Глава 20. Подготовка говорящего кота

Борис был очень доволен! Он поспорил с соседом по купе, поругался с проводницей, и даже добрался до начальника поезда, но тот оказался ушлым, и от него, Бориса, просто сбежал, сказав, что претензии к частым остановкам поезда, надо предъявлять не к нему а в Министерство путей сообщения. Но, даже с учетом последней неудачи, поездка обещала быть весьма приятной. Боря разузнал, что Олега бросила девица, и ехал откровенно позлорадничать! Ишь ты! Такой и разэтакий! А девка бросила! Боря довольно покосился на супругу. Он-то вон и жену нашел и дети уже имеются, а этот… Слабак-слабаком, и работа дурацкая, да ещё и шавку какую-то завёл! Борис собак не любил. Зато собаки его очень любили. Кусать! Прямо как мёдом он был намазан! В детстве от бешенства кололи из-за какой-то мерзкой псины! Впрочем, Боря и котов не любил, да и вообще, всем, кто не успевал сбежать с максимальной скоростью, и избавиться от его высказываний, Боречка высказывал своё убеждение о том, что от вредных дармоедов надо избавляться!

– Позаводят всяких… И кормят и поят и лечат ещё! И деньги тратят! Нет бы детдомам помогать! – бухтел он. Правда, это можно было не всем говорить. Наиболее дерзкие из медлительных, не успевших смыться от Бори, сразу спрашивали, а скольким детским домам помог сам Боря? А наиболее сильные начинали выразительно постукивать кулаками по подходящим поверхностям уже всего-то через полчаса Бориных высказываний. Борин сосед по лестничной клетке, имеющий отличного добермана, решил вопрос и того проще, и демонстративно снял с собаки намордник и отдал его опешившему Боре.

– Борюсик, намордник очень дорогой! Поди, продай, и снеси деньги в детдом. А мы пока так походим. Без намордника. Тем более, что кусает-то он только тебя!

Боря до сих пор ежился, вспоминая своё бегство. Но, уж сейчас-то он не позволит, чтобы его кусали! Он купил специальный баллончик, и не раздумывая применит его на Олеговом псе!

Мысль о том, что Олег его вообще-то не звал, и явно будет против прысканья из такой гадости на свою собаку, тем более в своей собственной квартире, голову Борюси счастливо не посещала. Ей там попросту места не хватало! Очень уж Боря был умный!

Олег рассказывал Ане и Мяуну про Бориса, очень стараясь быть беспристрастным. Получалось из рук вон плохо.

– Всё-всё, я понял. Можешь не страдать! – ухмыльнулся Мяун. – Мужик поганый, патологически болтливый, дико самоуверенный, и самонадеянный. Всё, ну всё, как я люблю!

– Ты такое любишь? – изумилась Аня.

– Радость моя! Я же кот! И иногда должен повредничать. Работа такая! Но, с такой как ты и вредничать – грех! Нельзя таких обижать! Олегу в тапочки написать? Так мелко и неинтересно. Ноги не поджимай, я же сказал, что мне не интересно! – хмуро фыркнул Олегу Мяун. – А опыт, опыт- то мой бесценный куда девать? А? Куда, я вас спрашиваю? А тренировать навык на ком? Ээээ! Вот и сами не знаете… И я не знал, а тут такой подарок судьбы едет! Кстати, вопрос! Он как к воздуху относится?

– Чего? – удивился Олег, еще не переваривший информацию о тапочках.

– Ну, к свежему воздуху? Форточку открывает?

– Да не закрывает никогда! Он фанат проветриваний, воздушных ванн и здорового образа жизни. Достал!!! – очень мрачно ответил Олег.

– Прекрасно! – возликовал Мяун. – Только всё равно надо подстраховаться! Мало ли закроет форточку, и я попадусь! А с учётом двух малолетних диплодококрушителей, мне надо быть осторожным. Пошли, посмотрим, что и как можно сделать для обеспечения моей безопасности!

Аня не очень поняла, была ли жесткая необходимость пробивать стенку над шкафом в дальней комнате, но решила не спорить. Представив Мяуна в лапах Олеговых троюродных племянничков, она и на большее бы согласилась, абы кот им не попался. Получившееся отверстие в стене Олег закрыл плотной дверцей, с полной звукоизоляцией. Дверца легко открывалась со стороны квартиры Олега, повинуясь нажатию котовой лапы.

