Глава 6

Когда они вернулись, Лэр Эсмар развернул бурную деятельность. Написал сначала всем знакомым письма с приглашениями, потом выписал из ближайшего городка оркестр, нанял ещё несколько служанок и ещё пару поваров. Балу предстояло состояться в ближайшие дни. И только потом, когда все приглашения были уже разосланы, он отправился разговаривать с лордом. Мия оценила хитрость этого шага уже потом, когда молодой человек влетел в гостиную, где она сидела с книгой и почти упал в кресло.

— Ох, Ремия, ты не представляешь, как это было тяжело!

— Что тяжело?

— Уговаривать брата. Дерек рвал и метал, но я сказал, что все гости уже приглашены и что если он не хочет скандала, придётся разрешить мне устроить этот бал. И, конечно, сказал, что вам хочется развлечься, а не сидеть в этой глуши и ждать, пока у Его Величества будет желание ответить на письмо. Но я всё-таки сделал это! Балу быть! Правда устал и вымотался ужасно, — он картинно откинулся на спинку кресла и положил руку на лоб. — Теперь до самого бала не сидеть мне на месте.

И в доме закипела работа, словно прорвало плотину. Везде бегали слуги и служанки. Они мыли и тёрли дом, приводили его в порядок, готовили еду. Лэр Эсмар послал за цветами из оранжереи. Они должны были украсить бальный зал. Садовники расчищали глухие участки и приводили в порядок фонтаны так, чтобы хотя бы не весь сад, но та его часть, которая находится перед домом, была готова встретить людей.

Мия смотрела на то, как дикий и прекрасный сад превращают в модное творение современного искусства, как принято в столице и кусала губы. На душе почему то было тяжело. Хотя она должна радоваться. Хотя бы раз в жизни побывает на настоящем балу.

Утро перед балом было сырым и туманным, но никого это не заставило отказаться от намеченных планов. Разодетые по последней моде, лэры и лирры, вылезали из карет, с удивлением и любопытством осматривая замок. Мия видела в окно их прекрасные наряды, высокие причёски и драгоценности на волосах и ею овладела дикая робость. Она почувствовала себя одинокой и глупой провинциалкой. Любимое платье показалось грубым и нищим, а драгоценности, подаренные отцом — дешёвыми стекляшками. Почему то последней каплей стали розы. Опять розы, только на этот раз изумительно красивые, выращенные явно с помощью специальных артефактов. Они стояли в вазе на трельяже и переливались всеми цветами радуги. Лепестки меняли цвет, становясь то голубыми, то розовыми, то золотыми, то цвета закатного неба. А запах… Рядом с вазой лежала записка: «Вы прекрасны, словно роза». Если это была шутка, то она не удалась.

На глаза почему то навернулись слёзы. Мия подобрала подол платья и выглянула в коридор. Там было пусто. Ну и к лучшему. Она не хотела ни с кем встречаться. Тихо выскользнув из комнаты она направилась в разрушенное крыло замка, надеясь в тишине успокоить свои нервы. Дорогу она вроде бы запомнила, а суровый хозяин наверняка спрятался в своих покоях, чтобы не показываться людям на глаза до окончания бала. Было бы замечательно, если бы и ей не пришлось там появляться.

Мия шла медленно, отсчитывая повороты, оставив далеко все заботы и всех гостей, когда сзади послышался голос:

— Опять вы здесь!

Она вздрогнула и обернулась. И только сейчас заметила небольшую потайную дверь, прятавшуюся за потёртой портьерой с изображением доблестного рыцаря. Из дверного проёма на неё с упрёком смотрел хозяин замка.

— Я пока ещё здесь и вы не запрещали мне гулять по замку. — Она выпрямилась и бесстрашно посмотрела на него. У неё нет никаких секретов, она не сделала ничего постыдного. Ничего. Перед глазами вдруг встала образ лэра Эсмара. Ну и что. Никто ведь не знает, что она замужем за лордом и не разведена ещё. Но зато совесть знает. Мия покраснела.

— Хорошо что вы мне встретились, — глухой голос завораживал. — Я как раз шёл, чтобы сказать вам, что получил ответ из королевской канцелярии.

