Глава 41

От лица Леви

Истинная, твою мать...

Я не собирался сковывать себя какими-либо узами, особенно истинными. Мне это нахрен было не нужно. Только вот стоило вкусить запретный плод, как всё к чертям полетело. Тело беловолосой громкоголосой идиотки притягивало так сильно, что хотелось ещё и ещё.

Я не думал про то, что буду хотеть её постоянно, когда ехал за ней в другой город. Наоборот, мечтал больше никогда не видеть её, чтобы никогда не смела произносить моё имя, но моя матушка так полюбила её, что запретила мне обижать девчонку. Грёбаные чувства людей, мешающие стабильности и холодной голове.

В тот день, когда я набросился на Илону, я ощутил что-то странное. То, что, конечно же, хотелось повторить снова. И я, кретин такой, будучи в странном состоянии, предложил девчонке изредка видеться. Для соития, конечно же. Она мечтала прибрать меня к рукам, а я трахнуть её снова. Я точно знал, то у неё не выйдет приручить меня, а что она там думала в своей беловолосой голове, меня не заботило.

Стоило тогда завести тачку и отправиться с девчонкой Пагру, как весь запал пропал. Моментами я собирался выкинуть Илону из машины, оставить где-нибудь на обочине, а матери сказать, что не нашёл её. Можно сказать, что бесчувственность породила некую ненависть по отношении к девчонке. Но потом проснулось другое желание, и я последовал ему. Наверняка поступил, как ублюдок, но мне было похер. Только Илона отказалась ублажать меня так, как того хотел я, несмотря на её любовь ко мне. Бедная святоша, не иначе...

Хрен с ним, я выпустил пар в другой позе, не сильно-то и огорчился, а когда привёз её в поместье, решил что с ума сошёл. Какого чёрта я ей предложил, вообще?! Пусть катится к чёрту, идиотка.

Она раздобыла мой номер, я наверняка знал, что это матушка постаралась. Илона звонила, пока я, слушая вибрации телефона, занимался своими важными делами. У меня был номер идиотки, мать заставила его вписать, когда отправляла на родину девчонки.

Строптивая оказалась истинная. С характером, чего я не ожидал. Она принялась ставить свои условия, обижаться, манипулировать, а после, вообще, деньги попросила. Словно я был обязан ей. Нехер было влипать в меня! Сама же виновата!

Да и я, кретин, сказал, что найду другую, но быстро переобулся, поставив условие, что, если уйдёт, то больше не увидимся. В груди разрасталась ярость на её выходки, и собрав ведь запал в кулак, я позволил ей уйти. Психанул, собрался и отправился в ближайший клуб, чтобы найти другую партию на вечер. Желал сбросить пар, но и там это мелкая не дала мне этого сделать. Плясала свои танцы с одним из ублюдков.

Вызлила окончательно, ещё и лекарства как раз в этот день отменили, словно желали меня похоронить в этих чёртовых отношениях, которые мне нахрен не сдались. Я вытащил её из клуба, в голове насильно убеждая себя, что это ради матери, она ведь несла ответственность за девчонку.

Илона напилась, кричала что-то, пока я смотрел на её губы, мечтая найти им совершенно другое занятие, которое принесёт мне удовольствие, а не головную боль. Я даже проследил, чтобы она добралась до поместья. Спятил.

Вернувшись домой, не мог думать о теле другой, даже во сне удовлетворялся истинной. Решил перебороть эту странную зависимость, но пришлось ехать к матери в особняк, думал, что решу вопрос с доками на лекарства и уеду, забуду всю грёбаную дичь, только какого-то чёрта остался на завтрак.

Стоило увидеть Илону, в старых замызганных вещах, как вся нижняя часть тела напряглась. Растягивал завтрак как мог, чтобы мать не видела, в каком я состоянии. Она ушла ругаться с моим врачом по телефону, а я даже не остановил. Наоборот, выдохнул, оставшись один на один с истинной.

