Глава 5

Арина, прячась от многозначительных и не особо приязненных взглядов сотрудников, работала не покладая рук. Но, увы, целый день из этих самых рук всё валилось.То она чашку с кофе на посетителя опрокинет, то поднос уронит. Из головы не выходил холодный, но такой проникновенный взгляд карих глаз.

Почему он так поступил с ней? Неужели так трудно сразу сказать, что есть жена? Но вывод напрашивался сам собой: признайся Ворохов ей ещё до поездки в гостиницу, она бы просто его послала куда подальше.

 Арина не выносила предательства. Ведь это так подло и мерзко. Девушка никогда не понимала, зачем люди обманывают своих любимых, которых сами же и выбрали. Хотя, стоп… Она же сама ещё вчера изменила своему парню!

 В груди зашевелилось что-то холодное и мерзкое, сродни гадюке.

 Весь день Серёжа бросал на неё такие жалобные взгляды, что девушка непременно побежала бы к нему с мольбами о прощении, если бы не запрет Пончика. Последний решил оградить рабочий процесс от личной жизни и велел «парочке» не беспокоить друг друга.

 Время близилось к закату, а посетителей всё прибывало. Впрочем, это ничуть не расстраивало Кинчеву. Так она хотя бы не думала о своих амурных делах. Но общаться с Сергеем, даже только по работе, становилось всё труднее.

К концу смены девушке уже казалось, что даже посетители ресторана знают о том, что она совершила.

Наконец, выдалась свободная минутка и чтобы хоть как-то отвлечься, Арина решила позвонить родителям. Зайдя в раздевалку, обнаружила, что её телефон трезвонит во всю, заглушая шум кухни.

— Алло…

— Почему не отвечаешь? Я сколько раз должен звонить? — недовольный голос Ворохова не предвещал ничего хорошего.

— А… Я не слышала…

— Нужно слышать! Чтобы подобное больше не повторилось, Арина!

— Чего? Да знаешь что?! Во-первых, я здесь работаю, а нам запрещено общение по телефону! А во-вторых, Илья Андреевич, не пошли бы вы нахрен! Не звони мне больше! — Кинчева пришла в себя и, поражаясь собственной смелости, нажала на «отбой».

 Арина бы точно потеряла сознание, если бы увидела в этот момент Илью, который находился в своём автомобиле, на полпути к ресторану.

— Я не понял, блядь! — выругался он, глядя на экран мобильника.

 Набрал номер Арины в очередной раз, но противный голос автоответчика оповестил, что абонент недоступен.

 Мужчина сжал руль до скрипа. Послала. Его. Телефон зазвонил и Илья злорадно улыбнулся. Одумалась. Сейчас попросит прощения и он, так и быть простит. Всё таки, её раньше некому было воспитать. Тому сопляку самому нянька ещё нужна.

 Но голос звонившего значительно отличался о того, какой он ожидал услышать.

— Илья Андреевич, у нас всё готово. Клетку проверили. Что скажете?

— Запускайте. Я скоро буду.

— Ты на кого так в раздевалке орала? — Цветочкина подошла к подруге, напрочь забыв о том, что её стол сорок минут как ждёт свой заказ.

— Этот козёл звонил! — Арина нервно кусала губы, изредка улыбаясь уходящим гостям заведения.

— И?

— Что «и»? Какое может быть «и»? Послала конечно.

— Дура! Хрен бы с ней, с женой. Может и правда чего выгорело бы у вас.

 Кинчева уже было открыла рот, чтобы отправить вслед за Вороховым и Ирку, но один из посетителей потребовал счёт, чем, собственно, и спас оную.

 Не прошло и получаса, как в «Усадьбу» ворвался сам Ворохов. Безумный взгляд, размашистая походка, руки сжаты в кулаки.

К нему сразу же засеменил Анатолий Николаевич.

— Здравствуйте, Илья Андреевич! Вам столик? Может…

Пончик практически улетел в сторону, когда Ворохов двинулся вперёд, не обращая никакого внимания на заискивающего администратора.

— Я не понял, что это было, Арина?! — Илья остановился рядом с Кинчевой, глядя на неё сверху вниз, в ожидании извинений.

— Пожалуйста, не сейчас, — прошептала девушка, покраснев до корней волос.

 Ворохов огляделся. Полный зал народа и все с интересом наблюдают за бандитской «Санта-Барбарой». Некоторые настолько увлеклись созерцанием чужой драмы, что даже забыли о своей еде. Не хватает попкорна. 

К зрителям присоединился и обслуживающий персонал. Девушки хихикают: кто из зависти, а кто просто злорадствует. В меньшинстве только Цветочкина. Она в замешательстве. 

С одной стороны, вроде как хорошо — интерес Ворохова на лицо, а с другой — боязно за подругу, вон как кулачищи сжал.

— Ты едешь со мной. Сейчас. Возьми свои вещи, я жду тебя на улице.

Арина поспешно кивнула, желая только одного, чтобы этот позор, свалившийся на её голову вместе с Вороховым, поскорее закончился.

 Илья развернулся, чтобы покинуть заведение, но позади послышался голос Сергея:

— Оставь её в покое!

 Парень вышел из-за барной стойки, готовясь защищать любимую, на что Кинчева лишь закрыла глаза. Его только не хватало, с этой глупой, непонятно откуда взявшейся и ранее не замеченной, храбростью.

— А он что здесь делает?! — Ворохов ринулся к парню, но Арина встала между ними, уперев руки в грудь бандита.

— Пожалуйста, Илья! Давай потом всё решим!

— Я тебе говорил, чтобы он не ошивался рядом?! Говорил или нет?! — пелена гнева застилала глаза Ворохова.

— Он здесь работает! И какое, в конце-концов, ты имеешь право вмешиваться в мою жизнь?! — в сердцах выкрикнула Арина, заработав этим самым уважение некоторых из зрителей.

— В таком случае, красавица, ты здесь больше не работаешь! Разговор закончен! Или, может, ты хочешь продолжить нашу беседу?! — последняя фраза предназначалась уже Сергею.

