ГЛАВА 6. Загадочные загадки

Стоило советнику с Воином удалиться, как мы всей пятеркой обсудили судьбу Мартина и только хорошее воспитание не дало мне позлорадствовать вместе с остальными. Затем разговор плавно перешел на более злободневную тему – убийство и его влияние на наше будущее и положение при дворце в целом.

Все сошлись во мнении, что советник повел себя странно, раз допрос перенес на утро. Я, конечно, не полноценный следователь, раз даже диплом получить не успела и формально прохожу практику, но основы все же знаю и тактика Стрейта даже для меня осталась загадкой. Чем руководствовался советник, распуская нас по комнатам? Может, это ловушка, он надеялся, что виновный попытается сбежать? Он вообще нас подозревает? И что за допрос нас ждет завтра?

Неизвестно, как долго продолжался бы наш сбор, не предложи Вик разойтись.

Алекс вызвался проводить меня до комнаты, что звучало естественно и непринужденно. И вообще, он часто так делал. Но сейчас я его компании обрадовалась больше обычного: есть шанс поговорить наедине.

– Ты ведь понял, на что намекал Стрейт? – задала я насущный вопрос.

– И ты поняла. Когда, если не секрет?

– Слишком поздно. Уже после ухода советника, когда Ника начала намекать, что ночевала в комнате брата, потому что одной скучно, а она привыкла всегда быть с ним. Уж я-то помню, что в академии Ника жила в женском крыле и уж точно без брата под боком… ладно, это неважно. Главное, что ее слова напомнили мне о времени смерти. Мы забыли установить время смерти.

– Ты не поверила Нике? Может, она была с братом, – хмыкнул Алекс.

– Думаю, при случае это выяснится.

– Будет забавно, не находишь?

Алексу уж точно. Наверное, наблюдает за каждым из нас с чувством превосходства, да хихикает про себя над тем, какие мы все эмоциональные и глупые.

– Я впервые видела мертвого человека так близко, – зачем-то начала объяснять я. – Поэтому немного растерялась. А потом новость про постановку наложилась…все это вместе выбило меня из колеи.

– Не стоит передо мной оправдываться.

– А я не оправдываюсь, а объясняю, – опять же, зачем-то уперлась я. – Очевидно, что ты видишь ситуацию по-другому, Алекс. И не понимаешь, как на нее же смотрят остальные люди. Обычные. Как я, Ника, Вик, Арастан и Мартин. Иногда, даже часто, мы мыслим не так рационально, как ты, нами управляют эмоции и сопротивляться этому очень трудно.

Мы как раз успели дойти до моей комнаты, Алекс остановился и повернулся ко мне с улыбкой.

– Кажется, ты что-то путаешь, Таната. Я не нуждаюсь в твоих пояснениях, о таких обычных как ты я знаю все. Лучше открывай глаза остальным, им это необходимо.

– Ты прав. Наверное.

Мы так и замерли в темном коридоре, глядя друг на друга. Пригласить Алекса в комнату? Или остаться тут? И почему этот вопрос меня вообще беспокоит? Глупость какая-то. Мне с ним легко, потому что я не вижу его эмоций, они меня не отвлекают. В остальном с Алексом лучше даже не дружить, и уж точно не подпускать его близко. Он опасен.

– Заклинание остановленного сердца, – заговорил он неожиданно. – Тебе приходилось его применять, Таната?

– Нет. А тебе?

Глупый вопрос, он ведь не учился на следователя!

– Приходилось. Сегодня.

– Что?! Но… когда ты ему научился?

– На прошлой неделе, – хмыкнул Алекс, наслаждаясь моим недоверием, оно его забавляло. – Советник ошибся. Значит, он обычный человек, да? Не самый умный, не самый внимательный.

Выучить заклинание остановленного сердца за неделю – феноменальный успех. Я, к примеру, его и вовсе не освоила, а из всей группы студентов-теоретиков таким успехом могли похвастать от силы человек десять. А Алекс выучил так быстро, да еще сказал об этом, будто речь о рядовой ерунде.

– С такими темпами обучения… зачем ты вообще в академии учился?

– Ради магической печати.

– Врешь.

– Вру, – согласился он со смешком.

– Ладно, дело твое, – нахмурилась я, в этот момент жалея, что не могу подслушать его эмоции. Меня так и бросало из стороны в сторону: я то находила в этом плюсы, то одни минусы. – Значит, ты применил заклинание? И какой цвет?

– Оранжевый, но с переходом к желтому. Думаю, все случилось еще до рассвета, но девчонку никто не хватился, и она терпеливо ждала возвращения соседки.

