Глава 51

Бывает такое, взглянешь на человека, и сразу все становится ясно — друг он тебе или недруг. Говорят, нутро какое или инстинкт самосохранения подсказывает. Каждый, у кого спрашивала, с таким сталкивался. У меня же этот механизм никогда не срабатывал. Прежде чем понять, кто кем тебе приходится, нужно пройти бок о бок огонь, воду и медные трубы. И вот тогда, проходя через испытания и превратности судьбы, во всей красе открывается перед тобой человек.

Или не красе.

Или не открывается, а захлопывается перед самым носом.

В зависимости от ситуации.

Господин Макильских со своей загадочной отчужденностью и мрачностью вначале показался подозрительным и странным до невозможности. А господин Темников до сегодняшнего дня скрывался за маской добродушного благодетеля. Вот как сразу заметить эту двойственную личину, чтобы потом локти не кусать? Ведь если биомаг удивил приятно, до мурашек и бабочек, то от Темникова с его сумасшедшими планами можно умом тронуться. Сколько еще нужно спотыкаться на таких неприятных личностях, как промышленник?

Эх, чутье, подводишь ты меня…

Понимание — это одно, а вот личный опыт, видимо, нужно еще наработать. Но ничего, впереди вся жизнь! Как мама говорила, была бы шея…

Хотя нет же! Есть двое, которые не преподнесли сюрпризов. Сержи и Армина с первой секунды знакомства глядели свысока, снисходительно, давая понять, что я не их поля ягода. Не ахти какое открытие, но, по крайней мере, понятно, что от таких, как они, личностей помощи ждать не стоит.

А я и не жду.

Собственно, на помощь мне вообще не стоило рассчитывать. Ни от кого. Юрек ждет возле дома промышленника. Ко мне он при всем желании не проберется. Господину Макильских после отравления уже легче, но не настолько, чтобы рассекать воздух на паролете и на всех парах нестись за мной. Но ждать у моря погоды я тоже не собиралась. Господин Темников видел во мне безголосое существо, палочку-выручалочку, «деву», с помощью которой размечтался захватить мир. Только он заблуждается, если полагает, что все злодеяния сойдут ему с рук. Вот выйду отсюда и лично отправлюсь на аудиенцию к императору. Все как есть расскажу. А если не поверит, пусть своими глазами увидит, что в подпольной лаборатории его уважаемого промышленника творится!

Нужно только успеть выбраться, пока чокнутый не вернулся. А там мы с Юреком быстрее ветра домчимся до дворца!

Я постояла в темноте, поежилась.

Сделала шаг вперед и ладонями почувствовала холодный металл двери. Сердце громко заколотилось. От страха. Потому что перед отчислением директор строго-настрого запретил использовать знания, полученные в стенах колледжа. А если эти знания единственное, на что я могу рассчитывать? Да и вообще, что может быть хуже ситуации, в которую я попала? Господина Зацепко-старшего нет в живых, я в заложниках у злодея, и меньше чем через час он намеревается направить армию к Темному анклаву!

Отбросила все сомнения, сконцентрировалась, и… реальность исчезла. Стены железного короба, в котором я находилась, сделались прозрачными. Поняла, что ошиблась: господин Темников закрыл меня не в подъемнике, а в тамбуре — сзади был коридор с одним-единственным подземным ходом. Понять, куда он ведет, моего магического навыка не нужно, и так все ясно. Не теряя времени, я стала рассматривать призрачные очертания шестеренок и пружин в замке. Нужно усилием воли прокрутить валики из замка в обратном направлении, будто бы замок открывается ключом. На практике в колледже такой фокус у меня пусть и с третьей попытки, но удался. Педагог по «обычной механике» грустно глянул и принял зачет. А как не принять, если эти самые обычные механизмы я не открывать, а оживлять умею!

Закусила губу, в висках заломило. Призрачные контуры замочного механизма завибрировали, и валики начали прокручиваться обратно в дверь. У меня аж пот по спине потек, настолько энергозатратной оказалась манипуляция с дверным замком. Едва не запрыгала от радости, но вовремя удержала фокус внимания. Иначе, если бы отвлеклась, не закончив, замок вернулся бы в прежнее положение, а мне пришлось бы начинать сначала. Раздался щелчок, и валики откатились. Дверь начала отъезжать. Зрение вернулось в привычное состояние.