Тот сделал шаг вперёд, но, поймав жалобный взгляд Кинчевой, опустил голову.

— Так я и думал! — насмешливо бросил ему Илья, — Арина, поторопись!

 Ворохов вышел на улицу и закурил. В душе плясали черти. 

Был бы сейчас рядом Бугай, обязательно объявил бы, что «все бабы бляди и лупить их надо по три раза в день, желательно до еды, чтобы лучше усваивалось».

 Сделав глубокую затяжку, прикрыл глаза. Чёртова ревность. Как с цепи сорвался из-за малолетки.

— Илья! — Арина стояла прямо позади него, держа в руке свою сумочку и личные вещи, которые за год работы насобирались в раздевалке. Теперь же, Пончик велел ей собрать все свои «пожитки» и отправляться восвояси, мол, ему проблем не нужно.

— Садись, — он открыл дверь внедорожника.

— Нет, не сяду. Я хочу сказать, чтобы ты больше никогда не приближался ко мне, — её губы дрожали, а в глазах заблестели хрустальные слезинки, что заставило сердце Ворохова забиться быстрее, — Спасибо, что испортил мою идеальную жизнь. А теперь, убирайся с моей дороги.

 Она выговаривала слова тихо, но чётко, как если бы что-то объясняла ребёнку или душевнобольному, коим, по её мнению, и являлся Илья.

— Угомонись, Ариш, — он сделал шаг к ней и взял под руку, — Ты сядешь в машину, так или иначе. Если не сядешь добровольно, я тебя заставлю. И прошу тебя, не плачь.

 Он запихал почти деревянное тело девушки в салон и направился к водительской двери.

— Чего ты привязался ко мне? Какое вообще ты имеешь право приказывать? Я что, твоя собственность?

 Ворохов вздохнул. Похоже, девушка и вправду была настроена на скандал. Сразу вспомнились слова классика: «Прежде, чем начать ругаться с женщиной, вспомни — тебе скоро надоест скандалить, а ей нет».

— Почему ты молчишь?! — она толкнула его в бок, — Зачем ты всё это устроил?!

— По-моему, я тебе внятно сказал, чтобы ты больше не общалась с этим утырком. Разве не говорил? — он грозно посмотрел на Кинчеву, но та лишь вздёрнула подбородок, всем своим видом показывая, что не боится.

— А какое ты имеешь право мне указывать, если сам женат?! — выкрикнула ему в лицо.

 Внезапно Ворохов рассмеялся. Так вот оно что! А он то уже начал теряться в догадках, из-за чего такой бунт.

— Ну, теперь ясно в чём дело. Как узнала? — он не прекращал ухмыляться, что окончательно вывело Арину из себя.

 С кем её угораздило спутаться? Все люди, как люди, а он — идиот. Нормальный мужик, поняв, что его «спалили», тут же начал бы оправдываться и ползать на коленках, а этот ржёт, как будто так и надо.

— Цветочкина тебя «загуглила»!

— Уже ненавижу твою Цветочкину, — хохотнул он, словно они болтали о чём-то не столь важном, — А в «Гугле» не написано, что я не живу с женой?

— Мне всё-равно где, как и с кем ты живёшь, хоть с целым гаремом! Абсолютно наплевать! — девушка скрестила руки на груди, пытаясь проглотить огромный комок в горле, — Отвези меня домой!

— Я и везу тебя домой, только к себе, где ты убедишься, что там нет никакой жены. Когда успокоишься, поговорим об этом, а сейчас не вижу смысла. Ты всё воспринимаешь в штыки.

— Я не хочу к тебе домой… — не смотря на то, что Илья уже давно умерил свой пыл, Кинчева боялась.

— А мы сейчас в одно место заедем, потом домой. Сегодня у меня ночуешь, можешь предупредить свою Цветочкину.

 Его тон был спокойным и даже вернулись нежные нотки, как тогда, когда он ласкал её в гостинице. Арина вздохнула, поражаясь его нахальности, но страх понемногу начал отступать.

Илья с лёгкой улыбкой ведёт девушку за руку, напрочь игнорируя её враждебные взгляды и ворчание.

 Арину напрягает это безмолвие и что-то очень нехорошее в его глазах. Что задумал этот идиот? Неужели ему мало того, что её уволили по его вине?

Внезапно, Кинчеву словно ошпарив кипятком, посещает пренеприятнейшая мысль. Чем, спрашивается, они с Иркой будут платить за квартиру? Подруга одна не потянет, а Арина теперь безработная. 

Разумеется, это ненадолго, Москва всё-таки. Но пока она устроится на работу, приживётся там, получит зарплату… Их с Цветочкиной вышвырнут на улицу и дело концом. Снова идти в общагу? Не вариант. Намылись уже в общих душевых, Ирка еле от грибка избавилась.

Надо же было связаться с этим психом! Арина недовольно зыркнула на Ворохова, что всё так же непринужденно шагал, таща её за собой.

— Скажи хотя бы, где мы? Что это за лес? — Кинчевой пришла на ум дикая мысль, что он её сейчас здесь изнасилует и прикопает под деревцом. Вот тогда и о жилье париться не придётся…

— Ну, и чего молчишь всё время? Закопать меня живьём решил?

— Не бойся, я лопату в багажнике оставил, — мерзкая ухмылочка.

 Кинчева испуганно косится на него. Он же шутит? Не факт.

— Ну вот, пришли, — Илья, приобняв её за талию, открывает какую-то калитку.

«Так, забор. В лесу. Приплыли», — Арина в лёгком недоумении.

 — Это небольшой заповедник. Моё детище, — поясняет он.

— И что мы здесь делаем?

— Познакомлю тебя кое с кем.

 Взору Кинчевой открывается великолепный вид на внушительных размеров охотничий домик, насколько она поняла. А рядом с ним, ничуть не меньше клетка-вольер. Подле вольера «кучка» мужчин, что приветствуют Ворохова почти в один голос:

— Добрый вечер, Илья Андреевич!

