50

*

— Вон оно как, — сказала Биланна, выслушав мой рассказ о Дайяне Гохорд. — Внушает уважение, право. Что же, малыш, уезжай спокойно: я присмотрю за девочкой. Может, я и старая развалина, но ты знаешь сам: слово моё всё ещё чего-то стоит. 

— О-ма, не прибедняйся, — фыркнула Иэ. — Мы обе знаем, что именно ты обучила меня основам интриг. И держала Дворец в колючих рукавицах тоже ты. Так что...

 — Вспомнишь тоже, малышка, — тепло улыбнулась Биланна. — Когда это было? Теперь я и вполовину не так ужасна, как когда-то. Мы все остепенились, знаешь ли, поделили верховную власть с сенатом… да и времена не те. Но да, иные вещи всё ещё могу. От всего не уберегу, это да; но, как могу, смягчу последствия. И позабочусь заодно, чтобы имя Алиссии при расследовании не всплыло. Так что всё решу, и тревожиться об этом тебе, принц, не стоит. Твоя работа — с парой помириться. Я внука увидеть хочу, между прочим! Хотя бы в яйце, если на другое времени не хватит. У селенити же, как и у драконов, так?.. Вот и хорошо. И только попробуй их не привезти! За крылышки оттаскаю паршивца!

— Хорошо, — тепло улыбнулся я. — Как скажешь.

Мы расположились на веранде: Иэ, Биланна и я. Деррен маячил неподалёку, практически слившись с густой тенью, но уединение наше не нарушал. Это он правильно: нам надо было побыть вместе. Хотя бы сегодня.   

Вообще, конечно, интересный парень. Тьма к нему так и ластится, будто он — её часть… Нужно будет присмотреться к нему поближе. Когда время появится. 

— Будьте осторожны там, — сказала Биланна. — Думайте, прежде чем делать. Обоих касается. Ты, Иэ, помни, что Древние фоморы — это тебе не шутки. Их ты, в случае чего, второй ипостасью не особенно напугаешь. 

— Знаю, — улыбнулась сестра. — Но я и не собираюсь пугать. План был другой.

— Смотри мне… и вообще, будь осторожна. Слишком много в этой ситуации неоднозначностей и подводных камней. Слишком много возможностей. И для нас, и для наших противников… Впрочем, не буду строить из себя занудную старуху. Возвращайся с победой, малышка. 

— Как и всегда, — Иэ сжала руку Биланны. — Не волнуйся обо мне, о-ма.

— Хорошо, — императорская фаворитка тяжело вздохнула. — Теперь ты...  Пообещай мне одну вещь, малыш. 

— Какую? — насторожился я. Биланна знала, что ей достаточно просто попросить. Если уж она требует обещание…

— Пообещай, что простишь её. 

Разумеется, я сразу понял, о ком речь.

И поморщился.

— Ну разумеется, прощу. Она — моя пара, мать моего ребёнка. Какие у меня варианты? 

— Нет, не так, — мягко возразила Биланна. — Пообещай, что простишь её по-настоящему, наследный принц. Всем сердцем. Без послевкусия и сомнения.

Не чересчур ли?

— Почему ты об этом просишь? — уточнил я резко. — Не достаточно ли того, что я понимаю и принимаю её мотивы, готов дать ей уважение и защиту? Она сама наглядно показала, что ей не интересно большее. Да, она хотела хорошей жизни для себя и, видимо, своей семьи. Да, возможно, её связывал контракт — в первую нашу встречу. Но это не отменяет того, что она дважды отказалась от меня. И, возможно, связана с Морием Бакарийским. И ещё множество спорных моментов. И ты, здесь, сейчас просишь меня сразу ей всё простить, что бы там ни было? 

— Я согласна с братом, — отметила Иэ. — Эта полукровка может быть наследницей нескольких Домов, парой наследного принца и матерью моего племянника. Но она остаётся аферисткой, цели которой пока неясны. Мы не имеем права слепо доверять ей, и повода радостно прыгать до потолка у нас нет.  

— Всё так, — склонила голову Биланна. — Но я тогда говорила с ней, наблюдала за ней… Я видела, как она на тебя смотрела. Прости её, малыш. Пообещай.

Я сдавленно простонал.