— И? Что в нём?

— Боюсь, что ничего хорошего для вас, лирра. Его Величество счёл за радость отказать мне в прошении.

— Как это? — Мия покачнулась. Это невозможно. Она… Она была уверена, что король не откажет. Даже предупреждение лэра Эсмара показалось пустым звуком.

— Вот так. Пойдёмте за мной.

Она вошла вслед за лордом в потайную дверь. Он захлопнул её за собой и, прихрамывая, направился вперёд по коридору. Через несколько минут он остановился возле одной из дверей. Потом отпер её и пропустил Мию вперёд.

— Прошу вас.

Она шагнула вслед за ним. И пока глаза привыкали к темноте, лорд уже был возле своего стола. Взял оттуда письмо и протянул ей.

— Читайте.

— «Лорду Дереку Гастону в прошении о разводе отказано. Канцлер Его королевского Величества Стадин Дирт».

Мия потрясённо смотрела на эти слова. Они расплывались у неё перед глазами. Отказано. Это значит. Значит. Она ведь никогда не сможет выйти замуж и ей придётся теперь всю жизнь прожить здесь в этом замке и.

Додумать она не успела.

— Не расстраивайтесь лирра, я вас не трону. Хотите живите здесь в замке, гуляйте с Даниром, танцуйте на балах сколько хотите. — Ей показалось или в его голосе сквозило презрение? — Это только ваша воля и ваш выбор.

Почему то его слова показались ей оскорбительными. Она не сделала ничего плохого. Он не имеет права так разговаривать с ней.

— Я напишу отцу ещё раз, — тихо ответила Мия. — Его прошение король точно удовлетворит.

— Ну попробуйте, — усмехнулся лорд.

Неужели этот грубиян и тот человек, что благородно спас её тогда в храме — одно лицо? Что же такое случилось с ним?

— Вас проводить куда-нибудь, чтобы снова не заблудились?

— Нет, хотя постойте! — Мия не испытывала никакого желания идти туда, где сейчас кипела вся эта бальная суета. Вдруг накатило ощущение, что она там совсем чужая. — Проводите меня на смотровую площадку, если не трудно.

— А почему же не вниз, к гостям? — Голос лорда так и сочился ядом. — Неужели вы поругались с Даниром?

— Нет. Я чувствую себя чужой там, — она ответила искренне, хотя лорд не просил о ней. С ним она чувствовала себя робко, совсем по-другому, не так как с лэром Эсмаром.

Кажется, он смутился, потому что молчал довольно долго, а потом уже изменившимся голосом предложил:

— Пойдёмте.

Через, наверное, четверть часа блуждания по бесконечным лабиринтам этого дома, они, наконец, вышли на смотровую площадку. На этот раз было даже не страшно. Мия упоённо вдыхала по-весеннему свежий горный воздух и почти забыла обо всём. Почти. Сзади переступил с ноги на ногу лорд Гастон. Он был здесь, рядом. С ним она почему то чувствовала себя защищённой.

— Ну что лирра, вы насмотрелись?

— Здесь очень красиво, — ответила она на невысказанный вопрос.

— Я рад, что вы находите красивым то, что другие считают уродством.

О чём это он?

— Мне правда нравится здесь. Красивые горы и сад и замок, — она замялась.

— И мужчины, — закончил за неё лорд. — Пойдёмте, я провожу вас обратно, в вашу комнату.

Они спустились вниз, там где Мия слышала громкие голоса, играла музыка — оркестр настраивал инструменты. Дальше она знала дорогу. Она поблагодарила лорда и направилась к своей комнате. Потом вдруг обернулась. Лорд стоял на нижних ступенях лестницы и внимательно смотрел на неё. Так странно, словно видел впервые. Она почему то смутилась и бросилась в свою комнату. Нужно было готовиться к балу. Лэр Эсмар, который и из-за неё в том числе затеял этот бал, не поймёт.