 Но не подходят. Видимо, не желают отвлекать.

— Пойдём, сладкая, — Илья подводит её к клетке, — Знакомься, мой друг — Люцифер.

 Кислород застряёт где-то в горле, категорически отказываясь проникать в лёгкие. Глядя на Арину своими жёлтыми глазищами, неспешной походкой на неё надвигается тигр. Не какой-то там котёнок облезлый и даже не здоровая псина, а самый настоящий взрослый тигр. И, судя по кличке, характер у него не «пушистый».

 Кинчева инстинктивно пытается сделать шаг назад, но в это же мгновение понимает, что оказалась в западне между прутьями клетки и мощным телом Ворохова, который обжигает своим дыханием её затылок. Его руки вцепились в прутья по обе стороны и ей, хоть умри на месте, никак не вырваться из этой ловушки.

Уж лучше бы лопату взял! И что самое обидное, свидетели её казни просто молча наблюдают за происходящим. Никто не спасёт…

А тигр всё надвигается, словно смерть. Хотя, какая между ними разница?

— Илюша… — пищит девушка, кожей ощущая опасность, что неминуемо идёт к ней в обличии зверя.

— Не бойся, сладкая, — его шёпот звучит так возбуждающе… Наверное, этому служит виной адреналин, что полностью заменив собой кровь, несётся по венам горящей лавой.

— Он накормлен и под транквилизаторами. Во время перевозки спал, — объясняет так спокойно, как будто рассказывает о популяции хомячков, — Главное не делай резких движений, он этого не любит.

— Мамочки, — Арина закрывает глаза, пытаясь побороть головокружение.

— Видишь, какой красавец? Мясо любит свежее.

— Пожалуйста, я не хочу умирать, — Аринка начинает тихо всхлипывать, мысленно прощаясь с родными и готовясь к самому худшему. Очень хочется кричать. Но страшно. Дышать страшно.

— Тише, маленькая, — Илья наклоняется к её ушку, — Просто запомни этот момент. Запомни то, что чувствуешь сейчас. И вспомни эти ощущения, когда в следующий раз надумаешь меня послать, или вертеть жопой перед другими мужиками. Помнишь, что ты сказала мне в гостинице? Ты сказала: «Я твоя!». Так вот, ты — моя! И больше мы не будем возвращаться к этому разговору. Всё уяснила?

 Кинчева кивнула, особо не задумываясь о его словах. Не до этого ей сейчас. А зверюга всё ближе. Девушке даже кажется, что она ощущает его зловонное дыхание.

 Внезапно бандит отстраняется от клетки, утаскивая за собой еле дышащую тушку Кинчевой.

 Она облегчённо выдыхает и, глупо улыбаясь, отключается.

— Почти приехали, — Ворохов погладил коленку Арины, но никакой реакции на это не обнаружил, — Хватит дуться, малыш. Я же не знал, что…

— Чего ты не знал?! Что любой адекватный человек, (это не о тебе, разумеется) боится диких животных?! Этого ты не знал? Или, может, тебе показалось, что я кайфую, когда меня угрожают скормить тигру? — кажется, плотину прорвало, что даже немного обрадовало Илью, он то уже было испугался, что девочка онемела.

— Ариш, я такой человек. Я — собственник! Когда трогают моё — я злюсь. А если «моё» само пытается одурачить меня — я просто схожу с ума. Я ведь не из праздного любопытства тогда задал тебе этот вопрос. Мне хотелось, чтобы ты поняла всю суть своей ситуации. Я не тот сопливый подросток, которому можно наставить рога и заставить их с гордостью носить. И тебе придётся принять мой характер, никуда не денешься. Но я правда не ожидал, что ты так сильно испугаешься, — в его глазах промелькнуло что-то похожее на сожаление.

— Не слишком ли много «Я»? — Кинчева упрямо скрестила руки на груди и отвернулась к окну.

— Не слишком ли долго ты ерепенишься? — в тон ей ответил Ворохов.

 В салоне автомобиля повисла давящая на подсознание тишина.

 Девушка изо всех сил пыталась сообразить, что же ей делать дальше, но, после такого потрясения, мозг наотрез отказался быть ей советчиком.

 А чего она ожидала, когда связалась с бандитом? Что он будет перед ней на коленях ползать и пыль стирать с её обуви?

Арина взглянула на Ворохова. Это вряд ли. Но какой же он самец! Стоп. Самец? Серьёзно? Кинчева прыснула от смеха. Она превратилась в Цветочкину.

— Это истерика, или у тебя улучшилось настроение? — Илья с нескрываемым интересом изучал гордый профиль своей красавицы.

— И не мечтай.

— Хорошо, скажешь, когда перестанешь дуться.

— Почему ты такой? Почему считаешь, что тебе позволено в отношении меня всё? — опять двадцать пять. Эта девушка неугомонна.

— Потому, что я могу. Потому, что я сильнее. И будет по-моему, — ответ в стиле Ворохова. Ничего нового.

— Приехали, малыш, выгружай свою сладкую попку.

 Он вышел из машины, явно не намереваясь открывать ей дверь и подавать руку. «Хамло неотёсанное», — подумалось Арине.

 Но уже в следующий момент она забыла о всех обидах и разногласиях, когда ощутив под ногами землю, была прижата к внедорожнику.

— Как же я тебя сейчас затрахаю! — его жёсткая щетина больно царапала нежную кожу шеи, но именно это послужило её возбуждению.

— Илья, мы же на улице…

 Её дыхание сбилось, а сердце, казалось, спряталось куда-то в уголок и остановилось, не желая функционировать далее.

 Возле новостройки начали собираться люди. Некоторые смотрели на целующуюся парочку с осуждением, другие с завистью. Хорошо одно — никто из них не знал, что это новоизбранный депутат Госдумы «балуется».

— Пошли, — он активировал сигнализацию на авто и, взяв Арину за руку, повёл в сторону дома.

— Я думала, у тебя какой-нибудь шикарный особняк в Подмосковье, — сказала Кинчева, когда они вошли в лифт.

