Как ты думаешь, что там у этой новенькой соседки случилось?

— Марина же сказала — избил и они сбежали, — пожала плечами Маша.

— Страшно это все, — вздохнула Олеся.

— Страшно, — согласилась Маша. — Человек, которому ты доверяешь целиком и полностью, оказывается не только предателем, а еще жутким монстром и чудовищем.

Все вместе поднялись к Мадине. Дверь в квартиру была уже открыта. Всей толпой ввалились в коридор.

— А мы думали, что вы еще спите! — крикнула Маша.

Из комнаты выскочили дети Мадины. Затем из кухни вышла она сама.

— Да с ними разве поспишь, — рассмеялась она. — Да и привычка вставать рано помешала.

— Ясно. А Давид уже ушел? — спросила Маша.

— Конечно, детей занес в квартиру, попрощался и ушел.

— И вы даже с ним не разговаривали? — немного расстроилась Маша.

— Нет. Мы с ним договорились созвониться. Правда, я не знаю, позвонит он мне теперь или нет, — вздохнула Мадина.

— Почему не позвонит?

— Не знаю, может не понравилась.

— Не переживай пока, да и потом не стоит это переживаний. Вы уже оделись? — спросила Маша.

— Почти.

— Тогда мы вас ждем на улице, а то жарко у тебя. Сейчас все вспотеют, а потом продует и простынут. Выходите, давайте, — сказала Олеся.

— Уже бежим, — ответила Мадина.

Через пять минут они стояли всей толпой во дворе дома и думали, куда им идти.

— Может в центральный парк? Там горка большая, и всякие крепости, лабиринты? — предложила Олеся.

— Да и у нас тут рядом есть неплохой парк, там тоже что-то такое построили. Если не понравится, то поедем в центр, — сказала Мадина, — а то с ними только на автобусах ездить.

Все с ней согласились и направились в ближайший парк. Там действительно имелось несколько горок, небольшой лабиринт, огромные слепленные из снега фигуры деда Мороза и Снегурочки и большая елка. А еще футбольное поле было залито водой и представляло собой бесплатный каток.

— Ух ты, — удивилась Олеся. — Даже лучше, чем в центре.

— Так парк же относится к ДК. Там такие работники замечательные. Все их руками сделано, чтобы дети приходили и радовались зиме и каникулам, — сказала Маша. — Мне вообще этот район нравится. Хоть он и считается спальным в нашем городе. Зато тут тихо и спокойно, и не так шумно, как в центре.

Прогуляли с ребятней больше двух часов, покатались на горке, покидали друг в друга снежками, потрогали снежных деда Мороза и Снегурочку, потолкались на льду, пока туда не пришли люди с коньками. В общем, было весело. Маша с Олесей расспрашивали Мадину насчет Давида.

— Мы учились вместе в школе. Соседями были. Дружили, считай, с детских лет. Болтали друг с другом обо всем на свете, все друг другу рассказывали. Потом мне нашли жениха. Я как-то в него влюбилась, ну и всё, дружба сошла на нет. Иногда виделись, перекидывались парой фраз. Потом я вышла замуж и уехала в дом к мужу. Затем переезд в Россию, а дальше вы все знаете, — ответила она.

— Он женат? — строго спросила Маша.

— Сказал, что нет.

— Как так, дожил до такого возраста и не был женат?

— Мы же с ним толком не разговаривали, только немного за столом и всё. Мне неудобно было у него все это выспрашивать. К тому же может он больше после этого Нового года не захочет со мной общаться.

— А может наоборот захочет, — улыбнулась Олеся. — Мужчина-то подготовился, мало того что нашел костюм деда Мороза, он его надел, так еще и полный мешок подарков притащил. И ведь рассчитывал не только на твоих детей и тебя, но и на других гостей.

— Угу и домой к родне не поехал, — задумчиво сказала Мадина.

— Ну вот.

— Хотя может это блажь была, хотелось ему меня увидеть просто и всё.

— Если бы просто хотел увидеть, то попросил фотографии посмотреть у твоей бабушки, — покачала головой Олеся.

— Мало ли, — пожала плечами Мадина. — Но если честно, я была очень рада его видеть. Он таким красивым стал, как Аполлон.

— Как Давид, — рассмеялась Маша. — Просто красавчик.

— У тебя твой Ванька есть, на него и смотри, — с ревностью в голосе произнесла Мадина.

— А вот, кстати, и он, — улыбнувшись, сказала Олеся.

Она кивнула в сторону спешащего к ним мужчины.

— Пришел все же, — с теплотой в голосе сказала Маша, — Что-то еще в руках тащит.

— Кажись, это термос, — пригляделась Олеся.

— Обалдеть, — только и смогла произнести Маша.

К ним подошел Иван.

— Вот я вас и нашел, думал, что вы уже ушли. Я вот термос с какао принес и бутербродов наделал. Перекусим? Детки, наверно, проголодались.

— Конечно. У нас там полные холодильники еды, а мы тут кусочничаем, — строго сказала Маша.

— На природе самое то покусочничать, — улыбнулся он.

Все собрались около лавочки. Иван всё предусмотрел: у него имелся не только термос с горячим напитком и бутербродами, но и кулек с конфетами и картонные стаканчики.

— Кажется, у наших деток попы слипнутся от такого количества сладкого, — хихикнула Маша.

— Главное, чтобы диатеза и аллергии не было, — сказала Олеся, — Ну а со всем остальным кефир и варенец разберутся.

Вспомнили они и про новую соседку.

— Может, поговорить с ее мужем по-мужски? — предложил Ваня.

— Ой, пока никуда не надо лезть, — помотала головой Маша, — ты вон и так хромаешь, толком нога не зажила, да и вообще, ты только после больницы. Надо беречь себя. Они могут помириться, а ты виноват потом будешь. Вот если она помощи попросит, тогда мы своим бабским батальоном поможем. А сейчас пускай отсыпается.

— Ну как вы можете помочь, вы же девочки, — удивился Иван.

— Вот так. Вместе мы сила, — улыбнулась Маша, — Мы вон Олеськиного мужа завалили и связали, когда он на нее напал в квартире.

— Вот вы молодцы.

— А ты, Иван, мотай на ус. Мы своих в обиду не даем, так что за Машу есть кому заступиться, — строго сказала Мадина.

— Я уже понял, да и не собираюсь я Машуньку обижать. Я вообще не понимаю, как можно женщин обижать. Они же слабей нас и такие нежные, даже те, которые с первого взгляда кажутся грубыми и сильными, внутри хрупкие и ранимые, — он с нежностью посмотрел на Машу.

— Ой, соловей, — улыбнулась она.

Какао было выпито, бутерброды с конфетами съедены. Ребятня еще немного покаталась на горке и запросилась домой смотреть интересные фильмы по телевизору.

— Эх, а мы раньше гуляли до тех пор, пока нас родители не начнут загонять. Уже и щеки, и носы поморожены, и ресницы в инее, а всё катаешься и бегаешь, — покачал головой Ваня.

— У нас было другое детство, и не было столько каналов на телевизоре, а еще интернета не имелось, — ответила Маша, — У нас цветной телевизор появился в двухтысячных только. И то мамка смотреть его особо не давала, боялась, что сломается, если его долго включенным держать.

— Эх, всё меняется, — вздохнул Иван.

— Вы как старички, — хихикнула Олеся, — Я тоже уже подзамерзла, да и в одно место уже хочется.

— Сейчас около кабинета задумчивости образуется очередь, — улыбнулась Маша, — А ну бегом, ребятня! — скомандовала она, и все рванули за ней следом.