68

Прихожу в себя от острой боли в области затылка. Сжимаю зубы и не могу сдержать громкого стона. Твою мать, вот это меня приложило.

Перед глазами пляшут разноцветные мушки. Голова уезжает, мир вокруг расплывается в цветастых мутных пятнах. Ощущаю ноющую боль. Лоб ноет так, словно я порезалась. Хотя, может так оно и есть.

Телом ощущаю тонкий матрас под собой. Принюхиваюсь. Пахнет водкой. Какая гадость... Руку протягиваю, стараюсь нащупать свою многострадальную голову. Замечаю очертания бетонных стен и невысокого потолка.

— Не трогай.

Тонкий девичий незнакомый голос звучит крайне уверенно. Чужая рука перехватывает мою и возвращает на место. Я щурюсь, стараюсь сдержать непрошеные слёзы, но они все равно солёными дорожками оседают на щеках.

Больно. Как же больно!.. Лишь бы не было сотрясения. Где я вообще? Что со мной?..

— Инфекцию занесёшь. Одичалый оставил водку. Сказал, можно пользоваться по любому назначению. Давай лоб тебе обработаю.

Я стону в голос, когда алкоголь попадает на рану. Готова даже начать материться.

Какая же это боль!.. Никогда ничего подобного не испытывала. Словно водка способна разъесть кожу и сжечь мозг.

Не могу подобрать сравнение, все мысли из головы вылетают напрочь.

Остаётся только боль. Она везде. В голове, в теле, на душе. Думала, не могло быть хуже после пробуждения. Нет, однако!.. Сейчас мне в разы хуже. Готова уже признаться в чём угодно, лишь бы эти страдания прекратились.

— Вот, так. Заклеить нечем. Придётся тебе так походить. Впрочем, разницы нет. Пока есть водка - будем обрабатывать.

— С-спасибо... — глухо выдыхаю сквозь слёзы. — Где я?.. Как тебя зовут?..

— Лиза.

Я приглядываюсь. Зрение немного приходит в норму. Уже могу различить невысокую фигурку, сидящую на коленях на полу возле меня. Кажется, молоденькая блондинка с миловидным лицом.

— Ты в поместье Одичалого. Не знаю, какие у него планы на тебя. Но можешь особо не рассчитывать на побег. Мы в закрытой части, отсюда есть только один выход.

— Какой?.. — шумно сглатываю. Чуть приподнимаюсь на локтях. — Куда?..

— На тот свет.

Серьёзный тон меня отрезвляет. Я сажусь, прислоняясь спиной к холодной стене. Глаза округляю, разглядываю свою соседку по несчастью с каким-то животным диким страхом.

Нет, она это не серьёзно... Нет же?

Но девушка выглядит сосредоточенной. В светлых глазах нет никаких эмоций. Ни боли, ни тоски, ни страха. Абсолютно ничего. Словно передо мной поломанная кукла.

Если бы её грудь не поднималась в такт спокойному дыханию, я бы решила, что сошла с ума и подхватила галлюцинации.

— Говорю, как есть. Я здесь год. В плену у Одичалого. Озабоченного морального урода и садиста без принципов.

Я готова взвыть от неконтролируемого страха. В панике прикусываю язык, ощущаю солоноватый привкус крови.

Нет!.. Нет же! Мне поможет Рустам. Он приедет, вытащит нас обеих. Спасёт, обнимет. А этому Одичалому даст люлей по самое "не хочу"...

— Здесь есть ещё кто-то?..

— Из пленников только мы. В открытой части поместья могут отдыхать люди, гости Одичалого, — Лиза пожимает плечами. Перебирается на свой матрас. — Но туда не добраться. Ни по канализации, ни по вентиляции. Единственный выход охраняют с той стороны круглосуточно.

— Нет... — я в отчаянии обхватываю голову руками. Жалко поджимаю под себя колени. — Нет. Выход должен быть... Как же так?..

— Но его нет, — Лиза отзывается как-то механически. — Думаешь, я не пробовала? Попробуй найти смирение. Для извращённых игр ты ему не нужна. У него есть я. Может, ты попадешь на свободу.

— В чей-нибудь гарем? — натужно всхлипываю.

— Свобода есть везде, кроме этого места. Я бы согласилась на гарем, чем гнить здесь заживо.

Девушка замолкает. Прикрывает глаза, устало вздыхает. А меня трясёт в припадке паники. Закрываю рот ладонями, чтобы не сорвать голос в сильном крике.

Как там Ника? Семён? Рекс? Они ведь живы, правда?.. Их не убили? Мою девочку не забрали какие-нибудь подонки для развлечений? От одной подобной мысли пробирает жуткая дрожь.

Меня колотит так, словно начинается лихорадка. Кошмар, как теперь прийти в себя? Нужно собраться с мыслями, досконально продумать ситуацию. Осмотреться, в конце концов.

Пока не приедет Рустам или кто-то из его ребят, я должна сама о себе позаботиться. Не падать духом! Только держаться. Из последних сил, но не позволить себе окунуться с головой в отчаяние.

— Есть какие-то определенные правила? — спрашиваю настороженно. Мало ли, нужно знать, что стоит ожидать.

— Нет, — Лиза поудобнее устраивается возле стены. — Можешь побродить по коридорам. Но там холодно, только эта комната имеет отопление. В кухонной зоне оставляют еду на день. Я проверила, тебе тоже принесли. В душевой имеются все необходимые принадлежности, горячая вода.

— И всё?.. — уточняю с недоумением. Всё так просто?

— И всё. Можешь делать, что хочешь. Хотя, заняться здесь нечем. И в глаза Одичалому не смотри. Вообще, не сопротивляйся. Чем быстрее он наиграется, тем скорее сможешь избавиться от его общества и отдохнуть.

— Как ты вообще продержалась целый год? — нервно передёргиваю плечами.

— Я живучая. Желание жить пересиливает всё остальное.

Я вздрагиваю от жутких слов. Но её тон остаётся спокойным и меланхоличным. Боги, что такое нужно пережить, чтобы так абстрагироваться от мира?..