— А зачем мне особняк, если я живу один? Ради «понтов» что ли?

— Ну, вообще-то верно…

— Дом можно будет купить, когда семья появится.

— У тебя же есть семья… — в голосе Аринки проскользнула горечь.

— Так! Я сейчас объясняю один раз и больше мы к этому разговору не возвращаемся. Договорились? — Илья наклонился к ней, пристально заглядывая в глазки небесного цвета.

 Арина чуть заметно кивнула.

— Да, у меня есть жена. Но отношений у нас нет уже больше года. Ни интимных, ни дружеских. Мы с ней вообще не видимся. Развестись с ней я не мог. Это сильно повлияло бы на мнение избирателей. Сейчас внимание ко мне немного поуляжется, тогда и разберусь с этим. Ясно?

— А почему вы расстались?

— Она долго обманывала меня. И даже, когда её враньё выплыло наружу, словно дерьмо, она продолжала лепить из меня идиота. Я могу простить многое, но если человек единожды потерял моё доверие, то больше его не заслужит. А я не держу рядом с собой лживых сук, — он говорил напряжённо и отрывисто, чего Арина не могла не заметить.

— Ты её ещё любишь?

— Нет, конечно.

— А любил?

— Да, иначе, не женился бы. Мы прожили вместе пять лет, а это срок. Когда спустя столько времени ты узнаёшь, что слепо верил тому, кто водил тебя за нос, наступает такое разочарование, что хочется убить. Чтобы не брать грех на душу — ушёл.

 Кинчева хотела задать ещё миллион вопросов, но металлические двери лифта разъехались в стороны и Илья легонько подтолкнул её к выходу.

— Добро пожаловать в моё скромное жилище, красавица, — он открыл массивную дверь и пропустил девушку вперёд.

— Ничего себе! Это называется «скромное жилище»? Да здесь можно оборудовать целый футбольный стадион! — Кинчева настолько была поражена, что забыла обо всём на свете.

Интерьер квартиры был выполнен в современном классическом стиле. Но в первую очередь внимание девушки привлёк не сам дизайн, а планировка. Похоже, её переделали уже после строительства, при этом «захапав» ещё пару квартир сбоку.

 Высокие потолки и панорамные окна разделили жилое помещение на два уровня. Кинчева мало разбиралась в строительстве, но здесь явно поработал профессионал, при чём не один, а целая бригада.

— Никогда раньше не видела ничего подобного… Красиво, — Арина прошла в глубь, предварительно сняв обувь, что наполнило сердце Ворохова теплом. Казалось бы, ничего такого. Но как же мило. Она такая домашняя и аккуратная.

— Руки можешь помыть там, — он куда-то указал ей рукой, но Кинчева даже не взглянула.

— Так вот, оказывается, как живут слуги народа!

 Илья беззвучно засмеялся и отправился за ней.

 Тёплые ладони легли на талию Арины и протянули её к телу здоровяка.

— Пойдём, я тебе свою спальню покажу. Там такая кровать! — не дожидаясь яростных сопротивлений со стороны Кинчевой, он закинул «жертву» на плечо и уверенно зашагал в комнату.

— Ну что, прямо сейчас что ли? — слабая попытка. И вовсе не убедительная.

— Нет, полежим — до завтра подождём, — вполне ожидаемый ответ.

 Арина была брошена в огромную кровать, а все пути к бегству отрезаны. Хотя, она и не планировала.

 Илья спокойными, выверенными движениями снял с себя всю одежду, небрежно бросая её на пол. Девушка, словно завороженная разглядывала его стальные мышцы, которые «играли» при каждом его жесте.

 Ворохов ввалился на кровать рядом с Ариной и притянул ту к себе.

— Иди к папке, малыш, — влажные губы обрушились на шею красавицы, а руки принялись освобождать её от одежды.

Жадные, немного грубые прикосновения, горячее дыхание, тихий шёпот. Всё это полностью лишило рассудка Кинчеву и она, поддавшись ему, сама стащила с себя последний предмет нижнего белья.

— Красивая малышка. Послушная. Моя, — Илья медленно вторгался во влажную промежность, поглаживая подушечками больших пальцев напряжённые соски девушки.

 Громкий стон сорвался из её уст, а нежный язычок ласково прошёлся по его шее. Мужчине понравилась такая импровизация и он перевернулся на спину, усаживая Арину сверху, тем самым предоставляя ей больше возможностей.

Она не растерялась и, оперевшись руками на его грудь, снова впустила в себя возбуждённую плоть. Илья цепко ухватился за ягодицы Арины и с силой насадил девушку на себя. До предела. До крика.

 — Моя, — шептали его губы.

 И на данный момент она была с ним согласна. Мышцы Арины судорожно сокращались вокруг его члена, а грудь, сминаемая его руками болезненно ныла, требуя большего.

 Вскоре быстрый темп утомил Кинчеву и она просто упала на мужчину.

— Что такое, малыш? — он приподнял её лицо, обеспокоенно вглядываясь в некогда голубые глаза, что от возбуждения стали синими.

— Устала, — она невинно улыбнулась.

— Лентяйка, — Ворохов скинул её с себя, — Встань на коленки и наклонись.

 Кинчева опешила. Что? На коленки? Такую позу она всегда считала унизительной и неправильной. Как вообще можно стоять перед мужчиной «раком»?! С Серёжей они всегда занимались сексом в «миссионерской» позе и её это устраивало.

— Нет, — она взирала на Илью с видом оскорблённой невинности.

— Почему? — так просто спросил, как будто не понятно без разговоров.

— Это унизительно! — Арина бросилась к краю кровати, в надежде слезть с неё, но Ворохова такое развитие событий вовсе не устроило.

Он одной рукой вернул её на место и молча, без всяких разбирательств, повернул к себе спиной.

Кинчева лишь что-то невнятно заворчала, когда он, приподняв её попу, резко вошёл во влагалище и возобновил быстрые, глубокие толчки.

