Глава 18

Резко открываю глаза, чувствуя боль во всём теле. Каждое движение причиняет мне нестерпимую боль. Преодолевая её, я всё-таки поднимаюсь, и крик ужаса едва ли не срывается с моих губ.

Я вижу мёртвые тела троих оборотней.

Дрожащей рукой касаюсь своего лица и застываю. Кровь. На моих руках кровь. Опускаю взгляд и вижу на себе порванную одежду, на которой виднеются бурые пятна крови.

И это не моя кровь.

Боже, неужели всё это сделала я? Я убила их? Но… как? Почему я ничего не помню? Что, чёрт возьми, произошло после того, как они напали на меня?

— Анна? — услышала я за спиной знакомый голос.

Обернулась, с испугом смотря на стоящего передо мной мужчину. А тот переводил полный ужаса взгляд с меня на тела трёх оборотней, что лежали рядом.

— Я… я не могла, не могла этого сделать. Э-это не я. Слышишь? — мой голос дрожал, а сама я едва ли могла собраться с мыслями, чтобы объяснить. Хотя, что я могу сказать? Как могу объяснить всё это? Что если это действительно сделала я? Нет, не может быть. Я бы никогда не убила. Наверное. — М-марк… п-п-прошу тебя… — договорить я не смогла. Голова закружилась, и моё сознание медленно начала поглощать тьма.

***

— Ника, всё хорошо?

Мой папа Дима склонился над постелью, где лежала моя мама. Я вновь была бесплотным духом, стояла рядом с ними, и как всегда, никем не замеченная.

— Дим, с Ариной что-то случилось. Я чувствую, произошло что-то страшное. Нашей дочери сейчас очень плохо и…

— Тихо-тихо, — шепчет папа, обнимая дрожащую маму и прижимая её к своей груди. — Милая, наша дочь очень сильная. С ней всё будет хорошо. Слышишь?

— Ты не понимаешь, сейчас как никогда я чувствую, что что-то не так. Не могу объяснить. Просто… Мне страшно. Я не могу её потерять. Если…

— Эй, никто из нас Арину не потеряет. Она скоро вернётся к нам. Ясно?

Дверь небольшой спальни со скрипом открывается, и в дверном проёме я вижу папу Максима.

— Макс, что-то случилось? — спрашивает мама, устремляя на него взгляд.

— Владислав почувствовал большой всплеск магии Арины. Мы теперь знаем примерное местоположение нашей дочери. Круг поисков сузился.

— Это хорошая новость, — улыбается папа Дима, но вскоре его улыбка спадает с лица. — Есть плохая новость?

— Всплеск магии был достаточно сильным, и его мог засечь не только Владислав.

— Хочешь сказать, что наши враги теперь могут знать, где находится Арина? — с ужасом спрашивает мама.

— Мы не можем знать наверняка, но это вполне возможно, если у наших врагов есть хоть один маг, который хоть раз сталкивался с её силой.

— Нужно срочно выдвигаться, — подскакивает мама с постели. — Как бы там ни было, но мы должны опередить их. Должны спасти нашу дочь!

— Да, отправляемся немедленно, — кивает папа Дима.

— Подождите, сильный всплеск магии? — неожиданно спрашивает мама, застывая на месте. — Если бы она просто воспользовалась магией, то Владислав не должен был почувствовать, а значит… Произошло что-то, что заставило нашу дочь воспользоваться огромным количеством своей магии. Что, чёрт возьми, это могло быть? Что с Ариной?

***

Открываю глаза и, к своему удивлению, чувствую себя очень бодрой и полной сил. Осматриваюсь, замечая, что нахожусь в абсолютно незнакомой мне комнате.

В ней практически ничего не было, кроме узкой кровати, но которой я лежала, старого шкафа, занимающего большую часть места в комнате, и небольшого столика, рядом с которым стоял одинокий стул.

И всё здесь было каким-то старым, пыльным. Складывалось впечатление, что тут никто не живёт.

Приподнялась со своего места и заметила, что на мне мужская рубашка, и ничего больше. Хм, и кто же меня переодел? И где я? Что вообще произошло?

Напряглась, пытаясь всё вспомнить. Марк! Его я видела последним перед тем, как потеряла сознание и… оно переместилось к моим родным, с которыми, слава богу, всё в порядке!

А всё ли в порядке ли со мной?

Судя по тому, что я не прикована к столбу и не заперта в подвале, всё несколько лучше, чем я могла бы предположить.

