Глава 20

Как, ну как мы могли уснуть и не услышать творящееся у нас под носом? В первую очередь этот вопрос я адресовала себе, ведь это я вызвалась быть «на бдении», когда остальные спали! Так что Васю, которая нарезала круги по мельнице с выпученными глазами и воплями: «Да здесь он где-то, точно тебе говорю, заныкался, гадина!» я поддерживала по мере сил жалобными уверениями о том, что непременно сыщем нечисть, которая над нашей стихийницей шутить удумала.

Если честно, то искать-то особо не пришлось — на дубовой балке второго этажа висел маленький чёрный «чёртик», покрытый коротенькой волнистой шёрсткой и имеющий длинный и цепкий хвост. Никто из нас — ни взволнованная Васька, ни я, не отошедшая ещё от своего сна, не заметили бы его, если бы не Карина, которая вскрикнула, и показала пальцем на это непотребство.

— Вон он, вот, лови его, не дай боги, убежит этакая пакость!

«Пакость» вздрогнула от нового вопля, быстро подтянулась на хвосте и ловко вскарабкалась по балке вверх, перебравшись на балку ближе к выходу и самодовольно улыбаясь при этом.

С жутким скрипом повернулся ключ в замке, и внутрь, осторожно пригнув головы, тихо внедрились изрядно напуганные купцы.

— Проснулись-то мы затемно ишшо, сюды направились с первыми лучами солнца, да токмо внутрь зайтить не решилися, а потом, уже када вопли-то услышали, так поняли мы, что это погань та воет, смертушку свою почуяв.

Орсиня, как самый смелый, переступил порог и лицезрел наши лица. Нечисть, хмыкнув и махнув хвостом напоследок, вскарабкалась по открытой двери и была такова. Я была изрядно смущена присутствием на мельнице наших заказчиков… да и потом, не говорить же им, на самом деле, что в данном случае это не «погань выла», а колдунья Василиса издавала эти удивительные звуки.

— Разведка была это с нашей стороны! — хмуро посмотрев на заказчика, пробурчала я — Нынче же вечером придём и изловим подлеца. А этой ночью мы… примеривались только, решали, как избавляться от неё надобно.

Купцы молча переглянулись между собой, но возразить колдуньям не посмели. Я понимала, что со стороны мы выглядим, как стая бездомных собак, и не вызываем ни капли уважения. Хорошо хоть вовсе не выгнали нас с позором. Дали, так сказать, шанс реабилитироваться.

А мысли у меня кое-какие были, и после того, как я увидели того самого «шалуна», они несколько окрепли. В общем, всё по порядку. Сейчас для нас главное — добраться до дома воеводы и по возможности, вовсе не потерять при этом лицо.

Я смогла кое-как ладонью пригладить стоящие дыбом волосы и одёрнуть юбку, Вася тоже частично избавилась от мусора в волосах, а Карине пришлось хуже всех — её роскошные волосы после того, как их расплели, стояли дыбом, и ничего с этим поделать было невозможно. В результате Карина оторвала кусок своей нижней юбки (срамота-то какая!) и повязала на голову на манер платка. Стало если не лучше, то волосы были хотя бы частично спрятаны.

Заверив хозяев мельницы, что к вечеру мы непременно будем, да ещё и с тележкой, отправились восвояси. Муром только просыпался, и ранние прохожие не преминули обратить внимание на наш интересный вид.

— Ну, чего вылупились? — огрызнулась Васька, заметившая, что одна тётка украдкой тычет в неё пальцем — На погосте мы были! Неупокойников нынче много развелось!

И в доказательство своих слов она вытащила новый ком земли из своих волос. Тётка в ужасе отшатнулась и забормотала что-то себе под нос. Васька хмыкнула, и гордо выпрямилась. А мне почудилось на мгновение, что столь знакомый мне короткий меч, который принадлежал «сыну воеводы муромского» мелькнул в толпе. Я остановилась, проморгалась — фух, почудилось. Да и что бы ему, мечу то есть, бродить по рынку? Не нас же разыскивать, в конце-то концов?