— Она играла! — воскликнул я. — Неужели ты не понимаешь? Это всё была ложь, от начала и до конца! Если не всё, то многое; ей нужно было, чтобы я влюбился в Дайяну. Ей нужен был сначала особняк, потом — ребёнок.   

— Есть вещи, которые не изобразишь, — покачала головой она. — Которые одна женщина от другой никак не скроет. Поверь, что бы ей в итоге от тебя ни было нужно, это далеко не вся правда. И даже, может, не главная правда. 

Я отвернулся.

— Возможно, так и есть. Но…

— Ты злишься, — вздохнула она. — Имеешь право. Ты хочешь быть любимым. Как и все. И тебе невыносима мысль, что ты обречён любить женщину, которая столько раз предпочла не тебя. 

Я опустил голову и криво улыбнулся.

— У меня нет других вариантов. 

— Да, — вздохнула она. — Но я думаю, что тебе не придётся любить ту, что не любит тебя. Вот увидишь. 

Хотел бы я в это поверить...

— Хорошо, — сказал я спокойно. — Обещаю. 

Дальше мы пили вино, смотрели на звёзды и говорили обо всём. И ни о чём. Скоро родители присоединились к нам, но о делах речь так и не зашла. Это был вечер для семьи, и прошёл он отлично.

Так что, я был почти что счастлив. 

До утра. 

*

— Брат, вставай. У нас серьёзные неприятности, — именно с этой фразы начался мой день. 

Ничего хорошего, как вы понимаете, от такого жизненного поворота ждать не приходилось.

Я резко сел на кровати и уставился на Иэ. Одного взгляда хватило, чтобы понять: всё даже хуже, чем казалось. Губы сестры были белы от ярости, в глазах острый лёд…

У меня оборвалось сердце.

— Что с ней? — спросил я.

— Что? — удивилась Иэ. — Ох, ты подумал… Нет, Или. Нет. Твоя пара в порядке… Слава Небу, секретная служба приглядывает за ней.  

Я прикрыл глаза на пару мгновений, пряча облегчение, и снова посмотрел на сестру. 

— И что же у нас случилось, что так тебя задело?

Клыки Иэ отчётливо скрипнули.

— О том, что ты нашёл пару, известно широкой общественности, — сухо сказала Иэ.

— Что?!

Она прикрыла лицо ладонью.

— Об этом с утра написали газеты в Тавельни. Работяги, севшие на первый маголёт, принесли информацию нам. Столица гудит. Скандал только набирает обороты, но можно не сомневаться: он будет громким. 

Я тихо рыкнул.

— Утечка идёт изнутри.

— Верно. Хуже того, тон статей… продуманно-негативный. Упор делается на тот факт, что ты потерял свою пару в череде любовниц. Высказывается предположение, что твоя пара — аферистка. В других газетах отчётливые намёки на её принадлежность к древнейшей профессии. Ко всему этому дополнением идёт тезис: “Какая пара — такой и принц”.  

— Бездна! — я сжал руки в кулаки. — О нашем ребёнке…

— Нет, пока тишина. Но что-то мне подсказывает, что по Дворцу слухи поползут быстро. 

— Кто источник слива?

— Его ищут, — ответила Иэ. 

Я тихо выругался. 

Могла Дайяна что-то рассказать? Всё же сомневаюсь. Если отбросить моральную сторону вопроса, то ей попросту это невыгодно. А Лисси? Вряд ли она заварила бы такую кашу по своей воле, она не глупа. Но могла ли она, например, рассказать всё тому же Морию Бакарийскому? А он уже использовал эту информацию, чтобы ещё больше дестабилизировать ситуацию в Драконьей Империи? 

Возможно. И всё же…

— Ты думаешь, что это кто-то из Дворца.

— Почти уверена, — отрезала Иэ. — Нас пытаются убедить, что это дело рук Мория. Но… я догадываюсь, кто за этим стоит. Не знаю, как он достал эту информацию, но узнаю стиль. У меня нет доказательств, тем не менее. И не это сейчас важно. Собирайся, брат мой; мы должны понять, что сказать сенату, совету и прессе. 

— Это будет длинный день. 

— О, да.

***

Рил, дракон Льда

*

— Это будет отличный день, — сказал я компаньону, просматривая утренние газеты.

— Несомненно, господин, — улыбнулся старый лис. — Погода отличная. И солнце светит прямо над вашей резиденцией. 

