Глава 16

Рона Андрюшенька свалил на свою работу. Да, именно так. Перед этим он несколько дней показывал мне, как включать плиту, стиральную машину и прочее. Иногда заходили одинаковые и учили всяким прикольным словечкам. Андрей ругался, а они только смеялись: «Скажи спасибо, что мы её русскому мату не учим». Вот мне интересно, что за зверь такой этот русский мат. Ничего, я потом обязательно узнаю. А сейчас у меня и без этого голова инфекцией набита. Тфу ты, информацией. Итак, Андрей уехал. Я протёрла в доме полы, потом приготовила поесть. Когда помогала ему готовить, жаловалась на тупые ножи. Андрей достал какую-то штуку и быстро подточил. – У вас точильного камня нет, что ли? – удивилась я. – Под раковиной лежит брусок. Точилкой быстрее. Ага, быстрее, но не лучше. Они всё равно тупые, – сказала тогда я. Перекусила. Помыла посуду. Открыла ящик с ложками и поглядела на ножики. Ну тупые же, луна не даст соврать. Такие даже в заборчик не популяешь. Хотя в него вообще нельзя метать. Он же у них тут неправильный, с дырками между палок. Называется штакетник. Я метко метаю, но рисковать не буду. Вдруг у них ещё и ножи без баланса. Пролетят в дыру, а за забором может человек стоять. Придумала. Идея прямо шикарная. Сейчас ножики наточу как надо и вперёд. Андрюшенька сразу не заметит. Только если в сарай пойдет… Надеюсь, ему туда не скоро понадобится. Врать, что это не я, не получится. Да и не должен вожак врать. Стыдно же. Ладно, где там этот брусок? Наточила ножи так, что они мой волос на лету на пополам рассекали. Вот как надо с инструментом обращаться. Эх, жаль, что специальных ножен нет, которые на поясе крепятся. Хотя они не помогут. Тут лезвия разные. Какие-то широкие и длинные. Есть совсем маленькие. Андрей ими картошку чистить любит. Наборчик из семи предметов. Ничего, и так сойдёт. Вышла на улицу. Нарисовала синим фломастером на серой двери мишень. Хорошее полотно. Не какая-нибудь фанера, а настоящее толстое дерево. Вот и славно. Положила ножи на землю. Ну, начали. Сначала я кидала не в полную силу. Примеривалась. Попадала в семь и восемь. Баланса нет. Ничего, сейчас найдём. Или я не Рона Вилкай, которая выиграла первое место среди омег. Так уже лучше. Десяточка. Теперь силушку применим. У нас были мишени, вырезанные из специального дерева. Оно немного мягкое и нож легко входит и вынимается. Тут совсем по-другому. Всё нормально будет, не боись. Где наша силушка омежья. Вожак я или сопля вожака?! Отошла подальше. С такого расстояния мишень крошечная. Проверим себя. Размахнулась и вложила в бросок всю силу. Так улетели все семь ножей. Все в десяточку встали аккурат рядом друг с другом. Кажется, переборщила. Эти гады по рукоятку вошли. Попыталась выдернуть один из них. Уф, не получается. Неудобно. Пучком их тоже не дёрнешь. Что-то мне подсказывает, что Андрюшенька будет зол. Я же все ножики из дома утащила. Влипла, не надо было со всей дури лупить. Что делать-то теперь, а?! Пойду чаю попью, что ли. Андрей Заглушил мотор и вышел из машины. Настроение было приподнятое. Шёл к дому, насвистывая. Стоит, родимый, значит, всё в порядке. Внезапно взгляд зацепился за что-то странное на двери сарая. Чего это ещё? Подошёл ближе и чуть не рухнул в сугроб от шока. Из двери торчали рукоятки моих ножей. Причём все в десяточку. Но, блин, по рукоятку! – Рона, паршивка! – рявкнул я. Девушка выбежала из дома вся бледная. – Андрюшенька, я это… нечаянно. Честно, я не хотела, – промямлила она. – Не специально, да?! Ты их сюда молотком забивала, вошь мелкая?! – заорал я, тыкая пальцем в двери. – Зачем молотком? – изумилась она. – Пульнула и всё. – Ага, так я и поверил. Чтобы какая-то девчонка семь раз подряд выбила десятку, да ещё с такой силой. – Не веришь – не надо, – беспечно махнула рукой Рона. Я чуть не озверел оттого, что она врёт. Зашёл в сарай и вынес маленький складной ножик, с которым ходил по грибы. – Доказывай, – протянул его Роне. Девушка взвесила лезвие на ладони, повертела в руках. – Этот хуже. Совсем несбалансирован. Попробую, – заявила она весело. Я на всякий случай убрался в сторону. Скрестил руки на груди и смотрел на всё с ехидной улыбкой. Рона тем временем отошла от мишени метра на два. Потом она примерилась и кинула нож. Я, выпучив глаза, побежал к двери. Нож вошёл рядом с большим для разделки мяса, и опять по самую рукоятку. – Последний нож! Мы как готовить будем, а? – Ты же сам мне не верил. Сам сказал кинуть. Почему я у тебя всё время виновата. Так не честно, – обиженно надула губы девушка. – Не виновата, значит?! А ну иди сюда, морда белобрысая, я тебе сейчас уши надеру! – взревел я и быстро направился к ней. – Сначала догони, задница черножопая! – крикнула волчица и побежала. Рона ринулась за дом, я за ней. Нужно сказать, что бегала она тоже хорошо, но и я не лыком шит. Догнал, но девушка подставила мне подножку. Я