Глава 31. Говорящий кот и дачные посиделки

Сияющие Олег и Аня прибыли к вечеру. Дик выскочил из машины первым и ринулся разыскивать кота. Для доклада и ещё, чтобы от души похвастаться! А счастливая пара, войдя на участок, очень быстро обнаружила какую-то гнетущую атмосферу.

Олег увидел своих родителей, явно его поджидающих, прямо в палисаднике. А Аня, выйдя из машины, услышала, как её зовёт из окна второго этажа мама.

– Скажем сразу? – Олег и не собирался скрывать, но его смутило то, что его мама явно заплаканная, а отец как-то непривычно сурово выглядит.

– Погоди, по-моему, что-то случилось! Они… Они поссорились что ли… – Аня поймала хмурый взгляд мамы Олега и невольно поёжилась. Сияющее и безоблачное настроение стремительно переставало сиять, затягивалось тучами и скукоживалось на глазах!

– Пошли выяснять? – Олег шагнул к своим родителям, но Аня попросила его самого поговорить с ними.

– А я пока к своим пойду, уточню, что произошло! Слышишь, меня мама зовёт? И папа там тоже в окне маячит… Какой-то хмурый.

Так и вышло, что Олег был утянут в беседку, подальше от дома, где засело сумасшедшее семейство, а Аня поднялась на второй этаж к родителям.

– Анечка… Доченька… Сядь, пожалуйста… – в волнении начала Анина мама. – Мы тут понаблюдали за мамой Олега… Она… Ну…

– Больная всю на голову! – папа Ани, Игорь Васильевич довольно насмотрелся на истеричных женщин! Ещё бы! Имея в родных сестрах Шурку, которую он про себя называл Шуркой-шкуродёркой, за пронзительный голос на манер циркулярной пилы, срезающий с любого нормального человека и самообладание и терпение, он про таких невозможных баб знал всё! И вот такая же баба, как Шурка будет его дочку мучить? Он-то видел, как мать Олега уже на него и его жену косилась… Да, что они… Они ради Анечки потерпят! Так ведь она уже и на Аню так посмотрела! Прямо-таки в лучших Шуркиных традициях!

– Аня! Мать Олега истерична и, похоже, не совсем здорова! Она ходит, подглядывает, прячется в кустах, на животе по земле ползает, за нами следит! Из кустов на четвереньках вылезает! Короче говоря, это, ужас! – жестко говорил Анин отец. – Потом все эти непонятные разговоры про генетические заболевания… Аня, а ты за Олегом никаких странностей не замечала?

Аня ни разу в жизни не ощущала на себе, что значит выражение «потерять дар речи». Она изумленно переводила взгляд с мамы на отца, и даже не знала, что сказать!

А в это время на другом конце дачного участка, в беседке, рыдающая навзрыд мама Олега умоляла его немедленно расстаться с Аней. Да, она-то собиралась быть взвешенной и убедительной, аргументировано и спокойно объяснить сыну, что девушка, конечно, очень-очень милая, но психически нездоровых людей в их семье не было, и его прямая обязанность подумать о собственных будущих детях! Но, собираться, не значит сделать, а тут ещё сын прямо с порога беседки радостно объявил, что сделал Ане предложение и она согласилась! Всё! Самообладание и всякие разумные доводы тут же рухнули под напором слёз, как подмытая половодьем плотина!

– Еееесли тыыы меняяяя лююююбишь… – рыдала мама Олега, – Ееееесли ты меня хоть немного лююююбишь, откажись от неееееё!

– Да почему это ещё? – не выдержал опешивший Олег, покосился на отца, но тот хмуро отвёл глаза в сторону.

– Сынок, послушай мать! – только и сказал он.

–Т ак! Объясни мне, что случилось-то? – Олега машинально налил себе минералки из бутылки, стоящей на столе, в рот взять успел, и замер, услышав мамин вопрос:

– Олежек, родной, а ты не замечал, что Аня… Ну, Аня не совсем здорова психически?

Олег долго не мог откашляться, вода попала не в то горло, а когда, наконец, он смог вздохнуть, и сипло уточнить, с чего его матушка такое решила, уже не знал, как и реагировать, услыхав, что и она сама, и её родители разговаривают с животными, но это-то понятно, так сами же за них и отвечают! Разными голосами и все трое!

– Так! Сейчас я скажу, что у Ани кошки говорящие и меня тоже в психов запишут! Решат, что это такая заразная штука… – понял Олег, тоскливо соображая, куда мог деться Мяун? Вот почему, когда не надо, он везде и болтает почем зря, не заткнёшь! А когда надо, от кота одни воспоминания на месте?

