Глава 12

Несколько дней прошли вполне безмятежно. Ровена не высовывала носа из западного крыла дома. С одной стороны — это радовало, а с другой настораживало. Никогда не поверю, что эта женщина вот так просто успокоилась. Такие, как она, никогда не прощают обид. Не переносят, когда кто-то встаёт у них на пути. Как не крути, а она считает, что я ей как раз-таки перебежала дорожку.

Но один из вечеров подтвердил мои опасения — гадюка затаилась, чтобы нанести ещё один удар.

Черпая ложечкой мороженое из пиалы, я отправляла лакомство себе в рот, не забывая и про Эмира, что полулежал рядом со мной. Он занимался своими делами, набирая какой-то текст на лэптопе.

— Ну, не люблю я сладкое, — взмолился Драко, когда очередная ложка прикоснулась к его губам.

— Глупости какие… Все любят мороженое, — ворчливо ответила я.

Ничего не могла поделать с собой, но перепады настроения не выпускали меня из своих цепких лап. Конечно, я понимала, что всему виной моя беременность. Однако, от этого было не легче.

Я задумчиво отправила ложку с прохладным клубничным десертом в рот и тут же испуганно ее выронила. Громкий крик, как и всегда, стал причиной моего испуга. Я уже слышала его однажды, сегодня он повторился вновь.

Это Ариана — я не сомневалась ни секунды, а потому бросилась следом за Эмиром.

В спальне девушки творился какой-то хаос. В центре комнаты валялось разбитое стекло. Приглядевшись, я поняла, что это осколки зеркала. Кроме того, вокруг были разбросаны сломанные остатки позолоченной рамы.

— Что случилось? — хриплый голос вывел всех, кто находился в комнате, из оцепенения.

Марджалаа с печальным выражением лица прижимала к себе захлебывающуюся рыданиями девушку. Теффта, прижав руки к груди, испуганно смотрела на Эмира. Но тут, неожиданно для всех нас, Ариана подняла заплаканное измученное лицо и бросилась к нему. Протянув к нему руки, она быстро заговорила.

Хоть я и не понимала ни слова, но посыл и жесты девушки были очень красноречивы. Закончив сбивчиво говорить, она обхватила себя за плечи.

Эмир тут же обнял ее и начал говорить. Голос его звучал успокаивающе, с сочувствием. Молоденькая служанка проскочила мимо Марджалы, что со слезами на глазах смотрела на брата и сестру.

— Госпожа, — пропищала тоненьким голоском Теффта, — я знаю, кто сказал госпоже Ариане… — девушка кивком указала на коридор, давая понять, что расскажет все, но только за пределами комнаты.

Заинтригованная, я вышла за ней, прикрывая дверь.

— Кто и что сказал? — уточнила я у Теффты, не понимая, что имеет в виду горничная.

Служанка вытаращила глаза, как испуганная маленькая мышка. Оглядываясь по сторонам, словно боялась, что нас могут услышать, она тихо прошептала:

— Пообещайте, что не выдадите меня.

— Говори, давай! — понимая, что пока не пообещаю молчать, она ничего не скажет, я все же пообещала. — Никто не причинит тебе зла.

Девушка закивала головой, нервно отдёргивая передник. Сделав глубокий вдох, Теффта начала свой рассказ:

— Это госпожа Ровена. Она заявилась к госпоже Ариане и сказала, что ее ребёночек умер. Пожалуйста, не выдавайте меня, я не хочу умирать, — умоляюще взглянула на меня горничная.

Я сжала кулаки. Какая же гадина! И как только ее земля носит?!

— Что ещё она говорила? — требовательно спросила я. — Почему на полу разбитое зеркало?

Девушка, понимая, что уже некуда отступать, решила, что раз начала говорить, то нет смысла что либо скрывать.

— Госпожа Ровена сказала, что мальчик умер, а потом дала в руки госпоже Ариане зеркало и сказала, что такая, как она, это заслужила, — девушка прикусила губу, подбородок ее задрожал. — Так и сказала: «грязная подстилка».

Я охнула. Кем она себя возомнила, что смеет открывать свой рот?! Не язык, а жало!

— Теффта! — громкий окрик заставил молоденькую служанку чуть ли не подпрыгнуть на месте.

К нам направлялась Захмиру. Поравнявшись со мной, она поздоровалась, не сводя тяжелого взгляда с Теффты.

— Ты нужна мне на кухне. Алма одна не справляется.

Девушка, склонив голову, исподтишка глянула на меня и быстро направилась прочь.

Чувствуя, что начинаю закипать, глядя в темные холодные глаза албанки я процедила:

— Где эта гадюка?

— Не понимаю, о чем вы, госпожа, — ответила Захмира, хотя слегка побледнела.

— Вот не надо мне тут строить из себя… — недобро усмехнулась я. — Где Ровена?

— В своей комнате, — по-хамски ответила Захмира, даже не пытаясь скрыть своей неприязни ко мне.

Причём, эта дрянь нарочито выделила слово «своей», словно давая понять, что этот дом, скорее, принадлежит Ровене, чем мне. Фыркнув в ее каменное застывшее лицо, я без лишних слов направилась к Ровене. Если она решила, что ей все сойдёт с рук — она очень ошибается!

Без предупреждения распахнув дверь в ее комнату, я сразу же встретилась взглядом с женщиной в зеркале туалетного столика.