Глава 14

Спустя десять минут, с визгом выскочила из воды. Кожу будто жгло жидким огнём. Я чесалась вся — от макушки до кончиков пальцев на ногах.

— Мамочкиии!!!

— Это аллергия! — вынесла свой вердикт Марджала спустя четверть часа.

Она сосредоточенно разглядывая мою руку, закатав перед этим до самого локтя рукава халата, в который я успела влезть, прежде чем домоправительница прибежала на мои вопли.

Красная мелкая сыпь покрывала мою некогда бархатную, белоснежную, идеально чистую кожу.

Цокая языком, она открутила крышку большой банки. К моему облегчению, субстанция, заполняющая банку, не имела никакого запаха.

— Надо смазать сыпь и выпейте это! — женщина достала какую-то траву и подняв ловко тяжёлый чугунный чайник залила ее кипятком в большой, широкой, глиняной чашке.

— Что это? — поморщив нос, спросила я.

Нахлынули воспоминания, как в детстве во время простуды мама пыталась впихнуть в меня ромашковый отвар. — Фу, какая гадость! Кто только придумал эту отраву! — воскликнула я с негодованием, чувствуя, как после первого глотка к горлу подступает тошнота.

— Этим рецептом со мной поделилась госпожа Дария, — отрезала ворона, сразу же недовольно сощурившись.

Ой, можно подумать… Скажите, пожалуйста, какая чувствительная!

Сделала ещё один глоток я нарочито громко поставила чашку на стол.

— Отвратительно! Этим можно пытать.

Женщина убрала банку и проскрежетала:

— В следующий раз, добавляйте в воду две-три капли масла, не больше. И, ради Бога, не мешайте вы их!

— Ну, извините! Я — итальянка, а не албанка, как ваша бывшая хозяйка.

Женщина изменилась в лице, глаза стали, как два блюдца.

— Госпожа Дария была чистокровная арабка! — в ее голосе звучало праведное возмущение и даже гнев. — Вы ничего не знаете ни о господине Эмире, ни о его роде!

— Пфф! — фыркнула я в ответ. — Если бы он меня не похищал, а как джентльмен, ухаживал, может быть и знала! — уже язвительно заявила в ответ.

Руки женщины дрогнули.

— Да что вы такое говорите?! — удивленно проговорила она. — Господин Эмир никогда бы так не поступил, — ее голос стал совсем тихий под конец, пока женщина разглядывала меня, гордо вскинувшую подбородок. — Неужели… — Марджала растеряно замолчала, впервые ее похожее на маску лицо стало живым.

— Я говорю чистую правду! Зачем мне врать? — я упёрла руки в бока. — А если вы мне не верите, то дайте телефон!

Женщина замерла, явно не зная, как ей поступить, но быстро взяла себя в руки и ответила:

— Если господин так поступил, значит, на то были веские причины!

— Да, конечно! У вас с Арджаном что, один промыватель мозгов был?!

Женщина направилась к выходу, на ходу что-то раздраженно ворча себе под нос.

— Невоспитанная, грубая девчонка, — различила я. — Хозяин воспитает. Должно быть, Всевышний это предусмотрел.

— Посмотрим еще, кто кого воспитает? — не удержалась я от колкости, после чего устало поплелась в комнату, почесывая то щеку, то кончик носа.

Сегодня же потребую от Эмира телефон. Я не позволю издеваться над своими родителями! У меня и так перед глазами постоянно стояла плачущая мама. Чувство раскаяния заполнило душу. Пока я тут нежусь в объятиях Эмира, моя бедная мама сходит с ума от неизвестности. Чтобы я не творила раньше, но я никогда не исчезала так надолго. Просто надо им объяснить, что не все крутится вокруг Андре и его вражды. У нас с Эмиром отношения и им это необходимо принять! Да, именно так!

Я выглянула в окно, отмечая, что уже стемнело. От этого на душе стало еще тоскливее. Совсем одна в чужом, пусть и таком красивом доме… Да ещё и не очень-то мне тут рады, если вспомнить недовольную физиономию албанки.