  В следующее мгновение Арина уже позабыла о своём принципе и лихорадочно ему «подмахивала», постанывая и утопая в новых ощущениях. И пусть это мерзко и грязно. Пусть он владеет ею, как животное. Ей хорошо, а это сейчас главное.

— Доброе утро, — промурлыкал Илья, утыкаясь носом в шею девушки. — Как спалось?

 Кинчева полностью проигнорировала его приветствие и, похоже, уже давно не спала.

— О чём задумалась, малыш? — мужчина ласково укусил Арину за носик.

— Есть о чём, — девушка заупрямилась его объятиям и перевернулась на другой бок.

— Не понял. Опять бунт что ли?

— Можешь домой меня отвезти? — в голосе Арины проскочили нотки обиды.

— Нормально же всё было. Что произошло за то время, пока я спал? — в который раз Ворохов попытался приобнять Кинчеву, но та улизнула, оставляя его одного на широкой кровати.

— Отвезёшь, нет? — девушка принялась натягивать на себя короткое платьице, так удачно открывавшее вид на самые прелестные ножки в мире.

 Мужчина поднялся с постели и гордой поступью прошагал мимо неё. Арина уже хотела было защищаться от его «нападений», но Илья даже взглядом её не удостоил. Обиделся что ли? Кинчева тихонько засмеялась от этой мысли. Надо же, большой и грозный Папка пузыри раздувает.

— Дома я не питаюсь, поэтому еды нет. Позавтракаем в ресторане, — коротко бросил вошедшей на кухню девушке.

— А кофе? — она уже не была настроена так враждебно, в отличии от Ворохова.

 Похоже, девочка не совсем понимает, перед кем крутит хвостом. Был бы на его месте Бугай, уже отжималась бы от пола сотый раз. Илья с вожделением представил картину, где Арина страстно исполняет его заветные желания. Однажды он её приручит и тогда посадит на такой короткий поводок, что пикнуть не посмеет.

— Кофеварка там, я в душ.

 Ему бы сейчас отыметь её как следует, но снова брать эту крепость не было настроения, а насиловать женщин не было в его природе. Возникал вопрос, как и где будет жить его девушка. Не оставлять же её в том болоте, где она находится сейчас. Обо всём этом он пообещал себе подумать за завтраком и тогда же принять решение по поводу её работы. Хотя, честно говоря, чтобы Арина снова пошла работать ему не очень-то и хотелось.

 В полной тишине новоиспечённая пара продолжила свои сборы в ресторан. Не то, чтобы девушка очень хотела туда, но выбора особо не было. Испортив настроение Илье с утра пораньше, она не решалась вновь вступать с ним в неравную схватку, учитывая, что ей не уйти с этого поля боя победителем.

 Пафосный ресторанчик, вроде «Усадьбы Романовых» ничем не удивил Арину. Всё та же напыщенность, всё те же недовольные взгляды посетителей. Ещё бы. Взглянуть на неё — провинциальную девочку в дешёвом платьице и на Ворохова, излучающего столько силы и власти в своём костюме от «Бриони»… Завистливые взоры женщин буквально кричали ей о том, что такой нищенке здесь не место. Как же жаль, что Кинчевой наплевать на них с высокой колокольни. Но женское самоуважение и желание быть первой сыграли не последнюю роль в этой «битве глазами» и, запустив свою ручку под руку Ворохова, она гордо прошествовала мимо гламурных стерв.

 Илья сел за столик, любезно предложенный улыбчивой девушкой-хостес, и непонимающе уставился на Арину.

— Чего стоим?

— Да уже ничего. Просто так, на будущее, кавалеры дамам стульчик отодвигают, а потом уже сами плюхаются, — недовольно подметила Кинчева и «обслужила» себя сама, не позволив этого сделать подбежавшему официанту. Она сама ещё вчера была такой же «обслугой» и знала каково это, буквально стелиться перед капризными хозяевами жизни.

 — Я знаю правила этикета, малыш. Но редко пользуюсь этими знаниями. Я же в твоих глазах грязное животное, так к чему рвать задницу и доказывать что-то? — не стесняясь в выражениях, с довольной ухмылкой изрёк Илья.

— Да уж… Манеры — не твой конёк, — Арина закатила глаза.

— Меню открой и выбирай себе завтрак, — строгий тон Папочки отбил желание Арины подискутировать на тему воспитания.

 Любезный официант «подплыл» к столу и почтительно поинтересовался, не угодно ли господам сделать заказ, на что Арина лишь тихо фыркнула. Она то знает, о чём в данный момент думает этот забитый жизнью парень. Вряд ли мысленно он так же рад гостям ресторана, но по понятным причинам никогда этого не озвучит.

— Время уже не раннее. Пожалуй, стейк на углях «с кровью», «сырную тарелку» и американо, — мужчина отложил меню и откинулся на спинку стула.

— А не желаете попробовать наш фирменный соус? Он отлично подходит к мясу, — официант явно ожидал большего от здоровенного мужчины.

— Ингредиенты?

— Итальянские травы, чеснок…

— Достаточно. Не выношу чеснок, — Илья даже немного скривился, таким образом показывая свою ненависть к данному продукту.

 Кинчева просияла.

— А я буду чесночный суп и апельсиновый сок. Спасибо! — она мило улыбнулась официанту, который немного замешкался, пытаясь сообразить не подшучивают ли над ним.

— Надеюсь, твои тараканы сдохнут от этого запаха, ну, или хотя бы перестанут отплясывать на зависть чертям в аду, — как-то уж слишком дружелюбно «пропел» Ворохов.

— Ну что ты, мои тараканы никогда не смогут затмить твоих, — в тон ему ответила Арина.

— Не надейся, я не перестану тебя хотеть, даже если ты прыгнешь в городскую канализацию.

 Официант закашлялся и покраснел, всем своим видом показывая, что подобные разговоры в этом заведении не приемлемы, но уловив недовольный взгляд Ворохова, сей же час испарился.

