Глава 6. Маята

Надя честно не знала, откуда взялась эта маята.

Началась четвёртая весна со дня их с Владом знакомства. Трижды в год она ездила домой, и однажды мама с папой приезжали, чтобы своими глазами увидеть, где и как живёт их единственное чадо. Так что по родным девушка скучала, но не помирала от тоски от невозможности увидеться.

На работе проблем не было. Мелкие дрязги случались, но так как карьеристкой Надя не была и взаимодействовала с документами, а не людьми, на её долю разборок не выпадало, поэтому страдать от постоянного напряжения у неё причин не было.

Влад… ну, он тоже ничего плохого ей не сделал, чтобы она была несчастной и маялась рядом с ним.

С жиру бешусь, — поставила Надя себе диагноз.

А уж когда Влад объявил, что последнюю неделю мая и девять дней июня они проведут под турецким солнцем в отеле с трёхразовым питанием, она себя зажравшейся почувствовала.

Отпуск прошёл отлично. Хотя не тянул на медовый сразу по двум причинам. Во-первых, они не поженились, во-вторых, за пятнадцать дней занимались сексом дважды. То не было удобного времени, то настроения, то сил между экскурсиями и вечеринками до утра с соотечественниками, с которыми Влад познакомился ещё в первый день. Сама бы Надя предпочла лежачий отдых у бассейна с вечерними прогулками вдоль берега, но ей не хотелось, чтобы, взяв на себя всю оплату их отдыха, любимый был вынужден делать то, чего не хочет.

К июлю впечатления от отпуска поутихли, и вновь проступила маята. А вместе с ней и чувство своей неуместности что ли. Надя не нашла хороших друзей, не влилась в коллектив так, чтобы её звали развлекаться, а не только задержаться на полчасика для помощи с бумажками, и не стала своей для родственников Влада.

У неё был Влад, она жила с любимым, но чувствовала, что ей этого мало.

Не в том смысле, что она мечтала заполучить всё его время и внимание, а в том, что быть его приложением ей было не достаточно. У него тут все близкие, дом, работа, которую он хотел, и не выносящая мозг девушка. Всё, чтобы жить и радоваться.

А у неё для счастья был только он. И, похоже, этого для радости стало маловато.

Может, любовь померкла? Или Надя переросла свои чувства?

Кто знает, возможно с такими размышлениями к осени она либо бы вышла за него замуж, поставив условие, либо рассталась и вернулась домой. Но тут на сцену снова вышла Света. Точнее её обожаемый Ник.

Прикиньте, эта парочка сошлась!

Подруга после их разрыва успела повстречаться с другим и разбежаться, узнав, что тот не знает меры и, перепив, становится грубым. А он уезжал на родину, чтобы ухаживать, а потом хоронить маму.

— Он сто лет ничего не выкладывал, увидела знакомого, спросила, как дела. Рассказал, что Ник только вернулся и подрабатывает по вечерам баристой, чтобы быть занятым.

— Он остался сиротой? Наверно, ему очень одиноко.

— Да! Бедненький не знает, куда себя деть. Позвонила с соболезнованиями.

— Правильно, — похвалила Надя.

— Вчера на такси привезла ещё тёплые голубцы. Он совсем худющий стал.

— Очень добрый поступок, — пробормотала она, понимая, что будет дальше.

И не ошиблась.

К августу Света уже хозяйничала у него, взяв под контроль его быт и заодно постель. Для полного захватала территории ей оставалось только перевести свои вещи, но:

— Не хочу навязываться, он должен сам меня позвать.

— Лишь бы он тобой не пользовался. Он понимает, сколько ты для него делаешь?

— Конечно. Постоянно говорит спасибо.

— И всё?

— Деньги оставляет на такси, и если я что-то из продуктов захочу купить.

— А про чувства говорит? Что у него к тебе?

— Он не из тех, кто болтает о любви как твой Влад. Он не такой человек.

«Как твой Влад» — прозвучало не в положительном ключе. И вместо того, чтобы рассказать, что слова любви и комплименты стали редкостью, и вообще она сомневается, что хочет прожить с ним не то что всю свою жизнь, а ещё хотя бы год, Надя промолчала. Пусть она уже поняла, что Влад далеко не самый идеальный человек, но не Свете о нём так пренебрежительно отзываться. Пусть сначала на свои отношения посмотрит.

Как бы бредово это не было, обида на подругу помогла Наде дать себе ещё один шанс. Шанс на то, чтобы не опускать руки, сбегая от маяты, а побороться за будущее с Владом.

Шанс мог бы сработать, всё же иногда проще остаться, чем решиться снова кардинально поменять свою жизнь. Но буквально через неделю Света позвонила около полуночи, и её злой крик так громко и отчётливо звучал из динамика, что проснувшийся Влад пододвинулся ближе, чтобы услышать, что ей так эмоционально рассказывают.