успел её схватить за куртку, и мы повалились в сугроб вместе. Быстро сориентировался, перекатываясь на неё. Теперь я лежал на Роне и слышал, как гулко бьются наши сердца. Девушка от страха выпучила глаза, приоткрыла рот. Думала, что я ей наваляю, но вместо этого я припал к её губам. Какие же сладкие губы Роны, словно пьешь мёд из чаши. Я ворвался языком в её рот. Девушка мне ответила и тихо скульнула. Я почувствовал, как набухает в штанах. Потёрся об неё пахом. Рона неожиданно применила какой-то болевой приём и отбросила меня. Потом она поднялась в одном изящном прыжке. – У вас здесь все оборотни бесстыдно занимаются любовью на улице? – спросила она недовольно. – Никто так не делает. Послушай, а если я предложу продолжить дома, ты согласишься? – с надеждой озвучил я. – Мечтай дальше, Андрюшенька. Пойду попробую ножи вынуть. С трудом, но мы освободили двери от нержавейки. Я даже порезал палец немного. Нифига себе она их наточила! Рона, увидев кровь на пальце, схватила его, лизнула, а потом засосала в рот. Вот что творит, поганка? Ножи полетели на землю. Я прижал её к дверному полотну и снова впился в губы. Не нежничал, целовал со всей страстью, на которую был способен. Пальцами ерошил светлые волосы и дурел от её цветочного запаха. – Рона, соглашайся. Мой зверь признаёт в тебе пару. Пойдем в спальню, – прошептал в её губы. Девушка смотрела на меня ошалело. Щеки горели румянцем. Я чувствовал, она хочет меня, но колеблется. – Нам будет хорошо вместе. Я обещаю, – сказал я ласково, пытаясь уговорить. – Нет. Отойди. Если я тебя толкну, ты на ножи упадешь, – процедила она сквозь зубы. Я мог её напугать и не стал настаивать. Рона может принять меня за насильника, а я не такой. Наклонился и стал собирать ножи с земли. Рона ловко обошла меня и побежала в дом. – Я к себе! Ужин в холодильнике! – крикнула она мне на бегу. Рона Я быстро скинула верхнюю одежду и ринулась наверх. Забежав в свою комнату, упала лицом в подушку. Так стыдно. А ещё хотелось реветь от досады. У меня был секс в омежьи дни. Просто ублажение ртом и руками мне облегчали состояние. Я закрывала глаза и старалась не думать, что это не любимый человек. Физически было приятно, но морально противно. Сегодня я испытала настоящий шок, когда Андрей целовал меня. Я захотела его не только физически. Так не должно быть. Чёрные волки – наши враги. Они враги, и я не должна вожделеть одного из них. – Рона, ты со мной не поужинаешь? – в комнату постучал Андрей. – Уходи! – крикнула я сквозь слезы. – Хорошо. Спускайся, если хочешь. Андрей ушёл. Мне понравилось это. Он не напирает, даёт мне время осознать произошедшее. Нужно признать, тут есть над чем поразмыслить. Андрей очень красивый, но старше меня намного. Мой жених всего на два года старше был. Он тоже красивый. Но когда мы поцеловались после его победы на турнире, моё сердце так не трепетало. Мне не было так сладко. Не хотелось продолжения. Почему с Андреем всё наоборот? Почему сердце стремилось к нему, когда мы лежали в сугробе? Он меня хочет, но не настаивает. Надолго ли хватит его благородства? Я совсем не знаю этого мира. Начала только изучать. Вдруг он захочет взять своё силой? Желудок громко заурчал. Ну вот, придётся спускаться. Слезла с кровати, вытерла слёзы кулаками и пошла на кухню. Одинаковые говорят: волков бояться – в лес не ходить. Странная фраза. Мы же с ним оба волки. С опаской зашла на кухню. Андрей ставил на стол тарелку жаркого. Он обернулся, и лицо озарила улыбка. – Рона, ножи под запретом. Я тебе дротики купил. Вдруг в забор кинешь и попадёшь в кого-нибудь? – Я совсем дура, по-твоему? Видел, какие там щели. Это не забор, а отдельно стоящие колья. Мастер не может без тренировки. Я мастер. У нас с детства учат боевому искусству, метанию ножей и многому другому. Парни и девушки пробуют всё, но овладевают только тем, что получается. Того, кто умеет использовать больше четырёх видов оружия, называют мастер. Я владею саблей, дротиками, ножами, луком и стрелами. Могу сразиться на кулаках, – с гордостью сказала я. – Серьёзно? – спросил он удивлённо. – Разумеется. Хочешь проверить? – усмехнулась я. – Эм… Пожалуй, нет. Хватит. Один раз проверил. Я подошла к разделочному столу, наложила себе еды и поставила в микроволновку. – Как твой палец? – Почти зажил. Утром буду в норме, – заверил Андрей. Он сел за стол, начал есть. Я присоединилась к нему через минуту. И всё же один вопрос не давал мне покоя. – Андрей, ты сказал, что твой зверь меня выбрал. Это правда? – Такими вещами не шутят, Рона. У меня нет пары, несмотря на возраст. Любовницы были, но в основном люди. Мне почему-то кажется, что твой шаман не просто выбрал это место. Он знал больше, чем мы думаем. – Теперь об этом не узнаешь. Пусть ему вольготно живётся на луне и всем моим родичам и собратьям, – вздохнула я. – Да будет так, – подтвердил мои слова Андрей.