Глава 3

Камиль склоняется ближе. Меня от озноба буквально штормит. Голова кружится от того, как сильно я нервничаю. Сердце сжимается до боли. Дыхание перехватывает. Лёгкие горят.

Но я улыбаюсь. Через силу. До вывиха челюсти, потому что знаю, что он хочет увидеть. Мою слабость.

— Марату, — произношу дерзко.

«Он же нас прихлопнет, господи. Теряй сознание! Быстро! Кричи! Да делай ты что-то, идиотка!»

Если бы мой внутренний голос мог вырваться и побежать, то в двери бы уже была дырка.

— Решила переметнуться? — его голос холодный, намертво замораживает. — Плевать, под кого ложиться?

Я поднимаю подбородок, встречаю его взгляд. Мне больно. А значит, будет больно и ему. Улыбка с моего лица не сходит. Скалюсь. Горько, дерзко. Именно так, чтобы его завести.

— Нет, Камиль, не плевать, — слова срываются с губ с вызовом. — Просто раньше не с кем было сравнить.

Его челюсть напрягается. Желваки ходят под кожей, но я продолжаю. Подаюсь слегка вперёд, до уха дотягиваюсь. Чтобы он чувствовал каждое моё слово.

— Хочешь, расскажу, как я принадлежу ему? — мой голос хрипит. — Или сам догадаешься?

— Сука, — вздрагиваю, потому что его кулак о стену ударяет. Штукатурка мне на волосы сыпется.

Внутренний голос дрожит в уголке.

«Больная на всю голову. Ты с кем играешь?»

— У нас был уговор, Камиль, — произношу я, глядя прямо в его глаза. — Мне надоело.

Его взгляд становится ещё тяжелее, будто он готов растоптать меня прямо здесь.

Сжимает пальцами талию. В кожу впивается. А я молю, чтобы не понял. Чтобы ничего не почувствовал.

Хотя… как он может? Живот плоский. Ничего не понять.

— Уговор был, что я ебу тебя как блядь.

Пальцы подбородок сжимают. Вынуждает запрокинуть голову назад. Смотрит так, что у меня внутри всё инеем покрывается.

Нужно как-то отсюда выходить. Выбираться. Потому что всё закончится плохо. Я не остановлюсь, а он… Он уже на грани.

Вот что между нами. Больная одержимость. Мы делаем больно. Друг другу. Но кто-то должен был это прекратить. Я оказалась смелее.

— Значит, плохо ебал.

Язвительно в ответ выплёвываю.

Он пальцами ведёт по моему бедру, под платье забирается. Не дёргаюсь. Не вырываюсь. В глаза смотрю.

Держусь как могу. Пускай видит, что плевать. Не реагирую.

Но вот не получается…

Он к животу прикасается, и я тут же дёргаюсь. В глаза страх моментально вспыхивает.

И он это видит. Сердце замирает. Не бьётся.

Камиль брови сводит на переносице. Хочет что-то сказать, его хватка ослабевает.

Я в сторону отшатываюсь. Вырываюсь. Пытаюсь восстановить дыхание.

Дверь в уборную распахивается. Я вздрагиваю. Потому что удар двери о стену слишком сильный.

То, что в помещении Марат, я понимаю ещё до того, как взгляд на него поднимаю.

Аура в помещении меняется сразу. Становится жутко.

— Вижу, ты всё не поймёшь, что тебя послали на хуй?

Марат окидывает меня изучающим взглядом. Ощупывает. Как будто пытается понять насколько всё плохо.

— Не лезь, иначе твоя политическая карьера закончится ещё не успев начаться. Готов всё просрать из-за девки?

Камиль делает шаг вперёд, его лицо искажается в хищной усмешке. Напряжение в воздухе становится таким плотным, что его почти можно разрезать ножом.

Я на всякий случай подальше отхожу.

«Правильно, чтобы нас не задело»

Камиль делает шаг вперёд, его лицо искажается в хищной усмешке. Напряжение в воздухе становится таким плотным, что его почти можно разрезать ножом.

— Угрожаешь мне, Камиль? — его голос низкий, с опасной насмешкой.

Дикий поправляет манжет пиджака. Его глаза холодные, стальные.

— Всего лишь посвящаю, как обстоят дела.

— Знаешь, в чём твоя проблема, Камиль? Человек, который не умеет играть по правилам — всегда проигрывает.

— Правила? — Камиль делает ещё шаг ближе. — Напомни мне, какие у тебя были правила, когда ты взял то, что принадлежит мне?

И ко мне поворачивается. Сердце в пятки от страха падает. Он смотрит… Боже. Я знаю этот взгляд. Совершенно неуправляемый. Дикий. Ненормальный.

Он взглядом меня окидывает и… на животе задерживается. Вот здесь перед глазами всё плыть начинает. Он что… Он понял?

«Про булочки сразу говори. Много булочек!»

Внутренний голос вопит. И я вместе с ним. Уже готова и в обморок падать. И сцену разыгрывать.

Потому что взгляд Камиля вспарывает. Паника с ног сшибает. Я едва стою, пошатываюсь.

Затылок обжигает болью, как перед обмороком бывает. Я отвожу руку от живота, стараясь ухватиться за что-то.

