Глава 8

Я стояла напротив зеркала и не узнавала отражающуюся в нем голубоглазую блондинку. Эти два дня после нашей встречи промелькнули совсем незаметно, наполненные для меня мучительным ожиданием и волнением, и в то же время счастливой надеждой. А вот для моих родителей это оказалось тяжелым испытанием, как бы старательно они не скрывали этого от меня…

Уже никогда не забуду момент, когда я прибежала домой в отличном настроении, окрыленная надеждой, после встречи с Виктором. Родители были удивлены моим состоянием.

— Дочка, что случилось? — радостным голосом спросила мама меня с порога.

— Мамочка! Ты не поверишь! Я нашла человека, который поможет мне попасть в Египет. А самое главное, что он согласен и, кажется, уже придумал, как мне помочь, — и я поцеловала её в щеку, желая поделиться своим счастьем.

Сейчас нужно быстренько собраться, чтобы, как только он мне позвонит, была готова уехать. У меня было деятельное настроение поэтому, практически с порога полезла в кладовку, чтобы найти сумку для путешествия. И не сразу заметила, как мама грустно потупившись, так и осталась стоять на месте.

— Мама? — наконец-то заметила я, что мои слова и активные сборы доставляют ей боль, не физическую, конечно, но ранят её душу.

— Все хорошо, дочка, — она подняла на меня глаза, в которых было невозможно скрыть печаль и тревогу, которые её переполняли, но она пыталась мне улыбаться — Я очень рада за тебя.

Этот её взгляд сказал мне об очень многом, я уже не смогу его забыть никогда. А потом мама поспешила ретироваться на кухню. В дверном проёме показался папа, который слышал наш разговор из комнаты.

— Ничего, она снова привыкнет… — попытался успокоить он меня, — Нам, правда, очень тяжело тебя отпускать, тем более зная, что навсегда. Только найдя, проститься с тобою вновь — это сложно. Мы понимаем, что так правильно, что там ты будешь жива и счастлива, а это уже совсем не то же самое, как в прошлый раз.

— Пап, — но он не дал мне договорить.

— Собирайся. Ты сейчас должна думать о себе и о ребенке, а не оглядываться на нас и на прошлое.

— Спасибо, пап, — обняла я его.

— Давай, говори, чем тебе помочь? — легонько похлопал он меня по спине, напоминая, что пора браться за дела.

Я много и долго обдумывала и взвешивала, что мне может понадобиться, ведь попасть в Египет, еще полбеды. Мне нужно найти в том мире Раэна. В прошлый раз я, убегая по ночи от преследующего зверя, случайно оказалась на поляне, где на меня по стечению обстоятельств натолкнулся охотник, который вывел в город. Но как мне теперь этот город искать — не имею понятия… Даже к реке вышла абсолютно не преднамеренно, как добраться теперь буду — не знаю. Возможно, придется долго плутать по лесу. К тому же, когда я возвращалась на землю, там — начинались холода. Вот ко всему этому и пыталась подготовиться все эти два дня, стараясь предугадать все ожидающие меня опасности и максимально подготовиться к ним. Мама, которая после моего появления, казалось, начала вновь становиться той, которую я знала раньше. Теперь вновь замкнулась в себе и много плакала эти дни в родительской комнате, хотя, старалась не показывать мне своих слёз и переживаний, но я не могла этого не замечать. Отец находил слова, чтобы её успокоить, она и сама, скорее всего, понимала всё, но перестать переживать из-за вновь предстоящей разлукой со мной не могла.

Утром этого дня, позвонил Виктор и сказал мне приехать с вещами, готовой к отъезду в Египет. Услышав о моём отъезде уже через 2 часа, мама разрыдалась в голос. А папа тщетно пытался её успокоить.

— Доченька, будь счастлива, — сквозь всхлипы говорила она. — Отзвонишь в последний раз, когда окажешься в Египте. Лерочка, спасибо, что вернулась, хоть и не на долго. И что рассказала нам все. Помни, что мы тебя любим. И что за любовь нужно бороться, — мама сквозь слезы много чего говорила, словно пыталась сказать всё, что не успела и понимала, что если не сейчас, то уже не успеет сказать никогда…

У меня было тягостное чувство на душе, когда я покидала дом, а еще ощущала чувство вины, мне не стоило возвращаться в этот мир. Родители смирились с моим исчезновением, а сейчас, только привыкнув к моему появлению, вынуждены терять меня вновь. Я им трижды сделала больно, всего лишь из-за того, что испугалась идти вперед и бороться за любовь, счастье и свою свободу. Но теперь я не одна и больше ни за что не отступлю.

***

Назначенное Виктором место оказался салон красоты. Сначала меня это удивило, но зайдя в него, заметила, что здесь же присутствует не только он, но и его молодая супруга. В руках знакомый держал 2 паспорта и 2 билета, торчащие из них.

