Глава 16

Успеют ли они получить артефакт и скрыться до бала? И неужели кто — то так искусно всё подстроил, специально, чтобы они не могли убежать? Мия видела, что Дерек думает так же, но он молчал, а она не стала спрашивать.

Лорд ушёл в свою комнату и она осталась одна молча сидеть у окна, со страхом ожидая нового дня. И почему ей казалось, что он принесёт одни неприятности?

А утром принесли бальное платье. Мия взглянула на него и на мгновенье потеряла дар речи. Оно было невыразимо прекрасно. Куда там её бедному платью, в котором она мечтала танцевать на своём первом балу! Воздушное, словно пена из кружев, розовое и нежное. У неё даже не было слов и она в восторге застыла перед ним. Как оно прекрасно!

— Госпожа, если хотите, я помогу вам примерить, — модистка подобострастно улыбнулась.

— Конечно, хочу! — Мия снова почувствовала себя молоденькой девушкой. Забылись на какое-то время все приключения и тревоги.

Несколько минут — и вот уже она стоит перед зеркалом в этом платье, похожим на нежный не до конца ещё раскрывшийся бутон розы.

— Вы прекрасны, госпожа! — Модистка восхищённо ахнула.

Мия удивлённо посмотрела в зеркало и не узнала себя. Неужели эта прекрасная принцесса могла быть ей?!

Она медленно прошлась по комнате, шурша юбками, потом развернулась к двери и замерла. На пороге стоял Дерек. Щёки предательски запылали. Модистка, видимо, поняла, что она здесь лишняя и незаметно исчезла. Остались в комнате только они вдвоём.

— Ты — прекрасна! — В голосе Дерека звучало восхищение, такое явное и неприкрытое, что Мия смущённо опустила голову.

А он шагнул к ней и робко прикоснулся к платью, словно рассматривая узор.

— Ты собираешься в этом платье отправиться на бал?

— Да, — кивнула она и подняла голову. И встретилась взглядом с Дереком. Он молчал, но иногда слова и не нужны. Несколько минут она читала восхищение в его глазах, а потом восторг сменился. Чем? Она не поняла. Но лорд отвернулся, а потом глухо проговорил:

— Пожалуйста, не ходи в нём на бал!

— Но почему? — Мия почувствовала себя вдруг так, будто её спустили с небес на землю.

— Я… я…, - Дерек словно пытался сказать о том, что его мучило, но так и не смог, — я просто не хочу. Прошу тебя, сделай это ради меня.

Мия отвернулась. На глаза набежали предательские слёзы. Он не хочет? Почему? Её супругу не нравится, что платье подарено не им, или он не хочет, чтобы она красиво выглядела на балу? Как всегда просто молчит, ничего не объясняя. Она хотела отказаться, сказать, что выбор платья — это её личное дело. Обидные злые слова уже вертелись на языке. Ещё минута и они неотвратимо поругаются. Мия боролась с собой. Ну неужели так трудно сделать то, что просит её любимый?

— Ремия, пожалуйста. — Лорд взял её за руку. Любимые и такие родные глаза. — Пожалуйста, нимфея.

Мия улыбнулась. Конечно, это всё такая глупость.

— Конечно, я оденусь, как ты попросишь. — «И буду выглядеть, как нищая дурнушка», — добавила она с горечью про себя. Наверное, у Дерека была какая-то важная причина просить её об этом.

— Спасибо.

Он благодарно пожал ей руку и вышел. И вот что это было? Мия вздохнула. И куда теперь девать это великолепие кружев? Она вдруг представила себя разодетую в пух и прах на балу и сальный взгляд лира Данеса и, наверное, не только его. И ей стало не по себе. Может быть, её супруг не так уж не прав и не только ревность руководит им?

Вот только он ушёл, а она понятия не имела, что теперь надеть на бал. Опять вызывать модистку? Нет, кто бы ни был тот таинственный незнакомец, оплачивающий её баснословно-дорогие наряды, но больше она не потерпит, чтобы он на неё тратился. Она достала своё самое скромное платье. К нему изумительно шёл тот самый цветок.

Нимфея… Вот в нём она и отправится на бал. По крайней мере, супруг точно не пройдёт мимо, а ни до кого другого ей дела нет. Не должно быть.