– Ну, вот! Теперь эвакуируй всё то, что имеет для тебя ценность! – посоветовал Олегу Мяун. – Иначе недосчитаешься половины! Племяши разберут на составляющие!

Олег и сам подумывал об этом, но не знал, а не будет ли против Аня, но Мяун сам с ней поговорил, и то, что Олегу было дорого и ценно, было перенесено к Ане.

– Отлично! Дело за малым! – возликовал Мяун.

– Это за чем же? – подозрительно уточнил Олег.

–За армией союзников.

– Мяун, если опять крысы, так ты имей ввиду, что эти мелкие… Как бы это повежливее… Исчадья кошмарного сна, крыс не боятся! Они в прошлом году поймали восемь штук и выпустили в школе. Как раз в день учителя. Пошли в первый класс и тут же учинили…

– Хорошо, что предупредил. А мамаша их?

– Она как раз боится до судорог! И Борька тоже. Аж визжит!

– Отлично! Как раз озвученный ужас он особенно любит!

– Кто? – Олегу всё больше казалось, что он очутился в каком-то фэнтези.

– Не важно, один мой знакомый крысиный король. А чего боятся детки? Ну, ну, вспоминай!

Олег долго думал, и наконец, вспомнил, что близнецы боятся ворон! Когда им было по четыре года, они решили изловить вороньего слетка. Даже его поймали, а когда попытались повыдергать птенцу перья, тот ожидаемо заорал, и на них напала вся воронья стая! Мелкие хулиганы даже под скамейками прятались от разъяренных птиц. А их папенька жаловался местному мэру на ворон и требовал, чтобы их перестреляли. Мэру до ворон дела не было, а вот вороны отлично запомнили вредителей-деток, и каждый раз на них нападали. Не помогала ни другая одежда, ни попытки отбиться от птиц. Пришлось просто не ходить в парк!

– Но ворон они всё равно боятся! Это точно! – кивнул Олег.

– Прекрасно! – Мяун довольно потёр лапы и хихикнул. – Даже лучше, чем я думал! Карун обожает представления!

– Карун?

– Да, здешний старший ворон. Я его в октябре хотел съесть. И уже даже поймал… Ну, что ты так смотришь? Да, очень голодный был! – Мяун недовольно покосился на Олега, и перевел взгляд на полную сочувствия Аню. Анечка не подвела и тут же выложила ароматный корм в личную Мяунову миску. – Спасибо! Так вот… – он немного полизал корм. – Я Каруна не слопал, честно говоря, потому что сил ощипывать его у меня не было, а вороны ещё и на вкус, такая гадость, между нами… – он заел старые воспоминания, и опомнился только когда миска оказалась пуста. – Да, так вот. Карун решил, что я его помиловал, и пообещал любое содействие. Так что ворон мы твоим родичам обеспечим так, что им мало не покажется!

Мяун был очень, очень занят! Переговоры с Каруном прошли отлично! Ворон был любопытен до крайности, и чего уж там, гордился знакомством с такой великой в наши дни редкостью, как говорящий кот. Он сразу заважничал, услыхав о том, что он понадобился, а когда узнал, зачем именно, то и вовсе стал рваться в бой! Вот чего он не любил, так это жестоких детей!

Зато Крысовин поначалу наотрез отказался от работы! Нет, с самого-то начала он охотно согласился, но как только услыхал про ворон – категорически отказался! Ворон он по известной причине не любил! Ненавидел просто! Хотя, Мяуна это ничуть не смутило, и он вздохнул:

– Жаль, жаль… Вороны с удовольствием выполнят все задания и всю награду получат, и удовольствия кучу тоже! И смеяться будут…

– Над кем это смеяться? – подозрительно уточнил Крысовин.

– Я разве сказал смеяться? Да ты просто не расслышал… Они покаркают, да и перестанут! – Мяун насмешливо наблюдал на мыслительным процессом Крысовина. Потеря лакомства, удовольствий, визга, да ещё и карканье над ним, Крысовином? Да ни-за-что!

Союзники были собраны, возможность отступления предусмотрена, эвакуация ценностей произведена. А наивный Борюсик, ненавидимый уже доброй половиной поезда, даже не предполагая, с кем собирается связаться, подъезжал всё ближе и ближе к Москве.