Когда за ней пришла служанка, помочь одеться, Мия была уже почти полностью готова. Осталось только зашнуровать корсет и убрать волосы. Её любимое золотисто — зелёное платье сидело прекрасно. Она нравилась в нём сама себе. А может ли быть что-то лучше. Служанка помогла убрать волосы в несложную причёску. И уже через несколько минут, Мия вышла за ней в коридор. А возле двери в бальный зал, ей овладела робость. Да такая, что захотелось убежать. Она вдруг представила дам в роскошных платьях с замысловатыми причёсками на голове и ноги приросли к полу. Несколько минут она колебалась не в силах сделать решающий шаг, но сзади послышались голоса, и она осмелилась и шагнула вперёд.

И тут же растерянно огляделась. Ни одного знакомого лица. Лэр Эсмар куда-то пропал. Женщины почти все друг друга знали. Они прохаживались по залу в ожидании открытия бала, и вполголоса переговаривались, обсуждая убранство зала, замок и сплетни о лорде. Мие это было неинтересно. Она отошла в угол, мечтая стать как можно более незаметной.

Наконец прозвучал сигнал, объявивший о начале бала. Оркестр заиграл первый танец, а лэра Эсмара так и не было видно. Мию никто не нал и не горел желанием знакомиться или приглашать. Весь первый танец она простояла в углу, в тени колонны. Да, не таким она представляла свой первый бал.

Заиграли следующий танец. Мимо неё поплыли пары. Медленно и красиво, словно во сне. Вдруг Мия услышала знакомый голос и подняла глаза. Лэр Эсмар танцевал с какой-то незнакомой девушкой. Она доверчиво положила голову ему на плечо, а он с улыбкой что -

то ей рассказывал. Совсем как Мие вчера. И это было так тяжело и противно, словно он предал её или обманул. Хотя ведь он ничего не обещал. Это она обманулась, сама.

Мие вдруг стало душно. Она сделала несколько шагов по направлению к выходу. И вдруг ставни в зале распахнулись. Снова, как и тогда пахнуло ледяным морозным холодом. Светильники все разом погасли. Оркестр замолкл. Пары остановились. Кто — то закричал. Кто-то начал успокаивать. Мия узнала голос лэра Эсмара. Ей почему-то совсем не было страшно. Она медленно, ощупывая в темноте стену, направилась к выходу, когда светильники снова зажглись. Сначала тускло, а потом разгорелись всё ярче и ярче.

Она подняла голову. Посредине залы стоял лорд Гастон. Лицо его было закрыто маской, но она почему-то сразу его узнала. Рядом с ним нашёлся и виноватый лэр Эсмар.

— Всё, дамы и господа, бал окончен.

Глухой голос почему-то звучал так громко, что слышно было на весь зал.

— Что это было? — Тихий прошептал кто-то.

— Дварги.

Дамы заахали и срочно бросились собираться. Скоро зал опустел.

Теперь наверное можно и выбраться из своего случайного убежища. Мия сделала несколько шагов и только тогда поняла, что в бальном зале кроме неё есть ещё кто — то. Посредине зала стоял лорд и задумчиво осматривался. Маска была сброшена. Светильники горели неярко, и она была ни к чему. Но Мия и так помнила его лицо. Неужели только из-за шрама он перестал появляться на людях? Подумаешь, шрамы. Её нисколько не напугали они. Даже наоборот. Лицо лорда казалось не таким как все, отличным, притягательным. И глаза, цвета грозового неба. Мия, не осознавая, подошла ближе.

— Вы ещё здесь, лирра?

— Мне некуда ехать, — постаралась ответить она как можно беззаботнее.

— А вы ведь совсем не танцевали на балу.

Мия вздрогнула. Откуда он знает? Он видел?

— Мне не с кем было танцевать, — ответила как можно спокойнее.

— Я легко бы смог решить этот вопрос, если бы вы захотели танцевать со мной. Но боюсь, вам это вряд ли понравится. — В голосе лорда звучала усталость.

— А почему бы и нет? — Мия не хотела понимать намёка. Она не против потанцевать с ним, совсем наоборот.