Она аккуратно отложила выбранное платье и направилась к Дереку в комнату. Он встретил её у окна. Как будто и не говорил с ней несколько минут назад. Но в глазах читалась тревога.

— Что-то случилось?

— И да и нет, — он ухмыльнулся обычной своей кривоватой улыбкой. — Я подслушал разговор. Не важно с кем. Главное, что мы на грани войны. И кто-то упорно стравливает две страны — Вирридию и Таурум, кто-то, кому выгодно потом будет пройтись большим войском, по усталым, искалеченным войной странам, и подчинить их себе. И тогда нападение на меня становится козырем в игре этого неизвестного политика.

Она содрогнулась. Да уж приятного мало. И хотя она всегда была далека и от политики и от войны, ни думать, ни вспоминать о ней совсем не хотелось.

— А если начнётся война, ты пойдёшь воевать? — Спросила Мия, с тревогой ожидая ответа. Конечно, он должен, конечно на будет ждать, но. При мысли о том, что она сможет его потерять, всё в груди переворачивалось.

Дерек ответил не сразу. Немного помолчал.

— Я уже отвоевался. Никто не возьмёт меня добровольцем, разве что, когда совсем никого не останется. Но мой долг — сделать сейчас всё, что в моих силах, чтобы войны всё-таки не было.

Мия не стала спрашивать о чём речь. Захочет — расскажет сам. Но на фоне этой новости, мысль о том, какое платье надеть на бал, казалось едва ли не кощунственной. Как она устала от этих интриг! Скорей бы вернуться домой!

Дни до бала пролетели глупо и бездумно. Таинственный убийца словно испарился, никаких следов. И только странный, с замысловатой ручкой в виде свернувшейся змеи, кинжал, напоминал, что им не привиделось, что это вовсе не выдумка.

Лира Данеса она тоже больше не видела и вот это и пугало. Мия слабо верила, что он отстал от неё, после той встречи в коридоре. Если бы она знала таурумский, могла бы почитать что-нибудь, а так — слишком уж долго тянулось время. Тем более, что её супруг набрал каких-то книг в библиотеке и заперся в комнате, не приглашая её больше ни на какие прогулки. Ждать ненавистного бала, сидя в четырёх стенах было невыносимо, а гулять в одиночестве теперь она боялась.

— Дерек, — она как-то не выдержала и зашла к мужу в комнату. — Ты не мог бы проводить меня в здешнюю библиотеку, тем более если ты сам уже вернулся оттуда с книгами?

— Зачем она тебе? Ты же не понимаешь по таурумски? — Нахмурился Дерек, а потом словно что-то вспомнил, морщины разгладились и он улыбнулся. — Ты в каждом доме, где бываешь в гостях, ищешь путь в библиотеку? Пойдём, я провожу. В некоторых книгах там очень красивые картинки. — И он подмигнул.

Мия сделала вид, что обиделась, но на душе стало легко. На самом деле она хотела найти книгу с легендой про нимфею, странный и нежный цветок. Если она не найдёт сама, то попросит служанок рассказать, о чём легенда. Супруга почему то она не хотела просить. Это слишком личное. Она чувствовала это и боялась нарушить то хрупкое доверие, что появилось между ними.

В библиотеке она осталась возле стеллажей со сказками и легендами, завороженно взирая на всё это великолепие. Она никогда не была равнодушна к книгам и вот сейчас прямо глаза разбежались. Пока она осматривалась, Дерека кто-то позвал. Он отошёл, но через пару минут уже вернулся встревоженный, чуть больше обычного.

— Что случилось? — Мия подняла глаза и всмотрелось в лицо супруга, любимое и такое родное.

— Меня зовут поговорить. Я отойду. Думаю, здесь тебе не грозит опасность, но на всякий случай, двоих воинов я оставляю тебе.

— Хорошо, — она кивнула и уже тише добавила, — Береги себя.

Дерек смотрел на неё несколько секунд, потом взял её руку в свои и поднёс к губам. А потом быстро вышел.

Мия прислонилась к книжному шкафу, чтобы унять бешено бьющееся сердце. И почему ей не верится, что впереди их ждёт что-то хорошее?

Она медленно прошлась вперёд, рассматривая книги. Легенды, сказки, всё на таурумском языке. Она никогда не найдёт здесь про нимфею, хотя ведь и не особо верила в успех. Попросить что ли охранников найти ей нужную книгу? Она хотела уже подойти к ним, но не успела.