— Пусть бы оно светило и впредь, — улыбнулся я мягко. — Мать любит ясные дни. Что ты хотел?

— Ваш брат внизу, господин.

— Пригласи. 

Мой братишка вошёл быстрым шагом и уставился на меня сияющими глазами.

— Они забегали, — сказал он. — Я не знаю, как именно ты собрал эту информацию — но, кажется, попал в самый центр мишени. 

— Положим, не в самый, — заметил я лениво. — Но близко… близко.

Но недостаточно. Пока что.

— Подумать только — не узнать свою пару! — продолжил Лир распинаться. — Ты представляешь? Всё же, он действительно идиот!

— М-гм, — как же я устал слушать этого кретина. 

И ведь сотню раз объяснял ему, что нельзя недооценивать наследника. И бездумно повторять за родителями тоже не следует, благо мы не в яслях. Но проще разрушить пару городов до основания, чем вдолбить в башку моего братца хоть одну мысль, на йоту сложнее столь излюбленного папочкой: “Мы должны вернуть маме то, что у неё незаконно отобрали”. 

Ну-ну.

Бедная моя мамочка, да. Несправедливо обиженная... По правде, на месте дяди я бы оторвал голову за её выходки. И нас с братом бы прикопал — так, для надёжности. Но это уже так, лирика; Император предпочёл оставить мать в живых. И пощадить нас. 

И вот мы здесь. 

Я принялся прикидывать, как бы всё же провести с Лиром воспитательную беседу, но сигнал артефакта связи прервал мои мысли. 

— Ну что ещё?! — Лир раздражённо уставился на моего компаньона. Братец не любит Диу. Считает, что лис слишком стар и зануден. И что его давно надо заменить.

Я никогда не пойму, как можно настолько не видеть дальше своего носа. И всерьёз предлагать мне заменить ветерана Клановой войны в Предгорье на непроверенного малолетку, воспитанного в идеалах новой Империи. 

— Господин, высокая госпожа Иэ интересуется, не угостите ли вы её завтраком, — сказал компаньон, не обращая на выходки братца особого внимания. 

— О, — я улыбнулся. — Ты ответил, как я приказал?

— Сказал, что вы её ждали. 

— Хорошо, — я предвкушающе оскалился. 

С кузиной было... интересно. Очень. Она была отличным соперником, умным и непредказуемым. А ещё мы с ней были во многом похожи: призраки у Трона, стоящие за спинами своих братьев. Её родители хотят посадить на трон Или, мои — Лира. 

Иэ не стала наследницей, чтобы не нарушить старую договорённость, по сути своей несправедливую. 

Меня мать не выбрала потенциальным наследником, потому что понимает, что не сможет контролировать. 

Вот и стоим мы с Иэ друг напротив друга — два ферзя на шахматной доске, защищающие своих королей. 

И нынешняя партия обещает быть опасней и жёстче предыдущих. 

— Кузина, — протянул я, когда принцесса появилась в дверях. — Доброе утро.

— Добро утро, драгоценный кузен, — ответила она ласково.

Взгляды наши столкнулись, как пара остро заточенных клинков.

Мне нравилась Иэ. Было бы действительно обидно её убивать. 

Но иногда практическая необходимость бывает сильнее желаний.

— Утро, — она улыбнулась братцу, не уделяя, впрочем, ему особенного внимания, и грациозно присела напротив меня. — Я смотрю, вы читаете газеты?

— Ещё бы не читать, — фыркнул Лир, — когда твоей собственной семье перемывают кости! Эти газетчики совершенно отбились от рук. 

— Такова обратная сторона гласности, — поморщилась Иэ. — Хотя верно, в этот раз они пересекли черту. Почувствовали свободу, потому что первыми тему подняли газеты Тавельни.  

— Да, — хмыкнул я. — Много интересного пишут. Разумеется, понятно, что большая часть здесь — больной вымысел газетчиков, но... Это правда, что наследный принц нашёл пару? И не знает, кто она? Мне бы не пришло в голову, что подобное можно скрывать. Но после тётушки Син и её перфоманса я уже могу строить самые дикие предположения.

— Ах, уважаемые кузены, мне придётся признать, что в этом есть доля истины: принц действительно нашёл пару, и она сейчас далеко от него. 

  — Тогда мы в растерянности, — надменно бросил Лир. — Наследник настолько безответственен, что не потрудился даже официально объявить о собственном обретении? Он не подумал о том, что выставляет на посмешище всю семью?