— Здравствуйте, — несколько рассеянно поздоровалась я с ними.

— Привет, — поздоровалась со мной блондинка с большими голубыми глазами и слегка вздернутым носиком, внимательно рассматривая меня. — Проходи, садись, — указала она мне на кресло.

Не могла никак понять, что все это значит и зачем нужно…

— А что ты придумал? — наконец задала вопрос я, смотря на Виктора несколько рассеянно.

— Будем из тебя делать её, — кивком головы указал он на супругу.

Но всю их идею я смогла осознать только сейчас. Когда стояла напротив зеркала и не узнавала в нем себя. Мне даже форму носа слегка подправили. А цвет глаз скрыли линзами. Накрасили так, что глаза казались больше, а губы пухлее. На голове закрепили парик. В салоне кроме нас больше никого не было. Создателем всей этой метаморфозы была сама прототип моего нового образа. И сейчас она вместе со мной отражалась в зеркале, оценивая со стороны свою работу. Сравнивая нас так близко, разница была довольно заметна. Но когда подошел знакомый и протянул мне паспорт супруги, взглянув на фотографию и на свое отражение в зеркале, поняла, что эта новая я, вполне может сойти за обладательницу этого паспорта.

— Поехали. У нас остается мало времени.

— Спасибо, — искренне поблагодарила я девушку за помощь.

— Ага… — лишь ответила мне она, а затем обратилась к супругу, — Только ты там на долго не задерживайся, — и поцеловала его в щеку.

— Конечно, солнышко. Как только решу все вопросы, сразу вернусь, — заверил он её, и подтолкнул меня по направлению к лестнице.

Мы уже ехали в аэропорт в машине, когда я наконец-то осмелилась спросить:

— Ты тоже полетишь со мной?

— Да.

— Зачем? — я выжидательно смотрела на него.

— Во-первых, мне туда нужно по делам — не обольщайся. Во-вторых, как понимаешь, когда прибудем, заберу у тебя паспорт жены. В-третьих, нахождение рядом с женой мужа, помогут скрасить недостоверность твоего макияжа. По той же причине, мы сейчас едем впритык к вылету, чтобы у проверяющего было меньше возможности и времени тебя рассмотреть. Держи себя высокомерно и в случае придирок, отвечай колкостью, но не оскорблением. Чтобы не захотели лишний раз с тобой связываться. Поняла? — теперь уже он выжидательно ждал моей реакции.

— Да, конечно, — задумчиво протянула я, стараясь запомнить все его советы, еще раз прокручивая их в голове.

— Отлично.

— Мне нужно будет переодеться и добраться до пирамид.

— Хорошо. Переоденешься в номере. До пирамид подброшу, а дальше сама.

— Спасибо, — искренне поблагодарила его я, смущенно улыбаясь.

Мне не верилось в реальность происходящего, ощущала себя героиней шпионского фильма.

— Пока не за что. Если все удастся, и я правильно все рассчитал, то поблагодаришь потом, когда будем на месте.

Удача сегодня была на нашей стороне. Вопросов не возникло ни при регистрации на рейс, ни по прибытию в Египет. И когда мы поднимались в лифте гостиницы, я уже не могла сдержать счастливой улыбки, от того, что все так легко получилось. Зайдя в номер, практически сразу же распаковала свой чемодан и начала складывать в походной рюкзак все, что может мне пригодиться в том мире после перемещения. В первую очередь воду, оба раза после перемещения меня мучила жажда, совпадение это или нет, проверять мне это не хотелось. Заготовленные контейнеры с едой, так же отправила в сумку, а еще теплые вещи и спички для разжигания костра, при необходимости. Торопливо забрасывала и множество других, необходимых вещей.

— Ты что? Собралась в одиночку пустыню пересечь? — позвучал за спиной голос Виктора.

— Возможно… — уклончиво ответила я, помня о его реакции на правду, больше о ней говорить ему не хотела. — Спасибо, что помог мне сюда добраться, — наконец, вспомнила я и, улыбаясь, посмотрела ему прямо в глаза.

— Пожалуйста… — от чего-то печально ответил он или мне так показалось. — Мы с тобой больше никогда не увидимся?

— Да. Я больше сюда не вернусь.

Вдруг он преодолел разделявшее нас расстояние и поцеловал, не ожидавшая этого я растерялась. Хорошо, что поцелуй оказался не долгим. И эта совершенно неприятная для меня неожиданность наконец-таки закончилась.

— Ты чего? Меня с женой спутал? — в голосе звучала растерянность, хотя я пыталась придать ему шутливую интонацию.

Он посмотрел в мои, наверняка, удивленные глаза, в них, скорее всего, отразился еще испуг от такого его поведения.

