Глава 11

— Я не сказал целый день у плиты. Просто все женщины обязаны уметь готовить, а мужчина должен работать, чтобы обеспечить свою женщину и детей — таков вечный закон. На кого ты учишься?

— На модельера, — проворчала я, делая глоток вина, что услужливо мне подлил Эмир.

— И тебе нравится? — словно между прочим, спросил он.

— На самом деле — очень! — я даже почувствовала, как зажглись мои глаза. Так всегда было, когда я думала о своей предстоящей работе и о будущем, что непременно будет связано с ней.

— Будет обидно бросить ее, — заметил Эмир, поджав губы, — когда ты выйдешь замуж.

Я даже приоткрыла рот, не веря, что он посмел сказать такое.

— Бросить, когда я столько сил вложила в учебу? — я даже засмеялась, глядя в его невозмутимое лицо. — Никогда в жизни!

— Ни один уважающий себя мужчина не позволит, чтобы его женщина крутилась в шоу-бизнесе, — нахмурил брови Эмир. Его тон стал тверже и грубее.

— Ни одна уважающая себя женщина не позволит, чтобы ею управлял шовинист! — вспыхнула я, словно зажженная спичка, не замечая, как тоже повысила голос.

Отбросив красиво уложенные волосы с плеча на спину, я прищурилась, устремив негодующий взгляд на собеседника.

— Почему ты разговариваешь со мной таким тоном? — Эмир неспешно вытер губы салфеткой и продолжил. — Из-за того, что я считаю, что женщина, когда выходит замуж, должна содержать дом в уюте и заботиться о детях?

— Не важно, что ты считаешь и как думаешь, — огрызнулась я. — Может, там, откуда ты родом, и принято так, — я гордо задрала подбородок, — но у нас — в Италии, женщины имеют право выбора. Если захотим, мы выбираем работу, а не прозябание дома!

Честно говоря, я уже все говорила от злости, лишь бы стереть эту насмешливую улыбку с его лица.

— Итальянцы дали вам столько выбора, что того и гляди, все скоро перевернётся с ног на голову, а ваши мужчины начнут носить юбки.

Тирада Эмира заставила меня заливисто рассмеяться, так как я представила себе Алекса Ольсена — эту груду мышц — в женской юбке.

— Смейся почаще, — он наклонился ко мне и накрыл мою руку своей теплой ладонью, слегка поглаживая пальцы. — Твои губы созданы для улыбки, — горячие упругие губы прижались а тонкой коже руки.

Я даже негромко ахнула, покрываясь мурашками. Он оторвался от моего запястья, находясь совсем близко. Почти не чувствуя смущения, я с интересом разглядывала его бронзовую кожу, мощные скулы, что придавали его лицу очень мужественный вид, а вот его длинные чёрные ресницы и ямочки на щеках делали его значительно мягче. Я опустила взгляд ниже, на красивые четко очерченные губы и непроизвольно провела кончиком языка по своим, увлажняя их. В голове вспыхнула сцена того, как Эмир целует меня. Широкие плечи обтянуты рубашкой, весь подтянутый и спортивный. Ничего не скажешь, идеальный образец мужественности.