— Илья, а зачем тебе та зверюга? — Арину давно мучил этот вопрос. Неужели он и правда своих врагов скармливает этому тигру? Да нет, бред, конечно.

— Ты имеешь в виду Люцифера что ли?

— Его.

— Он раньше обитал в одном зоопарке, но из-за непростого нрава, его решили усыпить. Зверь чуть ребёнка не сожрал, который каким-то непонятным образом проник в вольер. Я настоял, чтобы наказали не тигра, а работника зоопарка, по халатности которого всё произошло. Ну, почти произошло. Мелкого успели вытащить.

— Какой ужас… Но он же опасен!

— Такова его природа, Ариш. Разве можно винить человека за то, что он питается? Если уж привезли хищника, должны воссоздать надлежащие условия для его содержания, — сейчас Кинчева просто не узнавала этого человека. Похоже, бандит уснул, а вместо него появился служитель закона и защитник прав всех живых существ. Кто бы мог подумать, Ворохов любит животных! Что ж, это очень мило.

— И ты теперь хочешь его оставить в заповеднике? А там есть другие звери?

— Разумеется. Другая живность тоже имеется. В основном, редкие виды, которые могут существовать в нашем климате. А для Люцифера подготавливается его личный участок, чтобы он мог жить на природе, а не в клетке.

— Получается, ты хороший человек? — Арина подпёрла подбородок рукой и с интересом уставилась на мужчину.

— Животные — не люди. Их я люблю больше. И да, я очень хороший! — последнюю фразу он протянул так приторно, что Кинчеву замутило, хотя, возможно, это от отвратительного чесночного супа, который девушка заказала назло Илье, за что, собственно, теперь и расплачивалась. Она отодвинула от себя тарелку и с видом провинившегося котёнка взглянула на Ворохова.

— Можно мне кофе и жвачку?

 Мужчина злорадно ухмыльнулся.

— Так тебе и надо.

 Аринка открыла рот, чтобы объяснить Илье по какому пути ему следует проследовать, но зазвонил телефон и, видимо, спас её от необдуманного поступка.

— Кинчева, у тебя совесть есть вообще? Так трудно позвонить и сказать, что ещё жива? — подруга, мягко говоря, была не в настроении.

— Ирка, не злись, пожалуйста, я просто это… Занята была, — Арина уловила довольную улыбку Ильи и мстительно сощурилась. Из-за этого гада она напрочь забыла о подруге, чего раньше никогда не случалось.

— Ага, знаю я, чем ты там занята была! А между прочим, тем, кто ещё работает сегодня дали выходной. У нас проверка какая-то, ресторан закрыли на два дня. Просыпаюсь утром, думаю, сейчас тебя в охапку и гулять, а тебя нет и никакой весточки, — уже спокойнее, но так же обиженно торохтела Ирка.

— Слушай, а приезжай в «Оазис»! Мы тут завтракаем. А потом и гулять пойдём, — Аринка улыбнулась. Судя по лицу Ворохова месть удалась.

— Ничего себе… Хорошо живёшь, мать! Ладно, скоро буду.

— Вообще-то, я хотел поговорить с тобой и решить кое-какие вопросы. Но ты, не спросив меня, пригласила подружку для развлечений, — Илья нахмурился.

— Я и это должна спрашивать?! Да знаешь что?! — девушка повысила на него голос и, как оказалось, зря.

— Арина, сейчас тот самый момент, когда тебе следует заткнуться! — мужчина грозно навис над ней, поднявшись и нагнувшись через весь стол. — Ты будешь меня спрашивать всё. Всегда. И без моего ведома и согласия никаких решений не принимаешь. Это ясно?

 Кинчева обиженно засопела, но спорить не стала. Не тот момент. Как-нибудь потом, она обязательно припомнит ему этот разговор.

— Будем считать, что молчание — знак согласия.

 Ворохов опять приземлился на стул.

— О чём ты хотел поговорить? — всё так же недовольно буркнула Арина.

— Тот район, в котором ты сейчас живёшь, мне не нравится. Во-первых, очень далеко от меня. Во-вторых, это пристанище наркоманов и мелкоуголовных личностей, из-за которых страшно выпускать женщин на улицу.

— И что ты предлагаешь? Мне переехать к Люциферу?

— Ещё немного поговори и я сам занесу твои вещи в клетку, — тихо, спокойно, устрашающе…

— Нет, ну, а что ты предлагаешь? Там хотя бы не очень дорого. А я теперь ещё и без работы осталась, Цветочкиной придётся всю зарплату отдать…

— Арина, помолчи. Сначала слушаем меня, потом задаём свои глупые вопросы, — «просьба» была услышана и девушка замолчала.

— Я сниму тебе квартиру в центре, рядом с моим домом. Если захочешь, можешь свою Цветочкину тоже забрать, но предупреждаю тебя, никаких пьянок-гулянок и тому подобное. Если днём куда-то соберёшься — предупреди меня. После девяти вечера ты должна быть дома. Всегда. По выходным буду забирать тебя к себе. А твоей работой я позже займусь. Пока не решил, будешь ли ты работать вообще. В любом случае, не в кабаке. Теперь спрашивай, что интересует.

 Кинчева ожесточённо кусала собственные губы, усердно о чём-то размышляя.

 Ну и дела. Что же ей теперь, по струнке ходить? Сидеть в четырёх стенах и ждать разрешения выйти на улицу? А вот такое удачное решение её жилищного вопроса не может не радовать, хотя, такой щедрости со стороны Ворохова она, честно признаться, не ожидала. Девушка представила, как будет прыгать до потолка Ирка и невольно улыбнулась.

— Но я же смогу выходить погулять?

— Я же сказал, что да. Но обязательно должна поставить меня в известность, — мужчина внутренне ликовал. Он уже было приготовился выслушать целую кучу претензий и обвинений по поводу лишения свободы, но Арина покорно приняла его ультиматум и это не могло не радовать.

— Ну… Ладно. Тем более, что как я понимаю, выбора то у меня всё равно нет?

— Правильно понимаешь.