— Козёл, какой же он козлина! Он на меня молиться должен, а не расставаться.

— Он тебя бросил?

— Сказал, что мне нужно заниматься своей жизнью. Мне! Да если бы не я, он бы руки на себя с горя наложил. Я бы сама его бросила, если бы не жалость. Веришь?

— Конечно. Ты ему помочь хотела, он неблагодарный, — произнесла Надя, чтобы поддержать подругу.

А когда звонок завершился, услышала в темноте вопрос:

— Сбежал от неё очкарик?

— А он носит очки? — спросила она, помня только то, что у молодого мужчины, чью аватарку ей показывала подруга годы назад, были светлые кучеряшки.

— Молодой препод должен носить, — предположил Влад. — Послал он её?

— Сказал, что они друг другу не подходят.

— Вежливый задрот. Крепко Света его достала.

— Перестань. Я про твоих друзей ничего не говорю.

— Потому что они все у меня нормальные.

— Она нормальная. Только очень влюблённая, — вздохнула Надя.

Это был подходящий момент для признания в любви. Неважно, серьёзного или шутливого. Сказать что-то типа: «Влюблённая как я» или «Я тебя люблю, но остаюсь нормальным». Но никто из пары этого не сказал.

Вроде ерунда.

Глупость.

Ничего не значащая мелочь.

Но Новый год Надя встречала с родными в статусе свободной девушки.

Тогда Надя этого не заметила, но вспомнила через два дня, когда ночевала одна.

Надо пояснить, что засыпала в одиночестве она не только в дни ссор. Также она ложилась одна в субботы, если Влад засиживался с друзьями в бане. Раз в месяц четверо парней собирались в частном секторе, где у одного из них жили родители, и устраивали посиделки с пивом и рыбкой. Для гостей оставался свободный диван, но Влад никогда не оставался на ночь, а возвращался к себе.

В тот вечер он задержался допоздна.

После десяти Надя ему позвонила. Он не ответил. За следующие полчаса она позвонила ещё трижды, и решила, что если до одиннадцати он не объявится, она начнёт написывать и названивать его друзьям.

Влад объявился без четырёх минут одиннадцать. Не своим возвращением домой, а вызовом на её номер.

— Матч смотреть сели, ложись без меня.

— Ты приедешь или до утра останешься?

— Не знаю, — ответил он. — Отвлекаешь. Давай. Спокойной ночи.

Влад её не обозвал и не проигнорировал, оставив мучиться в догадках, а дал понять, что жив и здоров.

Какие претензии? Разве что интонация могла быть помягче, но это если хочется придраться и найти повод для обиды, а мы уже выяснили, что это не в характере Надежды.

Однако в эту ночь в её голове медленно крутилась карусель воспоминаний. Не так чтобы все мысли перепутались, а как неспешная презентация, где слайды переключаются в таком темпе, что успеваешь рассмотреть всю информацию, прежде чем картинка смениться на новую.

Предпоследним слайдом стало воспоминание об упущенном моменте с несказанными словами о чувствах. Пусть не признание в любви. Достаточно было бы сказать что-то доброе или поцеловаться. А им не захотелось. Именно им, потому что крайнего во Владе Надя не искала, признавая, что ею саму не тянуло нежничать.

Последним кадром разум подкинул изображение весов.

На чаше с перевесом был Влад. Вернее всё, что у него есть с работой, перспективами, друзьями и семьёй. А той, что висела наверху, была Надя в платье невесты, которое ей совсем не шло, и с ярким макияжем а-ля 90е. Почему её подсознание выбрала уродский наряд, и вообще каким боком тут свадьба, Надя обдумывать не стала. Просто почувствовала, как несправедливо у них с Владом всё устроено. И винить тут некого кроме себя, ведь она по доброй воле на крыльях любви к нему помчалась и не смогла за три года стать настолько своей, чтобы считать его квартиру своим домом и их окружение своими близкими людьми.

Должно быть, она мало старалась.

Проблема в том, что стараться сильнее ей не хочется. Ей вообще не хочется больше стараться.

У неё полно ещё времени, чтобы жить так, как хочется именно ей.

Вот и всё. Выводы сделаны, и нужно действовать.

Но Надя не представляла, с чего начать.

Ей что сказать Владу: «Здесь не моё место, я возвращаюсь домой»?

Она так не сможет!

Но в итоге Клюкова вроде как смогла.

Сначала уехала домой, а потом сказала Владу, что останется там.

Так почему же они расстались?

Остыв, Влад с друзьями будет смеяться, что разбежался с Надей из-за бедра не первой свежести.

В некотором роде так оно и было.