17

Рустам угрюмо кивает.

У меня же сердце уходит в пятки.

Саша довольно цокает языком, хлопает Буйного по плечу и уходит.

Я теряю его фигуру в толпе, но зато замечаю друзей Егора. Они вдвоём ошиваются возле барной стойки, что-то объясняют бармену.

Получают на руки бутылку водки и какую-то жестяную коробочку.

Я даже подаюсь вперёд, в надежде увидеть, что за махинации проводят эти двое.

Буйный тянет меня назад, и я вновь оказываюсь в его объятиях.

Он шумно выдыхает мне в волосы, а я послушно замираю. Не хочу спровоцировать новый приступ агрессии.

Чисто по-человечески, мне жаль Егора. Наверное, он не заслужил такого отношения к себе.

А с другой стороны, что толку мне его жалеть, как будто от меня что-то зависит.

— Чем ты занимаешься в свободное время, котёнок? — странный вопрос Рустама выводит меня из глубокой задумчивости.

— Мне нравится готовить и вязать, — почти не задумываюсь над ответом. — На природе люблю отдыхать, особенно, с палатками.

— На озере, в тёплую летнюю погоду? — подхватывает мужчина и тянется к своему бокалу.

— Да-да, — я оживлённо киваю. — С гитарой, перед костром, есть жареный зефир и петь песни.

— Умеешь играть? — лениво интересуется Рустам и взбалтывает в стакане свой виски.

— Немного, — я задумываюсь и доверительно рассказываю. — У нас в группе была хорошая традиция: несколько лет подряд воспитатели организовывали для нас вылазку на природу. Мы гуляли по лесу, а ночь проводили в палатках перед озером.

— Занятно, — кивает Буйный. Неожиданно признается. — Я бы тоже не отказался от такого времяпровождения.

— А какие у вас увлечения? — я поднимаю со стола бокал с прохладной водой.

— Деньги, алкоголь, секс и бильярд, — я начинаю давиться от услышанного. Он легонько похлопывает меня по спине и невозмутимо продолжает. — Баня, активный отдых на природе. А, и рукопашный бой ещё.

Я смотрю на него с удивлением.

Он же широко улыбается, явно наслаждаясь моим замешательством.

Отвлекается на телефон. Я вижу звонок с неизвестного номера.

Улыбка мужчины становится какой-то предвкушающей и нехорошей. Очевидно, его хищный оскал принесёт кому-то проблемы.

Какие, даже знать не хочу.

— Иди в комнату, котёнок, — Буйный разминает шею, как будто готовится к драке. — И до утра не появляйся здесь.

— Ладно, — озадаченно соглашаюсь. Пожимаю плечами. — Доброй ночи.

Он смотрит на меня хищно. Кажется, сегодняшняя ночь будет для него грандиозной.

Семён появляется рядом и уводит меня на второй этаж.

Я успеваю расслышать азартный голос Рустама:

— Я на месте. Приезжай. Я тебе зубы пересчитаю, ебучий ты...

Окончание фразы тонет во всеобщем шуме. Я втягиваю голову в плечи и стараюсь не отставать от охранника.

Он ловко обходит танцующих людей и увлекает меня за собой.

В коридорах возле апартаментов гробовая тишина. Прихожу к выводу, что здесь или толстые стены, или гости пока заняты другими делами.

Семён открывает для меня дверь, желает спокойной ночи, и уходит.

Я остаюсь одна, озадаченно прижимаюсь к стене.

Ну и дела, меня опять заперли. И даже решётка на окне имеется, сбежать не получится.

Ладно, с побегом разберусь потом. Замечаю букет роз на тумбочке и улыбаюсь.

С наслаждением принимаю горячий душ. Вода смывает усталость и весь негатив, накопившийся за день.

Боюсь, что вот-вот ворвётся Буйный, но мои страхи постепенно исчезают. Он не приходит.

Вот и хорошо, могу хоть немного побыть в одиночестве. Плакать уже не хочется, я заворачиваюсь в тёплый плед.

Какое-то время кручусь из стороны в сторону, чтобы найти удобную позу. А потом спокойно засыпаю.

Утро наступает несправедливо быстро.

Я просыпаюсь, от того, что Семён аккуратно трясёт меня за выступающий из-под пледа локоть.

Быстро смекаю, что к чему, и укрываюсь с головой.

— Ева Леонидовна, — мужчина не оставляет попыток разбудить меня. — Рустам Давидович скоро придет, вам нужно собраться.

— Угу... — тихо мычу и даже не открываю глаза.

— Ева Леонидовна, — дотошности ему не занимать. Тихо предостерегает меня. — Если не успеете, он вас вытащит прям так, в пледе. Вы слышите?

— Да-да, — неохотно соглашаюсь. — Уже встаю...

Мужчина уходит, а я продолжаю нежиться в постели.

И зря.

Через дремоту чувствую, как меня подхватывают на руки и закидывают на плечо.

Я болтаюсь, словно мешок с картошкой.

— Рустам! — громко шиплю на этого негодяя. — Отпустите!

— Поздно, котёнок, — его ладонь придерживает меня за ягодицы.

В таком ужасном виде мы покидаем комнату. Я даже пошевелиться не могу.

Редкие гости таращатся на нас и провожают обалдевшими взглядами.

Мне и самой ужасно стыдно, но я ничего не могу поделать.