— Лирра, вы что-то ищете? Позвольте, я помогу.

Посол, опять рядом с ней. Вот никогда она не поверит, что эта встреча случайна.

— Нет спасибо, лир Данес, — она ответила холодно, насколько это было только возможно.

— А жаль, я могу помочь. — Он опять оказался рядом, недопустимо близко.

— А я могу справиться сама, — Мия увернулась и сделала вид, что очень увлечена выбором книг. Вот возьмёт первые попавшиеся и уйдёт отсюда, Дерек не обидится.

— Какой прекрасный выбор — сказки эпохи раннего мира. Вот только вы ведь не знаете таурумский, — да что он, издевается!

— Простите, я, пожалуй, пойду, — она подхватила несколько книг и направилась к выходу из библиотеки.

— Ну что же вы так торопитесь, госпожа Недотрога? Неужели боитесь своего супруга-лорда?

— Не смейте мне ничего плохого говорить о нём! — Вспылила Мия.

— Да я разве говорил что-то плохое? — Усмехнулся посол. — Вот только не стройте из себя верную жену. Вам не идёт.

Что он имеет в виду? Неужели принял тот её глупый опрометчивый поступок, когда она пошла с ним в сад, за развязность или неверность? С кем он её сравнил? Мия покраснела и ускорила шаг. Охранники следовали за ней на почтительном отдалении.

— А, может быть, вы хотите узнать легенду, связанную вот с этим? — Лир Данес улыбался, протягивая ей на ладони нимфею, её нимфею.

Наверное, это было глупо, но вот уже несколько дней она не расставалась с подарком Дерека, засыпая и просыпаясь с ним. Ночью цветок лежал на туалетном столике, а днём она прикалывала его к платью. Даже увядший он не потерял своей прелести.

— Откуда она у вас? Отдайте! — Мия протянула руку, но посол только усмехнулся и зажал цветок в кулаке.

— Сначала вы выслушаете меня, а потом уже я верну цветок, если захочу.

— Хорошо, выслушаю. — И далась ему эта легенда. Хотя она лукавила. Ей было интересно. — Но если вы приблизитесь ко мне хотя бы на полшага, я позову охрану.

Посол быстро взглянул на воинов в чёрных одеждах, застывших как статуи, в нескольких шагах от неё. Ей показалось, или он даже выругался шёпотом, но тут же произнёс.

— Разумеется, лирра. Я помню, что у вас есть супруг.

И почему ей казалось, что всё, что он говорил, звучало как насмешка? Ладно. Она подумает об этом позже. Главное — вернуть цветок и не видеть этого лира Данеса больше никогда.

— Ну же, я слушаю, — Мия подняла голову, стараясь, правда, не встречаться взглядом с послом.

— Давным-давно, — начал он, — когда мир ещё был юным, жила была прекрасная принцесса. Тогда ещё не было никаких государств, вроде Таурума и Вирридии, только княжества, каждым из которых правил король. И вот однажды прекрасная принцесса гуляла по лесу в окружении слуг, воинов и служанок. И набрела на небольшой домик на лесной полянке. В этом домике жил юноша, сын лесника. Они встретились и полюбили друг друга с первой минуты. Сын лесника естественно предложил принцессе выйти за него замуж, она конечно согласилась. Но без благословения отца брак не мог быть заключён. И тогда принцесса отправилась к отцу, уверенная, что он, конечно, же благословит их союз, ведь любовь — это такая сила, которой подчинялось всё в древнем мире. Даже, говорят, реки и моря были созданы любовью. Неужели же отец не поймёт?! Король-отец не понял. Он заточил принцессу в самую высокую башню и приказал не выпускать её, пока она не одумается и не откажется от своей любви.

А сына лесника приказал найти и казнить, по-тихому, пока принцесса не узнала. Но она каждый день молилась за своего любимого. И так велика была её любовь, что топор затуплялся, когда пытались отрубить ему голову, верёвка рвалась, когда его пытались повесить, ну и всё такое, в том же духе. Но принцесса естественно об этом не знала. Отец пришёл к ней как-то раз и сказал, что её любимый мёртв. Она тут же рухнула в обморок. Это было только на руку королю, который понял, что сына лесника уничтожить обычными средствами невозможно. Тогда он решил обратиться к злобной и могущественной ведьме, пообещав ей всё, что угодно, вплоть до половины своего царства, лишь бы она убила неугодного.