Лорд Гастон казалось не ожидал. Она подал ей руку. Музыки не было, да она и не нужна была. Они закружились по пустому залу, по паркету, усыпанному цветами и лентами. И это было волшебно. Мия всегда представляла себя на балу, в окружении кавалеров, рядом с тем же лэром Эсмаром. Она нарядная танцует под музыку, кавалер улыбается ей и… Но сейчас не нужна была музыка. Маски сброшены. И лорд Гастон вовсе не тот отшельник, которым он представлялся. Мия видела в нём благородного защитника, который в церкви спас её, тогда, четыре года назад.

Но танец вдруг резко оборвался, почти грубо. Она подняла голову, не понимая в чём дело. Но лорд отвернулся.

— Думаю, вам пора. Всё-таки дварги где-то близко. Я просил Данира не приглашать гостей, но он не очень разумен, как, впрочем, и вы.

И лорд ушёл. Она растерянно смотрела ему вслед. Вот и что это было?

Вернувшись в комнату она безжалостно выкинула разноцветные розы. Ей было противно даже смотреть на них. Как странно повернулись все её мечты.

А утром её ждало письмо от отца. Странно молчаливый лэр Эсмар передал письмо и исчез. Мия открыла письмо. Прочла и тут же порвала на мелкие кусочки. Выкинула их в маленькую печку, что стояла в комнате и даже руки вытерла. Она не хотела никакого больше дела иметь со своей семьёй.

Письмо к отцу с просьбой о разводе перехватила мачеха и судя по всему устроила отцу выговор. Потому что он не написал Мие ни строчки. На письмо ответила мачеха и не скупясь на выражения написала, чтобы ноги её больше не было в родительском доме. И если Мия только заикнётся о разводе и таким образом опозорит свою семью, то она Мария Де Раст сделает всё, чтобы она прочувствовала на себе все последствия этого ужасного поступка.

Мия упала на кровать и расплакалась. Письмо мачехи стало последней каплей. Когда-нибудь эта светлая полоса, что началась в её жизни, должна была закончиться. И что теперь ей делать? Остаться здесь и проедать чужие деньги? Мия подошла к окну, задумчиво глядя на сад. Без карет и спешащих людей, он нравился ей гораздо больше. Хотя казался неимоверно пустым.

Завтра она попросит лошадь у лэра Эсмара и отправится вниз, в деревню, спросить у священника рекомендацию. А там как пойдёт. Может быть, получится найти работу. Быть связанной узами брака с неизвестным человеком это ужасно, даже если думать о нём странно приятно. Но ещё ужаснее жить на деньги чужих людей. Хотя до недавнего времени она почти поверила в то, что лэр Эсмар не чужой ей.

После обеда она спустилась в гостиную.

— День добрый, — приветливо встретил её молодой человек, как будто вчера ничего не случилось. — Ну как тебе вчера бал, понравился?

Он смеётся?

— Я не знаю.

— Да конечно, я понимаю. Появление этих тварей всё испортило. Но Дереку же не объяснишь, что ничего страшного не случилось, что они далеко. Вечно боится всего, — лэр Эсмар пренебрежительно взмахнул рукой.

— Но ваш брат вовсе не показался мне трусом. — Осторожно ответила Мия. Она была даже пожалуй благодарна дваргам за то, что бал так быстро закончился.

— Я и не говорил, что Дерек трус, но он слишком осторожен.

— Я хотела бы завтра съездить в деревню.

— О, боюсь что это невозможно. Сильма захромала и я отдал её Мерсу, чтобы подлечил, а мой Драго слишком норовист для тебя.

— А экипаж здесь можно нанять? — Мия цеплялась за последнюю надежду, как утопающий.

— Можно, думаю. А у тебя есть деньги?

— Нет, но… У меня есть драгоценности.

— В деревне нет ломбарда, увы, — и лэр Эсмар с сожалением посмотрел на девушку. — Но скоро Сильма поправится, я думаю. Потерпи. Скажи, чего тебе не хватает и я привезу, — голос его звучал участливо, даже ласково, но Мия почему-то не верила.

— Спасибо, у меня всё есть.

Она вышла из гостиной, даже не попрощавшись. Она пойдёт к лорду Гастону. Пусть он уже решает помочь ей или нет.