Глава 31

Семнадцать лет назад

Вернувшись с прогулки, Мишка осмотрелся. Родителей не было видно. Направился в кухню, решив стащить что-нибудь вкусненькое, но возле самой двери остановился. В кухне родители о чём-то разговаривали. Мишка затих, прислушиваясь к разговору.

— На юго-западе северную стаю разгромили гибриды, — говорит отец Михаила. — Та стая недооценила угрозу и жестоко поплатилась за это. Нужно быть осторожнее.

— Думаешь, они могут и на нас напасть? — спрашивает Ирина, мать Михаила. В её голосе слышится волнение. После начала войны между гибридами и оборотнями она постоянно боится за себя, за своего мужа, за маленького сына и родных, которые остались в её родной деревне.

Ирина не хотела никакой войны, но оказалась в неё втянута. И сейчас единственное, чего она желает — чтобы весь этот кошмар скорее закончился, и её семья не пострадала при этом.

Только этой женщине была неведомо, что война будет идти ещё не один год, и что её сынок вместо игр с друзьями и учёбы в институте будет с одиннадцати лет учиться убивать. Он встанет на тропу войны и будет проливать кровь врагов.

— Я говорил сегодня с альфой, Ир. Он сказал, что усилит охрану города. Сделает всё, чтобы ни один гибрид не просочился на наши земли.

— Вадим, мне страшно. Я боюсь, что… — голос Ирины обрывается.

— У нас сильная стая. Если что, мы сможем за себя постоять, — успокаивающе говорит Вадим, обнимая свою жену.

Они не знали, что их разговор был подслушан их одиннадцатилетним сыном. Миша застыл у двери, а когда услышал шаги, то тут же спрятался, не желая быть застигнутым на месте «преступления».

Он был тогда ребёнком. До конца не понимал грозившей опасности. Однако дрожащий голос матери, полный страха, он запомнил на всю жизнь. И позже Михаил будет не раз его вспоминать.

Его мать боялась гибридов, которые в итоге и прервали её жизнь.

Наши дни

Михаил устал. С одиннадцати лет он учился сражаться, учился побеждать врагов. Он жил местью, дышал ею и не видел ничего, кроме этого. В четырнадцать его дядя и альфа по совместительству сказал ему, что видел в нём своего преемника. Видит в нём того, кто однажды заменит его на посту альфы.

Миша не стремился к этому, но и отказываться не стал. Это открывало для него новые дороги, ведущие его к своей главной цели — мести.

В пятнадцать лет он впервые отправился на охоту с одной из групп оборотней. И тогда же он пролил первую кровь. Не просто кровь, а кровь врага.

Было ли страшно, когда он убивал? Сожалел ли он? Нет. В ту минуту он вспоминал ужас на лице матери, когда её убивал гибрид. Он вспоминал мёртвые глаза отца, устремлённые в небо. А ещё Сёмку, своего лучшего друга, жизнь которого оборвалась в одиннадцать лет.

Каждый божий день Михаил подогревал свою ненависть воспоминаниями из прошлого. Он и сам не заметил, как стал жить лишь жаждой мести, потеряв даже своего единственного друга — Марка, который так помогал ему после смерти близких.

Они с Марком не понимали друг друга. И Михаил это списывал на то, что тот не видел смерти своих близких, его стаю не стёрли с лица земли, как когда-то стаю его родителей.

— Миш, ты голоден? — спрашивает его бабушка, суетясь на кухне.

Тамара Никитична — единственный близкий для него человек, которого он действительно любил всем сердцем. Михаил даже не представлял, что делал бы, если бы её не было рядом с ним.

— Да, спасибо.

— Ты присаживайся за стол. Я пирог твой любимый испекла, — суетливо говорит его бабушка.

Михаил устроился за столом, на котором вскоре кроме пирога появилось много разной еды. Тамара Никитична всегда баловала своего единственного внука. Сколько Михаил жил с ней, так ни разу не было, чтобы не был приготовлен свежий обед или ужин.

— Зря ты с Марком и Анной не попрощался, — говорит женщина, устраиваясь на стуле за столом.

— Ты же знаешь, у меня были дела, ба.

Михаил не хотел говорить о них. Он всё ещё боялся того, что чувствовал рядом с Анной. Эта тяга к ней жутко его пугала. Особенно сейчас, когда он прекрасно знает, кто она на самом деле.

Оборотню постоянно приходится убеждать себя, что всё, что он сделал — это ради Марка. Он хотел верить, что именно ради него отпустил её, но…

С каждым днём всё сложнее было это сделать. Потому что он постоянно думал о ней, о той полукровке, которую должен был убить, но не сделал этого. Сожалел ли он о своём поступке? Нет. Михаил чётко понимал, что мог бы убить кого угодно, но только не её.

Рядом с ней в нём просыпались такие чувства, каких он не ощущал никогда. И как же, чёрт возьми, сложно было смириться с тем, что он позволил ей вот так вот проникнуть в его сознание.

Он думал, что ему станет легче после её исчезновения, но ошибся. Каждую минуту оборотню приходится бороться с собственным желанием послать всё к чертям и отправиться за ними. И плевать, что она теперь чужая жена!

— Миш, я давно хотела с тобой поговорить, — тихо говорит Тамара Никитична.

— О чём?

— Ты действительно хочешь жениться на той волчице, которую выбрал тебе дядя?

— Ба, ты ведь знаешь, что эта свадьба поможет объединиться двум крупным стаям и сделает нас сильнее. Это будет взаимовыгодное соглашение, которое поможет в борьбе против гибридов.

— Да, но это не принесёт тебе счастья, — с болью в голосе говорит женщина. — Знаешь, все эти года я поддерживала огонь ненависти в твоей душе. Потеря дочери очень сильно повлияла на меня, но… Мне кажется, я была не права, когда позволяла тебе жить местью. Ты заслуживаешь счастья, милый. Жажда мести не должна отнять у тебя твоё будущее.

— И что, по-твоему, я должен всё забыть? Должен простить их?

— Я просто хочу, чтобы ты не жертвовал своей жизнью ради мести. Твои родители не хотели бы этого.

— Ба, давай не будем об этом, — отмахивается мужчина. — Мне уже на охоту пора, — говорит он и, доев свой кусок пирога, поднимается из-за стола.

— Миш, пообещай, что поговорим после твоего возвращения, — просит его бабушка, и внук не может ей отказать.

— Хорошо. Вернёмся и поговорим.

— Будь осторожен, — просит Тамара Никитична, обнимая внука.

Женщина очень надеялась, что в следующую встречу сможет достучаться до любимого внука.

Только вот она не знала, что это их последняя встреча.

Прежде чем уйти, Михаил бросил последний взгляд на любимую бабушку, а после скрылся из дома. Тамара Никитична ещё долго смотрела в окно, провожая его глазами.

Она всё думала о предстоящем разговоре, подбирала слова, но этому разговору не суждено было случиться.