Все-таки ночь, значит, но ближе к утру. С выводами Алекса я согласилась: алый свидетельствовал о недавней смерти, дальше цвет начинал меняться в зависимости от времени. Оранжевый – это половина суток, переход к желтому – плюс еще четверть. Осмотр мы проводили поздно вечером, посчитать легко.

Мне показалось, в конце коридора мелькнула тень.

– Может, пройдешь? – все-таки предложила я парню, сообразив, что болтать обо всем среди коридора не очень уместно.

– Не сегодня Таната. У меня другие планы на ночь.

– О-о. Отлично, замечательно, у меня тоже.

Прозвучало странно. Хорошо, что я не слышу его эмоций, мне и насмешливого взгляда хватило, чтобы опять покраснеть! А так бы вообще с ума сошла от неловкости. Интересно, что у него за планы? Прозвучало уж очень неоднозначно.

– Не хочешь спросить, что я делал в предрассветные часы, Таната? Есть ли у меня алиби? – Алекс понизил голос до шепота. – Ты хочешь узнать, но не спросишь. Я же лжец и все равно обману.

– Это игра у тебя такая?

– Нет.

Да. Он знает, что я ненавижу загадки, которые остаются без ответа, они меня мучают. И все время эти загадки мне подкидывает. Он играет, и играет постоянно, вот поэтому Алекс опасен.

И еще опасен его дар – кажется, я догадалась, в чем его суть. Странно, что не сообразила раньше. «У меня нет дара. По крайней мере, такого, как у вас» – сказал он раньше и соврал, сказав правду. Вот такой каламбур. Он и в самом деле не мог поразить так же, как и Близнецы, но запомнил целый курс следовательской теории за пару дней. И выучил сложнейшее заклинание остановленного сердца. Вот такой у него дар.

– У людей есть удивительная особенность: наделять других качествами, нафантазированными где-то в процессе взаимодействия друг с другом. Завышать ожидания и в итоге разочаровываться, когда что-то идет не по плану. Не фантазируй обо мне слишком сильно, Таната.

Надо срочно сменить тему, мне уже везде мерещится какой-то подтекст.

– Почему Воин меня боится? Ты упоминал об этом как-то.

– Он боится не тебя, а непонятного. Разбирайся с ним сама, ведь я уже опаздываю, – бездна в темных глазах Алекса в очередной раз посмеялась надо мной. – Спокойной ночи. Постарайся поспать.

И он исчез в темноте коридора.

– И ты постарайся. – буркнула я ему вслед, всерьез рассматривая вариант слежки. Но делать глупостей, само собой, не стала. Вместо этого скрылась в комнате, строя предположения. Не думаю, что хотя бы одно из них было верным.

Всю ночь я ворочалась и думала о всяком.

Неудивительно, что утром встала разбитой и с головной болью. В таком состоянии мне день не пережить, я наспех собралась и накинула форму – нам ее выдали по приказу советника, такая же строгая и яркая, как у самого Дэнвера Стрейта, вот только на мне она смотрелась иначе, наверное, из-за пушистости волос. Никакой тебе грозности и внушительности, но что есть, то есть. Я привела волосы в относительный порядок и быстро покинула комнату.

Советник о времени сбора ничего не сообщал, потому я логично решила, что ждет он нас после завтрака, как и в остальные дни. Вот и отлично, как раз успею заглянуть в библиотеку. Там обитала Хранительница, она приглядывала за бесценными артефактами и текстами, а еще делала прекрасные отвары с целебными свойствами, и часто угощала ими меня и Алекса, когда мы засиживались в библиотеке. За время, проведенное во дворце, мы успели неплохо сдружиться, тем более, Эли не многим старше нас с Алексом. Она питала роковую страсть к своей настоящей специальности, которая была весьма далека от библиотеки и от книжных дел, а еще к околодворцовым сплетням, потому не упускала возможности распить отвара в нашей компании. А еще ей нравился Алекс, но разве можно этому удивляться?

Помнится, Эли утверждала, что встает с первыми лучами солнца. Пожалуй, сейчас самое время это проверить, благо она жила при дворце, не придется караулить ее возле библиотеки с утра пораньше.

Под любопытными взглядами стражи я прошмыгнула по западному коридору во дворец, а затем и добралась до жилого крыла. Комнату Эли я нашла без особого труда, хотя и была здесь всего один раз – тогда девушка старательно зазывала нас с черноглазым в гости, отказываться было неудобно. Хотя тогда я быстро поняла, что как раз мой отказ ее бы не опечалил.