Все получилось!

Без диплома ассистентки биомага и без лицензии на использование специальных познаний в области биомагии меня отчислили бы из колледжа… во второй раз или даже заключили бы под стражу. Только что мне сейчас запреты из прошлой жизни?

Главное — свобода!

В глаза больно ударил яркий свет, и я зажмурилась. А когда открыла глаза, едва не поперхнулась воздухом. Резко заколотил озноб. И вообще, верить своим глазам я отказывалась.

— Куда собралась? — спросили вежливо, с прищуром.

Я оторопело уставилась на красивое лицо с ясными голубыми глазами. Черные волосы аккуратно уложены тонюсенькими завитушками, как и семь лет назад.

— Армина?! — Сказать, что наша встреча меня буквально оглушила, — не сказать ничего.

— А ты ждала здесь кого-то другого? — Она приподняла тонкую бровь.

— Я вообще никого не ждала, — выпалила с досадой. — Особенно тебя!

Потерла виски. Я еще не отошла после первого в жизни самостоятельного проникновения в реальные предметы. Немного кружилась голова. Увидеть насквозь настоящие металлические двери с замком, еще и открыть их, это вам не возиться с ученическим муляжом из пластика с латунными детальками, где в случае неудачи можно положиться на помощь однокурсниц. Когда я разглядывала в упор бывшую ассистентку господина Макильских, сердце забилось так сильно, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Мне было страшно, холодно, непонятно, что делать дальше, а еще почему-то я сильно, очень сильно разозлилась на незваную гостью. На ту, кто предал биомага в тяжелый момент, когда он больше всего нуждался в поддержке. Чего еще ожидать от этой барышни?

Уж точно не вызволения из западни.

— Что ты здесь делаешь? — прошипела я. — Ты вроде как работаешь на Сержи Распрыкина.

— Одно другому не мешает, — проговорила она вполголоса. — Не против, если я войду?

Я отошла на шаг влево.

Не сразу.

Несколько секунд спустя.

Шелестнув кружевной юбкой со сборчатым турнюром, ассистентка новоиспеченного главного биомага вошла в темный коридор, ставший моей темницей. Которую, к слову сказать, я благополучно открыла и выбралась бы, не помешай она мне в самый неподходящий момент. В руке Армины зашипела газовая колба в желтоватом ореоле тусклого света.

— Вы с Распрыкиным заодно с ненормальным Темниковым? — прищурилась я.

— Да перестань ты так страшно сверкать глазами, — сказала она. — Есть я тебя не собираюсь.

Не успела я разглядеть, что Армина сделала, куда нажала, как дверь за ней быстро закрылась. Стены снова сомкнулись в единое давящее пространство. Я ошалело стукнула ладонями по холодному металлу, чуть было не закричала от возмущения, когда ассистентка то ли Темникова, то ли Распрыкина, то ли обоих разом последующей фразой окончательно сбила меня с толку.

— Господин Темников сказал присмотреть за тобой. У него расписана каждая минута, поэтому предлагаю тебе поторопиться.

Ишь, прыткая какая!

Никак завести меня собралась куда подальше, чтобы грохнуть без свидетелей.

— С тобой я никуда не пойду, — фыркнула я и сложила руки на груди. — Если вы с Распрыкиным работаете на господина Темникова, то и по вам темница плачет.

Взгляд Армины сделался весьма выразительным.

— Послушай, Мон, — начала она неожиданно примирительным тоном. — На твоем месте я бы тоже сомневалась. Поэтому предлагаю выбор: мое общество или же встреча с автоматоном. Срок жизни их биомеханизмов подходит к концу, а значит, команду от Темникова они выполнят с особым рвением. Надеюсь, не нужно напоминать о происшествии с членом Комитета безопасности в лаборатории Яна?

Она демонстративно, не торопясь, поднесла свободную руку к двери. Механизм заработал. Так вот как Армина закрыла за собой двери! Она увереннее меня владеет навыком проникновения в реальные предметы. Даже не скажешь, что манипуляция дается ей с большими усилиями.