Но ведьма сказала, что сына лесника хранит любовь принцессы и пока она жива, помнит и любит, будет жить и её любимый. Но вот проклясть то она его сможет. И она прокляла сына лесника так, что он стал уродлив и страшен. Одним своим видом он внушал страх, и люди разбегались от него, кто куда.

А прекрасная принцесса, очнувшись, потребовала себе чёрное платье. Надела чёрный платок, обрезала себе волосы и сказала, что никогда не выйдет замуж, а удалится в одинокий замок, и там будет оплакивать своего любимого. Король, конечно, согласился и даже с радостью, потому что замок был почти как на краю света. Уж там то точно принцесса не смогла бы встретить своего уродливого любимого, обречённого проклятьем на вечное одиночество и вечные скитания.

Прошло много лет. Король отец давно умер, принцесса всё так же сидела в замке и оплакивала своего любимого. Но каждый год, в ночь, накануне того дня, как ведьма прокляла сына лесника, ей снился один и тот же сон. Перед ней представал её любимый и протягивал ей цветок, необычный, красивый, синий с золотыми прожилками. На его лепестках словно играло рассветное солнце. И голос «Ты узнаешь меня по нему».

Принцесса каждый раз просыпалась в слезах и снова и снова пыталась узнать, как погиб её любимый, кто казнил его, где его могила. Но никто ничего не знал, пока к её замку чудом не забрёл старик, который то и рассказал ей, что никакой казни не было, только проклятье. А вот в чём оно заключалось, старик не знал.

Принцесса воодушевилась, собралась и, не слушая никаких уговоров, отправилась искать своего любимого. Сколько она бродила дней или месяцев или лет, она сама и не знала. Поседела коса, покрылось морщинами лицо. И вот забрела она случайно в лес, где жило страшное чудище, наводившее ужас на всю округу. В лес этот не заходили даже звери.

Ехала принцесса по лесу и вдруг услышала страшный рык, и на поляну перед ней выскочил то ли человек, то ли зверь. Она так и встала. Приготовилась уже к смерти, как вдруг чудовище остановилось, подняло свою голову и принцесса увидела у него в косматой гриве приколотый тот дивный цветок из сна. А чудовище опустилось на колени, и из груди его вырвался голос, похожий на львиный рык.

— Принцесса, это я, твой любимый.

Принцесса заплакала и бросилась на шею к чудовищу. На этом бы и легенде конец, да нет. Придумала ведьма, когда проклятье составляла, коварный план. Как только принцесса коснулась своего любимого, так тут же упала замертво.

Он горько заплакал над ней и плакал долго, пока не обнаружил вдруг, что превратился снова в человека. Проклятье было снято. А принцесса лежала мёртвая. Тогда встал он положил ей на грудь цветок, тот самый, с синими лепестками.

И вдруг цветок засиял, да так ярко, что у сына лесника глаза заслезились. И раздался голос:

— Хочешь ли ты, чтобы твоя любимая была жива?

— Конечно, хочу. Но кто ты?

— Я — сама любовь. Что ты отдашь за её жизнь?

— Всё, что угодно.

— Ну тогда я снова заберу твою красоту.

Сияние погасло, а сын лесника потерял сознание. Очнулся он от того, что перед ним стояла его прекрасная принцесса. Она снова была жива и здорова, а он снова был уродлив, но что им до того? Сын лесника протянул своей принцессе цветок, и она приняла его, согласная всю оставшуюся жизнь жить с чудовищем.

С этих пор цветок зовётся по имени принцессы — Нимфея и считается символом любви, верности и неравной любви.

— Какая прекрасная история! — Воскликнула Мия, на миг забыв, перед кем находится. Для неё сейчас не существовало ничего, кроме такой удивительной сказки. Вот только ироничный голос посла немного подпортил картину. Он словно насмехался над тем, о чём говорил.

— Вы так считаете, лирра? Тогда возьмите у меня ваш цветок, — и он протянул его ей на ладони. Вроде пустое, никакого смысла. Но она вспомнила, как подарил его Дерек, с надеждой и нежностью. Может быть, это и легенда, но…

— Нет, спасибо, оставьте себе, — она обошла посла и бросилась прочь из библиотеки. А вслед за ней нёсся его издевательский смех.