Глава 9

Я с интересом рассматривала его темно-оливковый пиджак, накинутый на белую ситцевую рубашку и такие же, под цвет пиджака, брюки.

Он вновь повернулся ко мне, успевая перехватить мой взгляд. Улыбка обнажила ровные белые зубы, со слегка заострёнными клыками. Словно передо мной не человек, а опасный хищник, что позволяет несмышлёному ребёнку дергать себя за ус.

— Спасибо за букет, — растерявшись, я ещё раз поблагодарила его. — Он чудесный…

— Эти цветы символизируют собой чистоту, — кивнул Эмир, — невинность. У нас на родине их дарят своим возлюбленным, что бы снискать их расположение.

— Вот как? — кокетливо прощебетала я, играя одним из нежных лепестков пальцем.

Улыбка не сходила с его красивого такого мужественно в своих чертах лица. Надо же, какой сегодня улыбчивый! Хорошее настроение подарило ямочки его щекам, на которых наблюдалась легкая щетина, как и на волевом подбородке.

Судя по тому, что улыбка стала шире, он заметил мое пристальное внимание к своей персоне.

— Будешь конфетку? — ляпнула я первое, что пришло в голову, чтобы хоть как-то скрыть свою неловкость.

— Почему бы и нет? — хрипло рассмеялся Эмир. — Давай, — и пристально посмотрел на меня своими невозможно серыми глазами.

Я вытащила единственную барбариску из своей сумочки. Он наклонился ко мне, не выпуская из рук руль. Хихикнув, я убрала фантик и, держа конфету двумя пальцами, поднесла к его лицу. Подушечек пальцев коснулись твёрдые горячие губы. Это вышло настолько эротично, что у меня даже сбилось дыхание. А когда он раскусил конфету, не отрывая взгляда от потока машин впереди нас, я притворно возмутилась заигрывая с парнем:

— Эй! Зачем ты ее раскусил?

— А как же я узнаю ее начинку? — пожал он широкими плечами, исподтишка бросая взгляд на мои открытые ноги, из-за чего у меня появилась стойкая уверенность, что имеет в виду он явно не конфеты.

— Например, запастись терпением, — ответила уже без тени шутки или кокетства.

Не хватало ещё, чтобы Эмир посчитал меня легкодоступной. От негодования я крепко сжала букет, но тут же расслабила пальцы. Цветы же ни в чем не виноваты.

— Жаль, — сказал Эмир, — но терпение — это не мой конёк, — сообщил он, безжалостно расправляясь с конфетой.

Мне стало как-то не по себе от его слов, но я отмахнулась от тревоги, наслаждаясь нежным ароматом цветов.

Ресторан «Cibreo» был просторным и состоял из нескольких зон: общий зал, уединенные кабинки и столики на открытом балконе. Наш столик находился прямо на веранде, откуда открывался шикарный вид на озеро. Он был изысканно сервирован. Изящная фаянсовая посуда аккуратно расставлена по всем правилам, в небольшой корзине — всевозможные фрукты, причудливо свернутые салфетки и полотенца — сдержанный шик.

Эмир обошёл столик и отодвинул стул с высокой спинкой, предлагая мне сесть.

— Спасибо, — поблагодарила я, усаживаясь за стол.

Устроившись напротив, парень протянул мне меню, которое принес учтивый официант.

— Я буду гаспачо, — объявила я после минутного обдумывания и захлопнула увесистую бархатную папку, — и чиабатта (итальянский хлеб) А ты? — с интересом посмотрела на Эмира.

Подозвав официанта он, не открывая меню, сделал заказ. Его выбор пал на рагу, а также к общему заказу была добавлена сангрия.

— Надеюсь, ты не против? — поинтересовался Эмир, после того, как официант удалился.

Я нервно сжала салфетку и вымученно улыбнулась, слегка растерянная под взглядом его внимательных серых глаз, опушенных длинными черными ресницами.

— Честно говоря, я не пью алкогольные напитки, если только по праздникам и то чуть-чуть, — я передернула плечом. — Не люблю, когда чем-то мозг затуманен.

Эмир внимательно и задумчиво слушал меня, пока, наконец, не изрёк:

— От одного бокальчика вина ничего страшного не случится, — он обаятельно улыбнулся. — Мы же должны отметить то, что мне улыбнулась Фортуна и я встретил самую прелестную девушку Италии.