Возле двери я немного замялась: а что, если она еще спит? Некрасиво получится. С другой стороны, у меня дело, а Эли девушка добрая. Ладно, если не откроет после деликатного стука, то я уйду.

Вопреки ожиданиям дверь распахнулась едва ли не быстрее, чем к ней прикоснулся мой кулак. Я застыла от неожиданности с поднятым вверх кулаком.

– Кого там принесло? – Эли высунула конопатую физиономию в коридор, заметила меня и тут же одарила легкой волной удивления и радости. – Натка?

– Не возражаешь, если я зайду?

– Спрашиваешь! – Она хихикнула, открывая дверь пошире. – Честно говоря, удивлена. С утра пораньше, да при всем параде. Даже неприлично принимать тебя вот так, – она указала на себя, одновременно закрывая за мной дверь. Вид у нее и в самом деле мало походил на парадный, понятное дело, она только что проснулась.

– Забудем о приличиях, я к тебе по делу, – порадовала я.

– Даже как?

– Да. Спала – хуже не придумаешь, а дремать на ходу мне сегодня никак нельзя. Так что давай свой хваленый отвар. Если тебе не трудно.

Последнее я добавила из вежливости, потому что знала – рыжая Эли такому предложению не просто обрадуется, а еще и отблагодарит. Я ведь говорила, что она без ума от своей специальности? И это даже не отвары, нет. Это лекарное дело. Не так давно она закончила королевскую академию, став дипломированным специалистом, вот тогда-то все и пошло не по плану, потому что кроме веры в предназначение у Эли имелась одна опасная черта – чрезмерная инициативность. Пару лет назад она едва не угробила сразу несколько десятков стражников, пытаясь их вылечить, ей запретили лечить людей и благодаря высокопоставленному дядющке не выгнали из дворца с позором, а определили на должность Хранительницы.

С тех самых пор Эли не упускает возможность «подлечить» кого-нибудь втихую, на что нам с Алексом намекала не раз и даже не двадцать раз. Я сбилась со счета еще в первый день знакомства и решила, что Эли лучше опасаться. Но отвары всегда считались безобидным методом лечения, и вообще, я скорее пришла поговорить. Если при этом избавлюсь от головной боли – считай, повезло.

Эли, узнав о моей проблеме, ожидаемо запрыгала от восторга.

– Как же здорово! – цепко схватив за руку, она протащила меня через всю комнату и усадила на кровать. – Сиди здесь, я быстро тебе чего-нибудь соображу. Будешь летать и радоваться жизни, совсем как ребенок!

– Я же не опьянею, верно?

– Не переживай об этом.

На время потеряв ко мне интерес, Эли полезла в шкаф – чудовищного вида гигант примостился в углу и пугал своими размерами. Рывком распахнув его дверцы, Эли полностью исчезла внутри, время от времени приговаривая:

– Не то, тоже не то… корень зверника… ерунда. Может, желтолистник? Слабовато будет. Может, этот сгодится? Нет, надо поядренее, чтоб наверняка. А вот и мой малыш! Чудо, что будет за эффект!

– Что за эффект? Как от «сиреневой пыли»? – ввернула я вопрос. – Слышала, это уникальное средство.

Эли высунула рыжую макушку из шкафа:

– И что ты такого слышала, интересно мне знать? Наболтают, тоже мне, – фыркнув, она опять исчезла с моих глаз. – Если хочешь знать, эта дрянь вызывает привыкание. Да, да! Память улучшается и заклинания иногда можешь такие провернуть, что диву даешься, но тебе это надо, если потом случится мощный откат? К тому же, – она опять выглянула, – ты эмпатка, Таната. Ты хотя бы представляешь, что с тобой будет, если примешь «сиреневую пыль»? Повезет, если не сойдешь с ума от последствий.

Представляла, потому и воздерживалась.

– Просто я подумала, ты знаешь, реально ли достать ее во дворце.

– Еще как реально, дурочка, это ведь дворец! – хмыкнула Эли, появляясь из шкафа на этот раз полностью. В руке она держала небольшую по размерам коробку. – Далеко ходить не надо, всего-то за озеро прогуляться. И будет тебе заветная «пыль».

Мне хотелось уточнить подробности, но любопытный взгляд Эли остановил. Она ведь сплетница, а мы во дворце. Если разойдутся слухи, что Таната Альмар покупает запрещенные вещества… ох, какой скандал может случиться! И до семьи дойдет. Так и представляю каменные лица родителей, которым сообщают последние новости. Нет, лучше с такими вопросами повременить, в конце концов, никуда от меня Эли не денется.