– Олежек! Милый, родной, умоляю… Откажись от неё! Она прекрасная девочка, но больна! Совершенно больна!

– Да ну что вы, мадам! Что вы такое говорите! Она абсолютно здорова! – раздался сзади вальяжный бархатный голос. Мама Олега и не оборачиваясь могла понять, что это Аня изображает кота! Возмутилась было, резко обернулась и застыла. На перилах беседки сидели Анины кот и кошка, а сама Аня стояла довольно далеко, на крыльце дома и что-то рассказывала родителям, обнимая маму за плечи. То есть ни она, ни её мать с отцом ничего подобного сказать не могли!

– Позвольте представиться. Я – обыкновенный говорящий кот! – продолжил кот. – Зовут меня Мяун. А это моя подруга! – кот повёл головой на кошечку и та кивнула. – Её зовут Василина. Насколько я понимаю, вы случайно слышали наши беседы с родителями Анечки… И сделали свои выводы. Логичные, не спорю, но в корне неверные! Абсолютно неверные!

Он испытующе осмотрел застывших на месте родителей Олега и вздохнул. – Олег, по-моему, водой тут не обойтись… Хотя… Может быть сверху облить? Там ведро где-то за баней валяется… А, может сразу со шланга? – задумчиво склонив голову на бок, размышлял вслух Мяун.

– Да ну зачем же так жестоко? – Василина такие методы не приветствовала. Она прыгнула на стол, подошла поближе к маме Олега и доброжелательно её осмотрела. – Вы не пугайтесь. Мы и правда говорим. Это редко так бывает. Очень редко. Вот вы по Анфису вспоминаете постоянно, разве вы не мечтали иногда, чтобы она могла разговаривать? – Василина, чутьём истинной кошки сумела найти ту ниточку, по которой можно было скорее всего вытянуть, вывести женщину из шока.

– Анфиса? А ты откуда знаешь про Анфису? – мама Олега даже не осознала, что сама заговорила с кошкой, и та ей отвечает внятно, да охотно!

– Ну, как же мне не знать? Вы же сами мне позавчера рассказывали… Помните? Вы меня гладили, и рассказывали. И как её крохотную нашли, и как выкармливали из пипетки, и как она с вами на работу чуть в сумке не отправилась… Помните? Вы ведь её очень любили! Это всегда понятно, стоит лишь немного послушать, как человек о кошке говорит.

– Да, верно! Я так по ней скучаю! Она такая красавица была, да разумница! Ой. Я поверить не могу! Это не галлюцинации? Это что, действительно, правда? И такое бывает? Игорь! Ну, скажи что-нибудь! – она сердито оглянулась на мужа.

– А что тут сказать? Я в шоке! – оправдался Игорь Васильевич. – Погодите-ка, то есть получается, что Аня и её родители с вами разговаривали, и это вы отвечали?

– Конечно! – кивнул Мяун, довольно поглядывая на умницу-Ваську. Он ею прямо гордился! – Вы зрите в корень! Они-то совершенно нормальны, но теперь тревожатся о вас… Вы ведь их немного смутили… То под кустами сидели, то за теплицами гммм, пробирались… – тактичный Мяун о проползании мамы Олега по названному маршруту по-пластунски решил не говорить.

– Ой… Ой-ой!!! – мама Олега сообразив, что теперь уже её поведение выглядит малообъяснимо, ахнула и прижала руки к груди. – Что же делать-то?

– Говорить, разумеется! – Мяун благожелательно осмотрел всю компанию. – Просто объясниться! Ну, или позвольте, я объясню. Мы с Василиной, вообще-то именно поэтому и не хотели, что бы вы и Анины родители о нас узнали раньше времени. Но, к сожалению, сначала узнал Анин папа и решил, что у него галлюцинации от спиртного, и от еды…

– А! Так это он, поэтому не ел сначала ничего? – Игорь Васильевич обрадовался тому, что всё постепенно разъясняется. – А то смотрю, приличный мужик, а не ест и не пьёт ни капли!

– Ну, да… – кивнул головой Мяун. – Потом мы старались Аниной маме на глаза не попасться… Но, тоже не очень-то успешно. Она тоже… Как бы это помягче… Удивилась! – Мяун разумно не упомянул и о полене, которым его чуть не огрели… – Ну, а сейчас мы вас невольно смутили. Извините нас, пожалуйста, мы не хотели Анечке и Олегу доставлять неудобства. Тем более в такой день!