— Подожди, — останавливая, я тронула ее за предплечье. — При чем здесь автоматоны и то, что сделал Август? И кстати, откуда ты узнала про происшествие в лаборатории господина Макильских?

— Во-первых, об этом Распрыкин первым делом сообщил Игору Темникову.

— И тот не захотел помочь своим внучатым племянникам, — с обидой констатировала я.

— Я тебя умоляю. — Армина закатила глаза. — Ты же слышала про его планы. Во-вторых, автоматоны и дети господина Макильских связаны напрямую — у них одинаковый механизм жизнеобеспечения.

Я отошла от Армины и уперлась спиной в холодную стену.

— Что за механизм? — требовательно спросила я. — Август и Ева неживые?!

— Кто же теперь знает? — с горечью ответила бывшая ассистентка Яна Макильских. — В момент взрыва, когда погибла Виола, дети были серьезно ранены. И если бы Ян ничего не предпринял, они бы умерли. И он, естественно, предпринял — вживил в их бессознательные тела сущности, которые приносил из Темного анклава для автоматонов Темникова. Ян казался одержимым в то время. Он посчитал себя Создателем. Еще бы — ему удалось сконструировать не просто автоматон нового поколения, он смог оживить тяжелораненых детей. В живых телах скомбинировать два различных энергетических поля. Ян поверил, что сможет воскрешать людей.

— Но что-то пошло не так? — догадалась я. — Детские организмы отвергли эти сущности?

— Изменения происходили по нарастающей. Сначала у Евы с Августом проявилась задиристость и антипатия абсолютно ко всем, чего раньше не наблюдалось. Затем мы стали свидетелями неконтролируемых вспышек гнева, которые чередовались с пассивностью и безразличием, словно близнецы никого, кроме себя, не замечали. Справиться даже у Яна не получалось. Он стал уходить из дома, бродить по улицам, думал, что так ему придет озарение, как исправить ситуацию.

— Я знала, что Август ни в чем не виноват. Нужно немедленно что-то сделать, иначе его закроют в какой-нибудь темнице для малолетних преступников!

— Думаешь, мы не пыталась? Однажды моему терпению пришел конец, и я предложила Яну отключить детей…

— Убить?! — ахнула я.

— Не убить! А вынуть эти сущности. Я понимала, что рано или поздно разные энергетические поля начнут давать сбой. Сущности из анклава не изучены, как продлевать их срок жизни, никто не знает. И чем дальше дело заходило, тем меньше Яну хватало мужества. И я сама попыталась отключить детей от этой сомнительной системы жизнеобеспечения. Но Ян тут же увидел и…

— Господин Макильских сам тебя выгнал? — продолжила я.

— Да. — Армина сжала губы. — Я не предавала его и никогда этого не сделаю. В тот момент я поняла: любовь… она не может быть замкнутой. Так же как солнце не может согревать только одного. Нельзя любить человека и не принимать его желания, его страсть. Истинная взаимная любовь взрывает буйством красок, наполняет дыханием жизнь, как весна пробуждает землю после зимнего сна. Если страсть касается одного, а второй застрял в томном лете или же мечтательной осени, главное, не в одном с тобой сезоне, то и нет этой истинной любви.

— Ты влюблена в Яна Макильских?!

Армина что-то хотела сказать, но только застонала и отвернулась, по щекам у нее покатились слезы. Мне стало жаль эту красивую женщину в ее безмолвном любовном горе. Я попыталась мысленно подобрать слова, которые бы ее успокоили, но Армина быстро взяла себя в руки. Смахнула слезы и спросила:

— Он сохранил в тебе знания?

Мои глаза чуть на лоб не вылезли.

— Не переживай, это не он поделился, я сама догадалась. Открыть замок, как на этой двери, ты бы не смогла, даже если бы закончила несколько биомагических колледжей. Меня всему учил Ян, а это долгие годы тренировок.

— Ты не злишься? — с подозрением спросила я.

— Должна бы, но… Раз наш учитель так решил, значит, ты и вправду достойная. — Она грустно хмыкнула. — Мне хватило соперничества с Виолой. Ян так сильно любил свою жену, что моих попыток ему понравиться он даже не замечал. Я из кожи вон лезла, а он ценил только наши успехи в работе. Когда случилась трагедия с его семьей, то он посчитал, что я хочу убрать с дороги его детей. Чтобы между нами не было никаких помех. Но клянусь, это не так!

