24

Принцесса Иэ

*

— Ну? — уточнила я, когда пернатая тень, скользнув по стене, уселась в кресло и материализовалась в облике Деррена. — Какие новости?

— Помимо того, что я чуть не надорвал живот от хохота? — прищурил он свои чёрные глазищи. — Мы нашли второго эльфийского принца, приложившего руки к проклятию. Поздравляю!

Я вздохнула и положила подбородок на сложенные руки. Необходимость удерживать ледяную часть корабля понемногу подтачивала мои силы, и усталость навалилась душной пеленой.

— Не понимаю, — честно призналась я. — Ни с одного конца не понимаю. Зачем эльфийскому принцу понадобился этот цирк? Зачем Ирлине его покрывать? Что вообще происходит? Деррен?

Он пожал плечами:

— Заключим сделку? Тогда я, не сомневайся, всё разузнаю.

Я тихо рыкнула, пробормотала сквозь зубы ругательство, но вынужденно приняла правила игры.

— Хорошо. Что ты можешь мне сказать без сделки?

— Вот так всегда, — преувеличенно-печально заметил он. — Никто не любит бедного меня!.. Ладно-ладно, прекращаю. Не хмурься. Просто, как на мой вкус, картинка получается действительно забавная. И мне на самом деле интересно, когда же до мальчишки дойдёт.

— Дойдёт что?

Деррен тихонько фыркнул.

— Какого дурака он валяет… Но в это я бы советовал не вмешиваться. Как, впрочем, и во всё остальное. Видишь ли, очень похоже на то, что твой новый друг собирается, цитирую, “спасать сидхе-данан”. И да, садовая фея, кажется, тоже является частью команды по спасению.

Я страдальчески поморщилась:

— То есть они сообщники?.. Досадно. Что же, очевидно, на твёрдой земле надо будет арестовать их и допросить по всем правилам…

— Я бы не стал этого делать.

Я бросила на Деррена раздражённый взгляд.

— Предлагаешь оставить всё, как есть?

— Да. И пронаблюдать. Лично я вполне однозначно могу сказать одно: они не планируют тебе вредить. Я бы даже сказал, что скорее наоборот. А уж поверь: я весьма чувствителен к намерениям, когда дело доходит до тебя.

— Н-да? То-то Ирлине они уже “не навредили”. Как они заставили её сотрудничать, кстати?

— Поцелуй молчания, похоже. Это тяжело провернуть, особенно незаметно для окружающих. Но фейри Тёмной Стороны Луны на подобные фокусы вполне способны. И справедливости ради должен заметить, что способ весьма гуманный. Он мог заставить девочку замолчать доброй сотней других методов…

— Да брось! — возмутилась я, прикидывая, как обманщик Ирон будет смотреться в пыточной. — Он просто понимал, что не может вредить Ирлине открыто, только и всего.

Деррен снисходительно улыбнулся.

— Просто поверь, я встречался с Домом Блуждающих Огней. И имел удовольствие наблюдать их методы. Когда я говорю, что парень воспользовался самым гуманным, то именно это и имею в виду. Ему намного проще было бы превратить её в свою рабыню, безвольную и безропотную, чем возиться с частичным подчинением.

— Как мило. И ты всерьёз предлагаешь оставить тварь, обладающую такими способностями, разгуливать по кораблю?

— Да, — развёл руками Деррен. — Потому что пока что его сила была скорее на твоей стороне, а эльфийский принц в союзниках — это много. А ещё… мальчишке почти восемьсот лет, он видел все оттенки чёрного и обладает устойчивостью почти ко всему. Сломать его и заставить говорить, если он того не захочет, будет непросто, он закроется в ментальном коконе, и дело с концом. Но пока у тебя есть преимущество: ты знаешь то, чего не знает он. У тебя будет возможность за ним понаблюдать со стороны, пока он считает самым умным себя.

Я склонила голову набок. В словах Деррена был смысл, но оставалось одно “но”.

— Могу ли я оставлять Ирлину — после того, что он с ней сделал?

— Мне казалось, остаться с ним — её решение, — заметил Деррен. — Кажется, она сама хочет проследить за Ироном. Держи врагов ближе и всё в этом роде…

Я даже закатила глаза в ответ на такие глупости.

— Брось. Я люблю Ирлину, но, учитывая подноготную Ирона, готова поспорить: он играет на ней, как дух леса на флейте. Она ещё не готова сталкиваться с такими противниками.

— Возможно, — протянул Деррен вкрадчиво, — но опыт в таких вопросах — не лучший ли учитель? Я смогу подстраховать её со стороны, как минимум, слегка. И потом…

— Потом?

— Ты ведь помнишь историю Цветов Моря, верно? Она доказывает, что эльфийские принцы падки на невинные взгляды юных дев. Не всегда и не все, но этот Ирон знает, что Ирлина не сможет о нём рассказать никому. Это развязывает язык. И усиливает привязанность, которую ты, возможно, потом сможешь использовать.

Я постучала когтем по подлокотнику.

— Намекаешь, что некоторые истории повторяются?

— Все истории повторяются, моя принцесса. Рано или поздно. Ты уже поверила мне дважды; поверь ещё раз. Позволь этому идти своим чередом. Уверен, ты больше выиграешь, чем потеряешь.