Глаза Иэ опасно сверкнули.

— Не стоит быть таким критичным, дорогой кузен. Нужно быть снисходительнее. Желание наследного принца повременить с официальным объявлением — не самая ужасная ошибка, которая была прощена в этой семье. Проявите немного понимания.

Один — один.

— Брат, кузина права, — заметил я мягко. — Мы ведь тоже драконы, и тоже однажды встретим свои пары… Но всё же, нам неприятно узнавать такие вещи из газет. И уверен, многие в сенате и совете скажут то же самое; их может оскорбить такая скрытность. Да и сама ситуация… Кузина, возможно, вам нужна помощь? Я могу бы поговорить с отдельными членами совета и попытаться сгладить их реакцию. 

Ну, и что ты мне на это скажешь, интересно? 

— О, это очень мило с вашей стороны, — протянула она. — Я тронута тем, как вы пытаетесь помочь.

— Право, это мелочи, — широко улыбнулся я. — Мы ведь одна семья. 

— Верно, — её глаза сверкнули, и я понял, что сейчас последует ответный удар. — Благодарю, но советом займутся мама и дядюшка Ирю. Впрочем… если вам так хочется помочь, то вы, несомненно, можете. 

— Вот как? — даже интересно, что придумала эта интриганка.

— Да, — она покачала головой в притворной печали. — Видите ли, информация о паре принца была конфиденциальной. К ней имел доступ очень ограниченный круг… Ближайший круг. И это подводит нас к очень простой мысли: кто-то предал нас. 

— Вы кого-то подозреваете? — да, я люблю дёргать драконов за усы. 

— Важно ли, кого я подозреваю? — мило улыбнулась Иэ. — Важны лишь доказательства. И я подумала… возможно, вы поможете их собрать? Учитывая ваши связи во Дворце. 

Я откинулся на спинку кресла, глядя на родственницу с нескрываемым восхищением. Ну, кузина, ну, дрянь… Мои аплодисменты!

— С чего этим должен заниматься брат? — встрял Лир. — Это работа тайной службы!

Ну вот когда же ты научишься затыкаться, а?

— О, несомненно, — кивнула Иэ серьёзно. — Но чем больше народу будет работать в этом направлении, тем быстрее мы вычислим предателей, верно? К тому же, я действительно скоро уезжаю, и мне нужен будет в этом деле помощник. Кто-то, кому я доверяю… мы ведь семья, не так ли? Вы ведь не откажете мне, дорогие кузены?

Ловушка захлопнулась. 

А ты умеешь делать это красиво, принцесса.

— Конечно, кузина, — улыбнулся я. — С удовольствием.

— Хорошо, — она чуть повела плечом, — я уведомлю дядюшку Кио. А теперь, коль скоро мы всё обсудили, я, с вашего позволения, пойду. Много дел! Ещё раз благодарю за вашу… помощь, кузен. Она неоценима.

— Всегда рад стараться... кузина.

Мы раскланялись, как дуэлянты на поле, и она выскользнула прочь. 

— Она позволяет себе слишком много! — оскалился брат. — Мы должны позаботиться об этом, пока не поздно! 

Я задумчиво прикрыл глаза. 

— Не пори горячку, Лир. Да, принцесса опасна; но и покушаться на неё своими руками — опасно вдвойне. Нам только остаётся надеяться, что паучья мать всё же закончит начатое.

— Ты серьёзно в это веришь? — поморщился Лир. — Эти тупые эльфийские матриархи не смогли убить её даже на своей территории! Теперь-то о чём можно говорить?!

Неприятно признавать, но брат был преимущественно прав. 

— Я подумаю, как их расшевелить, — пообещал я. — есть у меня пара идей…

— Господин, — мой компаньон проскользнул в комнату и застыл, склонив голову. 

— Диу?

— Старые друзья принесли мне новую информацию, господин. 

— Говори. 

— Имя — Алиссия Майлифф. И да, змеиная версия подтверждена. 

Я широко улыбнулся:

— Отличные новости! Кажется, пора связаться с отцом. 

— На тему? — удивился Лир.

— О, думаю, пришло время поднять наши старые связи в тавельнской змеиной гильдии, — сказал я сладким голосом. — И намекнуть, что их неучтённый молодняк распоясался. Пусть позаботятся об этом.