Я сочувственно кивнула.

В тусклом свете различила, как щеки Армины вспыхнули. Очень хотелось поддержать человека, но решила промолчать. Правду говорит бывшая ассистентка биомага или нет, жизнь покажет. У нее, как я успела уже заметить, своя логика. Почувствовала, как откровения Армины наполнили меня новыми силами. Я была почти уверена в том, что она пришла, чтобы меня спасти.

И не ошиблась.

— У нас минут десять, чтобы успеть выбраться отсюда, — сообщила Армина, дотрагиваясь пальцем до циферблата своих ручных часиков. — Я отвезу тебя домой. Все, что ты видела и слышала, расскажешь Яну. Возможно, он еще успеет остановить своего родственника.

— А ты? Что будет с тобой?

— Вернусь, постараюсь убедить Темникова, что не увидела, куда ты сбежала. — Она глубоко выдохнула. — Да и скрываться мне от него нет смысла. За полгода мы с ним и с Сержи таких дел навертели, что одним своим словом Игор обеспечит репутацию, с которой я нигде не смогу устроиться.

— Так не пойдет, — быстро сообразила я. — Насчет того, чтобы сообщить господину Макильских, ты права. Это я сделаю. А с тобой поступим по-другому.

— Это как же? — с легкой улыбкой полюбопытствовала Армина. — Найдешь мне новую работу?

— У меня идея получше! После того как отвезешь меня, поедешь к императору. Любыми правдами и неправдами попадешь к нему на прием и расскажешь про безумство Темникова. Сама подумай: если император узнает, что его правлению, как и всей империи, может прийти конец, будет он молчать и бездействовать?! А если все удачно сложится, то, согласись, без работы ты не останешься.

— Хм, — Армина нахмурилась. — Попасть-то к нему я смогу, Темников мне выписал пропуск, главное, чтобы император был не в отъезде… Но в целом план хоть и хлипкий, но гораздо интереснее моего.

Я довольно улыбнулась.

Не могу сказать, что почувствовала в Армине родственную душу, но врагами мы уже не были.

— Армина, — спохватилась я.

— Да? — газовая колба в ее руке зашипела громче, и желтый свет сделался на секунду ярче, но затем снова сник.

— А ты, случайно, не знаешь о русалках с аквамариновыми глазами?

— Если такие русалки существуют, то находятся они в ведомстве Димитрия Сикорского, в его аквалаборатории. Скажу по секрету, типчик скользкий как рыба.

— Они существуют, мой брат такой. Его похитили. Мы не знаем, где он.

— Ну, подруга, сочувствую, если твой брат у Сикорского. Подопечных тот своих не жалеет.

Я обмерла от ее слов.

— Давай так, — склонила Армина голову набок. — Сделаем одно дело, и, если все обойдется, я помогу отыскать твоего брата. А сейчас поторопимся!

Поначалу коридор выглядел огромным — гигантский каменный подземный проход, высеченный, похоже, прямо в скале. Я поежилась: все тело сковывал промозглый холод. Воздух внутри был тяжелым, застоявшимся. На выщербленных стенах не заметила никакой вентиляции или освещения.

Армина с легкостью ориентировалась в развилках, то и дело встречающихся на нашем пути. Шли мы минут пять или семь, когда Армина свернула в очередной раз, остановилась и огляделась.

Послышался шум от гуляющего ветра.

— Пришли, — сказала она и погасила колбу.

Раздался лязгающий звук. Подземный коридор наполнился равномерным солнечным светом. Мы оказались на лужайке во внутреннем дворе.

— Дальше на паролете.

— На паролете? — вырвалось у меня. — Что-то мне не хочется на нем лететь, — засомневалась я и тут же ойкнула и отпрыгнула: железная дверь за моей спиной захлопнулась.

— Другого способа успеть тебя доставить к Яну Макильских, а мне попасть к императору, у нас нет, — произнесла Армина. — Если еще на пару минут задержимся, Темников нас хватится. Надеюсь, ты догадываешься, что случится с нами обеими, если он обнаружит нас рядом со своим паролетом?