– В какой такой день? – мама Олега, изнемогающая от потока невероятной информации и переживаний, с трудом вспомнила, о чем говорит кот, а вспомнив, ахнула:

– Да! Вы же решили… Ой, счастье какое! Ах, ужас какой!

– Мам, погоди… Я снова за тобой не успеваю… Пап, а ты? – Олег вздохнул и потёр лоб. У него привычно возникло ощущение, что мимо просвистело что-то вроде скоростного поезда Сапсан, на который он опять опоздал, и теперь его прямо-таки сносит воздушной волной.

– Нет, но, я уже привык! – флегматично пожал плечами его отец. Он, когда понял, что как это не дико звучит, но коты в самом деле отлично, связно и правильно по-русски говорят, а невеста сына и её родители не психи, то совершенно успокоился! – Я в таких случаях просто жду. Твоя мать сначала шпарит вперёд на всех парах, а потом непременно начинает повторять для тугодумов.

– А кто ж ты ещё! – возмутилась его супруга. – Счастье – потому что Олежек сделал предложение. А ужас… Анечка-то что о нас теперь думает! Она же и отказать нам теперь может! Ой, кошмар…

Олег только руками развел, переглянулся с Мяуном и отправился в сопровождении кота к Ане и её родителям.

– Она слышала? И решила, что я за кота отвечаю мужским голосом сама себе? Ой, бедненькая! Это же она думала, что я того… – Аня не знала, плакать ей или смеяться. Впрочем, и плакать-то хотелось исключительно от смеха. Её родители, может быть, и обиделись, как могли такое про них подумать, но их собственные ощущения от знакомства с говорящими котами были ещё слишком свежи!

– Да… Если бы я такое услышала, от них, тоже что-то подобное бы решила! И вообще-то нам ещё повезло! Я бы на их месте уже окопы копала и укрепления строила. Я сумасшедших боюсь! – выразила их общее с мужем мнение Анина мама. – Ну, что, идём? – она кивнула на беседку.

Вечером беседка напоминала какой-то сказочный чертог! Занавески опущены, освещение включено, вокруг ветки яблонь, опушенные нежными цветами и листьями, да плети винограда. Стол ломится от угощений, а люди вокруг наконец-то избавились от взаимных подозрений и непонимания и просто радуются!

– Да, вот я всё мог ожидать, но не такого! – папа Олега уважительно подкладывал Василине в блюдце лакомые кусочки. Та благожелательно кивала, и поблагодарив, принялась за еду.

– Надо же! Кошечка, а говорит-то как!

– Да уж. Лучше некоторых! Иной раз родной муж спасибо не скажет, хоть от кота что-то приятное послушаю, – немного повредничала мама Олега и вдруг хмуро посмотрела на сына, и всплеснула руками.

– Олег! А кольцо? Ты, что не подарил Анечке кольцо? А букет? Ой, ну какое позорище-то? Кого я воспитала! Нет, ты точно копия своего тугодума-отца! Анечка, прости, пожалуйста!

Олег застонал, и тут же утешился, почувствовав, что Аня тихонько погладила его по руке.

– Светлана Андреевна, что вы! У меня такой счастливый день! И предложение мне Олег сделал самое лучшее! Главное, что мы поговорили. Правда? Хотя, это нам Дик помог.

– Что? У нас что, ещё и Дик разговаривает? – мама Олега схватилась за сердце и опасливо покосилась на длинный чёрный собачий нос, озабоченно принюхивающийся к окороку из-под стола.

– А как же! С переводчиком, конечно, но разговаривает… – хихикнул пришедший в расчудесное настроение Мяун. – Дик! Скажи нам что-нибудь!

Дик разразился радостным лаем.

– Эх, ты… Собачья твоя морда! Я-то думал, что ты хозяина поздравишь, а ты всё про окорок, да про окорок! – укоризненно покачал головой Мяун. – Ладно, я за тебя скажу! Аня и Олег, я вас поздравляю, и желаю вам побольше котяток, в смысле детей! И нас тоже, в смысле котиков! Побольше! – Мяун ухмыльнулся, покосился на Ваську, демонстративно принявшую неприступный и гордый вид, и довольно осмотрел людей, собравшихся за столом. Собравшихся во многом благодаря его непосильным трудам и хитроумным планам!

– Да, что ни говори, а без кота и жизнь не та! Особенно, без такого как я… Говорящего и мудрого! – подумал Мяун и продолжил дегустацию блюд.