— Лер, ведь я любил тебя когда-то. А когда развелся — искал. Но в больнице мне сказали, что ты там больше не работаешь, а в твоей квартире уже жили другие люди.

Его признание для меня оказалось полной неожиданностью. Я не знала, что ему ответить на это…

— Видимо, в этом мире, ты единственный мужчина, который меня полюбил. Извини… Но у меня никогда не было к тебе подобных чувств, — мне стало почему-то, его жаль. Он так много для меня сделал, а мне совершенно нечем его отблагодарить и даже соврать насчет былых чувств из-за растерянности не сразу додумалась. — Виктор, я… — Но он не дал мне договорить, видимо понял, что сейчас попытаюсь соврать.

— Ничего, ты не обязана… — он не договорил, но пошел к выходу из номера, лишь у дверей бросил фразу, — Переодевайся, я пока машину арендую.

И вышел. А мне вдруг стало ясно, с чего он так рьяно взялся мне помочь. Почему же я раньше не задалась этим вопросом?

Когда он вышел, я позвонила взволнованным родителям и сообщила, что добралась хорошо и как. На линии слышала мамин наигранный счастливый голос, который не мог скрыть её печальных слёз.

— Прощай, мамулечка, со мной все будет хорошо. Я вас очень сильно люблю, в каком из миров бы не была, вы мои самые близкие люди, — сквозь слезы попрощалась с ними. И положила трубку, вытирая слезы с лица вместе с потекшим от них гримом. Я прощалась с родителями уже во второй раз навсегда, но это был уже мой осознанный выбор и обратно уже точно не вернусь. Даже если решусь, то родителей здесь уже точно не будет. А, значит, что и возвращаться мне будет уже не к кому и незачем. Зато мы с малышом будем вместе с любимым папой. Раэн… Воспоминание о нем, заставило меня поторопиться. И подойдя к зеркалу, я стала споро снимать с себя чужую внешность.

Когда я была полностью готова и спустилась вниз. Оказалось, что Виктор меня уже ждал в холле на диванчике. Мы молча сели в машину и поехали до комплекса пирамид. Я чувствовала, что должна ему что-то сказать, но никак не решалась.

— Я тебе очень благодарна за помощь, вообще за все, что ты для меня сделал, — сказала ему, только когда мы прибыли к нужному месту и машина остановилась.

В ответ он промолчал, и я поспешила прервать это неловкое затянувшееся молчание, тем более времени у меня было мало, потому что был уже вечер и экскурсии в ней скоро закончатся.

— … Прощай, — лишь бросила я, открывая дверь машины.

— Прощай. Прости за то, что было в номере, — неожиданно добавил он.

— Ничего… — не знала, что ответить, но вовремя вспомнила, — Отдай его, пожалуйста, моим родителям, — передала я ему телефон, который они купили в кредит для меня. — Знаешь, тогда… 15 лет назад… возможно, у нас действительно могло бы что-то получиться, но сейчас…

— Это уже не имеет смысла, — Добавил он, за меня, хоть и не совсем то, что я собиралась сказать, но фраза была с еще большим исчерпывающим смыслом. — Я передам, — добавил он фразу, продемонстрировав мой телефон, который уже лежал в его ладони.

— Спасибо.

И выйдя из машины и закрыв за собой дверь, пошла к пирамиде. Был уже вечер и последние посетители из неё выходили. А я пробовала пробраться внутрь.

— Девушка, подождите! Куда вы? Закрываемся, туда нельзя.

— Извините, но я обронила где-то там свой телефон. Можно посмотреть?

— Эхх… — печально протянул охранник, видимо поняв, что пораньше ему уйти сегодня не выйдет. — Хорошо, пойдемте, поищем…

— Да, нет. Я сама могу, не стоит беспокойств. Даже помню, где его примерно обронила, — пыталась врать ему, последнее время в этом искусстве очень сильно поднаторела.

Но отделаться от двух, проследовавших за мной охранника не сумела. Как не пыталась ускорить шаг, двигаясь в нужном мне направлении, они шли прямо за мной и все спрашивали:

— Где вы его обронили?

— Здесь. Я уверена, что это было где-то здесь… — Я сделала вид, что ищу его…

А когда они тоже принялись искать, рванула в незаметную щель между плитами, ведущую в смежную с этой, нужную мне комнату.

Я слышала, как они нагоняли меня и кричали:

— Стой! Туда нельзя!

Но остановить меня уже не успели. Их голоса стали отдаляться, когда я стала проваливаться во тьму, которая перенесет меня в нужный мне мир, где ждет меня такой родной и любимый мужчина, иномирянин который даже не подозревает, что вернусь я к нему не одна. Раэн, мы скоро будем вместе…