— Очнулась? Как самочувствие? — спросил появившийся в комнате Марк. Я застыла, внутренне сжавшись. Перед глазами пронеслось произошедшее в лесу. Я словно наяву увидела убитых оборотней и полный ужаса взгляд Марка.

— Х-хорошо, — тихо отвечаю я, с подозрением поглядывая на мужчину. Честно говоря, я совершенно не знала, чего ожидать, и мне было совершенно непонятно, что делать дальше. Да и вообще, странная ситуация.

— Ну и отлично. Значит, не зря с тобой полночи промучился. Ты есть будешь?

Буду ли я есть? Серьёзно? И это он у меня спрашивает после всего, что увидел? Нет, я совершенно ничего не понимаю!

— Марк, а что происходит?

— Что конкретно тебя интересует?

— Всё. Потому что я ничего не понимаю, — честно признаюсь я, совершенно не скрывая растерянности в своём голосе.

— Удивлена, что ты сейчас не в плену и не подвергаешься пыткам? — понимающе спрашивает Марк. И выглядит он как-то… спокойно. Его реакция и поведение просто поражают меня.

— Очень удивляет. Потому что ты видел мёртвые тела трёх оборотней и меня рядом с ними. Не понимаю, почему ты не сдал меня.

— Потому что я не верю, что их убила ты, — просто отвечает он, устраиваясь на кровати рядом со мной.

— Если не верил, почему не сообщил?

— Потому что кроме меня, тебе бы никто не поверил.

— С чего ты это взял?

— Может, по той простой причине, что ты гибрид? А гибридам не особо доверяют в моей деревне.

— С чего ты это взял?

Думала, что меня уже ничем не удивить? Я ошиблась. Вот откуда он мог узнать про то, что я гибрид? Я ведь не использовала магию, когда он появился в лесу. Не делала ничего, что могло бы меня выдать.

— Когда ты потеряла сознание, я осмотрел тебя, пытаясь понять, как тебе помочь. И увидел на твоём теле яд и сразу всё понял. Этот яд опасен только для гибридов. Оборотням он бы не причинил вреда, а ты пострадала именно из-за него. Так что, догадаться было несложно, — пожал Марк плечами. — Если бы я отнёс тебя в деревню, то и там все поняли бы, кто ты, но я делать этого не стал.

— Если ты понял, кто я, то почему не поверил в мою вину? Ты же оборотень, а я…

— Потому что я неплохо разбираюсь в людях. Ты не убийца, Анна.

— А если ты ошибаешься, Марк? Что если это действительно сделала я?

Об этом даже думать было страшно, но ведь кроме меня и погибших оборотней, там никого не было. Я точно помню, что мы с ними вступили в схватку, но что было после? Почему я ничего не помню, что было дальше? Как же я хочу знать, что тогда произошло! Многое бы отдала за это.

— Я видел твой взгляд в тот момент, когда нашёл тебя. Это точно была не ты.

Ну откуда же эта уверенность во мне? Даже себе я не доверяю до конца, хотя и безумно хочется верить, что это действительно сделал кто-то другой. Только вот пока не буду уверена в этом на сто процентов, спокойствия мне не видать.

— Аня, я думаю, нам надо с тобой серьёзно поговорить и всё обсудить. Только прошу тебя быть предельно честной. Сможешь?

Предельно честной? А если он спросит о моём прошлом, о том, кто я, смогу ли я быть действительно честной перед ним? Не уверена, что могу полностью доверять кому-то. Всегда есть риск предательства. Я оценила это на собственной шкуре, когда, доверившись мужчине, открыла ему своё сердце, а он в ответ едва не убил меня ударом ножа в живот.

Боль от предательства сильнее любой другой боли. Раны заживают намного дальше. Из всего пережитого я усвоила один очень хороший урок — в своей жизни полностью и безоговорочно я могу доверять лишь своей семье.

Что касается других, то да, возможно, с кем-то я буду откровенна в некоторых вещах, но в целом…

Не уверена, что хоть кто-то заслужит моего полного доверия. Вопрос лишь в том, что ответить Марку? Пообещать сказать правду, и если придётся, то солгать? Или ничего не обещать? Только вот, как он воспримет последнее? Ведь после этого он точно убедится, что я действительно скрываю что-то важное от него…

— Марк, я не уверена, что смогу честно ответить на все твои вопросы, — признаюсь я. После того, что он для меня сделал, кому-кому, а ему мне врать совершенно не хотелось. Ради меня он такое пошёл, и я просто не имею права лгать. Это будет нечестно по отношению к нему. Марк этого не заслужил. — Есть вещи, о которых я не могу говорить. Но могу заверить, что это касается только меня. Всё это не имеет отношения ни к тебе, ни к деревне, ни уж тем более, к нападению на вас.