 Остаток времени, отведённого Ильёй на завтрак, они практически молчали, раздумывая каждый о своём. Прибывшая Цветочкина принялась расцеловывать подругу, которую вчера раз пять мысленно похоронила, что неудивительно, ведь Ворохов был на грани, а Ирка слишком впечатлительна.

 Илья даже немного приревновал, глядя, как девчонки обнимаются.

— Вы сколько лет не виделись? — усмехнулся мужчина.

 Девушки оглянулись по сторонам и поймали несколько удивлённых взглядов посетителей ресторана, которым явно в диковинку такое тёплое проявление чувств.

— Да что они вообще понимают в дружбе? Посмотри на эти отожранные хари, — шепнула Цветочкина Арине. Подружки захихикали.

— Меня зовут Илья, — кивнул Ирке, которая, наверное впервые в жизни, застеснялась.

— Я знаю! То есть… Я — Ира. Очень приятно.

— Замечательно. Итак, дамы, у меня дела, — он вложил в руку Кинчевой кредитку и встал. — Пин-код сейчас скину по смс. Развлекайся, но чтобы без глупостей. Когда соберёшься домой, обязательно позвони. Вас отвезёт мой друг. И вечером соберите вещи. Скорее всего, завтра новая квартира будет готова.

— Спасибо, — Арина мило улыбнулась, а Ирка, приподняв бровь, наблюдала за их «семейно-домашним» общением.

 Ворохов наклонился к Арине и смачно чмокнул её в губы.

— Позвони!

— А я не поняла, что это он про «собрать вещи» говорил? — Цветочкина часто заморгала, пытаясь удержать слёзы. — Ты к нему переезжаешь? А я?..

 Кинчева притянула подругу к себе.

— Дурёха, ты чего ревёшь то сразу? Переезжаю я не одна, а с тобой. Илья нам квартиру обещал снять в центре.

 Конечно же, не стоит и рассказывать, как победные крики Цветочкиной: «Ни хрена себе» и «Ура! Хоть на что-то тебе мозгов хватило!», практически довели окружающий контингент до инфаркта.

 Незапланированный праздник прошёл на ура и девушки, осушив пару бутылок элитного шампанского, были навеселе.

— Ну что, домой? Нам ещё шмотки собирать, — Ира довольно потирала ручки. — Эх, заживём!

— Да уж… Главное потом не пожалеть, — похоже, Арина уже не разделяла столь положительных эмоций подруги.

— Ты о чём это? Он что, обижает тебя? — Цветочкина нахмурилась.

— Да нет, просто этот постоянный контроль… Немного пугает меня.

— Нет, ну, а что ты хотела, женщина? И вообще, что плохого в том, чтобы побыть слабой девушкой и спрятаться за широкой спиной настоящего мужика?

 Ирка часто оказывалась права, особенно, если дело касалось мужчин. Ведь таким и должен быть представитель сильного пола? Властный и решительный. Да, определённо это так.

 После звонка Илье девушки вышли на улицу, где каким-то странным образом, их уже ожидал автомобиль с молчаливым водителем.

 И всё бы было замечательно, если бы Ирке не приспичило пообщаться с этим «молчуном». Как позже поняли девчонки, идея была не очень удачной.

— Меня Ира зовут, а вас? — кокетливо наклонилась вперёд, пытаясь заглянуть в лицо здоровенного мужчины за рулём.

 Мужчина в бейсболке и чёрной футболке с коротким рукавом, открывающей вид на накаченные руки с множеством татуировок, был очень схож по комплекции с Ильёй. Ухоженная, не слишком длинная борода, что сейчас очень модно среди современных мужчин, была для Ирки чем-то сродни фетиша. По словам любвеобильной Цветочкиной, борода — это то, без чего настоящему самцу никак нельзя. В общем, обделить своим вниманием такого мачо для Цветочкиной было бы непростительно.

— А меня — не Ира, — лаконично, ничего не скажешь.

Но такой ответ вовсе не устроил девушку и та, подогреваемая нескрываемым интересом, продолжила наступление.

— А если не Ира, то как тогда?

Мужчина вздохнул и устало зыркнул на неё в зеркало заднего вида.

— Евгений.

— Женя, значит, — задумчиво протянула Цветочкина.

— Нет, Женя для друзей. Для тебя Евгений.

— А ты хамоватый, Евгений, — она обиженно откинулась на сидение и толкнула локтём уже вовсю смеющуюся Арину.

— А ты так ко всем мужикам цепляешься? — парировал ей мужчина.

— Пф, больно надо мне твоё общение. За дорогой лучше следи, водила.

— Остынь, мадам, я тебе не таксист, могу и выкинуть из машины, — грубый голос неприятно завибрировал.

— Тебя кто так учил с девушками общаться? Или ты, может, импотент? — едко улыбнулась Ирка и довольна собой, отвернулась к окну.

— Ты что, лахудра, веришь в жизнь после смерти? — он напрягся, уже вовсю пялясь на нахалку.

— Ага! Значит в десятку попала! — победно воскликнула «лахудра».

 В этот же момент автомобиль резко затормозил и девушки буквально носами уткнулись в подголовники передних сидений.

— Эй! Ты что, совсем придурок что ли? — заорала на него Ирка.

 Арина почувствовала неладное и взяла подругу за руку, пытаясь её унять.

— Ир, помолчи. Извините, пожалуйста, она не хотела вас обидеть, — Кинчева с жалобной улыбкой смотрела на мужчину.

— Пусть извинится, или я её вон в тот мусорный бак закину!

— Вот ещё! Я ещё перед всякими…

Дальше Бугай уже не слушал. Да даже если бы и попытался, едва ли что-либо услышал из-за праведного гнева застилающего разум.

 Где это видано, чтобы какая-то малолетняя курица называла его импотентом!

— Вообще бабы охренели! — он одной рукой вытащил девушку из машины и, закинув на плечо, направился к мусорному контейнеру. Одно лёгкое движение и Цветочкина с визгом улетела в кучу мусора.

— Так-то, коза драная!