Хороши же мы были бы, если бы ребята увидели, как с простой нечистью, класс неопасные, справиться не могли. Да и с чего бы им переживать по поводу успешности нашего предприятия? Цветана говорила, они раньше полудня сверху и не спускаются никогда…

Проходя мимо нашего огорода, Вася напомнила мне, что я ещё вчера хотела заглянуть туда, посмотреть, есть ли результаты наших совместных усилий. Я согласилась, пообещав себе непременно дойти до него сегодня, а пока снова кинула заклинание роста. Авось, и сработает.

После плотного завтрака мы твёрдо решили выспаться в нормальных условиях, после чего созвали военный совет с участием лица, для которого я отвела сегодня основную роль.

— Так что ты сам понимаешь, Донатий, без тебя нам сегодня никак! — подытожила свою речь я.

— Эвона как завернула ты, Манька! — с удовлетворением протянул домовой — Так я вам так скажу — мы без меня кажный день, как без рук!

Донатий раздулся от гордости, как индюк, и стал загибать пальцы, в который раз перечисляя свои подвиги, совершённые им на ниве нашего спасения.

— Ить, когда вы от старг-то спаслися у прошлом годе, хто вам помог? Я! Орденцев на чистую воду вывести помог? Обратно, я! Да и нонече, погорели бы вы в том сарае, ежели бы не моя персона!

Донатий устал от перечислений собственных героических подвигов и заткнулся.

— Ну что ж — философски подытожила Вася — главное, что принципиальное согласие на очередную твою авантюру, Маруся, ты получила, так что ничто не мешает нам готовиться к сегодняшней ночи.

Мы согласно кивнули и встали из-за кухонного стола, где и проходили наши обсуждения. Я подошла к лестнице на второй этаж и увидела напряжённую спину Игоря, который каким-то образом совершенно случайно оказался рядом с местом, где мы разрабатывали наш уникальный план по поимке коварной нечисти. Интересно, что он успел услышать? И для чего ему это? Странно всё же это как-то. То они нас знать не хотят, становясь на сторону оскорблённой хозяйки, то ходят за нами по пятам и высматривают и вынюхивают что-то…

— Мария! Донатий снова забрёл в камору к нашей поварихе, и ну её драконить! Прошу вспоможение оказать, да урезонить домовика вашего! Ить она, ежели поймёт, откель он над ней смывается, костылём своим отходит, как пить дать, отходит! — услышала я над ухом тихий лепет Милуши и поспешила подняться.

Мысли том, по какой причине ребята пытаются следить за нами, мигом выветрились из моей головы. Разрулив проблемы с Донатием, который вовсю развлекался в комнате болезной кухарки, снова кинув куда-то в сторону огорода заклинание роста, мы приступили к нашей операции века.

Спустя пару часов мы уже были во всеоружии, с нетерпением ожидая заката. Если кто из жителей и был встревожен шагающими ведьмами, с сосредоточенным видом волокущими тележку с неработающим колёсиком и вместительную садовую тачку, то просто не подал вида, молча переходя на другую сторону дороги при нашем появлении.

Так что, едва стемнело, мы уже стояли возле мельницы, в нетерпении поджидая наших работодателей. Вскоре те явились, с тем же скрежетом отворили дверь и с нескрываемой опаской наблюдали за нашей поклажей.

— Я это… — высказался Орсиня — сёдни-то споймаете фулюгана? Мочи уж нету!

Я молча и сурово кивнула головой, Васька просто успокаивающе положила руку на плечо, мол «не извольте сомневаться». Купцы с недоверием смотрели на наши худосочные тела, исчезающие во мраке, и просто вздохнули — других вариантов, кроме как верить нам на слово, у них всё равно не было.

Поэтому мы зашли внутрь, вольготно расположились всё на тех же мешках, плотно перекусили, чем бог дал, поставили возле себя по периметру простые сигнальные маячки, которые приобрели на рынке, в лавке артефактов по дороге сюда, и с лёгким сердцем улеглись спать.

Я закрывала глаза и довольно улыбалась в лёгкой полудрёме — пока всё идёт, как надо. Тусклого багрового света, который давали пульсирующие маячки, было вполне достаточно, поэтому мы погасили факел, не боясь остаться в кромешной тьме. Я ещё слышала, как возится в своём углу Карина, пытаясь с комфортом устроиться на ночь, и сама не заметила, как заснула, провалившись в спокойствие сна.