— Хорошо. Тогда, если я случайно задам вопрос, на который у тебя не будет желания отвечать, то ты просто промолчишь. Договорились?

— Подожди, и ты не будешь настаивать, чтобы я рассказала тебе абсолютно всё? — искренне удивилась я.

— Расскажешь, как только будешь готова. Я могу подождать.

— Марк, я понятия не имею, почему ты мне так доверяешь, но… я очень благодарна тебе. Ты не представляешь, как я счастлива, что ты появился в моей жизни. Даже не представляю, как справилась, если бы… — я замолчала, но Марк и не требовал от меня продолжения. Он просто сидел и смотрел на меня с такой теплотой во взгляде, что мне стало неловко. — Я готова отвечать на твои вопросы. Спрашивай, — сказала я спустя несколько минут тишины.

— Как ты оказалась в деревне?

— Меня пытались убить. Пытаясь спастись, я воспользовалась сложным заклинанием для перемещения и по чистой случайности угодила сюда.

— Кто и зачем тебя пытался убить, ты, конечно же, не скажешь. Я прав?

— Верно.

— Что ты знаешь о нападении гибридов на деревню?

— Если тебе интересует, причастна ли я к этому, то нет.

— Я не про это. Просто хочу знать, что тебе известно и как ты оказалась в лесу.

— Это очень сложно объяснить, но я попробую, — тяжело вздохнула я. — Дело в том, что в ночь нападения я почувствовала, как меня моя магия куда-то тянула, подталкивая к тому, чтобы я покинула дом. Сопротивляться было невозможно, и я пошла в нужном ей направлении. А потом я увидела, как один из оборотней избивал гибрида. Это было на одной из улиц недалеко от дома Тамары Никитичны. Я не смогла пройти мимо и…

— Спасла незнакомого тебе гибрида?

— Да. Я помогла ему, но оборотень жив и здоров. Я просто вырубила его и всё.

— Ясно, — кивнул Марк. — Что было дальше?

— Гибрида, которого я спасла, звали Антон. Мы заключили с ним небольшое соглашение — я помогаю ему вытащить из плена его друга, а гибриды за это помогут мне добраться домой.

— А пленник, я так понимаю, этот тот самый гибрид, который был прикован к столбу на день рождения альфы. Да?

— Верно. Я отвела гибрида к тому месту, где держали его друга, и пока Антон отвлекал охрану, я вытащила Егора и сбежала с ним в лес.

— Откуда тебе было знать, где его искать?

— Я была там однажды. Случайно получилось. Только вот я была не уверена, что пленника держат именно в этом доме. Это так, догадка, которая в итоге оказалась верной.

— А в лесу, как я понимаю, вас с Егором нашли. Что произошло? Куда делся этот гибрид и как те оборотни оказались убитыми? Их убил кто-то из гибридов?

— Ты прав, в лесу нас с Егором нашли. Антон догнал нас, и… Его убили.

— Те три оборотня?

— Нет. Его убил напарник — тот, кому Антон доверял. Этого гибрида звали Петькой, и он оказался предателем. Убил Антона, а потом хотел взяться за Егора и…

Я говорила и говорила. Старалась не упустить ничего и максимально подробно всё рассказывала. Картинки произошедшего проносились у меня перед глазами. Я будто вновь всё это переживала.

— Ты должен отвести меня на то место. Там Егор и ему нужна помощь, — сказала я после окончания своего рассказа. — Ты поможешь? Или добьёшь?

Мне нужно знать это. Егор один, в лесу, и ему просто необходима помощь. Именно поэтому я так рискую, рассказывая Антону, где спрятала гибрида. У меня нет иного выхода. Либо я рассказываю, и у меня появляется шанс помочь Егору, либо скрываю, и тогда…

Что станет с раненным Егором в лесу? Выжить шансов немного, если кто-нибудь ему не поможет. Добраться до нужного места без Марка я не смогу. Не знаю совершенно местности, и Марк всё равно заметит и последует за мной, если я сорвусь сейчас с места. Можно остаться, но тогда Егор будет оставлен на произвол судьбы. Кто его найдёт? Оборотни? Гибриды? А может, он умрёт там, спрятанный в этих чёртовых кустах?

Вся надежда только на оборотня, что сейчас смотрит на меня, хмуро сведя брови.

— Ты помнишь, я тебе однажды рассказывал о своих родителях? — неожиданно спрашивает Марк.

— Помню.

— А помнишь, что именно я говорил о них? — задает он вопрос, пристально смотря на меня.