Хотя спросить очень хотелось, конечно. Это ведь ниточка к убийце! Неважно, подкинул ли он пакет, или искал его. Если подкинул – там есть номер. Скорее всего, это номер. А что еще царапают на пакете? При известной хитрости мы сможем узнать, кто тот самый таинственный делец «пыли», а уже через него… ладно, это амбициозно, ведь дельца до сих пор не нашли люди вроде советника, куда уж нам. Ну а если предположить, что убийца как раз искал порошок (что очень маловероятно), то это тоже неплохо и кое-что говорит о нем самом, и вряд ли такого человека мы не поймаем… да уже сегодня!

В любом случае советник должен допустить нас до расследования и позволить побеседовать как минимум с соседкой убитой или с ее подругами. Что-то мне подсказывало, наше обучение не остановится просто так.

– Держи, хватит спать на ходу, – отвлекла меня Эли, сунув в руки дымящуюся чашку внушительного размера. Как я заметила, рыжая Хранительница по мелочам не разменивалась – огромный шкаф, кровать такая, что можно уложить пятерых, теперь вот чашка. И энтузиазм через край.

Я с подозрением принюхалась: на запах очень даже приятно.

– Что это?

– Кое-что получше твоего порошка!

– Когда это он стал моим?

– Доверься дипломированному специалисту и пей, – отрезала Эли, начисто забыв, что теперь она никакой не специалист. И никогда больше им не станет, видимо, те стражники пострадали сильно.

На вкус варево Эли оказалось фруктовым и приторно-сладким. Но если это поможет от головной боли, то можно и выпить. Особенно под таким внимательным взглядом – девушка с меня глаз не спускала и слегка пугала своим безумным видом.

– Я знаю, почему ты здесь, – порадовала она. – Хочешь поболтать о Харите?

– Ты меня раскусила.

– Это было легко, ты не первая моя посетительница.

Неожиданно все встало на свои места.

– Ночью к тебе приходил Алекс? – уточнила я.

– Еще как приходил, – на губах Эли заиграла странная улыбка. – Хочешь знать, зачем он приходил?

– Если только без подробностей.

– Да два сапога пара! Он тоже заявился, выпрашивая у меня «чего-нибудь для сна». Даже на «сиреневую пыль» намекнул точно так же. Если бы не твое удивление, я бы решила, что вы сговорились и это какой-то странный розыгрыш. Алексу я ответила то же самое, что и тебе, мы выпили отвар, поболтали… а потом он хитро намекнул на Хариту, незаметно так. Эх, надо было посмотреть, получится ли у тебя так же!

– И что ты рассказала ему про Хариту?

– Сказала, что сплетни о служанках не собираю! – Эли обиженно поджала губы. – Да вы вообще знаете, сколько их во дворце? Не счесть! Вот если бы вы про своего советника что-нибудь спросить захотели… интересный мужчина, чего только про него не говорят! – девушка мечтательно закатила глаза. – Так бы и рассказывала, и рассказывала… и от себя что-нибудь с удовольствием бы присочинила, так хорош ваш советник! Да и… хотя ладно, я отвлеклась. Надеюсь, ты поняла мою мысль?

Я кивнула:

– Конечно. Кто-то слишком мелок, чтобы о нем разводить сплетни. А служанки все и вовсе на одно лицо, не отличишь.

– Грубовато, но в целом верно.

– А если, к примеру, кто-то тебя попросит расспросить народ о Харите?

– Кто-то – это ты, что ли?

– Или Алекс, – лукаво ответила я, припомнив ее слабость к черноглазому.

– Так он уже попросил. Говорит, слуги при грозном советнике болтать лишнего не станут, да и при вас тоже, ведь все знают, кого Дэнвер Стрейт взял под свое крыло. А вот я тут почти своя, при мне можно не стесняться. А я еще и неудачница, с такими люди чувствуют себя свободнее.

– Алекс так и сказал?

– Почти. Но я же не совсем дурочка.

– Ты совершенно точно не дурочка, Эли, – улыбнулась я. – Не позволяй Алексу внушить тебе эту мысль. Он это может, я знаю. Да и вообще… таким парнем лучше сильно не увлекаться.

– А если уже поздно, Таната?

На Эли резко нахлынула грусть. Она смотрела в сторону разобранной кровати.

Интересно, как давно отсюда ушел Алекс?

– Шаг назад сделать никогда не поздно. Если тебе это необходимо, конечно, – выдавила я банальность.

Мы еще поболтали о пустяках, пока я допивала отвар. Голова у меня прошла, зато во рту появился сладко-горький привкус. Не уверена, что дело только в напитке.

Поблагодарив Эли, я вышла навстречу новому дню.