Тогда было лишь одно желание, под любым предлогом затащить её к себе в квартиру и отыметь хорошенько. И я знал только один способ, как этого достичь – пообещать денег, конечно же.

И, чёрт... Она не приехала. Раскусила мой коварный план?..

Я усмехнулся и забил, включил приставку, но меня хватило на десять минут. Запястье впервые зачесалось, я возбудился. В груди что-то кольнуло, стоило представить, что Илона удалит метку. Нет, я был не готов терять её. Её тело. Последние дни только на него я реагировал, ни одна другая девушка, липнувшая ко мне на работе, не заводила так, как Илона. Грёбаный ангел.

Свободно задышалось лишь, когда мы с ней лежали на шезлонге у бассейна. Я гладил её по спине, чувствовал, как наши сердца стучали в такт. Странное ощущение, даже приятное. Это, должно быть, и была та самая истинность, что смогла победить моё бесчувствие?..

– Почему ты позвал меня к себе домой? – спросила Илона.

– А ты как думаешь? – произнёс я и выдохнул, боясь отчего-то говорить ей правду. Да, я влип также, как и она в меня! Не желал отпускать от себя. И когда только это произошло?..

Она резко подскочила, встала и прикрыла полотенцем своё чертовски привлекательное тело. Слёзы брызнули из красивых глаз. Я нахмурился, теряясь.

– Ты куда? – спросил, приподнимаясь на локтях.

– Ты! Мерзавец… Снова мной воспользовался! – воскликнула Илона и вытерла слёзы с щек, быстро натягивая на себя футболку и шорты. Скрыла всю красоту тела от меня, вредина.

– Да что ты несёшь? – Я поднялся и навис над ней, часто дыша и перебарывая себя. Никогда не вёл себя так, как сейчас, это было в новинку, особенно то, что ощущалось в груди.

– Больше не смей ко мне подходить, – прошипела она и бросилась к выходу.

Ну охренеть...

Я прикрыл глаза. Дышал, лихорадочно соображая, что произошло сейчас. Какого чёрта истинная сбежала, я же ничего не делал?..

Я пошёл на её поиски лишь спустя пять минут. Что ей сказать? Как поступить, твою мать?

Илона закрылась от меня в своей комнате. Не открывала мне! Да что, чёрт возьми, это такое?!

– Давай потом поговорим, я очень устала! – крикнула она мне из-за двери.

Устала... Это я её так вымотал, что ли?

Я знал человека, которым мог бы мне помочь в этой ситуации. Мне, конечно, не хотелось прибегать к этому, однако ощутить тепло истинной охренеть как хотелось, поэтому, отбросив всё, я набрал номер Дамиена – моего младшего брата. Помниться, когда-то я смеялся над его привязанностью к Норе, и был совсем не готов к тому, что он начнёт стебать меня в ответ. А он, чёрт такой, начнёт, не иначе.

Я отошёл от комнаты Илоны подальше, чтобы она не услышала меня, а потом нажал на дисплее зелёную кнопку.

– Ты время видел, придурок, – в динамике послышался тихий сонный голос Дамиена.

– Илона заперлась в комнате и не пустила меня, – тут же сказал я, направляясь в свою квартиру. Тут мне сегодня всё равно нечего было ловить.

– Кто? А... И ты решил позвонить мне ночью?!

– Дами, кто там?

– Да так, один идиот, спи, любимая.

Я нахмурился. Пропустил его слова мимо ушей, потому что нуждался в ответах на свои вопросы.

– Так ты поможешь? – спросил твёрдо, выходя на свежий воздух и доставая из кармана всё ещё мокрых джинсов пачку сигарет. Пришлось выкинуть её в ближайшую урну.

– Как? Если она не хочет видеть тебя, значит, ты накосячил. Что ты ей сделал?

– Ничего.

– Не может быть такого. Вспоминай, – послышался громкий зевок, а затем щелчок зажигалки. – Постой... Ты что, втрескался, что ли?

Ну вот, настала моя очередь чувствовать себя полным кретином.