Я посидела, задумчиво глядя на небо за иллюминатором. Мы летим, верно? Деррен не соврал. А значит, возможно, он не ошибается и сейчас.

А возможно, Гэри прав, и я слишком много позволяю этой пернатой твари. Но это совсем другая история.

“У лорда Смерть красивые глаза”

Чтоб тебя.

Кажется, Деррен что-то такое почувствовал, потому что в тех самых красивых глазах появилось лукавое выражение.

— Кстати, — протянул он вкрадчиво, — я тут подумал… Глупость, конечно, но если тебе так больше нравится…

Его облик пошёл волнами.

Волосы отросли и сами собой собрались в традиционную причёску, заколотую на затылке коротким серебристым кандзаси. Изменился наряд: удлинился, заструился по полу чёрным шёлком, закрутился множеством слоёв. Блеснули металлом заклёпки с печатями-крыльями, возникли на руках острые клановые перстни.

Именно так выглядел мой идеал. Хотя… в реальности, пожалуй, наряд родовитого оборотня шёл ему даже больше.

— Не то чтобы мне это нравилось, — усмехнулся он, — но если тебе так привычней…

Ну разумеется, он подсматривал. Право, как я могла рассчитывать на иное?

— Кстати, весьма характерно, что тебе нравится полуформа, — Деррен склонил голову набок, и по щеке его побежала полоска чёрных пёрышек.

Я прикусила губу.

Это правда. Драконы любят полуформу. А драконы с фейскими генами, вроде меня, так и вовсе обожают. Особенно крылья…

Которые он распахнул за спиной, красуясь.

Вот ведь сволочь, а.

— Хватит выделываться, Деррен.

— Почему? Тебе ведь нравится.

— Нашёл за кем повторять, — фыркнула я. — Но если даже и так, то что же ты слова моего идеала не копируешь?

Деррен посмотрел неожиданно серьёзно.

— Слова идеала — это слова твоего подсознания. И я готов стать твоей свободой, Иэ, снять с твоих плеч этот груз. Но готова ли к этому ты сама?

Его глаза мерцали красным.

Я устала. Пожалуй, слишком сильно. Сказывалось магическое истощение, не давали покоя мысли об Ирлине, в памяти застыл список погибших, ныли крылья, которые я так и не нашла времени выпустить и исцелить…

Я устала. Потому не стала ни очаровывать, ни шутить.

— У меня есть долг, Деррен. Он не подразумевает свободы.

— Это ответ, верно?

— Да. Это ответ.

Он спокойно кивнул. Тихо зашелестели чёрные перья.

— Я так и думал… Что же, мне торопиться некуда. Как говорится, все дороги рано или поздно всё равно ведут ко мне… Так что давай вернёмся к вопросам насущным. Ты продержишься?

— Что? — удивилась я. — Ты о чём?

— Ледяная заплатка для корабля. Продержишь её ещё часов пять-семь?

Я смерила его насмешливым взглядом.

— Разумеется. Я боевая драконица Льда, если ты успел забыть.

— И потому считается, что у тебя не могут болеть крылья? И ты не можешь устать от поддержания сложнейшей магической конструкции?

— Крылья не болят.

— Чушь. Я вижу, как ты бережёшь спину.

Я мысленно выругалась. Неужели заметно? Теряешь хватку, Иэ, ой теряешь…

— На всякий случай: ты двигаешься отлично, — добавил Деррен. — Профессиональная выучка, никаких претензий. Но я всё же родился не вчера. И это “не вчера” имело место ещё до того, как Последняя Хозяйка решила заселить этот мир своими созданиями. Незадолго, но всё же.

Я открыла рот, не нашла слов и решила промолчать. Мне очень хотелось бы верить, что Деррен лжёт, но интуиция нашёптывала: нет, не ложь. Или, как минимум, не совсем ложь.

— Я не пытаюсь перед тобой пушить перья, показывая, какой я страшный, — добавил вдруг он.

— Зато красуешься.

— Слегка, — всё же, улыбка у него очень красивая. — Самую малость. Но на деле просто объясняю, что некоторые вещи мне видны, потому что с меня уже пески времени давно осыпаться перестали, за ненадобностью. И классическая шпионская школа работает только до первых пары тысячелетий опыта. Так что я знаю: крылья болят всё сильнее. И магия сбоит. Перед своими подчинёнными можешь строить из себя неубиваемую и непотопляемую, но я должен быть уверен: ты дашь знать, если ситуация станет критической. До того, как она станет таковой. Хорошо?

— Я умею объективно оценивать свои силы, к твоему сведению, — что он со мной, как с маленькой…

— Хорошо, — вздохнул Деррен. — Просто учти: если что, спасать от Мёртвого Капитана я буду в первую очередь тебя. Остальных опционально, как повезёт. И да, если дотянешь до того, что регенерация крыльев полностью прекратится, я буду страшен в гневе. Тебе не перепадёт, твоим подопечным — да. Мы поняли друг друга?

— Да… А почему именно от Мёртвого Капитана?

Деррен зевнул.

— Что?.. А. Этот призрачный придурок уже какое-то время гонится за нами.

— Понятно… Подожди. Что?!

Словно в ответ на мой рык, над кораблём во второй раз за последнее время заголосил сигнал тревоги.