Мне показалось, что проснулась я в ту же секунду, как закрыла глаза. Васька с очумевшими глазами сползает со своего ложа, Карина в полном восхищении таращится на что-то над нашими головами, а нечисть, которая попала в наш капкан, дико визжит и пытается выбраться из него, ещё больше запутываясь.

Девочки дрожащими руками смогли снова зажечь факел, пока я крепко держала сеть, в которую попал прелюбопытнейший экземпляр, как сказал бы наш директор. Экземпляр назывался шишигой и теперь уже не имел столь ехидного вида, как сегодня утром.

Пожалуй, расскажу всё по порядку. После того, как эта нечисть удрала от нас сегодня, я взяла на себя труд, и нашла её в бестиарии:

Шишига, она же шиш — есть не что иное, как гнусное порождение нечисти поганой, и потому подлежит отлову скорому, да уничтожению без суда. Нечисть ентая хитра, якоже мантихора, злоблива да драчлива зело. Ежели случилась такая оказия, и споймали шишигу для изучения дальнейшего, не советоваем прислушиваться к речам яво, и нету веры ни словам, ни поступкам. Поелику ничаво, окромя злобы не таиться в нечисти той.

И рядом на полях была поздняя приписка, сделанная рукой сына Дарины:

«Чего там изучать-то? Спалить в огне — и вся недолга»!

Н-да… уничтожать живое существо просто потому, что оно пакостит, зло шутит и выглядит не так, как ты? Быть может, именно так и рассуждали серьёзные и опытные маги, да только вот я ещё не доросла до этого. Тем более, что совсем рядом со мной бродит такая же нечисть, из-за которой мне уже дважды приходилось краснеть за время моего пребывания в гостях в доме воеводы.

Я это сейчас к чему? Если есть возможность оставить в живых бедного шиша, мы не можем её игнорировать. Так что я провела общий совет, на котором единогласно установили — нечисть ловим на живца, предлагаем сотрудничество, а дальше уж как пойдёт.

В этой схеме самым сложным было выпросить у Донатия рыболовную сеть.

— Я ить ужо два раза рыбалить-то отправлялси… сидишь вот так в лодочке, с робятами нашими, и такое умиротворение на тебя сходит… радовается душа-то моя! Как вам такое доверить могу? Сам покупал, где я тута тебе заказ сделаю? Не дам, и не проси!

В результате чего только мы не посулили домовому.

— И сеть твою мы вернём тебе в целости, обращаться будем сторожко, уж ты будь покоен! — поставила точку в уговорах Карина, так что Донатий размяк и вручил нам ценную вещь и свои наказы по её использованию. Ну, а поставить простейшую ловушку и вовсе не составило никакого труда — на высоте чуть больше человеческого роста мы осторожно натянули сеть, для того, что мы шиш прыгнул сверху и запутался в ней. А для того, чтобы у него не было охоты подойти к нам снизу, поставили сигналки. Просто и эффективно.

Так что сейчас мы стояли кружком и слушали вопли нечисти, которая свесила хвост в дырку и костерила всех на свете.

— Ну, ты как, не устал ещё? — спросила Вася, которая не собиралась вот так, за здорово живёшь, прощать тот мусор в волосах и всеобщее порицание.

— Ладно, хватит голосить! Зла мы тебе не желаем, так что угрожаешь ты нам совершенно напрасно. Дело у нас к тебе имеется. Если справишься, то в перспективе у тебя может появиться дом или хлев. Или конюшня? Сколько ты уже по миру бродишь? В мельнице, вон, засел…

— Подкупить удумала, ведьма? — нечисть перестала голосить, нехорошо ощерилась и сплюнула на пол — Да только не на того напала!

— Отрицалово, значит? — констатировала Васька — А ты что скажешь, Донатий?

Домовой сердито выбрался из сумки и воззрился на свою собственность, после чего из его груди раздался тяжкий вздох.

— Ничаво вам доверить нельзя! Усё! Хучь щас на помойку сеточку мою!