Остаток пути девушки сидели тихо, как мышки. Перепуганные, а некоторые ещё и грязные. Цветочкина с видом затравленного волчонка поглядывала на Евгения, который, надо отметить, ничуть не жалел о содеянном.

   За тридцать два года своей бьющей ключом жизни он повидал разное. Но никогда, ни одна девушка не позволяла себе подобные высказывания в его адрес. «Импотент»! На какое-то мгновение в голову закралась мысль: увезти куда-нибудь за город и трахнуть так, чтобы в ушах зазвенело. Чтобы не смогла передвигать ногами. А потом, опять-таки, вышвырнуть в помойку, дабы не поднимала свой хвост, дрянь малолетняя.

 Сдержался. Но злобу затаил. Бугай был из тех людей, что никогда не обижаются, но ничего не забывают. А когда шкала «скидок» заполнится, начнётся раздача охренительных «бонусов». И лучше бы тогда держаться от него подальше.

 Автомобиль затормозил у старого дома и Арина вышла первой.

— Ариш, ты иди в дом, я сейчас, — похоже, Цветочкина решила выяснить отношения с хамом до конца.

— Ир, может хватит? Пойдём, а?

— Иди сказала! Мне надо извиниться…

 Кинчева открыла рот, чтобы возразить, но вовремя одумалась. В конце-концов, это не её война, сами разберутся. Хотя за подругу и было обидно.

 Как только Арина зашла в подъезд, Цветочкина повернулась к мужчине, который вышел из машины и с гадкой улыбкой ожидал извинений, оперевшись на капот.

— Что ж, Евгений… Наше знакомство состоялось не очень красиво, но и не банально. В любом случае, я запомню, — ехидная усмешка заиграла на личике Иры. — А ещё я хочу извиниться перед вами, Евгений. За то, что своим умопомрачительным видом вызвала у вас стояк, правда, вы совершенно не знаете как им пользоваться, поэтому, ни на что, кроме как бросить меня в мусорку, вы не спромоглись. Видимо, только таким способом, уважаемый Евгений, вы можете заставить девушку кричать.

 Ирка с нескрываемым удовольствием наблюдала за переменами на физиономии Бугая.

— Да я тебя… — мужчина рванул было к мелкой нахалке, но та, показав ему язык, забежала в подъезд, явно приготовившись к этому отступлению заранее.

— Я тебе ноги выдерну из задницы, коза драная! — донеслось до ушей девушки, но она лишь хихикнула, закрывая за собой хлипкую дверь подъезда, которую выломать Синицыну ничего не стоило, но тратить время на разборки с глупой девчонкой не хотелось. Как-нибудь он обязательно её поймает и «отоварит» от души.

 Арина наблюдала за потасовкой из окна и, когда подруга довольная забежала в квартиру, набросилась на неё:

— Ты совсем что ли? Зачем дразнить этого психа? Он же тебе шею свернёт и как звать не спросит!

— Аришка, он мне так нравится! Такой мужик! — заохала Ирка, бросаясь в объятия к опешившей Кинчевой.

— Ир, ты что дура? Он тебя в мусорный бак бросил!

— Видала, да, какой дикарь? — Цветочкина закрыла глаза, упиваясь своими явно пошлыми фантазиями.

— Мазохистка…

— Аринка, я тебе клянусь, этот экземплярчик будет моим!

— А что, если у этого экземплярчика есть жена, или девушка? Ты об этом подумала?

 Улыбка Иры сошла на нет.

— Тогда — уведу!

 Кинчева лишь покрутила пальцем у виска.

— В душ сходи. А то пахнешь… не фиалками.

 К вечеру девушки, как и было им приказано, собрали свои вещи. Арине было немного жаль покидать старое жилище, но деваться некуда и она, забросив последнюю кофточку в чемодан, устало опустилась на диван.

— Как думаешь, не пожалеем? — Кинчева положила голову на плечо подруге.

— А чего жалеть то? Халявное жильё, мать! Опять же, денег сколько сэкономим. Родителям поможем, сами приоденемся, а то стыдно уже на улицу выходить в этом рванье.

— Ну да, мама с папой до сих пор оплачивают кредит за мою учёбу…

— Да уж, а пригодилось оно нам? На фига образование официанткам? Говорю тебе, всё решает удачная случка!

— Фу, Ира! — Арина скривилась от отвращения. — Мы же не собаки!

— Ага, живём хуже, чем шпицы некоторых москвичей.

 Раздался настойчивый звонок мобильного и Арина лениво поднесла его к уху.

— Как дела, малыш? — «промурлыкал» Ворохов.

— Замечательно просто! — сразу же бросилась в атаку, пользуясь случаем.

— Что-то случилось?

— Да, случилось! Твой дружок закинул мою подругу в мусорный бак! — Арина отмахнулась от Цветочкиной, что уже вовсю пинала её в бок.

 В трубке послышался дикий хохот и Кинчева нахмурилась ещё сильнее.

— По-твоему, это смешно?

— Ариш, я хорошо знаю Бугая. Просто так он даже пальцем не пошевелит. Видимо, твоя подруга сама нарвалась, — смех не прекращался.

— То есть, в отместку за какое-то там слово бросить человека в помойку — в порядке вещей? — Арина начала закипать, абсолютно игнорируя попытки Иры заткнуть ей рот рукой.

 Хохот прекратился.

— Арина, ты опять на меня голос повышаешь? 1345d3c

 Девушка замолчала.

— О каком таком слове идёт речь?

— Ну, она же просто пошутила… — запал Аринки заметно поубавился.

— Начала — говори!

— Импотент…

— Кто? Я?! — из динамика раздался грохот и Кинчева предположила, что Илья грохнулся на пол, но надежды не оправдались.

— Да не ты! Ира так сказала… Необдуманно, да. Но не в мусорку же…

— Понятно. Правильно сделал Бугай. Завтра в восемь за вами приедут. Спокойной ночи, Арина. И ещё… Не дерзи мне больше, — он сбросил вызов, даже не дождавшись её ответа.