Стена, Марат…

Обхватываю его плечо, пошатываясь. Меня сейчас точно стошнит от пристального внимания мужчины.

Но Камиль… Его взгляд следом за моей ладонью бросается. Лицо кривится от ненависти.

О… О!

«Колечко. Сраное колечко станет причиной нашей смерти!»

Я понимаю, что Дикий на кольцо смотрит. Которое поблёскивает на моём безымянном пальце. Губы кривит в презрительной усмешке.

— Алиса не принадлежит тебе, — хладнокровно заявляет Марат.

Отчего Дикий звереет ещё сильнее. По взгляду понимаю, что он сейчас готов врага просто распотрошить.

И плевать ему на свидетелей. На всё. Просто пульсирующая груда ненависти.

Камиль смотрит на Марата так, словно готов сразиться прямо сейчас. В его глазах решимость, мышцы напряжены.

Воздух становится плотным, наполненным пылающими частицами. Ненависть двух мужчин практически потрогать можно.

— Это мы ещё посмотрим, — голос Дикого вибрирует от ненависти. — Как ты видишь, её предпочтения переменчивы. А своё — я не отпускаю.

— Если ты не заметил, то теперь…

— Камиль?

Их перепалку обрывает тонкий женский голос. Мы оборачиваемся к концу коридора, где стоит Агата.

Хлопает ресницами, с тревогой смотрит на мужчину. Такая нежная и несчастная, если бы не её взгляд на меня.

Им бы с Камилем посоревноваться — кто из них меня больше ненавидит.

«В её присутствии я бы есть ничего не стала».

Это точно. Взгляд Агаты не предвещает ничего хорошего. Но спустя секунду — снова милая и кроткая девушка.

Она аккуратно ступает ближе, прикасается к Камилю. Мне взгляд посылает.

Да твой он, твой. Я не претендую.

Я вот, к своему прижимаюсь. Чем заслуживаю ещё один презрительный взгляд от Дикого.

— Я не хотела тревожить, — шепчет она. — Но там зовут… Мэр хотел кое-что обсудить.

— Мы ещё не закончили. Увидимся.

Бросает Дикий через плечо, уходя. Мажет взглядом как последним ударом. Холодным и режущим.

— Ты как? — Марат хмурится.

— Я в порядке. Я сейчас… Я не думала, что он пойдёт за мной.

— Хорошо, что в нашей паре думать нужно мне. Ничего не сделал?

— Оскорбил, напугал, — небрежно перечисляю я. Осекаюсь. — Нет.

— Отлично. У тебя эта херня есть? Лицо намазать.

— Какая?

— Ты бледная. Сделай с этим что-то. Нам к мэру за стол садиться. Ты должна выглядеть идеально.

Я вздыхаю, поняв, что Марат говорит о румянах. Я быстро привожу себя в порядок, под руку с мужчиной возвращаюсь в зал.

Нас как раз приглашают за стол. И я беру себя в руки, стараясь не показать, что каждый нерв готов лопнуть от напряжения.

И таки лопаются. Все. Разом.

«Ты признавайся, какого котёнка, бляха, пнула! Не может нам так не везти».

По правую сторону от мэра, сидящего во главе стола, находится Камиль со своей драгоценной невестой. Нам достаётся место напротив, слева.

Этого стоило ожидать. Ведь Марат и Дикий начали свою политическую игру. Гонка, где только один сможет вырваться вперёд.

— Говорил же, — Камиль ухмыляется. — Увидимся. А я привык сдерживать обещания.

В этом больше, чем простой комментарий. Скрытая угроза, от которой у меня змейки холодка извиваются на шее. Сдавливают.

Я напрягаюсь всем телом, чтобы не дёрнуться. Выдерживаю его взгляд, тянусь за бокалом с водой.

— Как хорошо, Камиль, — растягиваю губы в улыбке. — Что хоть изредка ты слово держишь. Чудо, не иначе.

— Вы знакомы? — вмешивается жена мэра.

Я вспоминаю, что мы тут не одни. Но это позволяет Марату завязать непринуждённую беседу. Я ставлю себе плюсик.

Я отчаянно игнорирую Агату. Всеми силами демонстрирую, что меня только мой мужчина интересует.

Ну что она так смотрит? Лучше пусть за своим женихом следит. Это он на невинных девушек в коридорах набрасывается.

Нервишки бы ему подлечить. Я давно говорила!

Кое-как у меня получается завязать разговор с другими девушками. Оказывается, легко подружиться.

Киваешь на всякую глупость, поддерживаешь и заинтересованно охаешь время от времени.

У меня настолько хорошо получается влиться в роль, что я получаю неожиданное приглашение.

— По средам у нас женский клуб, — произносит одна из девушек. — Обсуждаем там… Всякое. Книги, моду, новости. Присоединяйся.

— Обязательно.

Я благодарю за приглашение. И с титаническим усилием досиживаю до конца вечера. К счастью, он заканчивается быстро.

А Камиль со своей невестой уходит первыми. Вообще прекрасное завершение, как по мне.

Мужчина отправляет Агату первой. Замедляется. Проходит слишком близко ко мне, отчего все волоски на теле становятся дыбом.

Произносит тихо, только для меня:

— Это обещание я сдержу. Я тебя заберу. И ты пожалеешь о своём предательстве.