Помню ли я? Конечно. Тогда Марк приоткрылся для меня с другой стороны. Позволил посмотреть, что там прячется за его маской беспечности. Он признался мне, доверился, рассказывая свою историю.

— Ты говорил о том, что твои родители… они…

— Предатели, Анна. Они предали свою стаю. Именно так все и считают.

— Что они сделали?

— Родители до последнего пытались сохранить в нашем поселке мир между гибридами и оборотнями. Они вели переговоры, пытались достучаться до всех, а в итоге оборотни сочли это предательством. Стая не смогла простить этого и изгнала их. Только вот уйти мои родители не успели. Они погибли от одного из взрывов, когда произошёл бой между гибридами и оборотнями. Они хотели мира, а стали жертвами войны, — тихо говорил Марк, и голос его был пропитан горечью и болью. — Я тогда чудом выжил. Стая пожалела меня и оставила себе. Надеялись, что из меня вырастет что-то путное, но увы, их ждало разочарование. Я никогда не стремился оправдывать чьи-то надежды. Жил лишь для себя и не видел в этом ничего зазорного. Так было, пока я не встретил тебя, — выдохнул он, не отрывая от меня глаз. А моё сердце бешено забилось в груди, готовое вот-вот выскочить наружу. Сколько разных чувств и эмоций было в его взгляде. Они буквально переполняли Марка, и он желал выплеснуть их. На меня. Только вот справлюсь ли я? — Если ты хочешь, чтобы я помог этому гибриду, я сделаю это.

— Но если твоя стая узнает об этом, то…

— Мне плевать. Это не моя война. Я не обязан следовать её правилам. Именно поэтому я поступлю так, как подсказывает мне моё сердце. Так что, собирайся. Твоя одежда уже высохла и сейчас в шкафу. Можешь переодеться, и мы отправимся за твоим гибридом.

— Марк, спасибо тебе. То, что ты делаешь…

— Дай угадаю! Ты этого никогда не забудешь? — с улыбкой спрашивает он, видимо, пытаясь перевести всё в шутку. — Ну, будем надеяться, что это пойдёт плюсиком в копилочку по твоему завоеванию.

— Марк, я…

— Эй, ты не обязана отвечать, — перебил он меня. — Собирайся. А то найдёт ещё кто-нибудь твоего гибрида раньше нас.

Собрались мы очень быстро и вскоре, уже обратившись в волков, пробирались через лес. До нужного места добрались быстро. Стоило только оказаться там, как мы вновь приняли человеческую ипостась.

Я сразу рванула к тому самому месту, где оставила Егора, но его там не было.

— Анна, ты уверена, что это именно то место?

— Да, это точно здесь, — не сомневаясь, ответила я.

— Но здесь нет никаких его следов.

— Если бы его нашли оборотни, то они бы не стали заметать следы, — начала размышлять я. — Получается, его нашли свои.

— Или он сам очухался, магически уничтожил следы и свалил отсюда, — предположил Марк. — Да и нельзя откидывать идею, что его могли забрать и оборотни. Мало ли, какие они преследовали цели. Может, им надо было уничтожить следы, чтобы по ним их не догнали преследователи, например.

— Как же всё запутано, — покачала я головой.

— Если Егора вернули в деревню, то я смогу об этом узнать, когда сам вернусь туда. И да, Анна, тебе тоже надо отправиться обратно.

— Что? С ума сошёл? — возмутилась я. — А что я им скажу? Где я пропадала? Михаил и так меня подозревал, а теперь…

— Пойми, это необходимо сделать. Если ты исчезнешь после нападения, то все будут считать тебя предательницей.

— И что? Пусть считают! Я уже буду на пути домой!

— Ты не поняла, если они будут думать, что ты предала оборотней — до дома ты не доберёшься.

— С чего бы это? — настороженно спрашиваю, затаив дыхание.

— Потому что моя стая позаботится, чтобы твоё лицо знали все расположенные поблизости стаи. Тебе не позволят уйти далеко.

— Я могу обратиться в волчицу!

— Ты встречала много крупных белых волчиц? Ты очень приметная, Анна.

— Но… что же теперь делать?

— Я же сказал — возвращаться в деревню.

— Но как объяснить моё исчезновение? — отчаянно воскликнула я, понимая, в какой заднице оказалась. Ввязалась во всё это, рассчитывая на помощь гибридов, и где вот они теперь?

— Кажется, у меня есть одна идея, — хитро улыбаясь, сказал Марк.

— И какая же? — настороженно спросила я.

Ох, и не нравится мне это его выражение лица.

Вот что он задумал?